Глава 962

Рыцарь Вечной Регрессии / Рыцарь, живущий одним днём
— Командиру и Рему нужно начинать уже этой ночью. Враг в курсе нашего прибытия, но вряд ли ждет, что мы сразу бросимся в бой. Скорее решит, что мы затаились — прикидываем шансы и ломаем голову. Вот поэтому мы и ударим первыми. Я слышал, дело поручили Эндрю Гарднеру, но с ним связываться не будем. Пусть копается в своем, а мы пойдем своим путем. Так мы застанем приспешника врасплох. Если ударим в этот зазор, он даже опомниться не успеет. Наша задача — обвести вокруг пальца и своих, и чужих. Особенно Эндрю. Да, и кодовое название операции — «Столичный потрошитель». Если за спиной противника прячется кто-то еще, мы обязаны вытащить его на свет.
Крайс выпалил всё это на одном дыхании — так быстро, что даже Энкрид не сразу уловил суть.
— По-человечески изъясняйся, придурок, — осадил его Рем.
Эстер, не глядя на остальных, задумчиво разглядывала чай и печенье. Энкрид взял одну штуку и протянул ей.
Она хрустнула печеньем — было в этом жесте что-то изящно-театральное. Заметив крошки в уголке её губ, Энкрид аккуратно смахнул их.
Они столько прошли бок о бок, что подобная забота стала чем-то естественным, почти машинальным.
— Что, с эльфийкой всё? Теперь твоё сердце принадлежит только Черному Цветку? — прищурился Кранг.
Это была всего лишь поддёвка, но Энкрид ответил со всей серьезностью. Ему стало не по себе от одной мысли о том, что бы устроила Синар, услышь она подобное.
Такой подначки хватило бы, чтобы его изводили днями. А то и месяцами.
— Вовсе нет. Синар сейчас на тренировке в городе.
Кранг перевел взгляд на Эстер.
— Такая девица голову вскружит любому, хоть мужчине, хоть женщине.
Впрочем, ни Кранг, ни Маркус перед её чарами не пасовали. Они-то были тертыми калачами, и простыми смертными их назвать было трудно.
Да и саму Эстер их пристальное внимание нисколько не смутило.
То же касалось и капитана гвардии с парой часовых у входа.
Они лишь бросили на неё короткий взгляд и тут же отвернулись. Выдержка у них была железная — других в гвардию просто не брали.
Похоже, магические упражнения шли ей на пользу — она стала ещё притягательнее. Прозвище Черный Цветок подходило ей как нельзя кстати.
Короткая перепалка Энкрида с Крангом немного разрядила обстановку и сбила нить обсуждения.
— Ладно, давай к делу, — кивнул Энкрид.
Кранг буркнул себе под нос, что из парня получился бы отличный политик.
Крайс взял себя в руки и перешел на более доступный язык.
— Пару дней поработаете в стиле Саксена. Никому ни слова. Ведите себя как безумцы, которые ловят кайф от каждой капли крови.
План уже полностью созрел в его голове. Пока шли объяснения, он успел черкнуть пару строк на листке, сложить его, достать из-за пазухи личную печать и, капнув воском с ближайшей свечи, запечатать конверт.
— Звучит паршиво, но, я так понимаю, других вариантов нет? — спросил Рем, загребая еще горсть печенья.
— Вкуснятина, — промурлыкала Эстер.
Крайс подтвердил:
— Именно так.
До заката было еще далеко, так что времени на передышку оставалось предостаточно. Да и путь, честно говоря, их не слишком измотал.
Маркус, глядя на эту компанию, в очередной раз поймал себя на одной мысли.
«Эти типы — полные психи».
Они с королем старались сохранять хладнокровие, но эти трое... их спокойствие граничило с безразличием.
Им велели превратиться в мясников, а они вели себя так, будто речь шла о походе за хлебом.
Вывод был очевиден: даже демонические прихвостни для них не представляли никакой угрозы.
Корона, конечно, тоже могла бы зачистить эту заразу, но вот так расслабиться гвардейцы бы не смогли.
И дело тут было вовсе не в силе.
За плечами Энкрида и его «безумцев» были годы боев в Демонических землях. Твари, монстры, хаос — они видели всё. Отсюда и эта непоколебимая уверенность.
— Что ж, тогда отдыхайте, пока есть возможность.
