Глава 987

Рыцарь Вечной Регрессии / Рыцарь, живущий одним днём
— Райли?
Сколько бы раз ни проживал этот день, есть имена, которые врезаются в память навсегда. Энкрид узнал человека, преградившего им дорогу. Бальмунг тоже признал его: у него были свои завязки с домом Джаун.
Один из кратчайших путей из имперских земель лежал неподалеку от владений Джаун, но все же не настолько близко. Каким ветром их сюда занесло?
Бальмунг пристально смотрел на него, и в этом взгляде читалось сразу несколько немых вопросов.
— Давно не виделись, сэр.
На имперца Бальмунга Райли глядел с явным недоверием и неприязнью, но перед Энкридом склонился в глубоком почтении.
— Ну и предвзятость, — проворчал Бальмунг.
— Мы просто приглядываем, Вальпир.
Заговорил Райнокс — немолодой мечник, который, казалось, никогда не расставался со своей весёлой ухмылкой. Его пояс по-прежнему был увешан оружием. Хотя погодите, мечей стало меньше?
Теперь его арсенал сузился до трех основных клинков: рапиры, длинного и короткого меча. Последний выглядел самым ценным — с первого взгляда было ясно, что это древняя реликвия.
Руки Райнокса были расслаблены, но пальцы замерли в опасной близости от рукоятей, готовые в мгновение ока выхватить любой из клинков.
Малейшая искра — и он тут же ввяжется в бой.
Третьей в этой компании была Грида Заун.
— Так, погоди... Энкрид, ты что, покрасился? Вроде же черноволосым был?
Этот вопрос она адресовала Саксену, стоявшему рядом. Если Рагна страдал топографическим кретинизмом, то Грида совершенно не запоминала лиц. Для нее люди делились на категории вроде «того симпатяги», вот она и обозналась.
— Командир там, — спокойно ответил Саксен, кивнув в сторону Энкрида.
— А, ну да. Я сразу поняла, что это ты.
Темарес, наблюдавший за ней, одобрительно хмыкнул.
— Удивительные глаза. По-настоящему красивые.
Дракониды способны чувствовать внутреннюю чистоту. И в этом плане выходцы из дома Джаун вызывали у него искреннюю симпатию.
Каждый из них обладал чистой душой и был до безумия одержим искусством меча.
Райли Джаун не спешил расслабляться. Он продолжал буквально сверлить взглядом Бальмунга.
Но любопытнее всего было то, что из всей троицы главным оказался вовсе не Райнокс и не Грида.
Эта перемена поразила Энкрида больше всего. Райли Джаун, когда-то хромой калека, так изменился и возмужал, что теперь именно за ним было последнее слово.
Райнокс, судя по всему, выступал в роли наблюдателя или наставника, а Грида — как основная ударная сила.
Райли сохранял невозмутимость и, не сводя ровного взгляда с собеседника, продолжил:
— Я говорю от лица дома Джаун. Это воля нашего главы и каждого из нас. Мы следим за вами. Те, кого вы планировали использовать как марионеток под громкими титулами Щитового герцога или Лорда-Защитника, уже определились со стороной. Если с нашим покровителем что-то случится, каждый из нас обнажит меч и пойдет до конца.
Это прозвучало как открытый вызов и жесткое предупреждение.
Вальпир Бальмунг невесело подумал, что в этой поездке простых путей не бывает. Как они вообще вычислили этот маршрут?
— Глазастый чертяка, — буркнул под нос Рем.
После его слов Энкрид и Сериана невольно переглянулись.
Оба в одну секунду осознали, чьих рук это дело и кто срежиссировал эту встречу.
— Никаких взглядов.
Между ними тут же вырос клинок Синар. Энкрид скользнул взглядом по едва заметному узору на стали и отвернулся. Сериана последовала его примеру.
— Невероятно, — в очередной раз восхитилась Эстер.
