Глава 842

Рыцарь Вечной Регрессии / Рыцарь, живущий одним днём
— Как по-твоему, они часто по-настоящему сражались?
Эстер когда-то прозвали Боевой Ведьмой. Почему? Да потому, что среди мастеров заклинаний она всегда была белой вороной.
Маги редко рискуют головой, чтобы испытать свои навыки. Они привыкли лишь потреблять и забирать, а схватка не на жизнь, а на смерть была им в новинку: при малейшей угрозе они тут же давали дёру.
Поэтому её прозвище и звучало так необычно. Коллеги по цеху считали Эстер, мягко говоря, странной.
— Похоже, они десятилетиями не вступали в серьезный бой.
Она произнесла это с непоколебимой уверенностью.
— Они попросту деградировали.
Эстер видела натуру магов насквозь.
— Они не доверяют друг другу и только и делают, что трясутся над своими секретами. Спарринг? Забудь. Никто не раскроет своих карт, каждый чахнет над своим тайным знанием в одиночку.
Цветок без солнца вянет, а стоячая вода пересыхает. Крах магического сообщества был лишь вопросом времени.
Они сами рыли себе могилу, просто не замечали этого.
«Раз уж сбились в одну стаю, нужно было делиться опытом».
Энкрид, напротив, выкладывался на полную, чтобы поднять уровень гвардии Пограничья. Он передавал людям всё, что постиг сам.
Он не скупился ни на уроки, ни на советы.
А что Астрейл? Они жадны до знаний и скупы на наставления. Всё, что им нужно — это урвать кусок. Они смотрят на мир через узкую щель своих привычек. Настоящие лягушки в колодце: для них всё небо — лишь крохотный кружок над головой.
— Астрейл понятия не имеет, на что способны наши рыцари. Точнее, они недооценивают уровень гвардейцев Пограничья.
Даже при самой тщательной подготовке Эстер в одиночку не совладала бы со всем орденом.
Что уж говорить о тех, кто, ослепленный жадностью, шел сюда, считая рыцарей обычными рубаками. Они даже не догадывались, какая пропасть в мастерстве может скрываться за простым званием «рыцарь».
По словам Энкрида, это была всего лишь толпа бестолковых колдунов. Произнося это, Эстер невольно улыбнулась.
Крайс тогда бросил на неё озадаченный взгляд: с чего бы ей вдруг веселиться?
— Просто сборище недоучек, — повторила Эстер.
— Если эти «недоучки» возьмут город в заложники и ввяжутся в драку, проблем не оберемся.
— Они на это не пойдут.
Эстер слишком хорошо знала их нутро. Маг, защищающий горожан? Такое им и в кошмаре не привидится.
Для них люди — пустое место. Они — лишь рабы, которых сожрал демон по имени Знание.
Так что заложники им не интересны. Хотя наверняка найдется безумец, который ради цели не побрезгует ударить по жилым кварталам.
* * *
— Идут.
Как только началось движение, Саксен задействовал «Кинжал Геора», чьи люди уже были распределены по всему городу.
Доложил один из членов гильдии. Эти ребята славились не только зорким глазом и острым слухом — это были первоклассные ассасины, способные учуять опасность за версту.
— Спасибо, брат. Видать, летел ко мне так, что аж пятки сверкали.
Настоящий великан. Стоя рядом, приходилось задирать голову, чтобы просто поймать его взгляд. Лазутчик прекрасно знал, кто перед ним.
«Медведь-зверолюд Аудин».
Он не был зверолюдом, но при такой комплекции прозвище казалось более чем оправданным. Вблизи эта гора мышц выглядела пугающе. Член гильдии сам не вылезал из тренировок, но сейчас он видел перед собой совершенную машину: мышцы Аудина напоминали литую броню.
Великан сложил ладони в молитвенном жесте и пробормотал:
— Господи, сегодня я снова отправлю людей к Тебе.
