Глава 810

Рыцарь Вечной Регрессии / Рыцарь, живущий одним днём
Рыцарь, который вечно регрессирует
Глава 810
Обычно рыцари нечасто выступали в роли личных телохранителей.
Само их бездействие было потерей для мощи государства.
В целом, рыцарям было полезнее охранять границы или справляться с многочисленными опасностями по всему континенту.
Это также было причиной, по которой Орден Рыцарей Малинового Плаща не мог легко покинуть южную границу.
Что ж, не то чтобы не было тех, кто жил в свое удовольствие, но прежде всего, нельзя сказать, чтобы число рыцарей на всем континенте было очень велико.
Поэтому капитан Королевской Гвардии не мог предвидеть такого поворота событий.
Значит, ему нечего было возразить.
И всё равно он сопротивлялся до самого конца.
— Стену крепости не построишь одной рукой.
Кранг небрежно отверг его сопротивление:
— Верно. Но тут другое дело. Прямо сейчас всё закончится, как только я окажусь под защитой.
— У человека всего два глаза.
Энкрид считал, что капитан Королевской Гвардии прав.
Помимо самого предчувствия опасности, предотвращение подобных вещей требовало немалых усилий.
Это не то, что мог сделать один человек, будь он даже рыцарем.
Прежде всего, разумеется, личный телохранитель не мог отходить дальше определенного радиуса от охраняемого лица.
У Энкрида был немалый опыт работы телохранителем.
Вот почему он это понимал.
— Хочешь сказать, в столице может произойти нападение, которое ускользнет от рыцарского восприятия?
Внезапно спросил Кранг.
На его уверенный тон капитан Королевской Гвардии ответил, даже понимая, что его втягивают в спор:
— Моя работа — опасаться того самого шанса один на десять тысяч.
— Тогда я должен сказать вот что. Моя работа — править так, чтобы этого шанса один на десять тысяч не возникло.
Он решил вопросы общественной безопасности вокруг столицы и приложил к этому огромные усилия.
Неужели он хотел сказать, что, несмотря на всю проделанную работу, опасность всё ещё существует?
Это было возможно.
Что бы человек ни делал, все опасности устранить невозможно.
Потому что в делах человеческих может быть завершенность, но не совершенство.
Таков путь этого мира.
Кроме того, с недавним открытием торгового пути через Навриллия, не кишели ли теперь улицы города людьми, приходящими и уходящими: от гигантов, эльфов и дварфов до лягушек и зверолюдей?
Вдобавок к этому сновали туда-сюда западники и южане, и даже изредка сановники из Империи.
«Это натяжка».
«Натяжка».
Все, от Энкрида до Маркуса, Мэтью и капитана гвардии, знали, что он приукрашивает действительность.
Но Кранг, когда говорил, казалось, сиял.
Так случилось, что он стоял спиной к востоку, поэтому восходящее солнце отбрасывало длинную тень от его спины вперед.
Такое поведение заставляло даже эту тень казаться пропитанной убежденностью.
Кранг продолжал говорить уверенным тоном:
— Так что отбросьте свои тревоги. Кроме того, даже если я умру, нации не придет конец. Сегодняшняя Навриллия не слаба.
Капитан, хоть и наполовину смирившись, сказал напоследок:
— Моя работа — защищать вас.
— Я это тоже знаю.
Кранг, говоря это с улыбкой, словно просил об уступке.
На этом он отпустил капитана Королевской Гвардии, и так Энкрид смог покинуть внутренний замок вместе с Крангом.
Они вдвоем вышли пешком, не проронив ни слова.
Энкрид, идя размеренным шагом, поднял тему только что произошедшего:
— Это была натяжка.
Кранг тут же кивнул.
Он не выказал ни намерения отрицать это, ни стыда.
— Знаю.
— Тогда зачем?
— Хм-м, пожалуй, стоило бы сейчас всё объяснить, но у меня такое чувство, что ты поймешь и без моих слов, так что не буду.
«За то время, что я его не видел, он развил в себе талант убеждать людей софистикой».
Энкрид кивнул ему, чтобы тот продолжал.
Кранг дополнил свои слова:
— Если нужно, король тоже должен рисковать. И то, что я хочу сделать, — это инспекция инкогнито.
Проверка инкогнито подразумевала сокрытие личности короля и наблюдение за лицами тех, кто живет в столице.
Если бы он передвигался с большим количеством сопровождающих, он бы выделялся, и смысл тайного наблюдения был бы утрачен.
Но была ли в этом реальная необходимость?
Прямо сейчас? Это возможно?
Нет.
Но в то же время — да.
С общей точки зрения это была внезапная проверка инкогнито, но Энкрид знал, что Кранг не станет делать ничего бессмысленного.
