Глава 221: Глава 221: Тяготы тренировок

Рыцарь Вечной Регрессии / Рыцарь, живущий одним днём
Когда Энкрид стоял в одиночестве на платформе, он заметил кое-что во взглядах солдат — нечто сродни негодованию.
— Если побежишь в хвосте, по крайней мере притворись, что немного отдыхаешь. Поверь мне, им так будет легче, — посоветовал Рем.
Следуя его примеру, солдаты подчинились.
Побуждало ли это их продолжать бежать? Кто знает?
— Послушай, перемалывать людей — это моя специальность, — хвастался Рем.
Энкрид не спорил; он просто позволил этому человеку делать свое дело. И, по правде говоря, Рем не ошибался — у него была талант доводить людей до предела.
Иначе как во взглядах солдат мог появиться такой затравленный, почти дьявольский вид всего после недели тренировок?
Солдаты, насквозь промокшие от непрекращающегося дождя, выбежали на плац. Ливень только усиливал жуткий блеск в их глазах.
Дождь лил не переставая, доставляя Энкриду лишь незначительное неудобство.
«Неплохо», —
подумал он, заметив огонь в их глазах. Их чистая решимость во время бега сделала на него впечатление.
Дело больше не ограничивалось лишь праздным стоянием на платформе.
Даже до этой рутины Энкрид всегда был фанатиком тренировок, и его руки часто были в крови от бесконечных упражнений с мечом.
Сейчас все было не так уж иначе. Во всяком случае, ему было сложнее сдерживать собственные порывы. Воспоминания о Графе Молсене подстегивали его, заставляя желать вновь взмахнуть мечом.
Помимо личных тренировок, Энкрид подвергал свое тело изнурительным режимам как на платформе, так и вне ее.
— Это уже граничит с абсурдом, — пробормотал Крайс, который тихо наблюдал за происходящим.
Но именно эта неустанная интенсивность определяла Энкрида. Он был доволен свирепостью в глазах своих солдат и удовлетворен собственным прогрессом.
— Время браться за оружие, — наконец скомандовал он.
После недели беспрерывного бега солдатам теперь разрешалось тренироваться с оружием.
Никаких построений, никакой муштры — ничего подобного. Это не было сильной стороной Энкрида. Вместо этого он сосредоточился на дальнейшем развитии их базовых способностей.
Издалека за тренировкой наблюдал Маркус, и выражение его лица было смесью замешательства и жалости.
— Все, что я сделал, это дал ему должность, — заметил Маркус. — Почему он так предан делу?
Стоявший рядом с ним адъютант кивнул.
— В самом деле.
— Есть дезертиры?
Адъютант помедлил, прежде чем ответить: — Ясно... что они бы хотели, но...
— Хотели бы? — подхватил Маркус.
— Кажется, у них просто не осталось на это сил, — закончил адъютант.
Это была правда. Без сил на побег даже дезертирство было невозможным.
Такова была природа тренировок Энкрида.
Маркусу было ясно, что Энкрид наслаждался восхищением и похвалами других. Но превыше всего он был человеком, всецело преданным своим целям.
Энкрид следовал своим стремлениям с целеустремленной решимостью, не обращая внимания на мнения других.
«Что мне нужно сделать, чтобы стать рыцарем?»
Ответ был прост: оттачивать свое мастерство владения мечом.
И Энкрид это делал. Каждый день, без исключений.
Было трудно не уважать его за это.
Но теперь Маркус задавался вопросом:
«Что же движет им с такой силой сейчас?»
Неужели он все это время только и ждал должности командира учебной роты?
Наблюдая за Энкридом, казалось, что он в равной мере наслаждается как восхищением, так и враждебностью.
«Или он просто получает удовольствие от мучений других?»
Эта мысль не была лишена оснований.
Маркус вздохнул с облегчением от того, что ему не нужно было присоединяться к ним внизу.
У Белла была своя история с Энкридом.
Этот человек когда-то спас Беллу жизнь, и с тех пор их пути пересекались множество раз.
По этой причине Белл думал:
«Он будет с ними помягче».
Уж конечно, Энкрид не стал бы ожидать, что остальные выдержат тот же жестокий режим, которому он подвергал самого себя.
Он будет держать все в разумных пределах.
Эта вера рухнула в течение двух дней.
Башня веры в Энкрида, которую возвел Белл, рухнула без следа.
