Глава 623

Рыцарь Вечной Регрессии / Рыцарь, живущий одним днём
Вечно возвращающийся рыцарь
Глава 623 — Позднее осознание
Как ни крути, Рагна совсем не подходил на роль командира отряда.
Впрочем, Крейс не собирался позволять ему бить баклуши.
— Давай начнем с десяти человек, — предложил он.
Так, была сформирована
Охрана Десяти Мечей.
Её создали с Рагной в качестве капитана и Ропордом в качестве заместителя капитана.
Разумеется, львиная доля бумажной волокиты и ответственности легла на плечи Ропорта.
Ко всему прочему, Ропорту поручили муштру новобранцев, хотя позже эту обязанность стали распределять между ветеранами из других отрядов.
Вся десятка была отобрана из лучших бойцов, но каждый из них рано или поздно впадал в уныние, видя, на что способны Рагна и Ропорт.
— Видимо, я всё-таки не гений, — с горечью признал один из них.
Обычно после такого Фел начинал над ними подтрунивать, а Ропорт ободряюще хлопал по плечу и звал обратно в строй.
И пусть не все из них еще заслужили особый знак отличия, каждый чувствовал себя частью чего-то великого.
была создана.
Под руководством Рагны в итоге получила репутацию небольшой, элитной группы под командованием Рыцарского Ордена, подчеркивая их исключительность и гордость.
Мелкие стычки внутри отряда случались, но на них смотрели сквозь пальцы.
— Если уж лезешь в драку — побеждай. Проиграешь — лучше сразу убейся, — заявлял Рагна без тени сомнения.
Он думал, что шутит, но его люди верили каждому слову.
Забавно, но сам Рагна считал ошибки неотъемлемой частью роста. Просто чувство юмора у него было... специфическим.
Наблюдая за Энкридом, он открыл для себя много нового.
— Хотите проверить себя — нападайте на меня, — подзадоривал он подчиненных.
Он иногда спарринговал с ними, и это придавало бойцам небывалый азарт.
Для всей десятки Рагна стал идеалом, к которому стоило стремиться.
Вдохновленные бешеной самоотдачей Энкрида, они совершенствовали свое мастерство не по дням, а по часам.
Когда-то сильнейшим подразделением пограничников считались силы обороны фронтира, ныне ставшие гарнизоном Мартая. Но времена изменились, и на фоне общего роста мастерства всех бойцов Пограничной стражи их слава понемногу померкла.
Следующим направлением Крайса стал
Отряд Святой Пехоты
, где капитаном был Аудин, а его заместителем — Тереза. Именно это подразделение требовало меньше всего внимания и надзора со стороны Крайса.
Луагарне осталась личным телохранителем Энкрида, а Эстер сумела превратить два десятка своих подчиненных в слаженную группу боевых магов.
Заложив этот фундамент, Крейс и Абнайер принялись менять саму атмосферу в Пограничной страже. реформы были лишь предлогом, чтобы внедрить культуру постоянного самосовершенствования.
— Нельзя давать этому запалу угаснуть, — твердил Абнайер, подталкивая Крейса к действиям.
Вместе они создали среду, где амбиции и рост навыков у тех, кто прошел базовую подготовку, только приветствовались.
Первым делом они ввели особые привилегии для каждого отряда, чтобы пробудить в бойцах гордость за свое знамя.
Вторым шагом стало повышение жалованья — элита должна была получать больше обычных солдат.
Пусть некоторые новобранцы, особенно из отряда Рема, не выдерживали нагрузок и уходили, это не вызывало проблем благодаря строгому, но справедливому надзору капитана стражи — Возмездия.
Зная прошлое Возмездия и его терки с Энкридом, такая перемена казалась невероятной.
Энкрид прилюдно назвал Возмездие своим соратником, признав его заслуги перед отрядом.
Очередной тонкий ход Крейса: он понимал, что поддержка Энкрида сделает авторитет Возмездия непререкаемым.
— Я не слушаю тех, кто слабее меня. Меня так с детства учили, — бросил кто-то в лицо Возмездию.
