Глава 985

Рыцарь Вечной Регрессии / Рыцарь, живущий одним днём
Беседы с Серианой доставляли Энкриду куда больше удовольствия, чем он мог предположить.
«А она чертовски умна».
Ее познания поражали глубиной. Казалось, перед ним мудрец, посвятивший всю жизнь изучению древних фолиантов.
Она ориентировалась во всем: от политики и управления до магии и фехтования. Причем она не просто цитировала книги, а делилась собственными глубокими размышлениями.
— Работа экзекутора, по сути, сводится к тому, чтобы рассудить враждующие стороны, — объясняла она. — Именно поэтому закон стоит во главе угла. Без него любое решение превратится в произвол, зависящий лишь от личных пристрастий судьи.
— Но как же Император? Разве не его воля — высший закон?
— Наша Империя необъятна. В ней живут миллионы людей. Таким колоссом невозможно управлять лишь по наитию — без четких законов механизм просто развалится.
— Отчего же?
Каждое её слово было на вес золота. Энкрид жадно впитывал информацию, не переставая задавать вопросы. Сериана тоже наслаждалась этой беседой. Перед ней был не просто воин или убийца демонов, а человек, чье роковое обаяние и острый ум не могли оставить равнодушной.
Мужчина, которого за глаза называли как угодно, оказался самым благодарным слушателем в ее жизни.
«И ведь он не просто вежливо кивает».
Он вникал в каждое слово. Уж она-то знала цену фальшивому вниманию и лести — такого за свою жизнь она навидалась с лихвой.
— Когда правила ясны, люди начинают подстраивать под них свою жизнь. И правителю больше не нужно вникать в каждую мелочь...
— И механизм начинает работать сам собой.
Энкрид мгновенно уловил суть. Общаться с ним было легко и увлекательно. Они оба чувствовали странное единение в этой беседе.
«Экзекутор».
Ее долг — судить. Указывать на ошибки, называть нарушенные законы и определять меру наказания. Суровая и ответственная роль.
«Как же назвать таких, как она?»
Может, духовная элита? Если рыцарь — это острие меча, воплощение боевой мощи...
«То имперский экзекутор — совесть нации».
Горстка философов, на чьих плечах держалась вся мощь Империи.
— Если вкратце, как бы вы описали суть имперской политики?
— Любопытный вопрос, хоть ученые и спорят об этом веками. Я бы назвала это «властью мудрецов».
Законы, написанные немногими, определяют путь миллионов. Кранг, прислушивавшийся к разговору, невольно задумался.
Пока Наурилия лишь делала первые шаги, пытаясь выстроить государственность силами Совета Десяти, Империя давно превратилась в отлаженный механизм, где каждая шестеренка знала свое место.
«Хотя и у них не всё гладко. Проблем везде хватает».
Мысли Кранга и Энкрида текли в одном направлении. Ведь если всё так идеально, почему Сериана оказалась здесь?
«Воин из нее никакой».
Но за её спиной стоит вся мощь имперской армии и рыцарских орденов. Именно эта поддержка делает её слово незыблемым.
«И все же её отправили послом в чужие земли».
Бальмунг, глядя на это, порой чувствовал себя не в своей тарелке.
Причем никакой личной привязанности между ними не было и в помине.
Вывод напрашивался сам собой.
«Сериану глубоко уважают, и эта миссия явно ниже её достоинства».
Она и не скрывала этого, надеясь, что спутники поймут подтекст.
— Признаться, я ехала сюда без особых ожиданий. Но теперь вижу, что здесь много любопытного.
Она не горела желанием отправляться в путь, но встретив их, явно переменила мнение. Вот что скрывалось за её словами.
В ней сочетались изящество, блестящее воспитание и редкое умение слушать. А временами она казалась удивительно искренней.
На неудобные вопросы она предпочитала просто не отвечать, но если тема не была скользкой — говорила как есть.
— Вы знакомы с госпожой Конти?
Энкрид лишь отрицательно покачал головой.
— Не припомню такой.
— Та самая сваха, которую к вам присылала Империя. Именно меня она и хотела вам представить.
Она лишь слегка улыбнулась. Её признание прозвучало как гром среди ясного неба, но Сериана держалась с таким достоинством, что неловкости не возникло. Она знала, как сказать правду, не переходя границ дозволенного.
— Получается, я упустил блестящую возможность?
Энкрид решил подыграть, и в воздухе снова запахло грозой. Странный выдался день. Тучи на горизонте сгущались, хотя для бури было еще явно не время.
Они продолжали путь без спешки. Расписание позволяло не торопиться, и такая передышка была всем только на пользу.
За разговорами и обменом новостями время летело незаметно. Они начали привыкать друг к другу, но тут на их головы свалилось настоящее стихийное бедствие — Синар Кирхайс.
