Глава 911

Рыцарь Вечной Регрессии / Рыцарь, живущий одним днём
Рем прикончил топором последних выскочек.
Синхронный выпад четырех копий с разных сторон — угроза смертельная. Но лишь в том случае, если враг тебе ровня.
«Если вспомнить ту тварь, балрога...»
Нынешняя стычка даже не тянула на опасность. Прошлый опыт лишь сильнее закалил его характер, превращая в истинного воина.
К тому же Сайпресс наглядно объяснил, как разделываться с подобными противниками, так что дело пошло совсем легко.
Одно копьё Рем отбил кулаком, другое — ударом ноги, третье увёл в сторону и зажал локтем. В то же мгновение его топор опустился на голову одного из рыцарей, вскрывая её как орех.
Бой затягивался, и гора трупов росла. Варвар действовал расчетливо: не лез на рожон, но и не отступал ни на шаг.
Он двигался без суеты, вкладывая в каждый замах ровно столько сил, сколько нужно для убийства. В таком темпе он мог бы рубиться трое суток напролет — и это было вовсе не преувеличение.
«После тренировок с Уске и не такое покажешь».
Умение направлять шаманскую силу и беречь дыхание отточилось само собой.
Рем постоянно перемещался, меняя углы обзора так, чтобы противники не могли навалиться толпой — не больше четырех за раз. Строй Безликих начал стремительно редеть.
В пылу схватки лезвие топора подцепило чей-то шлем. Железо лопнуло и отлетело в сторону, обнажив лицо врага.
Рем бросил мимолетный взгляд: исперещенные шрамами щеки и пустые, остекленевшие глаза. Человеком это существо можно было назвать лишь формально.
«Сперва выжгли рассудок, а потом выдрессировали убивать. Живые инструменты».
Эта мысль промелькнула у него прямо во время резни. Слова «жестокость» или «зверство» здесь казались слишком блеклыми.
Стало ясно, почему они не знают страха: они не дрогнули, даже когда головы их соратников лопались под ударами топора одна за другой.
Враг не вызывал ужаса, скорее глубокое, тошнотворное отвращение.
— Р-р-р... Получай, выродок.
Он выплюнул эти слова, когда голова последнего врага слетела с плеч. Рем опустил оружие и принялся искать глазами того, кого звали Великим императором. Только такой подонок мог сотворить нечто подобное со своими людьми.
Император приближался вальяжно, словно гулял по парку. Его фигура невольно приковывала взор — от него исходила аура тяжелой, удушающей силы.
От него за версту разило магией и какой-то гнилью. Впрочем, его поступки говорили о нем куда красноречивее любого запаха.
«Конвейер по штамповке рабов».
Разве может остаться в здравом уме тот, кто ради власти растоптал саму суть человечности?
— Уверен, вы не по своей воле здесь сдохли. Плевать на всё, но я снесу башку этому гаду и отправлю его следом за вами.
Рем вскинул топор, и воздух прорезал бесплотный, жуткий стон.
То были крики Безликих — душ, которые Император переломал и превратил в послушную сталь.
— Какая же гнида...
Если в начале боя он еще подначивал врагов, шутливо называя себя «замом командира», то теперь в его голосе слышалась лишь глухая ярость.
* * *
— И как ты до меня дотянешься оттуда, снизу?
Синеватые волосы, обтягивающий доспех, подчеркивающий рельеф мышц — этот тип выглядел слишком атлетично для обычного книжного червя.
Энкрид задрал голову. Маг завис в небе, оказавшись вне досягаемости для простого удара.
— Что-нибудь брошу — достану.
— Неужели швырнешь в меня свой меч?
Маг был серьезен. Было очевидно, что он начеку и готов отразить любую атаку снизу.
Но разве это повод не пробовать?
Энкрид сорвал с груди кинжал-горн и отправил его в полет.
Фью-ю-ить!
Особой силы не требовалось. Перед ним был не тяжелый латник.
Хрусть!
Клинок вошел в живот мага и, пройдя насквозь, скрылся в облаках.
Тот не был воином, но магией владел мастерски. Сталь пробила тело, но ни капли крови не пролилось — органы остались невредимы. Да, этот парень действительно кое-что умел.
Вокруг его головы затрещали искры, тело превратилось в чистый электрический разряд, пропустив кинжал сквозь себя. Из глаз мага во все стороны ударили ослепительно-белые молнии.
В этот миг он казался воплощением божества грозы.
— Ветвь Гухинны!
Едва он выкрикнул заклятие, с небес обрушился разряд.
Ба-бах!
