Глава 213: Глава 213: После того, как пыль осела

Рыцарь Вечной Регрессии / Рыцарь, живущий одним днём
Маркус, без сомнения, был хитрым политиком.
Олф осознал, что Маркус зажимает его в кольцо, только когда отступил в город. От услышанных отчетов его едва не стошнило.
Голова шла кругом.
Было ли отступление опасным?
Нет, никакой опасности. Лишь небольшой кавалерийский отряд следовал за ними по пятам, служа одновременно и конвоем, и арьергардом.
«Он просто загнал меня в город».
А теперь осада? Неужели этот лунатик совсем с катушек съехал?
Когда первый шок прошел, его место ожидаемо заняла ярость.
Но даже в гневе Олф соображал лихорадочно: если он сейчас даст слабину, всё будет кончено.
Смогут ли они перегруппироваться в городе и отбить атаку Погранстражи?
Ни единого шанса. Их только что в пух и прах разгромили в поле.
Моральный дух был на нуле, а на переформирование войск требовалось время.
Но Маркус лишил Олфа этого времени:
Времени, чтобы собраться с мыслями.
Времени на подготовку.
Времени на вызов подкреплений.
Однако, Олф взял себя в руки и созвал военный совет.
— Всех ко мне!
Его голос, резкий от напряжения, всё же не дрогнул — и то хлеб.
Вскоре собрались все ключевые командиры операции.
— Я выйду и прогоню их! Дайте мне сотню пехоты и отряд кавалерии!
Яростно выкрикнул один из лейтенантов.
«Этот кретин вообще в своем уме?»
Если бы врага было так легко прогнать, разве они получили бы такую взбучку в прошлом бою?
Этот лейтенант был заменой Грегу.
— Заткнись.
Олф холодно осадил его, переключив внимание. Как ни старайся подбирать кадры, идиоты найдутся всегда.
Настоящее чудо, что этот болван вообще дослужился до лейтенанта.
— Это был политический маневр, тщательно скрытый, — вставил другой лейтенант, мастер подхалимажа, пытаясь унять гнев Олфа.
Но сейчас эти слова были для Олфа пустым звуком.
Стул под ним казался невыносимо тяжелым.
А на душе было еще тяжелее.
Руки и ноги плохо слушались.
Кому принадлежали те войска без опознавательных знаков?
Они были под началом графа Молсена. Если точнее, костяк составляли люди барона Бантры, усиленные опытными мечниками, присланными лично графом.
Большинство уцелевших солдат Бантры дезертировали, едва узнав о поражении.
Их отступающие фигуры выглядели в точности как разбитые беглецы — точь-в-точь как собственные войска Ольфа из Мартая.
Отступающие отряды выглядели как жалкое сборище беглецов, впрочем, как и собственные войска Олфа из Мартаи.
Веко Олфа дернулось.
«И что, мы просто позволим им сожрать нас?»
За городскими стенами Маркус методично возводил осадные укрепления.
Как долго он готовился? Неужели вся эта кампания была расписана по нотам с самого начала?
Люди Маркуса ставили палатки. Докладывали, что впереди стоят пять фигур и молча изучают стены Мартаи.
Булавки на стратегической карте Олфа были в беспорядке. Одна повалилась набок, и Олф невольно подумал, что это идеальный символ его нынешнего положения.
«Эти безумные ублюдки».
Воспоминание о пяти маньяках, устроивших резню на поле боя, вновь всплыло в памяти, вызывая приступ бешенства. Это они втоптали его армию в грязь.
Олф скрипнул зубами, подавляя подступившую к горлу тошноту.
Когда ты проигрываешь битву?
Когда теряешь хватку и самообладание.
Эта истина из кодекса наемников Востока эхом отозвалась в его голове.
Клинок, который нужно сломить
Даже если победа в открытом бою была недостижима, Олф должен был как-то сломать кинжал Маркуса.
— Все вон.
Приказ Олфа прозвучал резко.
Настало время выложить козырь — тот самый, который он держал на крайний случай, надеясь, что этот случай никогда не наступит.
— Что?
Опять этот бестактный лейтенант. Его тупость действовала Олфу на нервы.
«Этот кретин умрет, как только всё закончится»,
— мрачно подумал Олф.
Ему не хватало Грега.
Конечно, ведь Грег мертв. Его ударный отряд первым попал под раздачу, и Грег погиб, ведя бригаду за собой.
Единственным уцелевшим старшим офицером остался Циммер, командир второго батальона.