Молитва звучала довольно зловеще. Когда он вскинул руки, из-под рубахи показался живот — стальной пресс выглядел надежнее любого панциря.
«Мышечный доспех».
Казалось, это тело раз за разом ломало собственные пределы, пока не превратилось в нечто сверхчеловеческое.
Кожа выглядела настолько прочной, будто была покрыта чешуей монстра.
«Паладин».
Прежний образ благородного паладина в голове лазутчика мгновенно перестроился.
Завершив краткую молитву, Аудин разжал ладони и смерил собеседника взглядом.
Со стороны это казалось обычным докладом гильдии, но Аудину хватило одного движения информатора, чтобы понять его истинную суть.
«Походка того, кто привык передвигаться бесшумно».
Аудин сразу раскусил его. Но лишь добродушно улыбнулся — со спокойствием камня или лесного медведя, как будто в нем не было ни капли проницательности.
Стоявшая подле него Тереза тоже закончила молиться:
— Пора выдвигаться.
Они заняли позицию на сторожевом посту у ворот Рокфрида. Город был открыт для атаки, а Рокфрид — в особенности.
Бой в черте города сулил много проблем, поэтому Крайс сделал ставку на перехват врага на подступах.
Однако отследить всех магов, которые стягивались к городу поодиночке с разных направлений, было задачей почти невыполнимой.
— Город нужно защитить. А значит, нам достаточно удерживать стены и ворота. Если верить Эстер, конечно.
На этом месте Крайс осекся. Он словно заново обдумывал какую-то мысль. Немного помедлив, он восстановил дыхание и добавил:
— Слишком гордые люди не умеют прятаться.
Аудин был согласен. И вскоре эти слова подтвердились на практике.
Они даже привлекли «Кинжал Геора» для страховки, но маг решил зайти в открытую.
— Это еще что за новости?
Солдаты на посту напряглись, хмуро вглядываясь вдаль.
— Да что там происходит?
Двое дозорных подались вперед. Издалека долетали крики, люди в панике бросались врассыпную. Было видно, как торговцы бросают свои повозки и бегут, спасая жизни.
— Ну что ж.
Аудин и Тереза вышли навстречу опасности. В толпе беженцев мелькали и бойцы регулярной армии.
Но они не просто отступали: воины грамотно рассредоточились, готовя оружие к бою и перестраиваясь на ходу.
Аудин, который сам тренировал этих парней, сразу заметил нечто необычное в их маневрах.
— Они строятся не против горстки элитных врагов, — заметила Тереза.
Аудин кивнул. Солдаты, отступив, снова смыкали ряды, с надеждой оглядываясь на двух рыцарей, подоспевших им на подмогу.
Никто не проронил ни слова, но во взглядах воинов читалось явное облегчение.
— Отходите к стенам и держите строй!
Певец из Аудина был так себе, но командный голос — выше всяких похвал. Его приказ разнесся по всему полю боя. Солдаты отсалютовали и начали организованный отход.
— Рыцари здесь! Отступаем, не ломать строй! Наёмники, живо назад!
Крикнул гвардеец наёмникам, которые в суматохе смешались с солдатами. Это были обычные южане-деревенщины, нанятые охранять караваны мелких лавочников.
— И что, мы просто оставим этих двоих одних?
Один из наёмников недоверчиво переспросил.
— Ты что, не за этим шел сюда, наслушавшись баек об «Ордене безумных рыцарей»? — бросил ему солдат, не замедляя шага.
— Но ведь...
Мир огромен, и везде полно тех, кто не верит слухам, пока не столкнется с реальностью лицом к лицу.
Впрочем, выбора у них не было. Вступить в этот бой значило просто покончить с собой.
Наёмники отпрянули. Один из них, родом из владений Окто, был бледен как смерть. Всю жизнь он прозябал в южных пограничных конфликтах.
Сказки про Орден казались ему чем-то далеким и нереальным. Его миром были мелкие стычки и охота на зверье в лесах юга.
«Неужели они и правда справятся?»