В ответ Энкрид просто отсек наглецу ухо. Солдаты потом шептались, что бедолаге еще повезло — капитан мог бы и голову снести.
Слова, которые Энкрид сказал следом, врезались всем в память:
— Если бы нам нужен был просто тот, кто умеет махать кулаками, я бы поставил во главе Рема. Вы этого хотите?
Никто — ни горожанин, ни наемник, ни солдат — не горел желанием испытывать судьбу из-за длинного языка.
Личность Рема была всем прекрасно известна.
Все это понимали. Все, кроме одного заезжего выскочки, который лишился уха за свою глупость.
— Да какая разница?! — огрызнулся ушастый.
— Ты псих.
— Сдохни уже.
— Хочешь помереть — делай это в одиночку.
— Живо вышвырните его и не забудьте помыть порог!
Даже трактирщик отвернулся от него. Вскоре наглеца прижали к стенке те, кто следил за порядком в городе.
Скрутив его, они радостно заорали: — Да здравствует Возмездие!
Команда Возмездия, входившая в состав регулярных сил охраны, была достаточно умелой, чтобы без лишних хлопот поддерживать спокойствие.
— Черт возьми, меня тут за какого-то пугала держат, — проворчал Рем, услышав эту историю, хотя в глубине души ему было всё равно.
В это время разошлась новость о том, что демоническое царство было обуздано.
Рыцари в красных плащах.
С поддержкой священников-исповедников Святой Нации.
Битва была кровавой. Айшия упомянула, что кто-то из её соратников даже лишился руки.
Еретики огрызнулись еще пару раз, но Апостолов среди них не было.
В одном из случаев смуту подавили трое пограничников, которые в свое свободное время оказались на юге.
По официальной версии, они просто проходили мимо, но за этим стояла разведка Джаксена.
Последним подразделением, которое создал Крейс, стал отряд тайных операций и ликвидаций, профи в шпионаже.
Его возглавил Джаксен.
В столице тоже было неспокойно: там накрыли логово еретиков, пытавшихся провести ритуал призыва демона.
Операцией руководил новый капитан стражи королевства, Эндрю Гарднер. Говорили, что преступников удалось взять живыми.
Энкрид узнал об этом из письма. Сам он вел тихую и размеренную жизнь: тренировался, оттачивал мастерство, ходил на рынок и болтал по душам с Этри.
— Позаботься о моем мече, пожалуйста, — попросил он как-то раз.
Для Этри уход за его клинком стал привычным делом: разобрать эфес, прогреть металл, смазать особым составом и хорошенько промаслить.
— Даже после моей обработки за ним нужен глаз да глаз. Не забывай регулярно мазать серебро маслом. Этот металл капризный, забросишь — и лезвие вмиг затупится.
— Я буду следить.
Этри заметил, что Энкрид почти не пользуется одним из первых его творений, и обменял тот короткий меч на новый, защитный клинок.
Лезвие было широким, покрытым затейливыми узорами, которые явно несли в себе магическую силу.
— Сам я магию в него вдохнуть не смог — мастерства не хватает. Но леди Эстер мне помогла.
Этри протянул Энкриду клинок в ножнах из черной кожи, лихо крутанув его за эфес.
— Эстер помогла?
«Ведьма Озерной Пантеры», как прозвали Эстер, хоть и казалась нелюдимой одиночкой, успевала приложить руку ко всему.
Даже лорд Грэм прислал ей подарки в благодарность за укрепление стен замка защитными рунами.
— Да, без неё я бы не справился.
У этого «защитного меча» была любопытная особенность: если его подбросить в воздух, он мог один раз сам заблокировать атаку.
Казалось бы, щит в этом плане надежнее, но у Этри были свои соображения на этот счет.
— Помню легенду об одном рыцаре, чей меч называли «Счастливым». Говорили, он спасал хозяина от самых неожиданных ударов, о которых тот и не подозревал. Эта история и вдохновила меня взяться за молот.
Этри не просто бил по наковальне — он изучал историю, искал вдохновение и вкладывал душу в каждый удар.
Теперь выбор меча вместо щита стал понятен.
— Это лишь первый шаг.
