Глава 396: Глава 396: Следующий

Рыцарь Вечной Регрессии / Рыцарь, живущий одним днём
Вечно возвращающийся рыцарь
Глава 396 — 396 — Следующий
Глава 396 — Следующий
Эдин Молсан почувствовал, как у него разболелась голова от запаха горящего масла из фонаря.
Он задавался вопросом: если он пробудет здесь еще дольше, не умрет ли он, так и не вдохнув освежающего воздуха, скорее от этого, чем от пыток или побоев.
— Проклятье, — тихо выругался он, и его мысли обратились к младшей сестре.
Когда он поднял голову, то увидел прямо перед собой человека, сидевшего со скрещенными ногами. С большими глазами и той внешностью красавца, на которую обернулся бы любой мужчина, это был Крайс — тот, кого Эдин хорошо знал по Отряду Безумцев.
Он и представить не мог, что этот парень приставит шпиона к нему и к его сестре. Сейчас не было смысла злиться, так как это ничего бы не изменило, поэтому Эдин задал практичный и реалистичный вопрос.
— Моя сестра?
— В полном порядке. Она мало ест, но, похоже, в этом и кроется секрет поддержания ее фигуры.
Вкрадчивая манера речи Крайса раздражала.
— Если бы ты сбежал прямо перед началом гражданской войны, ничего этого бы не случилось, — заметил Крайс.
Эдин чуть было не сказал, что хотел бы так и поступить, но вовремя остановился.
Нужно понимать ситуацию, чтобы избежать ее.
Его отец, Король Пограничья, спланировал гражданскую войну и развязал ее. Эдин знал об этом, но не мог говорить свободно.
Что бы ни говорили другие, он был отцом Эдина.
Измена наверняка привела бы к совместному обезглавливанию.
Станет ли он на сторону противников своего отца?
Это было немыслимо.
Эдин знал, какой силой обладает его отец. Он был не из тех, кто вступает в бой без шансов на победу.
Эдин Молсан просто хотел спрятаться со своей сестрой где-нибудь в тихом месте.
На востоке или на севере — не имело значения.
Вот почему он терпел, когда его избивал этот парень, Энкрид.
Его сестра должна была соблазнить Энкрида и убедить их отца.
Оглядываясь назад, казалось, что их отцу было совершенно наплевать на Эдина.
«Не то чтобы он позволил бы мне сбежать», — подумал Эдин.
— Убейте меня.
Сказал Эдин. Эти люди были врагами его отца, так что они не остаят его в живых.
Ценность заложника? Чепуха.
Его отец?
Дин Молсан, его отец, в глазах Эдина перестал быть человеком. Его холодность была подобна вечной мерзлоте, стуже, которая никогда не тает.
На поверхности это не было заметно, но если присмотреться, в его холодности было нечто нечеловеческое.
«Когда он стал таким?»
Он не знал. Это было за пределами его понимания. Его отец изменился в какой-то момент.
— Кого ты собрался убивать?
Крайс наклонил голову, затем с громким хлопком ударил себя по бедру.
— Давай поступим так.
Крайс знал, как обращаться с людьми. Он быстро соображал и хорошо владел ситуацией.
Эдин Молсан знал, что как заложник он больше не представляет ценности.
Графу Молсану было наплевать на сына перед ним.
Разумеется, ему было плевать и на свою дочь, переодетую мужчиной.
Это было не его делом, но одно было ясно наверняка.
«Эдин Молсан пытается сбежать».
Он знал, чего тот хочет. Пытки были не нужны.
— Расскажи мне все, что знаешь, и отправляйся в Мартай. Я устрою тебе новую личность и дом. Вероятно, ты планировал продать драгоценности и побрякушки, которые прихватил с собой, чтобы обосноваться, но думаешь, ты сможешь легко от них избавиться? Тебе повезет, если тебя не прирежет вор посреди ночи.
Крайс когда-то прятал людей и заключал сделки с Кроной. У него были навыки, и какое-то время он даже подумывал встать на этот путь.
Однако он не стал этого делать, потому что шансы быть зарезанным или запертым в темнице были слишком велики. Но на тот момент у него не было настоящего таланта в этой области.
Работу можно было выполнить через Гильдию Гилпина, так что это было не слишком сложно.
—...Ты собираешься пощадить меня?
Глаза Эдина были полны сомнения.
— Верно, я бы тоже не поверил, — сказал Крайс, бросая слова, которые заставили бы его собеседника закивать, услышь он их.