Свет опередил звук. Ослепительный жгут энергии ударил вниз, но наткнулся на «Рассвет» Энкрида и рассыпался искрами.
— Теперь понятно. Подавление магии? Редкий дар. Уверен, что не хочешь присоединиться к нам?
Словоохотливый попался противник. Пока он рассуждал, вокруг его губ плясали синие искры.
— Не намерен.
Ответ Энкрида был краток. В ту же секунду он почуял, как мерзкий запах, который он заметил ранее, стал почти невыносимым. Он не был зверолюдом, но чутье воина подсказывало: враг уже за спиной.
— Вперед. Прикончи его.
Дорогу Энкриду преградило рогатое чудище в специально подогнанном под рога шлеме.
Гр-р-ра...
Существо утробно зарычало, роняя вязкую слюну на землю. Для великана он был мелковат, да и на фоне Энкрида не выглядел такой уж горой мышц.
— На человека ты мало смахиваешь.
Энкрид сохранял ледяное спокойствие. Ни тени страха, ни малейшего напряжения.
— Твоя работа, грифонов моих перебил? Ну, теперь я за тебя возьмусь.
Голос донесся из-за спины рогатого монстра.
Глядя на таких персонажей, Энкрид всегда удивлялся: как можно так беспечно болтать, находясь на расстоянии выпада от вооруженного воина?
Не дожидаясь конца фразы, Энкрид сорвался с места. Рогатая тварь вскинула тяжелый двуручный топор.
Бум.
Звуки исчезли. Время растянулось, когда лезвие топора пошло по дуге, грозя разрубить Энкрида пополам. Воздух стал вязким, словно патока, а сознание работало на пределе скорости.
Энкрид выставил клинок вертикально, принимая колоссальный импульс и плавно переводя его в сторону.
«Мягче...»
Он сосредоточился, трансформируя свою Волю. Его энергия, доселе жесткая и непоколебимая, стала текучей и пластичной. К этому маневру он готовился давно.
Развернувшись на левой ноге, Энкрид пропустил удар мимо себя всем корпусом и тут же, не теряя инерции, впечатал кулак в физиономию говорливого врага.
Хрясь! Хруст!
Оцепенение спало, и звуки мира вернулись оглушительным взрывом. Череп хвастуна буквально разлетелся, брызги крови веером расчертили воздух.
— ...Ар-гх!
Монстр взревел от ярости. Энкрид крутанулся на месте, наконец поняв, что за существо перед ним.
«Минотавр?»
Не самый рослый, но невероятно резвый. Его тело состояло из сплошных мышечных узлов, твердых как камень, а кожа отливала медью, словно была отлита из металла.
Зверь перехватил топор одной рукой и обрушил вертикальный удар. Энкрид видел каждое движение, но даже не подумал уйти с линии атаки.
Вместо этого он вновь подставил под удар свой клинок.
Это создание было результатом множества экспериментов, и его боевые инстинкты были не хуже рыцарских. Учтя прошлую ошибку, минотавр намеренно ослабил хватку в момент столкновения.
Он учился прямо в бою, становясь опаснее с каждой секундой. Этот минотавр был главным козырем укротителя, который так глупо погиб мгновение назад.
Энкрид разгадал этот финт. Он мгновенно сконцентрировал Волю в теле и высвободил её резким импульсом. Точечный взрыв мощи.
Сочетание аномальной силы сердца и изнурительных тренировок дало плоды: Энкрид мог бы помериться силой рук с самим огром.
И в этот выпад он вложил нечто гораздо большее, чем просто силу мышц.
Когда «Рассвет» врезался в топор, руку монстра отбросило вверх — фатальная расплата за попытку сыграть в поддавки с хваткой.
Меч Энкрида тут же «заглянул» под шлем. Клинок вошел без приглашения, вычистив всё содержимое черепной коробки.
Гр-р-а...
Минотавр по инерции нанес еще восемь ударов по пустоте. Живучесть этих тварей была по-настоящему тошнотворной.
Энкрид лениво парировал эти предсмертные взмахи, попутно уворачиваясь от молний, которые маг продолжал метать с неба.
— Да ты... ты сам чудовище.
Энкрид взглянул вверх. Интересно, дает ли превращение в молнию ту же скорость, что есть у света?
Судя по тому, что кинжал он пропустил — вряд ли.
Энкрид уже просчитал предел способностей мага. Его тактическое чутье никогда не подводило.
Маг оцепенел от ужаса, увидев следующее: пока минотавр еще падал, Энкрид заскочил на лезвие его топора, как на ступеньку. Толчок, прыжок на плечо, касание головы — и воин взмыл ввысь.
