Глава 874

Рыцарь Вечной Регрессии / Рыцарь, живущий одним днём
«Коварная варварская рожа».
Рагна мысленно выругался. Прежде чем взмыть в небо, Энкрид успел обсудить всё с Луагарне, и они ввели простое правило.
— Делайте что угодно, но возле Кранга всегда должен оставаться хотя бы один из вас.
Это был прямой приказ. Если один уходил, другой был обязан занять его место.
Рагна оказался медленнее Рема. Стоило командиру взлететь, как этот варвар тут же испарился. Следом за ним потянулись зверолюд, Фел и Рофорд.
Все они оказались проворнее него.
Остальные разошлись ещё до ухода Рема — так распорядилась Луагарне.
Мгновением раньше, чем Энкрид взмыл ввысь верхом на Разноглазом, она произнесла:
— Темарес, пришло время платить по счетам.
— Раз я должен остаться здесь, значит, вам нужна моя мощь. Я правильно понял?
Темарес ответил, не сводя глаз с Энкрида, парящего в облаках.
— Rectum est!
Луагарне иногда переходила на древний язык. Эта фраза означала «верно» или «точный ответ». Темарес, будучи драконидом старой закалки, понимал её лучше — он родился ещё до того, как Империя унифицировала все наречия континента. Услышав знакомые слова, он кивнул.
Со стороны могло показаться, что он никого и в грош не ставит, но на просьбы он откликался на удивление легко. В этом и заключалось своеобразное очарование драконидов.
Само собой, всё это было лишь частью его плана — удержаться поближе к такому существу, как Энкрид.
Луагарне быстро раскусила его мотивы. Убедив драконида, она определила его на позиции союзников, а именно — в охранение к Аудину и Терезе. Пока те концентрировались на святой силе, они были практически беззащитны.
Человек сам становился живым алтарём.
Случись подобное в Священном городе Легиона, толпы верующих зашлись бы в рыданиях, называя это божественным чудом. Даже Ноа, ставший теперь понтификом, наверняка бы лишился дара речи от такого зрелища.
Именно по этой причине странствующие жрецы в былые времена молились навзрыд, не сдерживая слёз.
В итоге подле короля остались лишь Рагна и Луагарне. Фрок был поглощён изучением поля боя, так что роль телохранителя, на которую рассчитывал Энкрид, легла на плечи одного Рагны.
Он лениво наблюдал за ходом битвы, время от времени поглядывая на командира в небе. Его окутала обманчивая расслабленность: враг не близко, свои под боком — никакой явной опасности.
Самый подходящий момент, чтобы потерять бдительность.
Именно в эту секунду всё и началось. Галлуто из ордена Аметиста выслал грифона, решив покончить со всем одним ударом.
— В этом действительно есть нужда?
Эльма, рыцарь, чья жажда битвы была видна невооружённым глазом, спросила об этом перед атакой. Галлуто ответил мгновенно:
— Это возможность быстро закончить сражение. Глупо её упускать.
Даже убивать не обязательно. Достаточно тяжело ранить рыцаря Сайпресса, и инициатива полностью перейдет в наши руки.
Тот же эффект будет, если убрать их командира. Враг измотан, выдохся, его боевой дух висит на волоске.
Одна удачная вылазка — и их строй рассыплется. Галлуто слишком хорошо знал, как именно гибнут целые армии.
Он надавил на погонщика монстров, приказав отправить в тыл отряд гноллов, мастеров скрытности.
Погонщик не был всесилен: его власть распространялась лишь на определенные виды. Эти пять гноллов были штучным товаром, их дрессировка заняла годы. Он берёг их как зеницу ока, но против приказа не пошёл.
— Выпускай их.
Голос рыцаря был холоднее стали. Стали, которая в любой момент могла снести голову самому погонщику.
«Будь оно всё проклято».
Сцепив зубы, погонщик подчинился. Пять теней скользнули вперёд.
Почуяв ветер, гноллы зашли с наветренной стороны. Сделав широкий крюк в обход битвы, они начали подкрадываться к цели.
Охотничьего чутья им было не занимать. Что и неудивительно для выходцев из Демонических земель, которые привыкли считать себя высшими хищниками.
Пока солдаты, задрав головы, кричали и смотрели только вперёд, гноллы просочились сквозь брешь в обороне. Они мастерски выжидали момент, когда добыча расслабится — слишком уж хорошо эти твари усвоили уроки человеческой тактики.
План Галлуто частично сработал. Сначала он рассчитывал, что твари проберутся в лагерь на волне паники, когда в небе появится грифон, а на горизонте — основные силы.
Ситуация изменилась, но нужный эффект был достигнут.
Воины Наурилии, опьяненные успехом, потеряли бдительность. Полосатые хищники выпустили когти.
