Глава 844

Рыцарь Вечной Регрессии / Рыцарь, живущий одним днём
Рем не сводил глаз с низкорослого мага, наступавшего слева: тот постоянно разрывал дистанцию, забирая в бок.
Противник маневрировал так, словно пытался зайти в тыл. Рем подстроился под его темп и перекрыл путь, но маг отступил еще дальше, явно пытаясь отманить его подальше от группы. Рем раскусил этот маневр, но все равно двинулся следом.
Весь талант этого мага в серебристых доспехах сводился к одному: он умел заваливать противника невидимыми чарами.
За это его и прозвали «Невидимой смертью».
Заняв удобное место, маг прикинул дистанцию и ударил по щиколотке Рема заклинанием «Невидимая рука». Связать ноги мечнику — и его сила упадёт наполовину. Обычная тактика.
Какими бы заносчивыми и неоперившимися они ни казались, драться эти люди все же умели.
Вот только их беда была в том, что против них вышли не просто мастера, а те, для кого битва стала самой сутью жизни.
Рем просто приподнял левую ногу, и невидимый захват прошел впустую — как раз там, где мгновение назад была его стопа.
Земля за его спиной с сухим треском брызнула комьями грязи. Рем коротко хмыкнул, и на его лице проступила дерзкая ухмылка.
«Ну и ублюдок. Решил впечатлить меня дешевыми фокусами?»
Этот немой вопрос буквально читался в его взгляде.
Маг заметил выражение лица варвара.
«Смешно тебе, значит?»
Пусть скалится — скоро будет выть, захлебываясь в соплях и слезах.
Дистанция была идеальной — около пятнадцати шагов. Будучи мастером ступени Безмолвного Такитуса, маг умел колдовать без единого слова. Именно это он и сделал.
Сплетя пальцами печать, он резко щелкнул ими, посылая вперед «Невидимую стрелу».
Фьють!
Воздух свистнул, и в сторону Рема метнулось нечто незримое и острое.
Ирония была в том, что Рем с малых лет рос среди шаманов и привык сражаться с тем, чего не видит глаз.
В этом деле опыта у него было, пожалуй, побольше, чем у Саксена. Рем вскинул топор и сделал резкий замах.
Бам!
Воздух словно взорвался, и невидимый снаряд разлетелся вдребезги. Однако обломки заклинания остались невидимы, и маг заложил в них очередную ловушку.
Осколки ринулись обратно к Рему, словно по команде.
«Чары с секретом — на случай, если их собьют».
Маги — народ хитрый, они обожают делать атаки многослойными. Эстер уже преподавала ему этот урок.
Руки Рема задвигались с бешеной скоростью.
Ву-у-ух! Тр-р-рах!
Он вращал топор так быстро, что тот превратился в непроницаемый щит. Осколки стрелы врезались в сталь и окончательно рассыпались в пыль.
Маг под забралом шлема удивленно вскинул бровь.
«И это парировал? Шустрый гад».
Эта мысль пронеслась в его голове лишь на мгновение.
Сам же Рем лишь утвердился в мысли, что перед ним обычный фигляр, мастер дешевых трюков.
— Маякни, если понадобится помощь.
Голос Саксена раздался из-за спины. Поиск скрытых угроз был его коньком, поэтому он и вставил свои пять копеек. Впрочем, звучало это скорее как издевка.
Предложить такое Рему — само по себе было чистой воды провокацией.
— Влезешь — и тебе башку красиво расколю.
— Красиво раскалывать я, кажется, умею лучше. С этим тоже помогу, если понадобится. Только скажи.
Рем, не переставая скалиться, бросил в ответ:
— Мужик, который красивее всех раскалывает людям башки, — это я.
Он в точности скопировал интонации, с которыми недавно выступала Эстер.
Когда все закончится, Эстер наверняка припомнит ему это и завалит отборными проклятиями.
— Как скажешь.
Саксен пожал плечами и отступил. Он и не планировал помогать — теперь он просто наблюдал. Он разжег это пламя, но дальше бой шел уже без него.