Хотя угадать причину, если тот не объяснит, было бы трудно.
Однако, он нутром чувствовал и интуицией понимал, что есть что-то, чего Кранг желает достичь.
— Всё еще восстанавливаешься?
Спросил Кранг.
— Обе руки всё ещё нуждаются в отдыхе.
— Тебе нужен отдых, и при этом ты вот так избил Айшию и солдат?
— Это была реабилитационная тренировка.
Энкрид был серьезен, но Кранг принял это за шутку и весело рассмеялся.
Он называл это инспекцией инкогнито, но всё, что он сделал, — это натянул под углом капюшон с остроконечными полями.
Он не прилагал никаких реальных усилий, чтобы скрыть лицо.
— Тебе не нужно закрывать лицо?
— Как думаешь, сколько живущих в столице людей узнали бы короля? Их по пальцам одной руки можно пересчитать.
Энкриду показалось, что Кранг надеется, что кто-то его обнаружит.
И еще он чувствовал, что Кранг удовлетворен тем фактом, что сам Энкрид находится не в идеальной форме из-за травм.
«Чего же ты хочешь?»
Если бы он хорошенько подумал, то почувствовал бы, что может найти ответ.
«Он называет это инкогнито, но открывает лицо и не скрывает своей личности».
«Он смотрит на тяжесть моих травм и удовлетворенно кивает».
«Он намеренно стряхнул свою охрану».
И к тому же он сказал, что в столице витает какой-то крамольный дух.
Неужели он пытался использовать себя в качестве приманки, чтобы выманить врага?
Неужели это сработает?
Будет ли это политически выгодно, если народ узнает, что на короля совершено нападение?
«Кажется, это убыток».
Стабильность, обретенная благодаря обеспечению безопасности города и истреблению окрестных монстров, зверей и бандитов.
Всё это было причиной нынешнего процветания Навриллии.
Была ли необходимость объявлять посреди всего этого, что на короля нацелен клинок?
Даже если и была, стоило ли раскрывать это столь публично?
И даже не в виде туманного слуха?
— Смотри.
Сказал Кранг посреди его раздумий.
Энкрид отбросил мысли в сторону и перевел взгляд.
Перед ним была дорога, вымощенная белым камнем, всё еще малолюдная.
Камни образовывали определенный путь.
— Четыре дороги, пересекающие столицу. Это Белая Дорога, которая ведет к внутреннему замку.
Пока они шли по ней, белый песок или что-то в этом роде издавал хрустящий звук.
Кранг заговорил снова:
— Её вымостили, вытачивая белый камень.
На дороге из гладких камней казалось, что путь для карет и путь для людей разделены.
Это был один из дорожных проектов Навриллии.
Они отделили дороги, по которым ходили люди, от дорог, которыми пользовались экипажи, а экипажи, ходившие в установленное время, перевозили людей.
Между тем, эта дорога помогала людям не заблудиться в сложном городе.
«Похоже на Пограничную Стражу».
Крайс тоже затеял и развивал подобный проект.
— Видишь это вон там?
Энкрид проследил за пальцем Кранга и перевел взгляд.
В том направлении он увидел склад с круглой крышей.
От обычного склада его отличало то, что текстура, покрывающая его, была похожа на металл.
Здание, отражая солнце, сверкало серебристым светом.
Казалось, по зданию пробегает серебристая волна.
— Говорят, низкосортные образцы Истинного Серебра нельзя использовать по назначению. Мы покрыли этим внешнюю сторону и установили внутри магический объект, нагнетающий холодный воздух.
Поддержание холода с помощью магического объекта стоило немало крон.
Это было устройство, рассчитанное на полупостоянную работу.
Истинное Серебро, покрывающее внешнюю сторону, было магическим металлом, и на его основе разработали формулу, позволяющую холодному воздуху постоянно циркулировать внутри.
Конечно, Энкрид не знал подробностей.
Кто-то вроде Эстер посмотрел бы на это и назвал бы интересным приспособлением.
— Государство выделило деньги, и мы ссудили их различным предприятиям. Мы неплохо развлеклись с этими кронами.
Это не был хвастливый тон.
Он просто рассказывал это по пути, раз уж они выбрались в город.
Нет, прямо сейчас он выглядел воодушевленным.
Не хвастался ли он просто тем, что сделал, перед своим другом?
Кранг был королем, но он также был и хорошим проводником.
Помимо этого, была еще улица, где собиралось много торговцев, куда не пускали повозки, и Внешняя Дорога, созданная для спешащих людей.
После этого они шли бок о бок, жуя яблоки в сахарном сиропе.
В мгновение ока пять чувств Энкрида стали невероятно острыми, и при этом он почувствовал, как всё вокруг замедлилось.