Его заветной мечтой было создание легендарного артефакта.
А этот клинок — лишь проба пера перед чем-то действительно грандиозным.
Ни Этри, ни Энкрид не знали, каким будет это оружие, но оба верили, что оно когда-нибудь увидит свет.
Видя, как горят глаза друга, Энкрид и сам загорелся азартом.
Всегда приятно видеть человека, преданного своему делу.
Где-то неподалеку лягух корпел над своим ремеслом — выделкой украшений.
— Ну как успехи? — из любопытства поинтересовался Энкрид.
— Не знаю, — буркнул тот.
Но работу не бросал.
Но успеха не было гарантировано, но он это сделал просто потому, что захотел.
— Продолжай в том же духе, — подбодрил его Энкрид.
Вернувшись в отряд, Энкрид попросил Крейса передать лягуху подарок — отборные коконы шелкопряда.
По словам Этри, лягух, получив посылку, так раздул щеки от важности, что это можно было считать высшим проявлением восторга.
Примерно тогда же пришло письмо от Восточного Короля с вестями о Дунбакель.
— Она что, всегда так избегает мытья? — вопрошал король.
В общем, у неё всё было в ажуре.
Время летело, и вот в один снежный день в конце зимы исполнился ровно месяц с тех пор, как ушла Шинар.
— Привет! Мог бы и сам заскочить, а то заставил меня тащиться в такую даль.
К ним пожаловал сам король.
Для Энкрида он был прежде всего старым другом, а уж потом монархом.
Официально — чтобы проверить, как продвигаются дела на Дороге Камней, которая открыла торговый путь на Запад и оживила всю экономику континента.
Караваны, идущие через Наурилию в Пограничную стражу, уже начали приносить городам немалую прибыль.
Но это была лишь отговорка.
За чашкой чая Кранг открыл истинную причину своего приезда.
— Тебе не интересно, почему Шинар ушла?
Она исчезла внезапно, не обмолвившись о возвращении, да еще и прислала письмо с просьбой её не искать.
— Я решил, что таков её выбор.
— Что ж, ты не ошибся, — признал Кранг.
Энкрид вспомнил то странное чувство, что посетило его перед тем, как его техника обрела форму.
Сейчас предчувствие было столь же нехорошим.
Действительно ли Шинар ушла по своей воле?
Кранг не стал ничего скрывать.
— Она сказала, что должна исполнить долг перед сородичами. Ходят слухи, она получила «Клеймо Обязательства».
Клеймо обязательства было пострашнее кандалов — проклятье, которое требовало завершить задачу в срок, иначе оно просто выпивало жизнь.
— Говорят, это как-то связано с проклятьем их народа. Она просила моей помощи, но я советовал ей отказаться от этого ярма. Она не послушала.
— Проклятье?
— Подробностей не знаю.
Чай в чашках уже давно остыл.
— Ясно одно: это обязательство держит её в плену. И оно будет мучить её до самого конца.
Наступила тишина.
Энкрид наконец отхлебнул чаю, но тот оказался невыносимо горьким.
Он забыл вовремя вынуть заварку.
Горечь заполнила рот, вторя той горечи, что поселилась в его мыслях.
Он уважал выбор Шинар... но не было ли это просто удобным оправданием его равнодушия?
Успеет ли он что-то исправить?
«Если я ничего не предприму, ничего не изменится», — эта истина теперь жгла его изнутри.
— Ты ведь пойдешь за ней, да? — проницательно спросил Кранг.
— Да.
Энкрид кивнул.
С того дня, как она ушла, в его душе поселилась пустота. Это была не просто тоска, а скребущее чувство незавершенности.
Она ушла, ничего не объяснив, и это неведение тяготило его сильнее всего.
«Припозднился я с осознанием...»
— ругнул он себя мысленно, не давая себе спуску.
Но самобичевание ничего бы не дало.
— Почему именно сейчас? — допытывался Кранг.
— Потому что моя несносная старшая сестренка, возможно, заждалась, — ответил Энкрид в духе юмора самой Шинар.
Кранг лишь поморщился, явно не оценив шутку.

Комментарии

Загрузка...