Глава 426: Глава 426: Король Востока, Ану

Рыцарь Вечной Регрессии / Рыцарь, живущий одним днём
Официальным поводом для прибытия короля Востока Ану в Пограничную службу был Мартай, но, разумеется, на повестке дня стоял и другой вопрос.
— Либо Наурилия сошла с ума, либо их новоиспеченный король лишился рассудка. Мне нужно в этом разобраться. Но сначала встретимся с этим так называемым убийцей демонов.
В восемнадцать лет Ану прославился тем, что охотился на львов в восточных степях. К пятидесяти годам он собрал свой народ и основал на восточных землях государство — настоящий герой во всех смыслах.
Однако, у этого легендарного человека была одна своеобразная привычка.
Всякий раз, когда он встречал кого-то впечатляющего, он пытался переманить его на Восток. Он был одержим коллекционированием талантов.
Нельзя сказать, что для тех, кого он увозил с собой, это всегда оборачивалось бедой.
— Жалеешь, что стал моим братом? Тогда ты волен уйти!
Наконец, он был человеком, чья смелость и жизнерадостность не знали равных на всем континенте.
Те, кто следовал за ним, со временем часто сами становились восточными людьми, поддавшись его харизме и как очарованными его амбициями и мечтами.
Его мечты были масштабными, возвышенными и часто казались абсурдными, но он воплощал их в жизнь.
До такой степени, что каждый дюйм восточного фронтира теперь нес на себе печать Ану.
С восемнадцати лет он посвящал каждое мгновение своей жизни освоению Востока.
Любой, кто по-настоящему понимал его жизненный путь и видел его в деле, невольно признать его притягательность.
— Немного упрямый и своевольный, но...
Смуглокожий лейтенант Ану, Асалухи, поправил тюрбан и молча размышлял. Что бы ни говорили другие, он глубоко уважал своего короля, чьими отличительными чертами были дерзость и незлопамятность.
Асалухи считал, что его роль заключается в том, чтобы восполнять пробелы в суждениях короля.
— Пойдем. Пора встретиться с этим так называемым маньяком-истребителем демонов.
Хотя история Энкрида была слегка искажена при пересказе, король Ану не был склонен к предвзятости.
— Значит, маньяк, одержимый убийством демонов? Что ж, почему бы и нет?
Мартай был лишь предлогом. Настоящая причина была ясна — Ану жаждал талантов.
Король был занят недавними событиями на Востоке, но этот визит удачно совпал с редким периодом передышки. Идеальный момент.
Прибыв в Пограничную службу, ему не составило труда попасть в город под благовидным предлогом. Найти этого парня Энкрида и пройти на военный плац оказалось еще проще.
— Он примет любой вызов на дуэль? Вообще от кого угодно?
Вопрос Асалухи заставил солдата оценить их взглядом, но тот, похоже, не был намерен их останавливать.
Наконец, любого, кто сумел зайти так далеко, простой солдат остановить не мог. Сам генерал отдал приказ: пропускать их.
Будь то убийца или дуэлянт, солдатам не было дела до вмешательства, если они не могли справиться с этим сами.
Конечно, генерал добавил оговорку — если они горят желанием сражаться, никто их не остановит. Но такие энтузиасты среди солдат встречались очень редко.
Солдат, наконец, разомкнул губы, готовый пропустить их.
— Всё верно.
Ану весело рассмеялся и зашагал внутрь первым. Солдат не стал его задерживать. как ветераном с определенным опытом, он не собирался затевать драку с тем, кто, скорее всего, уже миновал «Лягушку» Маэллуна, стража города.
Генерал также предупреждал их: если они не уверены, что смогут одолеть Маэллуна, лучше не провоцировать посетителей такого калибра.
— Что ж, он определенно дерзок.
Проходя мимо солдата, король пробормотал это себе под нос, беспрепятственно двигаясь вперед.
Солдат посмотрел вслед уходящей фигуре и невольно подумал, что этот человек выглядит странно возбужденным.
Ану ступил на тренировочную площадку.
— Интересно.
Он уже чувствовал прилив азарта.
Когда он встретил так называемого убийцу демонов, само присутствие этого человека пробудило в нем дух соперничества.
Давно он не чувствовал такой чистой, ясной боевой энергии.
Обычно Ану не бил первым, но аура противника подтолкнула его к действию.
— Почему бы и нет? Побалую себя.
Точнее говоря, его привлекла первобытная решимость противника, которая заставила его действовать.
Так началось пребывание восточного короля наемников в подразделении.
— Так-так, посмотрим.
Оглядывая группу, Ану не мог скрыть своей жажды талантов.
Во-первых, был Рем.
— У этого природные инстинкты.