Циммер, заметив напряжение, подал голос:
— Генерал отдал приказ. Всем выйти.
После этих слов остальные офицеры потянулись к выходу.
Циммер, уходивший последним, обернулся: — Генерал?
— Мне нужно подумать. Ждите снаружи, — ответил Олф.
Циммер, хоть и был без оружия, привычно коснулся пояса и поклонился.
Олф коротко кивнул ему.
Когда комната опустела, Олф заговорил с пустотой:
— Выходи.
Там, за его спиной, куда не проникал свет, из тени нечто появилось.
Сначала оно было неясным — словно кусок самой тьмы или взвесь сажи в воздухе.
Черная масса поднялась от пола, обретая объем.
Через мгновение перед ним стоял человек в черной мантии. Лицо было скрыто, но кисти рук, видневшиеся из рукавов, были неестественно бледными и гладкими.
— Вы решились? — спросил незнакомец. Голос его был чистым и мелодичным.
Сделка с магом — всё равно что договор с дьяволом. По крайней мере, Олф считал именно так.
Ничто не дается даром.
— Да, — ответил Олф.
Цена контракта будет велика, но горечь поражения и потеря города пугали его куда больше.
Энкрид.
Имя человека, назвавшегося на поле боя, намертво засело в голове Олфа. Черные волосы, выбивающиеся из-под шлема, и то, как солдаты Мартаи падали под его мечом, словно трава под косой.
Олф понимал, в чем причина его неудачи. Если он сможет сломать этот клинок, исход осады еще можно переломить.
— Одна осада ничего не решит, — сказал Энкрид, изучая высокие стены Мартаи.
«Может, перелезть?»
У Погранстражи не было ни мангонелей, ни осадных башен, ни требушетов. Только лестницы, да и тех кот наплакал.
Да и лестниц, похоже, никто с собой не захватил.
«Они не собираются лезть на стены»,
— заключил Энкрид.
Значит, грубая сила?
Перед ним высились ворота. Ни рва, ни каких-то особых укреплений перед ними не было.
«Если Аудин возьмется всерьез и размахнется своим молотом, мы наверняка проломим их в каком-нибудь месте».
Ворота из темного дерева выглядели массивно. Но руки Аудина казались еще массивнее.
Пожалуй, намного.
«Если прокрасться ночью, лестницы могут и не понадобиться».
Старые стены были щербатыми и неровными — зацепок хватало. Если задаться целью, вскарабкаться по ним вполне реально.
Энкрид представил себе ночную вылазку.
«Если я смогу подняться...»
Значит, так же могли и Рем, и Рагна, и Джаксен, и Аудин.
«Тогда это под силу и Рему, и Рагне, и Джаксену с Аудином».
Этой пятерки хватит, чтобы покончить со всем. Пока остальные держат оборону, Аудин просто откроет ворота изнутри.
«А если там лучники?»
Просто уворачиваться от стрел не выйдет. Понадобятся щиты.
Стратегия простая, но проверенная временем.
Энкрид и раньше участвовал в подобных операциях, и как исполнитель, и как командир. Но на этот раз ощущения были иными.
Колоссальная разрушительная мощь, контроль, который он удерживал как ядро группы, чувство командования от начала до конца — всё это было в новинку.
Опыт способствует росту, и Энкрид снова рос над собой.
Он начал осознавать истинный потенциал силы — своей и своих товарищей — и то, на что они способны вместе.
Горстка воинов, меняющая ход сражения — вот почему когда-то рыцари были решающей силой на войне.
Энкрид постигал это на собственном опыте.
— Чего ты там хмуришься? — спросил стоявший рядом Рем, лениво ковыряя в ухе.
— Да так, в командира играю, — отшутился Энкрид.
Рем фыркнул: — Командир отряда из десяти калек! Может, сначала животы набьем?
Поле боя было завалено телами: кровь, кишки, отрубленные конечности и осколки костей. Они пронеслись здесь как ураган, оставляя за собой лишь смерть и разорение.
Меньше всего сейчас хотелось думать о еде, но идти в бой на пустой желудок было нельзя.
Чтобы хорошо рубиться, надо хорошо питаться.
— Давайте сначала отмоемся, — предложил кто-то.
Неподалеку нашелся колодец, из которого когда-то брали воду крестьяне.
Если воду отравили — будет скверно. Но додумался ли кто-нибудь до такого?
Они набрали воды и начали смывать грязь. Вскоре к ним присоединились Рем, Рагна, Джаксен и Аудин — скинули доспехи и облились водой.