— Хааа... ха-а... уф...
Дыхание Белла сбивалось, а легкие горели.
— Если отстанешь, получишь по башке, — раздался сзади жизнерадостный голос Рема.
Рем, ухмыляясь до ушей, непринужденно рассекал воздух своим топором. Хотя он никого не ударил —
пока что
, — было ясно, что попадание под горячую руку обернется наказанием, которое будет похуже бега.
— Тебе лучше бежать, а?
Поначалу тренировка сводилась к наматыванию кругов по плацу. Но теперь их гнал в гору безумный топорщик.
Те, кто отставал, быстро усваивали: получить по шее — гораздо хуже, чем просто приложить больше усилий в беге.
— Хотите убить меня? Тогда сделайте это! Скрытая атака, засада, да что угодно — давайте! — насмехался Рем, громко хохоча.
Несколько солдат вздрогнули от его слов, их плечи задрожали от сдерживаемой ярости.
Белл не был одним из них. У него просто не было на это сил.
После подъема на несколько холмов на полной скорости впереди замаячил плац.
— Подберите свое оружие, — приказал Энкрид.
Следующий этап был прост: повторение основ.
— Если хотите передохнуть, сразитесь со мной и продержитесь пять ходов, — добавил Рем, дьявольски ухмыляясь.
— Как только докажете свое мастерство, сможете отдохнуть.
Это предложение соблазнило нескольких бросить вызов златовласому мечнику.
Его звали Рагна.
На первый взгляд он казался доступным, даже мягким по натуре. Но на практике...
БАМ! ТРЕСК!
Деревянный меч двигался так быстро, что его едва было видно. Если бы это был настоящий клинок — нет, даже тупой железный меч — сомнений не оставалось.
«Я бы умер».
Рагна равнодушно взглянул на лежащего на земле без сознания солдата.
— Слабаки, — холодно бросил он.
Слабаки?
Ну нет, черт возьми. Дело было не в том, что они были слабы; дело было в том, что
он
был до абсурда силен.
Белл стиснул зубы; слова протеста уже готовы были сорваться с его губ, но он проглотил их.
— Если вы в бешенстве, нападайте на меня. Пожалуйста, я умоляю вас, — сказал ухмыляющийся безумный топорщик, дразня группу.
Возбуждение Белла мгновенно улетучилось. Он понял невысказанный посыл:
нападешь на него — и умрешь.
Тренировки были бесхитростными и при этом жестокими.
Спринт на полной скорости все утро, обед, а затем весь день махание оружием изо всех сил.
Именно ежедневное повторение этого простого графика превращало его в ад.
— Он что, дьявол? — пробормотал кто-то перед тем, как уснуть.
Белл мысленно согласился.
Дьявольский ублюдок.
Но как бы сильно он ни ненавидел их, жаловаться было трудно. Ведь сам Энкрид тренировался усерднее, дольше и жестче, чем вся группа вместе взятая.
— Идите смотреть спарринг, братья, — с ликованием объявлял Рем, когда Энкрид выходил против крепкого и стойкого солдата.
— Сюда идет безумный топорщик, — бормотал кто-то другой, когда Рем вступал в бой.
Энкрид сражался с Рагной, Джаксеном и другими один за другим.
И хотя он выкладывался на полную, он редко выходил победителем.
Аудин, например, произвел сильное впечатление. Быстрым ударом ногой по лодыжке Энкрида, за которым последовал удар с разворота, нанесенный с поразительной для его габаритов скоростью, Аудин отправил Энкрида в полет.
Энкрид врезался в кучу тренировочного оружия на краю грязного плаца.
Глухой удар!
Вниз головой прямо в грязь; он приземлился с тошнотворным чавкающим звуком.
На мгновение все замерли, гадая, не конец ли это для него.
— Отдохнете, когда умрете, — рявкнул Рем, выводя солдат из оцепенения.
Стоящий неподалеку Джаксен ткнул Белла в ребра локтем, безмолвно веля ему продолжать двигаться.
И хотя их руки продолжали двигаться автоматически, их глаза были прикованы к поверженному Энкриду.
А затем, подобно демону, восставшему из адских глубин, Энкрид снова поднялся.
По его пробитому черепу стекала кровь, а грязь капала с его избитого тела.
Все взоры сосредоточились на жиже, прилипшей к его рукам и капающей на землю.
