Глава 888

Рыцарь Вечной Регрессии / Рыцарь, живущий одним днём
— Проклятье, назад! Всем назад! Отступай, идиот! Кому говорю, назад! Чёртовы маги!
Надрывался командир заградотряда. Если уж заградители, чей долг — гнать своих в атаку хоть копьями в спину, закричали об отступлении, значит, бойцов захлестнула истинная паника. Откуда, черт возьми, посреди чистого поля взялась эта топь?
По приказу командира солдаты начали пятиться, но болотный туман оказался быстрее. Он мгновенно поглотил целый сектор поля боя.
Какую магию в него вплели — оставалось загадкой, но стоило бедолаге оказаться внутри, как он не просто слеп, а проваливался в пучину жутких видений.
— Мама?..
— Ребекка? Но ты же... ты же погибла.
— Чёрт, прочь! Сгинь, пошла прочь от меня!
Солдаты начали резать своих. Хлестала кровь, во все стороны летели ошметки плоти. Отряд, зажатый в тиски галлюцинаций, больше не думал о доблести. Теперь каждый сражался лишь за собственную жизнь.
Туман клубился, стягиваясь в плотные сгустки, и, словно живой хищник, заглатывал по трое-четверо солдат за раз. Казалось, людей пожирает само воплощение мглы.
Радовало лишь одно: марево возникало локально. Те, кто был позорче и порезвее, успевали выскочить из зоны поражения.
Разумеется, за всем этим стояло колдовство. Череда «чудес» сковала армию. С подобными чарами командир еще не встречался. Уклоняясь от очередного облака тумана, он бросил яростный взгляд вперед.
Его приводило в бешенство то, что даже после вмешательства рыцарского ордена эта чертова мгла так и не рассеялась.
— А?.. А-а-а-а!
Несколько бойцов, пытаясь избежать тумана, оступились и угодили в топь. Едва они увязли, как наползающая дымка тут же сомкнулась над их головами.
— Да чтоб тебя за ногу!
Выругался один из самых дерзких солдат. Болото, до этого медленно растекавшееся, вдруг начало прорываться из-под земли каверна за каверной, словно специально расставляя капканы под ногами.
«Да что это за чертовщина такая?»
Магия магией, но это заклятие вело себя как разумное существо.
— Да чтоб вас... Мать вашу, вы там совсем с ума посходили?!
Командир сорвал голос в крике, давая выход ярости. Его взгляд был прикован к передовой, где кипела схватка. В этой мясорубке он и сам мог легко сложить голову, но приказ запрещал отступать.
Перед тем как уйти, магистр ордена отдал четкий приказ: ждать, а затем идти в прорыв.
Рыцари стояли в иерархии куда выше заградотряда. По сути, за любое самоуправство они могли казнить всех на месте без суда и следствия.
Нарушение приказа каралось смертью. Эту истину вдалбливали им в головы так долго, что она стала инстинктом. И сейчас командир грезил лишь об одном.
«Да прикончите вы их уже поскорее, и покончим с этим».
Пятерка из ордена Грязевых Рыцарей должна была закончить дело и вернуться как можно скорее. Это был их единственный шанс на спасение. Сквозь пелену аномального тумана командир наблюдал за столкновением элиты.
Численное превосходство было на их стороне, и оставалось загадкой, почему рыцари до сих пор топчутся на месте.
Похоже, магистру это тоже опостылело, раз он лично пошел в атаку. Нужно было продержаться еще совсем чуть-чуть. Командир уже готов был поверить в успех, как вдруг...
«Это еще что за новость?»
Он увидел, как с небес камнем рухнуло нечто массивное. В полете фигура напоминала человека.
Незнакомец обрушился прямо на голову одного из союзных рыцарей. Командиру невольно вспомнилось, как в детстве он видел орла, пикирующего на испуганного оленя.
Казалось, в самую гущу боя ворвался орел с темно-зеленым оперением. По крайней мере, именно так это выглядело со стороны.
Вот только у этого «орла» были руки, ноги и тяжелый меч.
* * *
Саксен сплюнул яд и бессильно повалился на землю. Ноги задеревенели — от чудовищного перенапряжения мышцы просто отказали.
— Я выиграю время. А ты постарайся не сдохнуть.
Энкрид бросил это, не оборачиваясь. Несмотря на всю серьезность ситуации, Саксен не сдержал кривой ухмылки.
«Постарайся не сдохнуть», значит... Ну-ну.
Впрочем, он собирался выполнить приказ. Как и полагается истинному рыцарю из Ордена Безумцев.
Предскажи кто-нибудь Саксену пару лет назад, что такой день настанет, он бы без лишних слов проделал в шее пророка пять аккуратных отверстий.
А теперь... теперь исполнять приказы этого командира было даже приятно.
Закончив, Энкрид вновь обратился к врагам, не сводя с них цепкого взгляда. Точнее, он заговорил еще до того, как те успели прийти в себя. Одним своим присутствием и тем, как он держался, Энкрид уже перехватил инициативу.