От неожиданности обычно невозмутимая Сериана совершенно потеряла голову.
— Ну и уродина же ты.
С самого утра эльфийка выдала это без всяких обиняков. И как на такое реагировать?
— Страшная. Просто глаза бы не глядели.
Может, просто промолчать? Сериана еще никогда не сталкивалась с подобным хамством и просто не знала, что сказать в ответ.
— Ты как сорная лоза, что перемахнула через забор и тянется к чужому саду.
К счастью (или к беде), Сериана прекрасно понимала замысловатый язык эльфийских метафор.
— Хочешь сказать, я плющ, что зарится на пустырь?
Сериана была не только умна, но и хорошо образована — суть оскорбления дошла до нее мгновенно.
— Мне правда любопытно, с чего бы ей так себя вести.
Сериана едва сдерживала негодование.
Энкрид лишь молча покосился на Синар. Вчера она угомонилась только после того, как он обнял её.
— Учти, я еще сдерживаюсь — всё-таки я взрослая и мудрая эльфийка.
Вот так она тогда заявила.
И что же, интересно, она в себе сдерживала?
Она ведь первым делом за меч схватилась! И это она называет сдержанностью? Энкрид только диву давался.
— Ну, как бы тебе сказать...
Энкрид замялся. Стоило ли говорить, что эльфийка, которая раз в десять старше Серианы, просто сгорает от ревности? Или отшутиться? Тут всё было слишком запутано. В конце концов, пусть сами разбираются.
Последний вариант казался ему самым заманчивым, но озвучивать его он не спешил. Нужно было подобрать слова.
— Так она, выходит, не из падших?
Бальмунг пробормотал это с набитым ртом, уплетая бекон.
— Падшая? Это кто тут падшая?
Синар мгновенно отреагировала. Слух у эльфов и так отменный, а уж когда дело касается их самих — и мышь не проскочит.
— Ну вот, началось. Именно этого я и ждала.
Эстер только и делала, что подливала масла в огонь, подбадривая подругу.
«Ну и бардак».
Кранг только головой покачал. Энкрид был с ним полностью согласен, хотя, надо признать, эта неразбериха принесла свои плоды.
— До чего же невоспитанная особа.
Даже молчаливая служанка Серианы не выдержала и вставила свое веское слово.
Сериана замерла, не зная, что ответить на поток эльфийских ругательств. А Синар лишь довольно кивнула.
— Да-да, я грубиянка. Именно так. И горжусь этим.
Совсем с катушек съехала.
«Наверное, в городе эльфов её слишком сильно приложили по голове на тренировке», — решил для себя Энкрид.
— Какая... любопытная личность.
Даже немногословный жрец не удержался от комментария. Энкрид же, привыкший к подобным выходкам, постарался замять тему.
— Да она всегда такая, просто смиритесь.
Всегда такая? И это не происки тьмы? Сериана лишь плотнее сжала губы, решив не продолжать этот бессмысленный спор.
Вскоре они без лишних слов оставили Зальтенбук позади.
— Путь у нас один, так что нечего время терять, — подытожил Бальмунг.
Кранг молча согласился. Рем и Саксен успели немного повздорить, но быстро остыли и до конца дня больше не задирали друг друга.
«Цирк на выезде, честное слово».
Кранг с интересом наблюдал за своей пестрой компанией.
Рем и Саксен грызлись как заклятые враги, но в бою прикрывали друг друга не раздумывая.
— Я прикрою.
Саксен привычно занял место по правую руку от короля, а Рем, с ухмылкой, встал в авангарде. Было очевидно: оба взяли на себя роль охраны по доброй воле.
Гвардейцы, подстроившись под них, перегруппировались: часть ушла в тыл, часть — вперед. Командир лично замыкал шествие.
«Грызутся до хрипоты, а как до дела доходит — работают как единый механизм».
Удивительные личности. Ведьма, швыряющаяся молниями. Эльфийка, не стесняющаяся в выражениях при встрече с имперским судьей.
— Кажется, у них тут целое собрание безумцев. Ну да бог с ними.
Бальмунг, рыцарь Империи, похоже, смирился с тем, что попал в сумасшедший дом.
Его спутники — жрец, служанка и оруженосцы — хранили каменное молчание, даже бровью не ведя при виде всего этого безобразия.
Видно было, что они готовы стерпеть что угодно ради своей миссии. Интересно, что же такое на уме у Императора, раз его люди проявляют подобное ангельское терпение?
На обычную ловушку это было совсем не похоже.
«Скорее уж — невероятное представление».
А в центре всего этого был Энкрид. Он вел с Серианой тонкую дипломатическую игру, мастерски выуживая нужную информацию под прикрытием любезностей.
«Друг мой, мы ведь договаривались — сначала дело, а потом... Ты это сейчас всерьез?»
Что если они и правда найдут общий язык?
