Глава 222: Глава 222: Солдат, Завершивший Войну

Рыцарь Вечной Регрессии / Рыцарь, живущий одним днём
— Какие бы слухи они ни распускали….
Энкрид чувствовал что-то тревожное в глазах стоявшего перед ним человека.
Это был не просто кто-то, решивший проверить свои навыки в дружеском спарринге. Взгляд этих глаз выдавал жадность — голод, порожденный корыстными желаниями.
— Солдат, завершивший войну, да? Не думаешь, что это чересчур высокомерно?.
Наемник Иварн поднял свой моргенштерн, пока говорил, и его тон был пронизан враждебностью.
По его позе и манере поведения было безошибочно ясно — хищник оценивает свою добычу. Язык его тела, казалось, говорил:
— Знаешь, это оружие может проломить тебе череп?.
Однако Энкрид остался непоколебим, стоя на месте и просто ответив: «Возможно».
— Уверен в своих силах, я так полагаю?.
Казалось, Иварн готов был броситься в атаку немедленно, но его нерешительность выдавала попытку оценить противника. Энкриду не нравилась эта тактика.
— В какой-то мере, — небрежно ответил он.
Отсутствие беспокойства в его тоне заставило Иварна нахмурить брови.
— Ах ты, самондеянный ублюдок, — выплюнул Иварн, и его оскорбление было преднамеренным и рассчитанным на то, чтобы спровоцировать. Это была обычная тактика для выведения противника из равновесия — трюк, который сам Энкрид часто использовал в прошлом.
В те времена Энкрид полагался на свой острый язык так же часто, как и на свой меч, чтобы выжить.
— РААААХ!.
Иварн больше не мог терпеть. Он рванулся вперед, размахивая моргенштерном изо всех сил.
Так это и был
«Ограничивающий Иварн»,
силач городского уровня?
Приближение наемника было смехотворно медленным — по крайней мере, по меркам Энкрида. По сравнению с кем-то вроде Рэма, Иварн с таким же успехом мог бы просто стоять на месте.
Однако Энкрид не собирался относиться к этому легкомысленно. Если уж он будет сражаться, то выложится на полную. Таков был принцип, по которому он жил — всегда отдавать всего себя, вне зависимости от обстоятельств.
Это был единственный способ, благодаря которому он сумел достичь того, что имеет сейчас.
«Внешность бывает обманчива»,
напомнил он себе.
Всё это могло быть частью более масштабной тактики. Имитация слабости, чтобы усыпить бдительность противника и внушить ему ложное чувство безопасности, была основным приемом в боях наемников.
Когда моргенштерн опустился, Энкрид шагнул в сторону, его левая нога плавно соскользнула с опасной траектории. С разворотом корпуса он обнажил меч одним движением.
Дзинь!
Лезвие блеснуло, разрезая воздух.
Иварн, слишком поздно осознав, что перестарался, попытался восстановить свое равновесие после замаха. Из-за веса и инерции моргенштерна сделать это было невозможно, что привело к сбою в его движениях.
— Угх!.
Наемник со шрамом на лице хмыкнул, бросив свое оружие и отскочив в сторону, едва избежав клинка Энкрида.
Меч рассек пустой воздух, как и было задумано.
Энкрид не собирался терять бдительность, подозревая, что Иварн может симулировать отступление лишь для того, чтобы нанести внезапный удар.
Но ничего не последовало.
— Почему он не атакует?.
Не сказать, чтобы Энкрид оставил себя полностью открытым, но у Иварна была бы такая возможность, если бы ему хватило мастерства, чтобы ею воспользоваться.
— Давай сразимся голыми руками, — внезапно заявил Иварн, полностью отказываясь от использования оружия.
Энкрид мгновенно понял правду.
— Пустышка.
Позже он узнает, что прозвище Иварна,
«Ограничивающий Иварн»,
произошло от его знаменитой силы хвата. Но против Энкрида — чьи руки благодаря Технике Изоляции закалились как железо — эти хваленые руки оставили лишь слабые следы на его коже.
Когда Энкрид ответил тем же, сломав Иварну запястье жестоким выкручиванием, наемник взвыл от боли.
— АААААХ!.
Всё было кончено.
Репутация Иварна была ложью, построенной на пустом хвастовстве и невежестве других.
— Хм.
Крайс, наблюдавший со стороны, тихо хмыкнул.
Несколько солдат Второй роты собрались, чтобы посмотреть, заинтригованные так называемым
первым претендентом.
Рэм покачал головой, не впечатленный. «Такими темпами будут приходить одни идиоты».
Джаксен промолчал. Как и Рагна с Аудином.