— Минутку внимания. У нас тут небольшой перерыв на отд...
Бах! Грохот!
Пустис из Грязевых Рыцарей, даже не дослушав, пригнулся и резко выбросил цеп вперед.
Он не столько метил в цель, сколько пытался пресечь возможный выпад. Спешная, судорожная защита — по-другому и не скажешь.
Несмотря на внезапность, реакция его не подвела.
«Атакует прямо во время речи?»
Отбив выпад, Пустис поймал себя на этой мысли. «Финт мечом» — коронный прием валленских наемников. Это была скорее хитроумная тактика, чем просто техника. И этот выскочка, свалившийся с небес, применил его безупречно. Пожалуй, даже лучше самого Пустиса.
«Чертов маньяк».
Сначала он несет какую-то чушь про отдых, приковывая к себе внимание, а в следующую секунду — взрывной рывок. При этом он филигранно контролировал каждый свой вдох и движение.
Вш-шух!
Цеп со свистом рассек воздух, так и не встретив сопротивления.
«Ах ты гад...»
Более того, это была лишь имитация атаки. Еще один финт. Энкрид оттолкнулся от земли, имитируя выпад, сделал всего один шаг и резко замер. А затем крутанул меч влево. Выставленная нога послужила идеальной опорой для сокрушительного удара.
Ступня коснулась почвы, и лазурная вспышка меча прочертила линию в воздухе. Громовой рокот запоздал лишь на мгновение.
Удар пришелся точно по стоявшему рядом рыцарю. Тот успел заметить летящую сталь и среагировал инстинктивно: вскинул свой клинок, принимая мощный рубящий замах.
Клинки скрестились с лязгом и разошлись. От точки столкновения во все стороны разошлась видимая глазу ударная волна.
Порыв ветра, сравнимый с небольшим тайфуном, ударил в лица бойцов, заставив плащ незнакомца яростно захлопать.
Фр-р-р-р!
Или это просто показалось, или плащ стал короче? Когда тот рухнул сверху, ткань скрывала его полностью, ниспадая до самых пят.
Не поэтому ли он так напоминал огромные крылья?
Во время затяжного прыжка Разноглазый расправил полы плаща, используя его как планер. Теперь, когда он твердо стоял на ногах, реликвия сама собой уменьшилась в размерах.
Рыцарь Лонгарм, принявший на себя удар, дважды коротко притопнул, отходя на пару шагов. Только так он смог погасить инерцию вражеского выпада.
Лонгарм помрачнел. Ему пришлось задействовать всё тело, чтобы перенаправить чудовищную силу удара в землю, в то время как противник даже не шелохнулся.
Даже с учетом раненого бедра врага, пропасть в их физической мощи была очевидной.
О чем свидетельствовал этот короткий размен?
«Он на голову сильнее любого из нас».
Пустис быстро пришел к неутешительному выводу: этот монстр обладает такой же нечеловеческой силой, как и их собственный магистр.
— На какой твари ты прилетел? — процедил Лонгарм. Каждый из рыцарей невольно глянул вверх. Там, в вышине, кружил крылатый конь, внимательно следя за схваткой и явно выжидая момента, чтобы спикировать вниз.
— Магический зверь? — едва слышно прошептал Лонгарм.
— Священное создание, — поправил его Энкрид. На миг показалось, что завяжется диалог, но магистр Барик не из тех, кто тратит время на пустую болтовню.
Не дожидаясь, пока враг закончит фразу, Барик с силой толкнулся от земли. Мощный импульс прошел через всё его тело — от стопы до плеча. Он рванулся вперед, вкладывая всю эту энергию в стремительный взмах клинка.
Его нож длиной с доброе предплечье имел лезвие шире ладони. Массивное, идеально сбалансированное одностороннее лезвие было создано для того, чтобы крушить и кромсать. В руках великана Барика оно казалось коротким кинжалом, хотя по сути было полноценным фальшионом.
Барик не просто полагался на грубую силу — его техника была безупречна. Скорость, тайминг и мощь соединились в одном идеальном, фатальном движении.
От такого выпада было почти невозможно увернуться, он прорубал любую защиту. В Демонических Землях этот прием окрестили «Разрубателем демонов». Но Барику не суждено было довести его до конца — он не успел сделать даже финальный шаг.
Пф-фух!
Что-то с противным свистом метнулось прямо к его горлу. Барик, уже начавший атаку, на одних рефлексах сменил положение корпуса и подставил широкую плоскость своего клинка, используя его как щит.
Дзынь! Грох!
Оглушительный звон разнесся над полем. Барик отбил какой-то странный метательный нож. Тяжелый снаряд рикошетом ушел в сторону и вонзился в землю так глубоко, что рукоять полностью исчезла в почве. Бросок был невероятно мощным, а главное — хирургически точным.
Целься нападавший в голову — Барик бы просто уклонился, не сбавляя темпа. Бей он в корпус — магистр положился бы на прочность лат.
«Но в горло?»