Шик!
Рагна, до этого лениво ругавший про себя Рема, резко оборвал поток мыслей и повернул голову. Это чувство было ему знакомо. Разве не похожая тварь лишила его лошади, пытаясь напасть со спины?
Реакция его не подвела.
«Они не одни».
Твари прятались умело, явно не чета той падали, что встретилась ему раньше. Как только Рагна это понял, его рука сама легла на рукоять «Восхода».
Следом за Рагной неладное учуял и командир Королевской гвардии.
Что бы ни происходило вокруг, он ни на секунду не ослаблял внимания, охраняя короля. В его голове всё еще звучали напутственные слова маркиза Маркуса.
— Вы же понимаете, какая ответственность ложится на вас, когда король лично выходит на поле боя. Помните: если не вы его защитите, то не защитит никто.
Ни Энкрид, ни Сайпресс не были личными охранниками монарха. Человек в тёмно-сером шлеме твердо помнил об этом.
«Защита — на мне».
Если потребуется, он прикроет короля своим телом. Что бы ни произошло, он не имел права на панику или минутную слабость.
Он строго следовал собственным правилам, поэтому даже когда над полем боя потянул дурной ветер, его дыхание осталось ровным.
Это и была цена абсолютной выдержки.
Не обладая мастерством высшего рыцаря, он всё же почуял врага почти одновременно с Рагной. Однако прежде чем они успели крикнуть, подал голос Сайпресс.
— Лиен.
Окликнув подчиненного, он притянул внучку к себе, закрывая её своим телом. Угроза шла с тыла. Что бы ни напало, ему придётся сначала пройти сквозь него, а значит, рядом с ним ей было безопаснее всего.
Орелия даже не вздрогнула, послушно встав там, куда её направил дед. Она давно привыкла к подобным ситуациям.
Лиен, рыцарь из Красных Плащей, уже вырос между двумя гноллами, зашедшими сзади. Рагна даже не уловил момента, когда тот успел там оказаться.
Лиен положил руки на плечи тварям. Со стороны это выглядело почти по-дружески.
— Торопитесь? Куда же вы, давайте поболтаем.
Пока Рагна и гвардеец только осознавали угрозу, Сайпресс уже завершил маневр, выставив Лиена навстречу монстрам.
Р-р-рх!
Зажатые мертвой хваткой гноллы попытались ударить в ответ, но пальцы Лиена сомкнулись раньше.
Хрусть!
Сила просто невероятная — на уровне Аудина или Рема. Он одним движением раздробил кости в плечах монстров.
Мышцы под кожаными ремнями доспеха вздулись, руки рыцаря словно налились свинцом.
Кья-а-а-а!
Твари зашлись в визге. Лиен отпустил их изувеченные плечи и тут же нанес два мощных удара по сторонам.
Бах! Бах!
Два синхронных удара — и черепа монстров лопнули. Движения Лиена были текучими и пугающе точными.
Он опережал их, не прилагая, казалось, никаких усилий.
На руках Лиена были тонкие стальные перчатки, на ногах — такие же поножи.
В остальном же его броня состояла из легкой кожи — это и был весь его арсенал.
Покончив с первыми двумя, он переключился на третьего.
Он пригнулся к самой земле и скользнул вперед, подобно змее. Гнолл попытался ударить снизу, но Лиен увернулся, выгнувшись так, будто у него нет костей. Мгновение — и он уже вцепился в колено монстра.
Зрелище напоминало смертельный бросок кобры.
Коленный сустав с хрустом вывернулся под неестественным углом.
Хрясь!
Кья-а-ак!
Пока тварь выла, Лиен молниеносно взобрался выше: удар ладонью в подбородок, захват корпуса, упор в таз. Мощный рывок обеими руками — и он буквально скрутил противника штопором.
Хруст. Треск.
Звук ломающегося хребта эхом разнесся вокруг.
Кья-а-а-ак!
Предсмертный вопль монстра оборвался на высокой ноте.
Наблюдая за этим, Рагна пустил в ход «Восход». Его клинок нашел четвертого гнолла, затаившегося в траве для прыжка. Меч играючи рассек череп твари.
Рагна даже не удостоил его взглядом, хотя голова монстра развалилась на две ровные половины.
С последним разобрался Ингис. С абсолютно бесстрастным лицом он принял удар когтей на блок и в то же мгновение перевел его в сокрушительную контратаку, разрубив гнолла пополам.
Техника, мощь и скорость были отточены до совершенства. Настоящему мастеру, прошедшему классическую школу ордена, не нужны тайные козыри — он и так безупречен.
Филигранный выпад, где защита и нападение слились в одно движение.
Но Рагна не мог оторвать глаз от Лиена. Его работа впечатляла куда больше.
«Стиль Эйл-Каразаа».