Вокруг снова творился какой-то сюр, но Кранг лишь усмехнулся. В конце концов, это куда приятнее, чем отбиваться от полчищ монстров или демонических слуг.
Хотя, честно говоря, здешней компании было бы плевать, явись перед ними хоть сам Астрейл.
В этот момент до Кранга тоже дошло.
«Это всё Крайс».
Откуда люди Джаун узнали, где их ждать?
«Он просчитал наш путь».
Перед самым отъездом Крайс разослал письма не только в Пограничную стражу, но и в дом Джаун.
Он сделал это еще до того, как план пути был утвержден.
«Значит, он предугадал, какой дорогой мы пойдем в Империю в обход застав — и не прогадал».
Если это не дар предвидения, то что тогда?
Сидя в четырех стенах, он анализировал чужие поступки наперед и заранее расставлял фигуры. Для друзей Крайса это было в порядке вещей, но для непосвященных выглядело как магия.
Поэтому Кранг даже бровью не повел, Энкрид просто принял это как факт, а вот Сериана заметно напряглась.
«Он знал наш маршрут и поджидал нас?»
Но как? Ответ был прост: эта тропа была самой логичной и безопасной.
Такой расчет возможен, только если умеешь читать карту чужими глазами, предугадывая логику того, кто прокладывает маршрут.
«Но ведь дорогу выбирал сэр Бальмунг».
Крайс никогда раньше не встречал Бальмунга, но все равно просчитал его ход. И неужели это предел его возможностей?
«Вовсе нет».
Присутствие Серианы и ее людей сужало круг вариантов. Даже если бы ее несли на руках, подходящих дорог было раз-два и обчелся.
— Дом Джаун следит за порядком, — повторил Райли.
Он смотрел прямо и твердо, ни на секунду не сомневаясь в своих словах.
«Его намерения предельно ясны».
Сериане почудилось, будто она слышит голос того, кто дергает за ниточки.
«Мы не спускаем с вас глаз. Так что советую вам дважды думать перед каждым шагом».
В ее воображении он предстал как некий теневой стратег с пронзительным взглядом. Скрытный, холодный и расчетливый.
Серый кардинал, кукловод, просчитавший всё до мелочей. Настоящий монстр интриги.
«Жутко».
Сериана видела многих достойных людей в Империи, но стратега такого масштаба встречала впервые.
Захотел бы Император заполучить такого человека себе на службу? Или испугался бы его проницательности и постарался устранить?
Во всем Ордене Безумных Рыцарей самым опасным Сериана считала именно Крайса.
Воин, которого кличут «бедствием», может сразить тысячу врагов. Но тот, кто видит будущее, не вставая с кресла, способен погубить десятки тысяч — если только захочет.
И пока Сериана наделяла Крайса чертами зловещего гения, настоящий Крайс нервно дергал ногой от беспокойства.
— Скорее бы увидеть Нурат.
Он постоянно думал о своей возлюбленной. Это был его предел тревоги: когда страх зашкаливает, всегда тянет к тем, с кем чувствуешь себя в безопасности.
Разумеется, никакой таинственностью от него и не пахло. Напротив, он то и дело выходил погреться на солнышке, пытаясь утихомирить внутреннюю дрожь.
И, как всегда, терзался сомнениями: а стоило ли вообще отпускать короля и командира?
В сотый раз он мечтал бросить всё к чертям и просто открыть тихий салон.
Но на пустые грезы времени не было. Крайс превращал свой страх в двигатель: он просчитывал варианты, создавал резервные планы и страховался снова и снова.
Какие бы ужасы ни рисовала себе Сериана, Крайс просто выживал как мог. Он вовсе не был кукловодом, но великие заблуждения всегда начинаются с маленьких недоразумений.
Сериана осознала, чья это игра, но вида не подала.
— Значит, это такой теплый прием. Что ж, благодарю.
Она держалась так непринужденно, словно всё идет по плану. Бальмунг на мгновение нахмурился, но тут же взял себя в руки.