Он в порядке?
Этот вопрос повис среди солдат, оставшись невысказанным.
— Хм, немного больно, — пробормотал он, отмахиваясь от беспокойства.
Он сумасшедший,
подумал Белл. Безумец, преданный мечу.
Помешанный на мечах.
Белл подавил слова, готовые сорваться с его губ.
— Командир Роты, становится все труднее сдерживаться, особенно учитывая то, как безрассудно вы сражаетесь, — сухо прокомментировал Рагна после особенно жесткого боя.
Подобные сцены стали обычным делом.
Поначалу они шокировали Белла и остальных. Затем они стали тревожить. Спустя месяц солдаты приспособились.
К концу лета, по мере приближения осени, изнурительный цикл непрерывных тренировок — с отдыхом в полдня лишь раз в десять дней — был внезапно прерван.
— Доклады сообщают, что количество зверей в этом районе увеличилось, — сказал Командир Батальона. — Они заметили клыкастых лошадей-зверей. Мы организуем операцию по зачистке.
Командир Второй Роты возглавил наступление.
— Ха, значит ли это, что сегодня не будет тренировок? — спросил Лейтенант Месть; в его глазах свирепо сверкнуло, а от него самого исходила ощутимая интенсивность.
Всего за два месяца он преобразился.
— Мы будем сражаться весь день. Разве ты не согласен? — ответил Белл столь же резко.
Белл тоже изменился. Еще немного, и он мог бы уже дезертировать. Смерть во время тренировки была бы величайшей насмешкой.
— Начнем с того, что прикончим этих бешеных тварей, — сказал Месть, взмахнув своим длинным луком.
С возросшей силой он получил новый лук — больше, крепче и мощнее своего предыдущего. То же самое касалось и лучников под его командованием — теперь все они были оснащены превосходным снаряжением.
Маркус не скупился на их вооружение, и это было тем, что Белл действительно ценил.
Однако доверить тренировки безумному командиру — это уже была совсем другая история.
— Там!
Отряд разведчиков из трех человек доложил о приближении группы зверей.
Хотя звериные трансформации происходили в основном у плотоядных, травоядные звери иногда также становились угрозой.
А какими были самыми проблемными из них всех? Лошади.
Клыкастые лошади, способные превращать свою огромную скорость и массу в смертельное оружие, были ужасающими противниками.
— Их больше десяти!
Услышав доклад разведчика, Командир Второй Роты прорычал: — Лучники, готовсь!
Месть отреагировал мгновенно, поведя свой отряд на позицию. Он был командиром, который подавал пример.
— Огонь!
С этой командой Месть натянул тетиву. Сухожильная тетива скрипнула, а его лук застонал от напряжения.
Прошли те дни, когда их мышцы кричали в знак протеста.
Ведь последние два месяца они провели на тренировках бок о бок с демоном, который был куда страшнее любой клыкастой лошади.
И вот теперь пришло время проверить, стоило ли оно того.
Стрелы полетели, и одна из них вонзилась в череп мчащейся лошади-зверя.
За четким свистом стрелы, рассекающей воздух, последовал смачный
глухой звук
, когда она достигла своей цели; голова зверя взорвалась от удара. Чудовищная лошадь рухнула на землю и покатилась кубарем.
Месть почувствовал, как его омывает странное ощущение — новое осознание контроля над своими мускулами, когда каждое волокно подчинялось его воле. Его изнурительные тренировки не только повысили его силу и выносливость, но и одарили такой ясностью ума, которой он никогда прежде не знал.
— Еще один залп.
Даже когда в атаку бросилась следующая волна зверей, он мог хладнокровно оценивать ситуацию.
— Огонь!
Когда он натянул лук, казалось, что голова другой лошади-зверя заполнила все его зрение: каждая деталь была яркой и четкой.
Отпустив тетиву, он проследил, как его стрела устремилась к цели.
Хрясь!
Залп из луков его отряда был идеально синхронизирован. Всего через несколько мгновений больше десяти зверей лежали мертвыми; их тела были утыканы стрелами.
Воздух наполнился визгом умирающих тварей.
— Приближаются еще!
Времени на празднование не было, так как на них обрушилась очередная волна — еще дюжина зверей — быстро сокращая дистанцию, не оставляя времени на следующий залп из луков.
— В бой!
Раздался приказ Командира Второй Роты, и началось столкновение между человеком и зверем.