Они начали вытягивать воду и оттирать запекшуюся грязь. Вскоре к ним присоединились Рем, Рагна, Джаксен и Аудин — скинув доспехи, они с наслаждением обливались ледяной водой.
Брызги летели во все стороны: они смывали с себя кровь, пот и пыль прошедшего боя.
Земля вокруг была усыпана камнями, так что под ногами не образовалось месиво. Энкрид оценил этот момент.
— Ого, ну и зрелище, — усмехнулась внезапно появившаяся Финн, показав большой палец.
Парни стояли кто в чем, оставшись в одном исподнем.
— Да уж, есть на что посмотреть, — поддакнула Синар, командир фей. Позади них молча наблюдала Дунбакель.
— Кьярр, — промурлыкала Эстер. Присев, она разглядывала их своими голубыми глазами, словно оценивая.
— Ты-то где пропадала? — спросил Энкрид, не обращая внимания на смешки вокруг.
Черная пантера лишь лениво почесала шею, всем своим видом демонстрируя полнейшее безразличие.
«Да какая разница. Всё равно ее отсутствие меня не убьет».
Рядом другие солдаты ждали своей очереди, перебрасываясь шутками.
— Командир, если в твоем отряде место освободится — зови меня! — крикнул один из них.
Передышка позволила немного расслабиться, хотя бдительности никто не терял. Пограничная стража держала высокую планку — каждый солдат знал своё дело и справлялся с ним хорошо.
— Серьёзно? — кто-то спросил со смехом.
Солдат лишь хитро ухмыльнулся в ответ.
Энкрид лишь усмехнулся. Даже если тот не шутил, мест в отряде не было, да и пара лишних мечей их особо не усилит.
Скорее уж Рем превратит новичков в свои игрушки.
Закончив мыться, Энкрид занялся снаряжением. Кожа, пропитанная кровью, сохранила запах и пятна, но он немного начистил ее, чтобы она не задубела. Сойдет.
Затем проверил наручи и сапоги, и только потом взял в руки меч.
Брошенный клинок быстро ржавеет, особенно если он в крови. Он принялся тщательно его чистить.
— На, держи, — боец из первой роты протянул ему маленькую глиняную баночку.
— Что это?
— Льняное масло. Вещь ценная.
—...И ты просто отдаешь его мне?
— Бери-бери, — ответил тот и быстро ретировался.
Крайс, наблюдавший за сценой, заметил: — Похоже, они тебя зауважали. После того, что ты устроил в последнем бою, это неудивительно.
Энкрид лишь пожал плечами. Подумаешь, великое дело.
Он начал протирать лезвие маслом. В это время подошел Рем, протягивая свою секиру.
— Глянь сюда. Кромка выщерблена, — пожаловался он.
Удивительно вообще, что этот топор не развалился на части после такой нагрузки.
— Моя секира прямо просит маслица. Слышишь? Шепчет: «Смажь меня, смажь немедленно!» — кривляясь, заныл Рем.
Энкрид уже встречал проклятое оружие, но сомневался, что даже самый злобный клинок может нести такую чушь.
— Пользуйся, — Энкрид протянул ему банку. Там хватило бы на всех.
Закончив со своим мечом, он вытащил другой — тот, что подобрал на поле боя.
*Шших.*
Ничего особенного. Взял его просто так — показалось странным идти в бой всего с одним клинком.
Его прежний владелец, какой-то командир, даже не успел его обнажить — Джаксен пробил ему горло.
Его прежний владелец — командир — погиб, так и не вынув меч: горло ему пронзил Джаксен.
Этот меч...
Точность и самообладание
— Это был тот «бесшумный выпад»?
Техника, которая убирает жажду крови и звуки, оставляя лишь само действие.
Порой очевидное упускается из виду — его принимают за ошибку или иллюзию. Укол Джаксена обладал именно таким странным эффектом.
Иногда мы не замечаем очевидного, принимая это за ошибку или иллюзию. Выпад Джаксена обладал именно таким пугающим эффектом.
На первый взгляд он кажется медленным, предсказуемым. Простой финт, от которого легко увернуться.
Но в тот миг, когда ты понимаешь подвох, его лезвие уже пронзает твою глотку.
Как ему это удается?
Энкрид, внимательно наблюдая, начал понимать. Обострившиеся чувства позволили разглядеть то, что раньше было скрыто.
«Мгновенное ускорение».