Хотя в этом не было ничего плохого. Кранг бы и сам, пожалуй, выбрал такую тактику.
Но стоило появиться Синар, как все планы на задушевные беседы пошли прахом. Она стеной стояла между Энкридом и их гостьей.
— Отойди от него, пока я не обкорнала твои ветки своим мечом.
Сериана предпочла не испытывать судьбу и отошла подальше, всё еще не в силах поверить в происходящее.
— Я знаю, что ты только пугаешь, но советую тебе остыть, эльфийка. Не испытывай моё терпение.
Бальмунг был терпелив, но умел вовремя пресечь любые попытки зайти слишком далеко.
Они прошагали весь день и к вечеру разбили лагерь в тихой лощине. Утеплились как могли: расстелили непромокаемые плащи, а сверху набросали шкур — весеннее солнце грело днем, но ночью всё еще кусался мороз.
Тучи на небе тоже не сулили ничего хорошего — похоже, собирался дождь.
Синар и Эстер, словно две рассерженные кошки, не спускали глаз с Серианы. Кранг, наблюдая за этой картиной, сделал свои выводы.
«Даже в хаосе есть своя польза».
Выходки Синар выбили Сериану из колеи, и Энкрид ловко переключил внимание на Бальмунга.
— Не хочешь кости размять?
Он решил вызвать его на поединок. И Синар, само собой, не могла пропустить такое зрелище.
— Я тоже с удовольствием присоединюсь, Энки.
Тут же встрял и драконид Темарес. Сериана чувствовала себя зрителем на каком-то странном представлении. В этот момент к ней и подошел Кранг.
— Она хоть и с характером, но вреда от нее не будет, не сомневайтесь.
— Вы в этом уверены?
Она ответила не сразу, явно сомневаясь. В её голосе слышалась не только растерянность, но и затаенный страх.
Кранг поймал её взгляд и серьезно кивнул.
— Почти.
— Почти?
— Пока Энки рядом — можете быть спокойны.
«Если бы не он, эти безумцы никогда бы не ужились в одном отряде. Теперь-то вы понимаете, с кем имеете дело? А раз вам поручено докладывать обо всем Императору, надеюсь, вы подберете правильные слова».
Кранг лишь улыбнулся своим мыслям.
Сериана ответила так, словно читала в его душе:
— Империя берет на себя заботу о безопасности Вашего Величества и всех ваших спутников.
— Это слово Его Величества... и ваше лично?
— Безусловно.
— В таком случае, о полной безопасности говорить еще рано.
Сериана была чертовски проницательна. Она мгновенно уловила намек Кранга. Любой другой на её месте и не понял бы, к чему клонит король.
— Верно. Там, где есть закон, всегда найдутся его нарушители. И в Империи хватает тех, кто совсем не рад вашему визиту.
— Так я и полагал.
Что уж говорить об Империи, если даже в крошечной Наурилии Совет Десяти постоянно грызся между собой. В этот раз герцогу Окто удалось всех прижать к ногтю, но обычно Крангу приходилось тратить уйму времени на пустые споры. Король обязан хотя бы делать вид, что слушает подданных.
А ведь Империя в сотни раз больше Наурилии.
Неужели там все поют в унисон?
«Да ни в жизни».
К вечеру Сериана наблюдала за Энкридом и Бальмунгом, которые сошлись в тренировочном бою. Внимание ведьмы и эльфийки теперь было приковано только к ним.
Она не спешила вмешиваться — интуиция подсказывала ей держаться в стороне. Куда полезнее было бы разгадать планы короля и извлечь из этого выгоду.
В её голове всё еще жило подозрение: а не стоят ли за всем этим Наурилийским королевством сами демоны?
Ей вспомнились слова одного имперского радикала: если есть хоть тень сомнения — руби под корень.
— Закон превыше всего, а над законом стоит лишь один человек — наш Император.
Сериана искусно уклонилась от прямых ответов об Императоре. Кранг быстро смекнул: она крепкий орешек и лишнего не сболтнет. Впрочем, это было уже не так важно. Главное, что Синар удалось вывести имперскую гостью из равновесия.
Энкрид и Кранг обменялись понимающими взглядами. Настало время сменить тактику.
«Теперь я возьму на себя беседу с судьей».
А Энкрид пусть займется рыцарем Бальмунгом. Им точно будет о чем поговорить.
План сработал идеально. Даже лучше, чем они рассчитывали.
* * *
— У Его Величества нет наследников. Да и к чему ей эти муки?
— Так наш Император... женщина?
Бальмунг сболтнул это в пылу сражения, и Энкрид тут же зацепился за его слова.
— Сэр!
Оруженосец Мол едва не подпрыгнул от неожиданности. Любая информация об Императоре была под строжайшим запретом. Бальмунг и сам понял, что ляпнул лишнее.

Комментарии

Загрузка...