— Честью моего командира.
Командиром был Энкрид. Вес имени Энкрида в Пограничной страже был несравним ни с чем другим.
Даже если люди не знали имени лорда, имя Энкрида знал каждый ребенок на улице.
— А если это ложь?
— А у тебя есть выбор, кроме как поверить мне?
У Эдина не было выбора. Он мог либо довериться ему и заговорить, либо просто умереть.
— Черт возьми. Я действительно попался.
Эдин Молсан рассказал то, что знал. Для него это было не так уж важно.
Он даже не знал подробностей.
— На территории Графа есть пять орудий.
— Не псы, а орудия?
Казалось, он использовал неправильное обозначение отряда.
— Это пять воинов, владеющих разным оружием.
Объяснение было недолгим.
Силы Графа были разделены на четыре группы, и у каждой был свой генерал.
Остальная структура была похожа на королевскую.
Пять орудий, генералы и воины, охранявшие графа Молсана, были теми, кто доказал свою состоятельность грубой силой.
Они были монстрами во плоти.
Немой воин, владеющий молотом, Мальтан.
Великан, сделавший свое тело оружием, Бенукт.
Залбан, который управлялся с двумя копьями с почти магическим мастерством.
Фея лиственного клинка, Банат.
Падший благородный воин, Риварт.
— Любой из них мог бы стать рыцарем в любом ордене. Все они преданы Графу.
От одной мысли о них у Эдина пересохло во рту.
Все они были нечеловеческими существами.
Граф Молсан был настойчив и коварен. Никто не знал, какую силу он затаил.
— Он вступил в союз с культом или чем-то подобным?
Этот вопрос также интересовал Крайса. Объединился ли Граф с Аспеном или другой группой.
— Незачем. У него есть силы территории.
Эдин ответил, и прежде расслабленное лицо Крайса ожесточилось.
Долгих объяснений не требовалось.
— Он создал чудовищную армию.
Пока Пограничная стража сдерживала Аспен.
Пока королевство сдерживало Демоническое царство и Юг.
Граф Молсан вел себя спокойно. Хотя его и называли королем пограничья, он не создавал серьезных проблем.
Вот какую силу он накопил.
И это все?
Этот хитрый ублюдок?
Он наверняка спрятал нечто большее. Подозрение переросло в уверенность.
Внезапно Крайс вскочил с грохотом, опрокинув стул.
Эдин закрыл глаза, наблюдая за этим.
Жребий был брошен, и Эдин знал, сколько дней ему осталось.
Снаружи послышался голос Крайса — он кричал на бегу.
— Аудин! Капитан Шинар! Капитан Грэм! Нам нужно немедленно организовать подкрепление!
— Было ошибкой вот так вырубать констебля.
Голос принадлежал какому-то мастеру гильдии, стоявшему рядом с Энкридом. Честно говоря, это раздражало, но он оставил его в покое.
Парень подошел ближе с чем-то вроде добрых намерений.
Это он поставлял различное оружие и снаряжение и даже последовал за ним по пути к равнинам Наурилии.
Он говорил, что в юности владел мечом.
Так что его интерес заключался в том, чтобы вступить в королевскую армию.
— Ошибкой?
Эндрю, следовавший позади, отреагировал, почувствовав неладное.
— Я знаю, что у тебя есть навыки, но ты ведь понимаешь? Репутация так же важна.
Мастер гильдии объяснил, и Эндрю усмехнулся. Мастер гильдии, увидев это, нахмурился, но быстро расслабился.
Другой мужчина был главой недавно возвысившейся благородной семьи, Гарднер.
Говорили, что пять учеников позади него также обладали впечатляющими навыками.
Энкриду было плевать на то, что говорил мастер гильдии.
Причина?
Это быстро стало ясно без долгих раздумий.
Дело было в том, что никто не распространял слухи о том, что Энкрид сделал с теми, кто был тому свидетелем.
Айшия, которая примерно знала ситуацию, была не из тех, кто станет болтать лишнего.
Станет ли Рем говорить? Болтовня была специальностью Рема, но здесь не с кем было разговаривать. Рагна и Джаксен отпадали.
Выступит ли Эсфирь?
«Это он спас вашего короля».
Сказала бы она это? Вряд ли.
Конечно, были те, кто видел Энкрида.
Это были те, кто столкнулся с ним, когда он спасал Крайса. Они были свидетелями его мастерства меча, когда он мгновенно разрубил сквайра Ропорда, но те люди тут же сбежали.