То, что задумывалось как способ привлечь достойных противников, пока что привело лишь к мошеннику.
— Мы закончили? — спросил Энкрид, поворачиваясь к Иварну.
— Нет! Хватит! — пробормотал Иварн, чье бахвальство было расколота вдребезги.
Энкрид мельком подумал, что даже Белл мог бы справиться с этим боем. Слегка пожав плечами, он отвернулся.
— Не особо расстраивайся, — сказал Крайс, пожав плечами. «Говорят, любое великое путешествие начинается в деревне. Нельзя ожидать совершенства с первого же укуса».
Это была старая восточная поговорка:
С первого куска сыт не будешь.
Энкрид рассеянно кивнул, его мысли витали где-то в другом месте.
Он думал о Рэме — диком и зверином.
О Джаксене, чье безразличие скрывало смертоносную остроту.
О Рагне, чье мастерство как в фехтовании, так и в стратегии делало его грозным противником.
Об Аудине — прирожденном силаче с необычайным контролем над своим телом.
Каждый из них по-своему заставлял его расти.
И все же, он жаждал чего-то нового — голод двигал им вперед, в поисках недостающего. Это была инстинктивная потребность, такая же естественная, как дыхание.
Но вот это?
— Пустышка.
Возможно, это и было разочарованием, но оно не могло по-настоящему сломить дух Энкрида. Он был человеком, исполненным терпения, способным вынести и куда худшие вещи.
— Все в порядке, — пробормотал он себе под нос.
Из следующих пяти претендентов, пришедших его искать, четверо ничем не отличались — глупцы, стремившиеся присвоить его репутацию себе.
— Если я тебя побью, мне ведь достанется должность командира роты?.
— Так ты сражаешься? Выглядишь как тренированный, но тебе чего-то не хватает.
— Не станешь обнажать свой меч? Если я убью тебя, не вини меня в этом.
И так далее.
Энкрид приправлял своей собственной специей тот стол, что накрыл Крайс, делая всё по-своему.
Те, кто вызывал его с блеклыми навыками, в итоге оставались с переломанными конечностями. Некоторые из них были наемниками с солидными именами, другие — скитальцами, называвшими себя мечниками, тренирующимися для личностного роста, а кое-кто был бывшими оруженосцами, высокомерно хваставшимися своим прошлым.
Но большинство составляли наемники, многие из которых искали титул
Солдата, завершившего войну
для себя.
Затем прибыло еще семеро претендентов, но и от них нельзя было перенять ничего ценного. Большинство из них были жалкими, даже хуже настоящих солдат.
Среди них лишь один был более-менее достойным противником — зверолюд по имени Баракал.
Баракал принадлежал к расе зверолюдей: его человеческая речь была неуклюжей, но он обладал исключительными физическими данными.
Он был одним из тех редких людей, кого Энкрид мог считать настоящим испытанием. Зверолюди использовали когти — лезвия, торчащие из костяшек пальцев — в качестве оружия и были искусны в их непредсказуемом применении.
Он часто поднимал колени, чтобы отвлечь своих противников, после чего наносил удар когтями вниз или, напротив, опускал стойку и бросался в атаку снизу.
Было ясно, что подобные атаки становились возможными благодаря его природному атлетизму.
Энкрид изучал его движения, перенимая опыт.
Это была совсем не плохая сессия.
Даже если день не повторялся, время, потраченное на впитывание знаний, проверки и тренировки, имело свою ценность.
Без на пути никаких угроз или стен, Энкрид продолжал жить так, словно переживал этот день снова и снова, стремясь всегда выкладываться на полную.
Рэм, с другой стороны, неустанно преследовалаа Дунбакель. Это больше не было просто поддразниванием — это была настоящая пытка.
— Если ты не сделаешь это правильно, то умрешь, зверюга.
Поначалу это было шуткой, но теперь стало вопросом жизни и смерти.
А как еще это можно было решить?
Дунбакель, как и всем остальным, казалось, недоставало дисциплины, чтобы правильно управлять своей силой.
Так в чем же крылось решение?
Подтолкнуть его на самый край обрыва, и тогда он инстинктивно напряжется, чтобы не упасть.
Именно это Рэм и сделал.
Сражаясь, он также размышлял об одной вещи.
— У нее есть потенциал.
Ее природные физические способности были необычайными. Онаа обладала определенной расторопностью и чутьем в физическом бою.
Но ей было далеко до уровня Энкрида.
Разница в силе воли и выносливости была очевидной.
— Я сейчас умру....
После нескольких раундов изнурительных тренировок Дунбакель рухнула в полуобморочном состоянии. Если у нее и была вообще какая-то выносливость или сила воли, онаи бы побледнели по сравнению с Энкридом.