То, как он владел своими парными топорами, было далеко не заурядным.
Ану называл тех, кого признавал, своими «братьями» — эта традиция восходила к его ранним временам на Востоке, когда его группа была известна как «Братство охряных тюрбанов». С тех пор название закрепилось.
Даже среди его братьев такое мастерство встречалось редко. Хотя это не было чем-то неслыханным, это было необычно.
Восток был суровым краем, не уступающим любой зоне, кишащей магией. Неизведанные территории были по самой своей природе опасны, там кишмя кишели колоссальные монстры и смертоносные звери.
А еще там были летающие хищники и коварные порождения демонов.
Несмотря на эти трудности, Рем выделялся — талант, редкий даже для Востока. И все же он был не единственным.
А что насчет Одина?
— Давай проверим твою силу!
Во время спарринга они сцепились руками, чтобы помериться мощью.
— Сильнее медведя Кровавой шкуры, а?
Ану был искренне впечатлен. К тому же, Аудин не был просто грубияном, полагающимся на грубую силу.
— Я и раньше встречал силачей...
Когда Ану попытался выкрутить ему запястье, Аудин ответил тонкими, искусными приемами.
Дело было не только в силе; мастерство делало его исключительным — редкая жемчужина даже среди братьев Ану.
Затем был Рагна.
Назвать кого-то гением — значит признать его экстраординарный талант.
Рагна, несомненно, был гением.
Существо, созданное небесами, он подражал и овладевал сутью каждого навыка, который демонстрировал Ану.
Его основы были прочными. Его фехтование черным двуручным мечом было быстрым и тяжелым, что делало его грозным противником для всех, кроме самых опытных рыцарей.
Все это разжигало желание Ану, хотя и не шокировало его.
Невероятные инстинкты. Отточенное тело. Устрашающий талант.
Редкость? Безусловно. Но не нечто неслыханное.
Однако, редкость не делала их менее желанными.
Среди них были даже талантливая зверолюдка и Тереза, полувеликанша.
Даже Рокорд и Фел, пастух, привлекли его внимание.
Каждый из них был талантом, которым он жаждал обладать.
— Поразительно.
Ану почувствовал новый прилив радости.
А затем обнаружилась аномалия.
— Еще и маг.
Эстер в человеческом облике удостоила его единственным взглядом, после чего потеряла всякий интерес. Она едва признавала его присутствие.
Все это могло быть примечательным, но по-настоящему Ану заворожил человек, который их возглавлял.
— Поражение.
Что значит проиграть?
Большинство искусных воинов обладали непоколебимой гордостью, и эти люди не были исключением.
Рем, Рагна, Аудин — все они подходили под это описание.
Но был еще вот этот.
— Кто этот парень?
Один человек, казалось, перечеркивал весь негатив в группе.
— Не желаете ли дуэль?
Проиграть — значит отрицать собственные способности.
Первое, что било сильнее, чем дух соперничества, — это горький вкус поражения. Он сохранялся дольше, подтачивал решимость, нашептывая, словно дьявол в углу сознания.
Такова природа негативных эмоций.
Особенно для тех, кто был напрочь разгромлен перед Ану, это ощущение усиливалось.
Ану признавал их упрямство, но не отвечал на него любезностью. Каждая техника, представленная перед ним, была сокрушена.
Но несмотря на это —
— Заняты, значит?
Они бросались на него снова и снова.
Поражение разъедает душу, тем более душу мастера.
Но этот был другим.
Хотя Ану не любил термин «полурыцарь», даже по этому стандарту его противник был примечателен — вероятно, он входил в десятку лучших, даже в сравнении с его собственными назваными братьями.
И все же этот искусный человек сражался, не обращая внимания на возможность проигрыша.
— Неужели у него нет гордости?
Или, возможно, он обладал чем-то большим, чем простая гордость.
Ану вспомнил свои прошлые поражения. В них не было ничего приятного, но у него не было времени в них утопать. Всегда был путь вперед.
Казалось, его противник чувствовал то же самое.
Этот знакомый запах стойкости — Ану узнал его.
— Давай спарринговать.
Король Востока кивнул.
Противник, не тревожимый мыслями о поражении, поднял свой клинок.
Энкрид проиграл, а Ану выиграл.
Результат, неизбежный, как рассвет.
— Спасибо.
Таковы были слова побежденного. Пламенная решимость в этих глазах подсказала Ану, что это было не безразличие к проигрышу, а сосредоточенность на чем-то гораздо большем.
Мечта настолько великая, что поражение становилось лишь ступенькой.
— Я стану первопроходцем Востока, — заявил Ану.
Энкрид пристально посмотрел на него, явно заинтригованный смыслом его слов.