У них не было возможности высказаться.
Кранг почти ничего не сказал, как и Мэттью. Стражник, державший трезубец, тоже.
Однако всякий раз, когда кто-то говорил какую-нибудь глупость, Мэттью и стражники с трезубцами злились.
Конечно, пошли слухи.
Слухи о том, что Энкрид, герой Пограничной стражи, существовал на самом деле.
Прежние рассказы о том, что он хвастун или никто, начали утихать.
Но не все дворяне признали это.
Ну и что?
Как уже неоднократно упоминалось, Энкрида это ничуть не заботило. Среди тех, кто собрался вокруг него, не было никого, кто обращал бы внимание на подобные вещи.
Разве что кто-то пришел бы посмеяться над ним, конечно.
А в остальном — зачем беспокоиться?
Энкрида гораздо больше интересовали другие дела.
Было много вещей, о которых нужно подумать, и дел, которые нужно сделать.
Пока Энкрид шел по равнинам Науриль, он размышлял о прошлом.
— Я Ингис из Ордена Красных Плащей. Думаю, мы еще встретимся.
Это случилось, когда Ингис, рыцарь ордена, подошел к Энкриду перед уходом.
— Надеюсь, в следующий раз мы сможем сразиться.
Несмотря на то, что Ингис не сделал ничего особенного, внимание Энкрида привлек Ингис.
— Почему ты хочешь драться со мной? — заинтригованно спросил Энкрид.
Обычно Энкрид сам бросал такие вызовы, так что было необычно, когда кто-то просил его об этом.
— У меня хорошая интуиция, и ты интересный человек.
Ингис с серьезным видом провел рукой по волосам.
Энкрид нашел его очень уникальной личностью.
— Что ж, мне пора.
Ингис упомянул, что на юге творятся неладные дела, повторив это пару раз перед уходом.
— Ты превращаешься в того мужчину, в которого кто-нибудь мог бы влюбляться каждый день.
После этого в гости пришла Луагарн. Она несколько раз обнажила меч, а затем заговорила.
— Мои нынешние навыки не могут сравниться с твоими.
Ее лодыжка еще не полностью восстановилась. Даже при том, что Лягушки могли быстро исцеляться, лодыжка не заживала полностью за одну ночь.
Но все же разрыв в мастерстве был неоспорим.
— Похоже, мне еще есть чему тебя научить.
В течение пяти дней Луагарн помогала Энкриду совершенствовать технику фехтования.
Энкрид прилежно изучал техники.
— Я делал это так в прошлый раз?
Пока Энкрид упражнялся с мечом на марше, он вспоминал свои прошлые движения. Это было лишь частью его рутины, и все остальные просто не обращали внимания.
у Энкрида не было солдат под командованием, поэтому люди, наблюдавшие за ним, были предсказуемы.
Рагна, Джаксен, Дунбакель, Рем и Эндрю.
За исключением Эндрю, остальные изначально принадлежали к регулярной армии Пограничной стражи, поэтому было естественно, что у них не было солдат под командованием.
Путешествие к равнинам Науриль было спокойным. Не было ни засад, ни налетов.
Разведчики постоянно перемещались, докладывая о передвижениях врага.
До тех пор Энкрид лишь размышлял о том, в чем практиковался последний месяц.
Аудин месяц, который при обычных обстоятельствах мог считаться коротким периодом, на этот раз прошел иначе.
— Ты сильно вырос.
Взгляд Рагны переместился.
— Давай же, нападай. Я буду биться с тобой вполсилы.
Рем тоже загорелся желанием бросить вызов.
— Это нелепо.
Айшия, которая выздоровела и вернулась, покачала головой. Как чьи-то навыки могли так сильно улучшиться всего за несколько дней?
— Трудно узнать в тебе прежнего себя.
Джаксен тоже прокомментировал перемены. Это была высокая похвала. Энкрид кивнул.
Целый месяц Энкрид почти ничего не говорил.
Он сосредоточился только на своем мече и шел вперед.
Было ли это из-за стимула от его наставника?
Это было еще не все.
Внутри Энкрида продолжало формироваться его мастерство меча.
Энкрид то и дело задавал себе вопросы.
«Что, если бы я сражался до конца?»
Что бы тогда случилось?
Через эти повторяющиеся вопросы он нашел ответ. Нет, он уже знал ответ.
Опыт неоднократного столкновения с сегодняшними трудностями принес озарение.
Теперь, пройдя этот путь, перед ним открылось новое видение.