Рэм, теперь думающий об Энкриде, почувствовал изменение в своих мыслях.
Он осознал, что способности Энкрида значительно возросли.
Он больше не был кем-то, с кем можно было легко справиться, даже для Рэма. Малейшая оплошность могла обернуться катастрофой.
Пока он обдумывал прогресс Энкрида, на ум пришло одно слово:
— Рыцарь.
Путь, которым шел Энкрид, в какой-то мере был тем же, по которому когда-то прошел и Рэм.
Конечно, это не был тот рыцарь, которого обычно подразумевали на континенте.
В племени Рэма была своя собственная трактовка того, что значит быть рыцарем.
В последнее время Рэм чувствовал себя более задумчивым, чем обычно — именно поэтому он так давил на Дунбакель.
Ему нужно было давить на остальных, чтобы затем давить и на самого себя. Именно так работал Рэм — через давление и испытания.
— Ты совсем с ума сошла? Лежать? Спать? Ты действительно спишь посреди тренировки?.
Закричал он, заставляя Дунбакель с трудом подняться на ноги. В понимании Рэма он легко мог поверить, что кто-то назвал бы его демоном, восставшим из глубин проклятых земель.
Солдат, завершивший войну.
— Этот ублюдок, это он.
В северной части Пен-Ханила один член культа Священного Места пробормотал это в небольшой таверне, строя козни в задней комнате.
Таверна была по большей части пуста, так как день только начинался.
На столе перед культистом лежал рисунок лица Энкрида.
— Он тот, кто постоянно вмешивается в наши планы.
Тот самый, кто уничтожил колонию в пограничной деревне и убил инквизиторов.
Тот самый, кто убил мантикор и их дрессировщиков, посланных ими убить его.
— Он — заноза в заднице.
Член культа принял решение. По совпадению, эта заноза распустила странные слухи о себе, прося людей приходить и искать его.
— Пойди и убей его, — скомандовал предводитель культа.
Простая задача — уничтожить колонию было для них пустяком. Их мощи было более чем достаточно для этого.
Но у них была сила, которая превосходила даже это.
На приказ культиста ответила женщина, сидевшая напротив.
Онаа была крупной, с плечами шире, чем у большинства мужчин, и бедрами, похожими на стволы деревьев.
Ее глаза были узкими, отчего зрачки становились почти невидимыми, а губы — еще более тонкими.
Воительница, взращенная культом Священного Места, не имела таланта к магии, но поднялась до своего нынешнего положения исключительно благодаря физической силе.
— Да, — сказала онаа, поднимаясь со стула.
Онаа выглядела как гигант, и её истинная сила проистекала из крови великанов, текущей в её жилах.
Культ проводил над ней эксперименты, вливая в нее гигантскую кровь.
Если бы не Воля, ее физические способности и боевое мастерство можно было бы считать равными рыцарским.
У нее не возникло бы проблем с убийством Энкрида. Ей не нужен был наемный убийца — онаа справится сама.
И если она захочет умереть в бою, онаа исполнит и это желание.
Бандиты Черного Клинка понимали важность репутации как никто другой.
— Мы ведь не можем просто так оставить тот факт, что нас побили, и отступить? Если мы сдадим назад, то уйти по-тихому тоже не выйдет.
Маркус уже позаботился об этом деле внутри основной группы Черного Клинка.
И один из воров Черного Клинка тоже был вовлечен в подобные сделки, как и культ.
— Что если мы убьем того, кого выдвинул Маркус?.
Среди них было много знати, чьи связи тянулись до самой столицы. Судьба Энкрида была переплетена с ними. Это дело подорвет положение Маркуса.
Всё сводилось к выполнению контрактов.
В случае необходимости Маркуса, возможно, тоже придется убить.
Но прежде всего, тот, кто начал действовать первым, будет ликвидирован.
Пока они обдумывали это, скрывающаяся среди пограничников личность начала делать нечто странное.
Слухи о солдате, завершившем войну,
что уже дошли и до этого места.
— Он пытается спровоцировать нас на драку?.
— Он пытается спровоцировать нас на драку?
Среди бандитов Черного Клинка было немало умелых бойцов.
Основная группировка решила послать одного из них.
Мужчина с каштановыми волосами и неприметной внешностью.
Его прозвище было «Клинок Ласточки».
Свое имя он получил из-за того, как мастерски орудовал мечом одной рукой.
— Он справится со своей задачей.
Он был безумцем, получавшим удовольствие от самого процесса убийства, часто ухмылявшимся, вонзая меч в чье-то горло.
— Вперед.