Кранг пробежал глазами список, полученный от Маркуса, запомнил каждое имя и поднес бумагу к свече. Огонь жадно слизнул листок, оставив на столе лишь горстку пепла. Разговор был окончен.
Их проводили в комнаты. Крайс еще раз коротко перечислил цели: имена, приметы, привычки.
Кранг с Маркусом поработали на славу — разведка была полной. Ключевой фигурой во всей этой схеме был Эндрю, нынешний глава стражи.
— Как же бе-е-е-сит... — простонал Рем в разгаре обсуждения.
Роль ночного убийцы его вполне устраивала. А вот необходимость подражать манере боя Саксена выводила из себя.
Энкрид нашел идеальные слова, чтобы подлить масла в огонь.
— Что, боишься не потянуть?
Трык.
На виске Рема отчетливо проступила вена.
— Это вы сейчас серьезно? Думаете, я не повторю фокусы этого драного кота? Я же вижу, что вы меня специально заводите, капитан. Но, видит бог, бесит это до зубовного скрежета.
Хорошая провокация всегда бьет в цель, даже если ты насквозь её видишь.
Рем подался вперед, в его серых глазах вспыхнул недобрый, пугающий огонек.
— Думаете, не справлюсь? Я?! Да я Рем, лучший охотник на всем Западе!
Справится, тут и сомнений быть не могло. Честно говоря, для этой миссии Рем подходил даже лучше Энкрида. Ведь цель, хоть и была демонической тварью внутри, снаружи оставалась холеным аристократом.
«Убийца знати», «Охотник на господ», «Мясник аристократов» — за Ремом тянулся длинный шлейф подобных прозвищ.
Идеальный кандидат. Нужно было действовать скрытно, и кто справится лучше варвара, для которого охота на дворян стала любимым развлечением?
— Я в стороне стоять не буду, — подала голос Эстер.
Трудно было понять, что она задумала, но если уж решила вмешаться — мешать ей никто не рискнет.
— От магии остаются следы, это нас выдаст, — заметил Крайс, усаживаясь на подтянутый стул.
Эстер отрезала:
— Горло перегрызу.
И самое пугающее — она не шутила. Эстер прислонилась к раме, глядя, как за окном медленно тают последние сумерки, уступая место ночи.
Вечер был на редкость теплым и спокойным. В такой тишине обсуждение кровавой резни казалось чем-то сюрреалистичным.
Просторная спальня была отведена под нужды Энкрида.
— На этом всё.
Крайс встал. Группа разошлась по своим делам: нужно было смыть дорожную пыль и подкрепиться. Энкрид отправился в купальню, где ему прислуживали несколько женщин.
— Сколько же на вас шрамов...
Люди — не фроки. Тем достаточно душевного равновесия, чтобы плоть затянулась без следа. Человеческое тело помнит каждую рану.
Статус рыцаря не давал защиты от природы — испещренное шрамами тело было немым свидетельством прожитых лет.
Путь Энкрида начинался с самых низов, и меток на нем было куда больше, чем у любого заправского вояки.
Женщина, растиравшая ему спину, была уже в летах — опытная служанка, повидавшая немало на своем веку в замке.
— Благодарю вас.
Энкрид и не догадывался, что её единственный сын сейчас сражается где-то на южных границах.
Она понимала: кто-то должен брать в руки меч, чтобы другие могли спать спокойно. И всё же материнское сердце разрывалось от боли, лишая её сна ночи напролет.
Оставшись вдовой еще совсем молодой, она одна тянула сына.
Капля благородной крови в жилах помогла ей устроиться в замок. Это была тяжелая работа, но она позволила ей поставить ребенка на ноги.
Что чувствовала мать, узнав, что её единственная опора уходит в самое пекло?
— Если бы только войны прекратились навсегда...
Она мечтала об этом. Ведь война — это только смерть и горе. Почему мир не может быть иным?
Она желала этого ради сына, ради всех живых. Энкрид в ответ негромко запел старую балладу о Рыцаре, что принес на землю мир.
— Красивая песня.
Служанка закончила работу, отступила на шаг и тихо добавила:
— Мой сын вернулся домой только благодаря вам.
С этими словами она ушла. Энкрид молча кивнул и, вернувшись в спальню, тут же провалился в глубокий сон без сновидений. Поспать удалось недолго, но этого хватило, чтобы почувствовать себя полностью восстановившимся.