Он прекрасно понимал: мир не вертится вокруг чьих-то желаний. Империя долго обхаживала дом Джаун, но так и не получила их лояльности. Это был медицинский факт.
Для Моля и Серианы Император был почти божеством, но даже боги не всегда получают желаемое.
«Хоть бы в этот раз всё выгорело».
Если для остальных Император был кумиром, то для Бальмунга он был скорее кем-то родным — как мать или старшая сестра.
Эти чувства смешивались в нем в одно теплое ощущение защиты и принятия.
Сложно сказать, достаточно ли этого для слепой верности, но если бы встал вопрос о жизни и смерти — Бальмунг не раздумывая пошел бы в бой за своего правителя.
Так что ни угрозы, ни двусмысленное гостеприимство Джауна его особо не беспокоили.
Хотят перечить воле Императора? Пожалуйста, повоюем. В Бальмунге начал просыпаться тот самый «зверь», принесший ему славу. Он умел сдерживать свою дикую натуру, но она никуда не исчезала. И как раз в тот миг, когда его ярость была готова выплеснуться...
— Передай своим, что не стоит так волноваться, — обратился Энкрид к Райли.
Раз уж затея принадлежала Крайсу, значит, глава дома Джаун ее одобрил.
— Одинкар временно взял на себя бразды правления. Пока вы не вернетесь, сэр, дом Джаун будет находиться на военном положении.
Райли вовремя уточнил: они здесь по официальному приказу, а не из-за личного каприза.
Даже не знаешь, как на такое реагировать.
Впрочем, Энкриду было приятно. Раньше он бился за других, а теперь другие были готовы подставить плечо ему. Он подумал, что для победы над Демоническими землями таких преданных людей должно быть как можно больше.
— Обидненько, — вставил Кранг.
Вроде король — он, а все готовы лезть в петлю ради Энкрида.
Конечно, он шутил. Он не знал этих людей, но был рад, что у его друга есть такая поддержка.
Кранг широко улыбнулся. Гвардейцы поначалу напряглись, но, поняв суть разговора, понемногу начали расслабляться.
— Отставить. Пока не пересечем границу Империи, глаз не смыкать.
Командир гвардии моментально пресек расслабленность. Риэрбан был с ним солидарен. Энкрид с уважением отметил, что каждый здесь — и гвардейцы, и люди Джауна — просто честно выполняют свой долг.
«Как и Бальмунг с Серианой».
Никто не впал в панику — так, легкая дорожная суета.
Кстати, отсутствие монстров на перевале Пен-Ханиль тоже оказалось делом рук разведчиков Джауна.
— Путь свободен, мы все зачистили, — отрапортовал Райли.
Он всё еще прихрамывал, но шел твердо. Было заметно, сколько сил он вложил в тренировки, чтобы компенсировать увечье и научиться идеально держать равновесие.
«И, похоже, знатно вырос над собой».
На его примере было видно, что труд порой важнее таланта. В доме Джаун хватало гениев, но Райли истязал себя тренировками больше всех.
И у него на то были веские причины.
«Ущербность».
Тот потолок, в который он уперся из-за травмы. И предательство Хескаля Зауна — человека, который заменил ему отца.
Если к больной ноге он привык с детства, то потеря наставника стала для него свежей раной.
Ему пришлось самому решать, чем заткнуть эту дыру в душе. Он нашел в себе силы, и результат стоял сейчас перед ними.
— Ну как, прибавил в силе? — Грида пристроилась рядом с Энкридом.
Синар на нее даже не окрысилась.
Сериана хотела было возмутиться такой фамильярности, но воспитание взяло верх, и она промолчала.
— Продвигаюсь потихоньку, шаг за шагом, — ответил Энкрид, не замедляя хода.
Раз задерживаться не планировали, стоило поторапливаться.
Слова Джауна о «расчищенной дороге» оказались не просто фигурой речи.