Прямо перед выпадом клинок Джаксена двинулся с ослепительной скоростью, на мгновение исчезнув из виду. Он сравнялся, а может, и превзошёл технику Рема.
В самый момент удара клинок Джаксена ускорялся до безумных скоростей, буквально исчезая из виду. По быстроте он не уступал, а может, и превосходил «Топор-Луч» Рема.
— Смогу ли я повторить такое?
Казалось, это было возможно — пусть и не так идеально.
Помимо Джаксена, уроки поджидали повсюду: от Рагны, от Рема, от Одина, от бесчисленных противников. Даже от тех, кого он убил.
Учиться можно было у каждого: у Рагны, Рема, Аудина и даже у врагов. Даже у тех, кого он сам лишил жизни.
После каждой битвы в голове оседали крупицы новых знаний, которые еще предстояло отшлифовать.
— Что, уже тренируешься?
Синар подошла бесшумно, с привычным непроницаемым лицом.
Любой, кто знал Энкрида, понял бы, что он делает: эти скупые взмахи рукой в воздухе были прокручиванием боевых сцен в уме.
— Это приятно, — просто ответил Энкрид.
— Понимаю. Пока что драк не будет, приказ на сегодня — отдыхать... жених.
— Принято.
Солнце клонилось к закату, отбрасывая длинные тени. Палатки Погранстражи уходили за горизонт, но работа еще не была закончена.
Линии снабжения еще не налажены...
Провианта хватит от силы дня на четыре.
Энкрид гадал, что задумал Маркус, но ответов пока не было. Все обсуждения стратегии отложили на потом.
Большинство солдат просто провалились в сон от усталости, оставив дежурство часовым.
В эти редкие минуты тишины можно было позволить себе расслабиться. Энкрид откупорил припрятанную флягу с яблочным вином.
— Я думал, ты его еще вчера допил, — проворчал Рем, ловя брошенную ему бутылочку поменьше.
— Ты заслужил.
— Ты тоже, капитан. Хотя тебя самого аж трясло всего, когда ты бился, — ухмыльнулся Рем.
«Заметил всё-таки».
После «Сердца Зверя» мышцы Энкрида ходили ходуном. Но это была малая цена за то, чтобы не отставать от своих монструозных товарищей.
Впрочем, это уже в прошлом. Теперь он восстанавливался куда быстрее. Энкрид сжал и разжал кулаки — порядок.
— А ты подрос, кэп, — пробормотал Рем в своей издевательской манере.
Иногда такие пустяковые фразы не требовали глубоких раздумий. Энкрид ответил в тон:
— Я всегда был выше тебя.
— Это ты сейчас так пошутил? — Рем разочарованно качнул головой.
Джаксен пропустил разговор мимо ушей, а невозмутимый Рагна бросил: «Шутки тоже оттачивают, как мечи».
Джаксен пропустил их перепалку мимо ушей, а Рагна со своим вечно серьезным видом вставил: — Шутки тоже надо точить, как мечи.
«Что за чушь?»
Энкрид внутренне усмехнулся: пытаться соревноваться в остроумии с этой компанией было себе дороже.
— Молитесь, — внезапно сказал Аудин, начиная тихую молитву.
Энкрид промолчал. Он был благодарен им всем за преданность в сегодняшнем бою. Спрашивать, почему они пошли за ним, не было смысла.
Он просто обвел их всех взглядом.
— Я тоже могу драться, — внезапно заявила Дунбакель.
— Знаю, — ответил Энкрид.
Но посылать ее сейчас на передовую — значит отправить на убой. Если бы ему нужен был просто «живой щит», он бы ее вообще не брал. А раз взял — значит, должен использовать ее с умом.
Подперев подбородок рукой, Энкрид последний раз оглядел своих людей и улегся на расстеленную на земле плотную ткань. Не кровать в замке, конечно, но вполне сойдет.
Камни под спиной немного мешали, но сон всё равно быстро сморил его.
Глубокой ночью, когда лагерь окончательно затих, Энкрид лишь слегка пошевелился, почувствовав, как Эстер прижалась к нему под бок. Он обнял черную пантеру, и сон снова накрыл его.
Через несколько часов, в предрассветной тишине, Эстер тихо выскользнула из его объятий.
Над палаткой сгустилась странная энергия, одновременно чужая и смутно знакомая. Это была магия — явление, неразрывно связанное с загадочным миром Эстер.
Мистицизм, колдовство и древняя сила сплелись воедино, предвещая события, которым еще только предстояло свершиться.

Комментарии

Загрузка...