И в этот миг из марева вышло то, что заставило его сердце сжаться.
На них перла лавина нежити. Толпы драугров — кошмарных созданий, поднятых черным колдовством, — неслись вперед.
Словно на город катился живой вал из гнилого мяса и костей.
Склизкая, сочащаяся кожа лопалась и ошметками валилась на землю. В воздухе повис тяжелый смрад — мертвецы восстали, чтобы снова убивать.
Среди этого месива гремели костями скелеты-пехотинцы и рыцари в доспехах, приваренных к мертвой плоти. Щитами им служили черепа, а оружием — клинки, вытесанные из бедренных костей.
Между ними тяжело ступали десятки плотяных големов.
Драугры — так звали всех, кто не нашел покоя в могиле. Здесь кишмя кишели твари, порожденные некромантией. В центре этой армии на троне из костей, который несли четыре скелета, восседал некто, взирающий на всех свысока.
— Долго говорить не стану. Приведите дитя звёзд — и ничего не случится. По крайней мере, ужасов вы избежите. Кто это такое — вам объяснять не нужно, верно?
Провозгласил маг, восседая на своем костяном троне.
Аудин хладнокровно взирал на прибывающее полчище мертвецов.
Сколько ни руби их, сколько ни отправляй на суд Божий — почему они всё прут и прут?
Неужели эта нечисть закончится только тогда, когда он размозжит череп тому, кого в Демонических землях кличут «Отцом всех мертвых»?
— Я слышу песнь мёртвых, — тихо произнесла Тереза.
Аудин тоже слышал этот вой. Они мечтали о смерти. Тела, жаждущие вечного забвения, кричали от боли своего существования.
— Уберём их.
Коротко бросил Аудин. Сегодня его «список» тех, кому пора на небо, знатно пополнился. А некромантов Господь ждет с особым нетерпением.
Значит, нужно поскорее организовать им эту встречу.
— Господи, во славу Твою возношу я кулак свой.
Тереза начала песнопение, и вокруг неё разлилось мягкое белое сияние. Заметив это, маг усмехнулся:
— Значит, сама решила выпить штрафную чашу. Я — мастер некромантии, повелевающий сотней призраков!
Крайс предвидел, что среди Астрейла найдется безумец, который ударит по городу. Эстер подтвердила: за прошедшие годы вкусы этого любителя мертвечины ничуть не изменились.
Полагаясь на её разведданные, Крайс и распределил силы ордена.
Битва грянула прямо у городских стен.
Зрителей было предостаточно: отступившие гвардейцы и наёмники, бегущие купцы, люди в очередях у ворот и рыночные торговцы.
На глазах у толпы пять огромных големов рванули вперед разом.
Земля содрогалась от их шагов, твари лавиной обрушились на великана-рыцаря.
Наёмник так и замер с открытым ртом. Он даже не уловил движений этих чудовищ. Миг — и они уже в воздухе, несутся на врага.
Всё происходило как во вспышках: один голем в прыжке, другой — в лобовой атаке, остальные заходят с флангов.
Наблюдатель забыл даже, как дышать.
«Конец ему».
Эти големы не были пушечным мясом. Их создавали специально для убийства рыцарей — совершенные, многократно усиленные машины смерти.
Но в следующую секунду все его ожидания пошли прахом.
Ба-ба-бах!
Воздух буквально взорвался. Самой атаки было не разглядеть — очевидец увидел лишь ослепительно белый вихрь, разметавший ошметки плоти големов во все стороны.
Шмяк. Шмяк.
С неба посыпался дождь из гнилятины.
— ...Это что сейчас было?
Пролепетал наёмник. Гвардеец рядом коротко бросил:
— Как что? Рыцарь Бога Войны в деле.
Аудин — то ли фанатик Безумного Ордена, то ли истинный жрец войны.
В войсках его имя уже стало легендой. Следом за ним в бой пошла воительница-полувеликанша, обнажив меч и вскинув щит.