В самых удобных для ночлега местах уже стояли палатки. Всё-таки годы жизни в горных поселениях не прошли даром.
Эти люди были наполовину фехтовальщиками, наполовину следопытами. Уж кто-кто, а они знали толк в выживании среди скал.
Вся их жизнь состояла из опасности и бесконечной шлифовки мастерства меча.
Таков был их уклад. И сейчас вся эта мощь была мобилизована ради одного человека — Энкрида.
— Увидел бы это Император — только бы и смог, что языком прицокнуть.
Бальмунг подостыл, но не удержался от шпильки. Ответа не последовало. Энкрид не стал расспрашивать Райнокса о деталях их маршрута, а сразу перешел к делу:
— Что он написал в письме?
Райнокс, переливая воду из фляги в котелок, небрежно бросил:
— Да черкнул, что за тобой приехали имперцы и ты уходишь навсегда, так что нам неплохо бы тебя проводить напоследок. Бред какой-то, если вдуматься. Что это за парень вообще?
Райнокс замер, глядя на Энкрида. Было в этом что-то странное — словно их ведут на поводке. Не то чтобы это злило, скорее сбивало с толку.
«В его стиле».
Энкрид молча кивнул и занялся ужином. Рем с тихим смешком стал ему помогать.
Темарес, Синар и Эстер всюду следовали за Энкридом по пятам.
— А что это за колоритная троица у тебя за спиной? Тоже из ордена? — поинтересовался Райнокс.
— Да.
Темарес влез с ответом раньше девчонок. На плечи он небрежно накинул темно-зеленый плащ. Энкрид вопросительно глянул на Синар, и та пояснила:
— Сам выпросил.
Вещь статусная и редкая, но для эльфийских мастеров пошить лишний десяток — пара пустяков.
Удивляло другое: драконид, щеголяющий в парадном плаще ордена, да еще и с регалиями.
Сам факт наличия эльфийской вещи никого не задел бы.
Но чтобы драконид добровольно нацепил на себя форму?
Они давно не виделись, и Темарес заметно преобразился. В его движениях появилось гораздо больше уверенности и жизни.
— Решил к нам примкнуть? — спросил Энкрид.
— Да, вступаю, — подтвердил Темарес.
— Понял тебя.
На том и порешили.
Райнокс лишь хмыкнул, мол, в этом дурдоме все свои. А вот подошедший Бальмунг явно пребывал в легком шоке.
Он и сам не жаловал протоколы, но происходящее выбивалось из всех рамок.
— Ну и порядки. У вас так просто стать своим? Может, и я сгожусь? — отшутился Бальмунг.
Энкрид на секунду задумался.
— Как насчет статуса почетного члена?
В грядущей войне с Демоническими землями лишний меч такого уровня точно не помешает.
Кранг, стоявший неподалеку, расхохотался. Весь этот цирк его только забавлял.
— Что, серьезно?
Бальмунг даже опешил от такой прямоты.
— Ну раз так, почетный рыцарь Бальмунг, займитесь-ка мясом.
Энкрид подколол его мастерски, попав не в бровь, а в глаз.
— Ты совсем с катушек слетел?
Бальмунг поддержал шутку, и по лагерю прокатился смех. Даже Сериана не сдержала улыбки. Последние капли напряжения окончательно испарились.
Ночевка выдалась на удивление спокойной. О монстрах можно было не беспокоиться, в шатрах было тепло, а у костра даже нашлось немного выпивки — почти загородный отдых, а не поход. Однако бдительность никто не терял. Особенно Саксен.
Помня о постоянных предостережениях Крайса.
Любая угроза королю могла мгновенно разжечь костер войны.
Империя обеспечит охрану, предупреждал тот, но не стоит забывать, что среди имперцев есть не только друзья.
Обычно предчувствия Крайса оказывались ложными. Но не сегодня.
Худшие опасения начали сбываться.
И Саксен первым почуял неладное.

Комментарии

Загрузка...