— Да как вы...
Маг в серебристой броне задохнулся от ярости и начал бормотать заклинание. Его стратегия была примитивной: удерживать дистанцию и засыпать врага невидимыми стрелами, руками и клинками. Главное — не дать подойти вплотную и тянуть время.
Броня служила ему лишь страховкой. И сейчас он начал плести новые, более мощные чары.
«Время тянет, гад».
Рем невозмутимо наблюдал за потугами противника, словно оценивая его старания.
«Неужто козырь припрятал?»
Понять логику врага было несложно. Маг привык бить исподтишка? Да нет, с точки зрения тактики тут все было шито белыми нитками.
«Всяко интереснее, чем занудное академическое фехтование».
Здесь хотя бы все было предельно ясно.
Стиль Энкрида с его «обманным мечом» был настоящим справочником грязных приемов, основанных на психологии и рефлексах.
После тренировок с Энкридом этот маг казался чуть ли не подарком судьбы.
Рем прищурился. Приглядевшись к доспехам врага, он заметил едва уловимое марево, окутывающее металл.
«Похоже на магический щит».
Как Рагна набрался опыта, наблюдая за «Убийством заклинаний», так и Рем успел кое-что перенять.
Он раскрутил пращу. Вжух! — и не успел бы противник выдохнуть, как над головой Рема уже бешено гудел кожаный диск.
Активировав шаманское усиление «Сердце зверя», Рем почувствовал прилив мощи. Одним мощным рывком он придал праще запредельное ускорение. Рука сработала как хлыст — он поймал момент и выпустил снаряд. Круглый камень со свистом вылетел из кожаного гнезда.
Бам!
Воздух позади снаряда хлопнул от колоссального давления.
Хрясь!
Удар Рема буквально проломил пространство, вдребезги разбив заклинание, которое так старательно готовил маг.
По серебристой броне поползла странная светящаяся жидкость — защитный слой явно не выдержал и потек. Подготовка основной атаки тоже была сорвана.
— Какого...
— А? Думал, если стоишь там, куда я рукой не достану, преимущество за тобой? Вот ты и есть тупица.
Рем вошел в раж и принялся засыпать врага привычными колкостями. Маг, теряя самообладание, выпустил целую очередь «Невидимых стрел».
Целый рой незримых снарядов обрушился на него, словно ливень, но Рем легко ушел в сторону.
Ничего сверхъестественного. Стрел было меньше сотни, пусть и невидимых. В настоящей сече их летят тысячи — на таком фоне эта атака казалась детской забавой.
К тому же, если их не блокировать в лоб, они не разлетались коварными осколками.
Маг в отчаянии громоздил невидимые стены, ставил решетки и даже пытался швыряться огненными глыбами. Рем лавировал между чарами, а те, что нельзя было обойти, сбивал прямо в полете.
Бам! Бум! Грох!
Оглушительные хлопки следовали один за другим. Снаряды Рема, заряженные шаманской силой, подавляли чужую магию — в них было вплетено искусство рассеивания маны.
Каждый его бросок нес в себе энергию, которая гасила заклятия в зародыше, какой бы сложности они ни были.
Маг оказался прижат к стенке. В отчаянии он попытался прибегнуть к магии Золотого Слова, чтобы покончить с врагом одним махом.
Но для этого требовалось время, которого у него не было.
— А? Не слышу. Что ты там себе под нос бубнишь?
Рем не давал ему ни секунды передышки. Магу приходилось лишь судорожно защищаться, и вдруг варвар просто исчез из виду.
— Эй, ты и впрямь думал, что этой дистанции тебе хватит?
Голос прозвучал у самого уха. Мага прошиб холодный пот, а волосы на загривке встали дыбом.
Рем выбрал идеальный миг: его последний снаряд только что окончательно выжег защитные чары на броне врага.
Магу хватило бы всего пары вдохов, чтобы восстановить щит.
В его арсенале хватало оборонительных приемов, превращавших его в неприступную крепость. Он умел терпеть и выжидать, даже если инициатива была не на его стороне. Но именно в этот краткий миг уязвимости Рем нанес решающий удар.