Лидер бандитов Черного Клинка послал Клинка Ласточки на миссию.
Клинок Ласточки изначально был родом из оруженосцев. Он был известен как трагичный гений, изгнанный после совершения слишком многих убийств. Если бы он не присоединился к бандитам Черного Клинка, он бы, скорее всего, уже был бы мертв.
— Я потратил много золота, чтобы удержать его при себе.
Знать, которую они намеревались убить, подвергалась шантажу, и много крон было потрачено на их укрывательство и предоставление всего необходимого.
Ведь они ведь затачивали свои клинки не для того, чтобы прятать.
В этот раз нужно было ими воспользоваться.
Но они были не единственными, кто отправлял своих людей.
Под знаменем графа Мольсена тоже выступило несколько человек.
— Решили повеселиться, да? И что, нет воина, который смог бы доказать, что клинок графа превосходит его?.
По просьбе графа в путь отправились двое его сыновей и воин. Один из них был тем самым человеком, который в прошлом потерпел поражение от Энкрида.
— Я пойду.
Сына никто не стал отговаривать.
Было ли это позитивное или негативное впечатление — для них было важно заявить о своем присутствии.
Но это был далеко не конец. Об Энкриде слышали даже в местах, абсолютно несвязанных ни с графом Мольсеном, ни с Черным Клинком, ни с культом.
— Он действительно так сильно вырос?.
Эти слова принадлежали человеку, некогда служившему мечником-рапиристом, охранявшим торговую группу Рокфрид.
Он рассеянно поглаживал свои усы — жест, который он проделывал уже множество раз.
Теперь их полностью не было. Отсутствие усов оставляло чувство пустоты в руке.
— Видимо так.
Закончив свои дела, он обнаружил, что у него появилось свободное время.
— Стоит ли заглянуть?.
Он не ожидал от Энкрида особого роста, но если тот и вправду значительно преуспел, возможно, в нем было нечто большее.
Может быть, он даже продал душу какому-то демону.
Но он не мог это просто так оставить.
Им двигало неподдельное любопытство о том, как изменился Энкрид.
Ведь это было ему по пути.
— Нужно ли делать крюк?.
Заговорил один из его подчиненных.
Мужчина на мгновение замолчал, посмотрел на карту, а затем ответил.
— Разве это не по пути?.
Подчиненный секунду подумал и кивнул.
— Да, пожалуй, так и есть.
Все согласно кивнули.
Учитывая статус и авторитет этого человека, никто не смел ему перечить.
Это стало бы хорошим способом проветрить голову.
Мужчина зашагал вперед, движимый любопытством о том, как изменился Энкрид.
После того как он повалил на землю Иварна, за Энкридом стали приходить многие наемники. Сначала он принимал любого, но теперь всё стало иначе.
— Это кажется бессмысленным. Я буду драться только после того, как они одолеют хотя бы того же Белла.
Крайс, наблюдавший за всем этим, сделал предложение, и ему последовали.
— Следующий!.
Во время тренировок вперед выходил не только Белл, но и несколько других солдат.
И хотя некоторые солдаты проигрывали, на их место заступали те, кто был рангом выше.
— Если это все, на что ты способен, тебе со мной не тягаться!.
Вскрикнул командир второго взвода со шрамом от меча на щеке.
— Вау!.
— Прямо как и ожидалось!.
— Пальто! Пальто!.
Подобные возгласы теперь стали привычным делом.
Владелец трактира, Аллен, который пончалу находился в смятении, теперь находил всё это вполне рутинным.
— Еще пива!.
Он был занят обслуживанием тех, кто приходил посмотреть на это зрелище.
По большей части жизнь казалась ничем не примечательной.
Затем появился воин, одолевший Пальто — командира второго взвода.
— Раньше я не слышала твоего имени, но твои навыки впечатляют. И ты еще и женщина.
Воительница стояла перед Энкридом.
За постоялым двором, на тренировочной площадке, собралось посмотреть множество местных торговцев.
— Великанша?.
Спросил Энкрид, пристально разглядывая свою противницу. Он никогда не видывал никого выше Аудина, а тот факт, что это была женщина, делал еще более удивительным.
— Полукровка.
Ответила женщина хриплым голосом, однако при этом её женственность была отчетливо видна.
Энкрид поднял свой меч. Он держал его так, чтобы лезвие было направлено вверх, а вес его тела был сосредоточен на центрах стоп.
Его инстинкты подсказывали ему, что этот бой легким не будет.
Женщина тоже подняла своё оружие.
Меч и щит, сделанные из прочного железа.
Уже один только вид её оружия выдавал её невероятную силу.

Комментарии

Загрузка...