С приходом темноты он открыл глаза и привычно взялся за снаряжение. Снял кинжал и доспех Бога Битвы. Эльфийский плащ тоже пришлось отложить — он аккуратно повесил его в углу.
«Нужно убрать всё, что может меня выдать».
Он облачился в глухой черный костюм и простой темный плащ.
Закончив сборы, Энкрид распахнул окно и шагнул на подоконник.
Он специально просил комнату с выходом на стену. Высота была приличная — захватывало дух, но для него это не было препятствием.
Совсем нет.
Энкрид наполнил ткань плаща своей Волей и шагнул в пустоту. Без эльфийской магии было непривычно, но мастерства хватало. Плащ с негромким хлопком наполнился воздухом, превратившись в подобие крыла.
Он плавно спланировал вниз. Высота была огромной, но коснулся он земли почти бесшумно — лишь легкий шорох выдал его присутствие.
Рем и Эстер расположились в соседних покоях.
Практически в ту же секунду они оба выскользнули из своих окон.
Рем использовал дух орла и приземлился мягко, словно тень. Эстер же просто прильнула к каменной кладке и бесшумно сползла вниз, будто гравитация на неё не действовала.
Для этой троицы такая высота была детской забавой.
Двигаться незаметно, чувствуя каждого часового в округе, было для них привычным делом.
Рыцарское чутье позволяло им обходить посты, даже не глядя на них.
Энкрид взял лидерство. Первой целью Крайса был один из видных сторонников мирного договора.
Аристократ, активно выступавший против военных действий. Похоже, один из тех, кого Эндрю держал на карандаше.
«Надо будет хоть кивнуть ему на прощание», — усмехнулся про себя Энкрид.
С этой мыслью он буквально растворился в ночи. Его присутствие исчезло, и он двинулся вперед, став невидимым для случайных глаз.
Техника слияния давалась ему играючи. Он действовал куда чище и искуснее, чем те азпенские рыцари, которых ему доводилось встречать.
Конечно, в упор его бы заметили, но затаись он в паре шагов в тени кустов — и весь патруль гвардии прошел бы мимо, ничего не заподозрив.
Впереди как раз показался очередной часовой.
«Берем левее».
Рем подал знак двумя пальцами, указывая направление обхода.
Энкрид и Эстер последовали за ним. В этой части сада охраны было поменьше.
Рем задействовал шаманские чары, а Эстер шепнула скрывающее заклятье.
Энкрид же полагался лишь на безупречное владение собственным телом и игру теней.
Один из патрульных, обладавший острым слухом, на миг замер и обернулся, но так и не смог разглядеть тех, кто скользил в лунном свете.
«Слияние».
Энкрид сосредоточил Волю, буквально вплавляя свой силуэт в ночной пейзаж.
Он не тренировался специально для этого, но его навыки заставили бы даже Саксена одобрительно хмыкнуть.
Это было частью рыцарского обучения, а уж Саксен в свое время выжал из него все соки, оттачивая это умение.
Теперь подражать учителю было несложно. Вскоре они покинули замок: подкупленный гвардеец на мгновение оставил калитку приоткрытой и отошел. Троица проскользнула мимо, не оставив и следа.
Пост без присмотра? В любое другое время за такое бы казнили, но сегодня всё шло по особому приказу капитана, отданному только верным людям.
— Хороша ночка, а? — Рем привычно хохотнул, когда они оказались на воле.
Он был расслаблен, будто вышел на прогулку.
Для них троих тьма была прозрачной, как ясный день.
Обвести вокруг пальца патрули с факелами не составило труда. Они двигались по крышам и карнизам, оставаясь невидимыми тенями в глубине переулков.
В какой-то момент Эстер и вовсе приняла облик пантеры, бесшумно стелясь по черепице.
Они замерли перед роскошным особняком. Здесь останавливался герцог Окто во время своих визитов в столицу.
И именно здесь он сейчас находился.
Энкрид уже был готов прыгнуть на стену, но Эстер, вернувшая себе человеческий облик, тихо предупредила:
— Заклятье.
Энкрид прищурился, вглядываясь в навершие ограды.
«Нить».
Почти неразличимая тонкая струна.
Зачарованная ловушка, выкрашенная в черный цвет. Магическая сигналка.
Для дома высокородного дворянина такая предосторожность была в порядке вещей.

Комментарии

Загрузка...