— Поговорим об этом в следующий раз.
Ану весело рассмеялся.
Сама мысль о том, чтобы привезти этих людей на Восток, приводила его в неописуемый восторг.
В течение нескольких дней причина визита восточного короля стала ясна всем без лишних расспросов.
— Твои навыки впечатляют. Не желаешь присоединиться ко мне в экспедиции?
Он открыто искал таланты, даже не пытаясь это скрыть.
Рем моргнул, услышав предложение. Он рубил массивное дерево, чтобы соорудить прочное бревенчатое кресло, привыкая к своему недавно выкованному топору.
При каждом взмахе во все стороны летели свежая щепа и опилки, пока топор вгрызался в дерево.
Даже при выполнении такой обыденной задачи Ану мог сказать наверняка.
«Этот владеет топором с поразительным изяществом», — подумал он.
Сначала она показалась смутно знакомой, но чем больше он наблюдал, тем больше видел уникальную и отточенную технику.
— Если я впечатляю, то кто же тогда ты?
Небрежно спросил Рем, его тон был таким же свободным, как и всегда. Ранги и титулы мало что значили для него, будь то король или рыцарь.
— Едва ли стоит сравнивать.
Ану покачал головой.
— И все же твой тон похуже, чем у нашего капитана.
—...Асаллухи, это государственная измена? Оскорбление короны?
Это была шутка, конечно. Даже если бы Ану был искренне оскорблен, Рему было бы все равно.
— У меня есть кое-какие дела на Западе, с которыми мне нужно разобраться, — твердо решил Рем.
Мысль о противостоянии с Ану без магии вызывала у него беспокойство, что до крайности его раздражало.
Конечно, в настоящем бою он бы не проиграл, и он кое-чему научился во время их спаррингов, но что-то все равно казалось неправильным.
— Да, я отправлюсь на Запад, — вновь подтвердил Рем.
Король не был глуп; он знал, как использовать слабости.
С Ремом он подшучивал как с равным, но с Рагной бил туда, где было больнее всего.
— Итак, не желаешь ли ты помочь мне ориентироваться на Востоке?
— Тебе нужен проводник?
— Именно так.
— Поиск кратчайших путей и прокладывание новых троп — моя специализация, но сейчас я занят.
Если Рагну вывести из себя, он был даже хуже Рема. Если он что-то решил, его было не переубедить. Его решимость была такой же непоколебимой, как железные кулаки Одина.
Но король оставался неутомимым, предлагая подобное каждому встречному.
Когда он встретил Дунбакел, его дерзость достигла новых высот.
— Хочешь быть моей дочерью?
— А с чего бы это?
Дунбакел ответила в манере, напоминающей Рема.
— Или ты предпочтешь быть моей женой? Прошу прощения, но у меня нет нужды в партнере.
— Что за чепуха? Мне не нравятся старики.
Король Востока был не из тех, кто обижается. Он просто от души рассмеялся.
У всех возникла схожая мысль:
Что же это за человек такой — король Востока?
Никто не задавался этим вопросом больше, чем Крайс.
— Ваше Величество, король Востока! Это правда? Неужели золото на Востоке действительно громоздится горами?
Король снова усмехнулся.
— Ты? В тебе у меня нужды нет.
Его приоритеты были ясны — он искал умелых бойцов.
Его лейтенант Асаллухи казался невозмутимым, явно привыкнув к подобным выходкам.
Рагна наблюдал за тем, как двое бойцов заканчивают спарринг.
— Простой укол может показаться необычайным, если подстроить темп.
Наконец, что такое техника?
В своей основе это не более чем способ пронзить или рассечь цель перед тобой.
Рагна погрузился в себя, глубоко размышляя.
Его талант был не просто исключительным; он был беспримерным. Трудно было представить кого-то, обладающего большими врожденными способностями.
Хотя он мог прогрессировать и без внешней мотивации, присутствие катализатора на его пути усиливало его стремление.
Он переосмыслил все, чему научился, отбросив ненужное и оттачивая остальное.
Лежа на койке, он смотрел в окно.
Тренировочное поле подразделения «Безумцев» было напрямую соединено с казармами — конструктивная особенность, позволявшая подобные моменты.
Несмотря на пыль, близость была удобной — это мнение высказал Энкрид, а Крайс учел его при проектировании планировки.
Благодаря этому Рагна мог наблюдать за тренировочным полем и теряться в своих мыслях о фехтовании.
Однако со стороны казалось, что он просто бездельничает.
— Опять этот засранец халявит. Знал, что надолго его не хватит, — заметил Рем, вырезая стол после того, как закончил бревенчатое кресло.

Комментарии

Загрузка...