Двух месяцев было недостаточно, чтобы превратить обычных солдат в мастеров, но суровые тренировки несомненно изменили их.
Белл тоже это чувствовал — его тело стало легче, сильнее. По сравнению с Энкридом, лошади-звери казались вполне преодолимыми противниками.
— Убейте их!
— Завалите их!
— Рубите их на куски!
Боевые кличи разнеслись в воздухе, когда солдаты пронзали звериные головы и рубили их затвердевшие мускулы. Копья бросались вперед, и глефы — добыча с прошлых побед — кружились в воздухе.
Сам Командир Второй Роты орудовал глефой с непревзойденной силой, и ее лезвие чистым ударом отрубило переднюю ногу мчащейся лошади.
Шмяк!
Из раны брызнула фиолетовая кровь. Специфические цвета звериной крови — черный для монстров и синий или фиолетовый для зверей — раскрасили поле боя.
Несмотря на ярость схватки, все быстро закончилось.
Аудин солдат, с ног до головы перепачканный в звериной крови, недоверчиво пробормотал: — Почему они были такими легкими?
Это был искренний вопрос. Настоящего чувства опасности не было и в помине.
Пронзительный свист разорвал воздух, когда в гущу битвы спикировал грифон.
Этот зверь, как более опасным, чем его мелкие сородичи, сам по себе был монстром высшего уровня.
Но он был один.
Лучники Мести испещрили его крылья стрелами, лишив возможности летать. Остальная часть роты набросилась на приземлившегося зверя, убивая его с отработанной точностью.
После стычки солдаты обменялись понимающими взглядами. Этого было не отрицать — они стали сильнее.
Регулярные войска Пограничной Стражи всегда были закаленными воинами, но теперь они вышли на новый уровень.
Когда они вернулись в лагерь, Энкрид встретил их со своей обычной непроницаемой серьезностью.
— Сегодня мы еще не бегали, верно?
Это был не вопрос; это был приказ.
У Белла, который размышлял о том, как далеко он зашел, наконец-то лопнуло терпение. — Ты, должно быть, издеваешься надо мной, ублюдок!
Его вспышка произошла непрошено, став естественной реакцией на абсурдность ожиданий Энкрида.
— Звучит как просьба о спарринге, — встрял Рем, придерживаясь своего собственного извращенного правила: жалобы приравниваются к вызовам.
— Давненько не виделись, Белл, — кивнув, сказал Энкрид.
Теперь пути назад не было. Мольбы о снисхождении не сработают. Если уж драться, то придется выложиться на полную.
Позже в тот же день, когда стало смеркаться, Крайс пришел к Энкриду с неожиданными новостями.
— К нам пришел наш первый посетитель, — объявил он.
Хотя Энкрид никогда не уставал от тренировок, сама мысль о том, что кто-то специально искал его, зажгла в нем искру предвкушения.
— К тому же, довольно крупная фигура, — добавил Крайс, пока они направлялись к рынку.
Гость ждал в трактире «Тыква Ванессы». Как и обещал Крайс, распространение слухов сработало — тем, кто их услышал, приглашения были не нужны. Они приходили сами по себе.
На учебной площадке трактира стоял мужчина с лицом, на котором выделялись два отчетливых шрама. Аудин пересекал переносицу, а другой глубоко врезался в щеку. От его присутствия веяло угрозой.
Оружие в его руках соответствовало его ауре: шипастый моргенштерн, зловещие шипы и тяжелый вес которого источали смертельную опасность.
— Я Иварн, — представился мужчина ровным и твердым низким голосом.
— Наемник Иварн, — добавил позади Крайс. — Здоровяк городского класса с прозвищем «Сдерживающий Иварн».
— Мое прозвище звучит эффектнее, — сухо заметил Энкрид, в ответ на что Крайс пожал плечами.
— Яркие имена привлекают внимание, точно так же, как цветы привлекают пчел и бабочек.
В самом деле, прозвище «Солдат, завершивший войну» было из разряда тех титулов, что заставляли людей искать его, — и это было расчетливым ходом со стороны Энкрида.
Когда он подошел к покрытому шрамами наемнику, Иварн заговорил первым.
— Посмотрим, на что ты способен.
Энкрид кивнул. Вызов был принят.
Ваша поддержка бесценна!

Комментарии

Загрузка...