Последним, что запечатлел взор мага, была серая вспышка промелькнувшей стали.
Рем вложил в этот взмах всю мощь своего тела и шаманскую силу. Корпус провернулся на опорной ноге, придавая топору сокрушительную инерцию.
Хрусть!
Сталь легко пробила воротник доспеха и завершила начатое, начисто снеся голову противника.
Голова в шлеме, описывая нелепую дугу, глухо шмякнулась в пыль.
Для Рема это было в порядке вещей. Прирожденный охотник, он отточил свои навыки в спаррингах с Энкридом, научившись бить точно в ту долю секунды, когда враг открывается.
Прикончить мага, как только спала его защита... Для него это было проще простого.
Наблюдавший за этим Саксен не смог сдержать мысленного восхищения.
«Для любого колдуна этот варвар — сущий кошмар».
Впрочем, был среди них один человек, который внушал еще больший ужас.
— Почему?! Почему оно не работает?!
Маг Черной Массы в ярости выплевывал проклятия вместе с кровью. Он обрушивал на врага черные диски и призрачные клинки, пытался замуровать его в магических саркофагах, но Энкрид просто шел напролом. Любое заклятие, коснувшись его меча, «Рассвета», мгновенно рассыпалось.
Убийца заклинаний.
Техника, которую даже гениальный Рагна не смог скопировать с ходу, и которую Рем, при всем своем шаманском чутье, не мог воспроизвести столь же чисто.
Энкрид видел сами нити маны и просто перерезал их.
Даже Саксен, его учитель в искусстве восприятия, не заходил так далеко, а для Энкрида это было так же естественно, как дышать.
Мало кто смог бы хладнокровно кромсать «Ходячий огонь» Золотого Слова, буквально сгорая в нем заживо. В его исполнении невозможное казалось логичным.
Казалось, в Энкриде пробудился какой-то дремавший доселе дар.
Энкрида когда-то забавляло, что он не может оценить мощь драконида Темареса. Его нынешний противник, напротив, тонул в ледяном ужасе.
«Не действует».
Варвар рубил любые чары, которые в него летели, и неумолимо приближался, не сбивая шага.
Энкрид не пытался давить психологически. Просто...
«А это интересно».
Процесс «убийства» магии по-настоящему увлек его.
Маг, не жалея сил, продолжал изрыгать заклятия Черной Массы. Железная пыль спрессовалась в фигуру, которая в точности копировала рост, стойку и даже меч самого Энкрида.
— Познакомься со своей смертью — со своим двойником.
Маг прохрипел это, захлебываясь кровью. Но Энкрид разрубил и эту иллюзию.
Никакая копия не могла воссоздать его внутреннюю Волю. Маг даже не успел заметить молниеносный выпад, усиленный техникой «ускорения точки».
Дзинь!
Черный двойник просто развалился пополам и опал кучкой бесполезной пыли.
Пора было заканчивать этот фарс.
Меч Энкрида буквально выжигал магию из этого мира. Он был идеальным инструментом для истребления чародеев.
— Такого ублюдка не должно существовать.
Это были последние слова мага. Энкриду даже не пришлось наносить последний удар: истощенное магией тело колдуна жутко скрючило, и он замертво повалился на землю.
Его убил магический откат — его собственный внутренний мир заклинаний схлопнулся.
Его кости ломались изнутри, мышцы рвались, а суставы выворачивались под немыслимыми углами. Из глаз, ушей и носа хлестала темная, густая кровь.
Выжечь себя дотла ради маны? Вот цена отсутствия реального боевого опыта. Он слишком привык побеждать легко и, столкнувшись с настоящей преградой, не рассчитал сил, выплеснув из себя всё до капли.
Сражаясь только со слабаками, никогда не узнаешь своего истинного предела.
Впрочем, Энкриду было глубоко плевать на эти тонкости.
— Он что, вдруг сам по себе умер?
Энкрид лишь недоуменно склонил голову набок.
Эстер, заметив, что на одном фланге все затихло, произнесла:
— Значит, пора и нам закругляться.