Почему?
Его пять чувств сошлись воедино, стимулируя шестое.
Даже не зная причины, он почувствовал опасность.
Всё еще держа яблоко во рту, он протянул руку, сжимая и разжимая кулак.
Это было простое движение, но жест был настолько быстрым, что глаза обычного человека не смогли бы его как следует разглядеть.
Что-то было поймано этим жестом.
Хвать! Вибрация.
Древко стрелы, зажатое в его руке, задрожало.
Это не была стрела, пущенная с обычной силой.
И она была не одна.
Следом одна за другой прилетели ещё три стрелы.
Обе руки Энкрида задвигались, словно хватая воздух.
Хвать, хвать, хвать.
Вибрация.
Было поймано четыре стрелы.
За вычетом травм, его тело только что прошло через спарринг.
Этого было мало, чтобы пронять его.
Взгляд Энкрида широко разошелся, сосредоточившись на зданиях.
«Умелые наемные убийцы».
Иначе они не выпустили бы стрелу и не сменили бы тут же позицию.
Крыши зданий, окна, переулки на рынке.
Крысы прятались в тени, выказывая свое намерение убить их.
Убийц было несколько.
Энкрид заслонил Кранга своим телом.
Он мог бы отбивать стрелы вот так напролет всю ночь.
Нет, он мог бы поймать их.
—...Ты заблокировал их все.
Сказал Кранг сзади.
Это был удивленный тон, но само удивление было странным.
Словно он был удивлен не мастерству, а тому, что всё идет не так, как он хотел.
— Их много.
Тон Энкрида был спокоен.
Было бы всё равно, полетят ли в него стрелы или дротики.
Такую атаку мог бы заблокировать даже младший рыцарь.
Разумеется, не тем способом, которым он только что перехватил их, словно ловя запястье новорожденного.
Одним этим Энкрид мог бы сломить боевой дух убийц, но противники не умели сдаваться.
Прилетели еще две стрелы.
Однако на этот раз тип стрел был иным.
Мысли Энкрида ускорились, когда он воспринял две линии.
«У одной едкий запах».
У другой был резкий, пряный запах.
Это были стрелы, покрытые заклинанием.
Тогда ответ?
Если он разрубит их в воздухе, они взорвутся, и последствия настигнут их.
Лучший способ справиться с этими двумя стрелами — сделать шаг вперед и разрубить древки мечом.
То есть, сделать несколько шагов вперед, оставив Кранга, и обезвредить их, чтобы заранее блокировать последствия, но именно в этом и заключалась их цель.
«Если я уклонюсь, прилетят остальные стрелы».
Значит, он просто должен был блокировать их, защищая это место.
Энкрид так и поступил.
Первой была стрела с едким запахом.
Это был предмет с обмотанным вокруг него свитком, который взорвался бы когда остановится.
Тогда он просто не должен был давать ей остановиться.
Он отнесся к острию стрелы как к выпаду умелого воина с мечом или копьем и постучал по его концу тыльной стороной ладони.
От этого траектория стрелы изменилась.
Стрела, метившая в Кранга и распространявшая едкий запах, сменила путь и пролетела над головой.
Следующая стрела была такой же.
Эта должна была распространить ядовитое облако в момент взрыва, но по жесту Энкрида она улетела далеко в сторону.
Первая стрела взорвалась на уровне третьего этажа здания, а вторая угодила в переулок на рынке и с грохотом создала зеленый туман.
Некоторые из нападавших убийц невольно открыли рты.
«Что я только что видел?»
Поймать стрелы было достаточно удивительно, но он одним лишь жестом отклонил стрелы, обернутые в свитки.
Выглядело так, будто он взмахнул ладонью и создал ветер, чтобы оттолкнуть их.
Энкрид беспечно отряхнул руки.
Наконечник стрелы задел его, но оставил лишь красный след, даже не царапину.
Это произошло потому, что он на мгновение переместил свою Волю, чтобы облачиться в «Броненосец», и острие не разрезало плоть напрямую.
— Остро.
Затем он поделился впечатлением.
Энкрид не стал утруждать себя тем, чтобы зыркать туда, где прятались люди.
Он всё ещё не мог покинуть свое место.
Потому что он должен был защищать Кранга.
То есть, если они стреляли с расстояния, всё, что он мог делать, — это блокировать.
Обороняющаяся сторона всегда находится в невыгодном положении, так что тут ничего не поделаешь.
Группа убийц дружно уставилась на Энкрида и собиралась снова сделать свой ход.
Энкрид, почувствовав это, заговорил:
— Знаете, я пришел не один.
Прятаться в тенях — не их монополия.

Комментарии

Загрузка...