Удар метил прямиком в сочленение доспехов. Такую атаку не проигнорируешь легким кивком.
Его порыв задушили в зародыше. Это было похоже на попытку разжечь костер, когда внезапный ледяной вихрь гасит первую же искру, не давая пламени ни единого шанса.
«Опасно ли это?» — задал себе вопрос Барик. И сам же ответил: «Пожалуй, нет».
Его уверенность подпитывалась тем, что за спиной стоял его верный орден.
Ведь Грязевые Рыцари славились тем, что пойдут на любую подлость ради победы и выживания.
Перевес по-прежнему был на их стороне. Глобально ничего не поменялось.
Так рассудил магистр. Но пока он тратил секунду на отражение кинжала, противник, казалось, подставился под удар.
Рыцарь Барод не упустил момента: перехватив щит обеими руками, он обрушил его ребро на левое плечо врага. Для него щит всегда был не только броней, но и карающим молотом.
Правая рука незнакомца была занята мечом, а левая только что выпустила кинжал. Но Энкрид, не теряя самообладания, просто вскинул пустую ладонь вверх. За мгновение до столкновения со щитом он точным и коротким движением ударил Барода в локтевой сгиб.
Тонг!
Ладонь врезалась в сочленение доспеха. Вектор атаки сместился, равновесие было нарушено, и Барод был вынужден отступить, чтобы не упасть.
Сейчас риск был излишен. В затяжной схватке численное преимущество неизбежно возьмет свое. Лезть на рожон — только дарить врагу шанс.
С момента появления этого «небесного гостя» прошло всего несколько секунд, но его боевое мастерство внушало невольный трепет.
Он сорвал коварный выпад Пустиса, заставил Лонгарма попятиться одним взмахом клинка, пресек смертельную атаку магистра Барика и играючи отбил таранный удар Барода.
Было ли это впечатляюще? Безусловно.
Но никто не проронил ни слова. Взоры рыцарей были прикованы к тому, что происходило за спиной их нового врага.
В деле оставался Веном, чей стиль боя всегда отдавал какой-то садистской изощренностью. Его целью стал не Энкрид, а беззащитный Саксен, который всё еще сидел на земле, пытаясь унять судорогу в икре.
Клинок уже летел в голову Саксена. Казалось, рука убийцы материализовалась прямо из пустоты.
Так проявляла себя мощь его артефакта — плаща, полностью стирающего облик и само присутствие владельца.
Пока Веном не наносил удар, его невозможно было почуять. И все же Саксен, почти не глядя, ленивым взмахом кинжала парировал смертельную сталь.
Дзынь.
Как только эффект внезапности был утерян, Веном пружинисто отскочил назад. Он двигался странно, дергано, словно надутый мяч, набирая скорость с каждым прыжком.
— Когда достигаешь определенного уровня, полагаться на игрушки-реликвии — дурной тон, — пробормотал Саксен.
— Ты... ты вздумал меня поучать? — прошипел Веном. В его тихом голосе сквозила чистая, незамутненная жажда убийства.
— Наставник просил передать эти слова, если я вдруг столкнусь с кем-то вроде вас.
— Ах ты ж... Да как ты...
— Моим учителем был Геора, Мастер Кинжалов.
— Этот святоша недоделанный...
Разве убийце мало просто уметь лишать жизни? Но Геора вечно разглагольствовал о «высшем предназначении» и «моральном кодексе». Лицемерная падаль: стоило ему узнать, что Веном использует людишек для тестов своих ядов, как он тут же возомнил себя судьей и полез в драку.
— Он был великим наставником, — отрезал Саксен, поднимаясь на ноги. Он с толком распорядился каждой секундой, которую подарил ему Энкрид.
Пока шел этот короткий диалог, Энкрид снова пресек попытки рыцарей перейти в наступление. Как только Веном дернулся к Саксену, четверка тоже попыталась атаковать, но тщетно. Враг филигранно сбивал им темп, не давая даже начать полноценное сближение.
В ход пошла техника «Угасание тлеющих углей» — то самое искусство, которым Энкрид когда-то парировал удары Балрога. С тех пор он тренировался до изнеможения, оттачивая это мастерство до идеала. И вот итог: четверо элитных рыцарей Грязевого Ордена чувствовали себя беспомощными младенцами. На их лицах читалось явное замешательство. Энкрид восстановил дыхание и, не теряя концентрации, коротко бросил:
— Готов?
Вопрос предназначался тому, кто стоял за спиной.
— Порядок.
Ответ последовал незамедлительно. Краткий вопрос — лаконичный ответ. Веном, наблюдая за их слаженностью, злобно прищурился.
— Дерзкие твари. Неужели вы думаете, что пара лишних рук что-то изменит в вашем положении?
Ему не ответили. Его попросту проигнорировали — и не из высокомерия, а потому что в этот момент каждое слово было лишним. Бойцам требовалась предельная концентрация.
Разумеется, от такого пренебрежения Веном пришел в неописуемую ярость.
— Гниды... Я вас на куски порву.

Комментарии

Загрузка...