Все произошло в мгновение ока. Без всякой магии, лишь за счет силы собственных мышц Энкрид взлетел прямо к парящему противнику.
Хрясь!
Череп монстра, послуживший опорой для прыжка, не выдержал и лопнул, окатив всё вокруг темной кровью.
— Гх...
Маг не успел и пикнуть. Энкрид видел изъяны в плетении чар и бил точно в них. Его техника была не просто подавлением — это было истинное убийство магии.
Тот навык, что зародился в битве с Ходячим огнем, они долго шлифовали вместе с Эстер. И теперь пришло время показать результат.
Вжик!
Меч прорубил электрическую плоть. Сгусток энергии на миг задрожал, пытаясь восстановить форму, но окончательно развеялся.
Зрелище было сюрреалистичным: воин рассек чистую энергию, но из разреза вдруг брызнула вполне человеческая кровь.
Пш-ш-ш... пш-ш-ш...
Грозовые разряды тут же принимались шипеть, испаряя алую жидкость.
— Знаешь, мне необязательно метать меч. Я и сам могу за ним прийти.
Энкрид произнес это уже над трупом, словно ставя жирную точку. Формально он просто ответил на вопрос, собирается ли он бросать оружие.
Маг умирал с чувством глубокой обиды. В нем еще бурлил запас сил, но он не успел реализовать и доли своего потенциала.
«Так нечестно...»
Это стало его последней мыслью. Энкрид изящно приземлился и огляделся.
Великий император был уже рядом. Он кивнул адъютанту, и десяток бритых налысо слуг, надрываясь, поднесли его чудовищное оружие.
Скре-е-ежет.
Огромная железная плита волочилась по камням, превращая их в пыль. Император уверенно сжал рукоять.
— Все пали.
Этот человек привык к стратегии. Он любил триумфы, выверенные до мелочей и просчитанные заранее.
Он не знал горечи поражения уже много лет. В голове всплыли воспоминания о битве с владыкой Демонических земель, где он был стерт в порошок.
Разве тот урок прошел даром? Нет, он усвоил его слишком хорошо.
«Любой план до его исполнения — лишь пустые надежды».
Следовательно, нужно уметь побеждать там, где план провалился. Нужно двигаться вперед, когда всё летит к чертям, и находить в себе силы стоять до конца, даже когда почва уходит из-под ног.
— Кажется, я понял: балрога прикончила не какая-то тварь из Демонических земель. Это сделал ты.
Император произнес это с абсолютной убежденностью, и Энкриду не было смысла отпираться.
— Да, ходят такие слухи.
— Что ж, ты его заслужил.
— И каковы твои шансы в одиночку? Хочешь сразиться со всеми нами по очереди?
— Одна схватка всё ещё продолжается.
Издалека всё еще доносился лязг стали и грохот ударов. Сайпресс и фрок Беарлих были поглощены своим поединком.
— Ах ты гад! Придерживал козыри в рукаве!
Рассерженный вскрик фрока долетел до них. Хотя противники казались равными, чаша весов уже начала склоняться не в его пользу.
Однако в таких делах нельзя быть уверенным, пока не почувствуешь клинок врага сам. Судить о финале этой дуэли было преждевременно.
Во время этого короткого разговора в сторону Императора со свистом рванул стальной диск.
Император даже не поднял щит. Он просто отмахнулся голой рукой. То, что приняли за диск, оказалось топориком, который разлетелся вдребезги. Первоклассная гномья сталь лопнула, словно хрупкий фарфор.
Но цель была достигнута — Император выдал себя, позволив оценить свою мощь по этому короткому движению.
— Ну и порядки у вас. У вас что, трон достается тому, кто громче всех костями врагов хрустит?
Рем ухмыльнулся, подходя ближе. Конечно, это он запустил топор. Император лишь рассмеялся в ответ.
— Ха-ха-ха-ха!
Его смех был настолько мощным, что без защиты Волей у любого могли лопнуть перепонки или не выдержать сердце.
Затем он внезапно смолк и холодно спросил:
— Вы правда решили, что это конец?
— Мы не решали. Мы просто констатируем факт.
Рагна ответил максимально буднично.
Император разжал кулак, которым только что сокрушил сталь. Вокруг его ладони колыхалось странное темное марево.
— Исполни уговор!
После его окрика темная дымка начала окутывать горы трупов.
— Как скажешь.
Чужой голос донесся откуда-то из-за его спины. И в ту же секунду все мертвецы начали судорожно дергаться, пытаясь встать.
— Второй раунд. Придется вам попотеть еще немного.
Император оскалился в торжествующем смехе.

Комментарии

Загрузка...