Она впервые видела ведьму-змееустку, но стала ли та для нее достойным противником? Едва ли.
Ведьма отращивала змей прямо из собственного тела и спускала на врага призрачных тварей, созданных из чистой энергии.
В ответ Эстер призвала Бонхеда. Старый плотяной голем за это время превратился в нечто гораздо более грозное — в настоящего элитного стража.
Облаченный в иссиня-черную броню, он сжимал в руках тяжелые кованые булавы.
— В бой.
Бонхед с методичностью мясника крушил черепа змей. В отчаянии ведьма сплела сложнейший жест, призывая колоссального змея.
Чудовище разинуло пасть, чтобы заглотить голема целиком, но Коса Дмюллера в руках Эстер одним взмахом распорола тварь от головы до хвоста.
Со стороны могло показаться, что силы равны, но сама ведьма уже кожей чувствовала непреодолимую пропасть между ними.
«Ее мана... она совсем другого уровня».
«Так вот ты какое, Звездное Дитя...»
Эта мысль промелькнула в ее голове последней. Но она ошибалась: мощь Эстер была результатом адского труда, а не просто подарком звезд.
— Будь ты проклята...
Ведьма бросилась наутек — умирать в этой глуши не входило в ее планы. Она попыталась укрыться за спиной того, кто и привел ее в Астрейл.
Маг по имени Фенадекс, возникший словно из ниоткуда, бросил холодный взгляд на тела трех павших союзников. Их прижали к стенке. Теперь выбор был за ним.
Принять смерть или попытаться скрыться? Но был ли шанс на побег? Нет. Эстер, несущая в себе свет звезд, стала слишком опасной.
Он видел сияние ее ауры. Слухи о проклятии были чепухой — она стала невероятно сильной. Ее магический горизонт расширился до пугающих масштабов.
«Это проигрыш».
Но он оставался магом — тем, кто привык водить мироздание за нос. Окинув противников взглядом, он негромко спросил:
— А знаете ли вы, что скрывается за Южными пределами?
Вместе с этим вопросом он выбросил всю свою энергию без остатка. Пути назад не было — даже если он уцелеет, его личность будет стерта. Но забвение было лучше гибели.
«Я поглощу силу звезд...»
«И тогда мне откроется истина».
Его выбор был сделан. Призыв начался.
— Да плевать, что там находится.
Рем шагнул вперед, собираясь добавить что-то едкое, но осекся — глаза мага залила непроглядная тьма.
— Гх-а-а-арх...
Издав утробный рык, маг скрючился. Раздался жуткий треск рвущихся жил и ломающихся костей.
«Тоже решил самоликвидироваться?» — мелькнула мысль у Энкрида.
— Сумасшедший...
Эстер почуяла извращенный поток маны и сразу поняла, на что пошел этот безумец.
— Жадность, желание, пожирание. Он полон таких чувств.
Драконид озвучил то, что ощущал в ауре противника: чистую, незамутненную жажду потребления.
Энкрид не стал дожидаться финала трансформации. Рывок — и его меч прочертил смертоносную дугу. «Связующий меч Оары» позволил ему мгновенно сократить разрыв и обрушить удар сверху вниз.
Дзинь!
«Рассвет» зазвенел, встретив сопротивление огромной угольно-черной ладони. Эта лапа была настолько велика, что могла бы раздавить человеческую голову, как спелый плод.
Чудовищная конечность вырвалась прямо из спины мага, пробив мясо и доспех со скоростью пущенной стрелы.
«Вот как?»
Заметив, как вздулись черные вены на этой лапе, Энкрид лишь сильнее надавил на эфес, вкладывая в удар всю свою мощь.
Хряп!
Грубая черная шкура не выдержала натиска и с мерзким звуком лопнула под лезвием.
— Я — великий... из Демонических зе... А-А-АРГХ!
Маг пожертвовал собой, чтобы призвать демоническое отродье, но гость из иного мира успел лишь издать вопль, прежде чем лишился руки.

Комментарии

Загрузка...