Рагна повидал немало приемов, спаррингуя с Энкридом. Этот был ему знаком — кажется, нечто подобное практиковал Фин, глава разведки.
Всего за несколько секунд он оценил уровень Лиена. Простой противник? Как бы не так. С таким мастером исход поединка всегда под вопросом.
— Решили напасть исподтишка, значит.
Кранг сохранял ледяное спокойствие. Целились в него или в кого-то другого — неважно; если бы его можно было пронять такой дешевой уловкой, он бы не стал тем, кем является.
— Битва завершается.
С этими словами Кранг двинулся вперед. Рагна убрал меч и обратился к Сайпрессу:
— Как ты их учуял раньше нашего?
В голосе не было и капли почтения, хотя перед ним стоял прославленный рыцарь и аристократ.
Бойцы Красных Плащей, для которых авторитет учителя был святыней, недовольно нахмурились, но быстро взяли себя в руки.
Сам Сайпресс и бровью не повел, так что и его подчиненным встревать не стоило.
— И ты вот так запросто просишь выдать мой секрет?
Сайпресс ответил с улыбкой. Рагна на секунду задумался.
— Пожалуй, не стоит.
— Зачем тогда спрашиваешь?
В глазах Сайпресса вспыхнул интерес. По части чистого, необработанного таланта этот парень не имел себе равных.
Рагна Заун.
Самородок с Севера. В фехтовании Сайпресс не встречал никого одареннее. От Рагны так и веяло ленью, но его мастерство перекрывало любые недостатки характера.
— У нас так принято: спрашиваешь командира — он отвечает. Привычка.
Эти слова не на шутку заинтриговали Сайпресса.
«Спрашиваешь — и он делится?»
Значит, в их кругу было нормой делиться знаниями и перенимать чужой опыт без лишней спеси.
«Несмотря на конкуренцию и личную неприязнь?»
Он понимал, что они не попивали чаек, мило обсуждая приемы. Сайпресс за годы командования орденом научился видеть людей насквозь. Эти бойцы были жесткими, колючими. И всё же Рагна не врал.
«Значит, у них был стержень, вокруг которого всё вращалось».
Тот сумасшедший, Энкрид. Он впитывал знания ото всех, а затем раздавал их обратно. Бесконечный цикл.
Снова и снова. Без передышки. Не зная усталости.
Сайпресс видел его тренировки. Это было не просто усердие — в каждом движении чувствовался яд, маниакальное упорство и чистое безумие.
«Да и остальные, похоже, не слишком-то скрытничали».
Не нужно объяснять на пальцах. Достаточно один раз увидеть, уловить суть и начать экспериментировать самому.
Таков был их образ жизни. И результат этой философии сейчас был налицо.
«Стая матерых псов».
Они не были друзьями, но росли вместе, подстегивая друг друга.
Разве это не пугает до дрожи?
У Красных Плащей всё было иначе: жесткая иерархия, учитель и ученики. Конкуренция была, но не такая дикая. Две совершенно разные школы.
«Любопытно».
Мысль промелькнула и тут же погасла.
Сайпресс не выдал своих раздумий ни единым мускулом. За долгие годы командования он научился прятать душу за маской. Темарес не зря считал его самым непроницаемым человеком на свете.
В итоге он всё же ответил. Те слова про тайный козырь были всего лишь шуткой.
— Всё дело в опыте, парень. Я воюю с Южанами не первый десяток лет и просто предугадал их следующий шаг.
Конечно, одной интуиции мало для такой реакции, но в целом он не врал.
Сайпресс досконально изучил повадки противника. Он знал, что они выкинут, и просто ждал, обострив все чувства до предела.
Это тоже было своего рода высшим пилотажем. Рагна понимающе кивнул.
Посмотришь на него — кажется, ткни пальцем, и рассыплется.
«Но пришибить его будет непросто».
Рагна оценил старика по достоинству.
Тот был достаточно хитер, чтобы сбивать с толку чужую интуицию, мастерски маскируя свою истинную мощь.
— Я иду вперед.
Голос Кранга заставил всех обернуться. Он зашагал вперед, не удостоив трупы гноллов даже взглядом. Битва затихала, но напряжение в воздухе всё еще можно было потрогать руками.
— О-о-о!
Теперь в криках солдат слышалась жажда расплаты. Время платить по счетам наконец пришло.
Впереди мелькал Фел, продолжавший свой безумный танец среди летящих в него стрел.
— Ну же, давайте! Ещё стрел, мне мало!
В него летело всё подряд: копья, камни, даже какой-то бедолага швырнул свой щит. Фел уворачивался от всего, словно играя.
Каждым своим жестом он методично и хладнокровно растаптывал остатки воли противника к сопротивлению.

Комментарии

Загрузка...