Максимум три раза — этого было достаточно.
Этого хватило бы, чтобы преодолеть преграды.
Так он понял, что он не стена.
Это был освежающий опыт.
Хотя прошел месяц, он казался слишком коротким, учитывая многочисленные повторения.
Это было время иной концентрации и интенсивности.
Энкрид менялся каждый божий день. Это был момент переваривания опыта, накопленного за те повторяющиеся дни, но остальным это казалось чем-то экстраординарным.
— Теперь ты не так-то легко умрешь.
Подвел итог Рем.
Наконец они достигли равнин Науриль.
За сочными зелеными полями, где с приходом лета пробивались новые ростки, в полной мере показались вражеские войска.
Выстроилась огромная армия, численность которой поражала воображение.
— Их так много.
Рем заговорил первым. Рагна кивнул, а Джаксен лишь слегка поднял голову, скрестив руки на груди.
Дунбакель окинула взором строй слева направо и сказала: — Их как минимум в три раза больше.
Как она и сказала, численность войск сильно разнилась.
командиры из армии Крайса думали, что смогут привлечь культистов или прибегнуть к каким-нибудь уловкам.
Это было просчетом.
Реальность была такова, что численность армии была иной. Хорошо обученная провинциальная армия насчитывала около десяти тысяч человек.
Даже от одного их строя исходила иная аура.
Войска, дислоцированные для защиты от гражданской войны, едва насчитывали три тысячи человек.
Их превосходили числом, выучкой и мастерством. Это был заведомо проигрышный бой.
Перед ними стояли пять смертоносных фигур. По бокам от них стояли два адъютанта, каждый из которых излучал внушительное присутствие.
Погода была солнечной, но казалось, что над головой сгущаются темные тучи.
Черные тучи висели только над их войсками.
А затем...
— Я здесь просто для того, чтобы поздороваться.
Заговорил человек, который прошел этот путь, постоянно совершенствуя свой меч.
Он хотел испытать свой меч и на каком-то уровне инстинктивно стремился изменить атмосферу текущего момента.
Это была та самая интуиция, которая могла пронзить стратегии и тактику битвы против Аспена.
— Большеглазый.
Теперь Энкрид непринужденно называл того, кто привык помогать ему, «странноглазым» и сел в седло.
Под раскатистый звук горна,
Бум, бум, бум!
Гул барабанов эхом разнесся вокруг, и одинокий всадник рванулся вперед.
— Кто угодно, выходите.
Крикнул он. Воцарилось ошеломленное молчание, когда вперед вышел один из адъютантов пяти смертоносных фигур.
— Я принесу его голову.
Раз противник попросил дуэли, он ее получит.
Адъютант выставил вперед копье и поскакал навстречу.
Противник спешился.
Зачем этому глупцу спешиваться?
Боевой конь заржал.
— Ха!
С этой командой скорость возросла, и земля начала дрожать.
Тяжелый конь и его всадник неслись в атаку.
Спешившийся противник врага, скорее всего, будет поднят на копье или разорван в клочья.
— А-а-аргх!
Один из солдат королевства указал вперед, открыв рот от недоверия.
— Разве нам не стоит этого избежать?
Таков был вопрос.
Но большинство из них застыли, наблюдая.
Хотя не все произошло в мгновение ока, они ничего не могли поделать.
Учитывая ситуацию, все, что им оставалось — это смотреть.
Те, кто мог видеть и понимать ситуацию, знали, что спешившийся враг будет пронзен копьем.
Те, кто не знал Энкрида, могли думать только так же.
Лишь немногие могли позволить себе роскошь знать, кто это.
Бум, бум, бум!
Лошадь стремительно сокращала дистанцию. Ее тяжелый вес был виден издалека. С земли поднялась пыль.
Трава сминалась под копытами, разлетаясь назад.
Это была яростная атака по сравнению с плавным галопом их собственных войск.
Вжих!
Копье рассекло воздух. Адъютант с копьем и его конь пронеслись мимо противника.
Глухой удар!
Кровь брызнула в воздух, словно краска на холст.
Всадник проскочил мимо, но его верхняя часть тела осталась позади.
Торс воина с копьем подлетел в воздух, словно какая-то невидимая сила дернула его, прежде чем он рухнул на землю.
Кровь и внутренности запачкали траву и землю.
Первая жертва.
Энкрид пробормотал себе под нос, хотя они не могли слышать его слов.
— Следующий.

Комментарии

Загрузка...