Несмотря на габариты, она двигалась с пугающей скоростью, мелькая среди врагов. Её меч и щит работали как единый механизм: там, где она проходила, оставались лишь горы изрубленных тел.
— Ты всё-таки не повелитель десяти тысяч призраков. Этого мало.
Пробормотал Аудин, невольно вспомнив кровавую бойню в Наурилии.
У «повелителя сотни теней» заметно задрожали руки.
«Да что это за монстры?»
Пять его лучших големов лопнули, как гнилые арбузы?
Его армия таяла на глазах. Он мнил себя непобедимым воином-одиночкой, ведь под его началом была сотня призрачных слуг.
Даже его соперники признавали это могущество. И вот теперь вся его мощь рассыпалась в прах.
Эстер была права: они сунулись сюда, даже не удосужившись узнать, на что способны их враги. Итог был закономерен. По крайней мере, для этого горе-некроманта.
* * *
— Моё имя — Ворхоп. Ничего личного, но из вас выйдет такой хороший материал, что трудно удержаться.
Рофорд, Фел и Дунбакель шли тройкой. Они наткнулись на мага с южной стороны Пограничья, у самых подножий гор Грин-Перл.
Незнакомец, вышедший из высокой летней травы, вел за собой двух рыцарей смерти.
Две фигуры в латах: одна — в угольно-черных, другая — в ослепительно белых.
Ворхоп не разменивался на толпу призраков, предпочитая качество количеству в лице своих двух телохранителей.
Его можно было назвать преемником того самого некрорыцаря, с которым Аудин бился во время схватки с Балрогом.
На самом деле Ворхоп нашел записи своего предшественника в руинах и с их помощью перековал себя.
Он изменил собственное тело с помощью магии и теперь искренне считал, что не уступает в силе любому рыцарю.
— Ну вот, я же говорил, что втроем тут делать нечего.
— Сэр Крайс вечно перестраховывается.
Пока Фел и Рофорд лениво переругивались, Дунбакель подала голос:
— Тот, что посередине, больше всех похож на пустышку. По запаху.
Ворхопом двигала не только жажда найти Звёздное дитя. Его раззадоривал сам Орден. Он был единственным в Астрейле, кто не недооценивал этих рыцарей — и понятно почему, ведь некромантия была его стихией.
«Их всего трое... не весь орден».
Ворхоп предвкушающе облизнулся.
Не начнись эта заваруха, он бы и носа сюда не сунул, но раз выпал шанс — коллекцию надо пополнять.
— Думаю, я и в одиночку с этой парочкой разделаюсь.
— Это еще зачем?
— Сомневаюсь, что это чучело знает, что такое рыцарская честь.
Пока троица болтала, Ворхоп незаметно завел левую руку за спину и дернул за шнурок мешочка, спрятанного в рукаве.
Тонкая пыль посыпалась вниз. В ту же секунду маг сотворил едва уловимый поток воздуха.
Его фирменный прием: делать вид, что полагаешься на сталь, а самому травить врага невидимым ядом.
Противники были заняты спором. Идеальный момент для подлости.
Но внезапно болтовня смолкла. Все трое синхронно повернули головы и вперились взглядом в некроманта. Ему почудилось, что их глаза вспыхнули потусторонним светом.
— Воняет паршиво.
Бросил зверолюд. Остальные двое молча сделали шаг назад, готовясь к атаке.
Эти ребята прошли через адские тренировки Рема, издевательские уроки Саксена и сотни спаррингов с самим Энкридом.
Их интуиция уже давно вышла за грани человеческой. Истинный рыцарь — это тот, кто расширяет границы возможного потом и кровью. Для них это было так же естественно, как дышать.
По правде говоря, за всю свою жизнь Ворхоп ни разу не сталкивался с настоящим рыцарем.
Ведь те два мертвеца, которыми он так гордился, были лишь жалкой тенью былого величия, откопанной в древних руинах.

Комментарии

Загрузка...