Глава 134: Роял-стрит-флеш (3)

Безумец в Нашей Семье — Это Я
Никто не мог предугадать, на кого поставит Кетер. Он не выбрал Раджиса, Дракона-Меча, у которого были наибольшие шансы на победу и который показал бы, что тот лишь напускал на себя храбрость. Не поставил он и на Пэшиана, Красного Волка, второго по силе, что показал бы — тот не так умён, как кажется. Он даже не выбрал Гиллиона, на которого Алерон ставил с коэффициентом двенадцать к одному.
— Он ставит десять миллионов золотых на то, что все будут выбиты?!
— Он даже не выбрал человека! Зачем сказал «его»?
— Может, он не понимает, как работает эта игра. Иначе как мог сделать такой глупый выбор...?
Ставка на то, что все будут выбиты, имела выплату сто к одному. Смысл был ясен: Кетер считал, что из пятидесяти рыцарей, тщательно отобранных Алероном, ни один не станет Мечом Юга. Простое, но абсурдное утверждение.
Многие дворяне уже сделали свои ставки. Те, кто действительно хотел выиграть, поставили сотни тысяч золотых на трёх главных претендентов. На рыцарей рангом ниже ставок было куда меньше, но это скорее развлечение, чем настоящая надежда. Некоторые дворяне, воспринимая всё как игру, ставили на рыцарей из своих домов или даже на простых рыцарей второго ранга.
Но никто — ни единой золотой монеты — не поставил на то, что все проиграют. Это было бы как выбросить деньги прямо в канаву.
— Лорд Кетер, эта игра — о том, кто победит в турнире на звание Меча Юга. И ради честности я отобрал только тех рыцарей, которых все признают достойными, — сказал Алерон.
Дворяне вокруг него кивнули. Хотя коэффициенты были подозрительно щедрыми, сам список был безупречен. Представить, что кто-то вне этого списка победит, было почти невозможно.
— И всё же, мой лорд, почему вы решили поставить на то, что все проиграют? Если вы действительно хотите выиграть мою торговую компанию, следовало бы выбрать кого-то хотя бы с коэффициентом десять к одному.
— Ты сейчас серьёзно задаёшь мне вопрос?
Он решительно шагнул к Алерону. Четверо огромных телохранителей попытались преградить ему путь, но рухнули от одного взмаха руки Кетера, словно актёры в спектакле.
— Хм, — пробормотал Алерон.
Это были наёмники платинового класса, но одного жеста Кетера хватило, чтобы они рухнули на пол.
Кетер без предупреждения схватил Алерона за бороду.
— Ты забавный тип. С чего мне говорить тебе, какие карты у меня на руках?
— Н-нет. Я лишь хотел всё уточнить, чтобы потом не было споров. Ах!
Р-р-р!
Кетер вырвал горсть бороды. Затем схватил его за усы.
— И ещё кое-что. Почему ты всё это время разговаривал со мной на «ты»? Ты высокородный дворянин? Из знатной семьи? Думаешь, можешь разговаривать свысока с кем-то из Сефиры?
— Я-я ужасно извиняюсь, лорд Кетер! Простите меня.
— Тогда зачем ты это сделал?!
— Ааа!!!
Р-р-р!
Усы тоже улетели. Алерон теперь плакал скорее от боли, чем от унижения. Но это было ещё не всё.
Визг
Кетер снова поднял руку, на этот потянувшись к бровям. Охранники, ошеломлённые на мгновение, наконец бросились защищать Алерона. Однако...
— Вы думаете, я просто декорация?
Ультима, и без того раздражённый выходками Кетера, вмешался. Огромные охранники вместо разговоров пустили в ход кулаки, но Ультима был не менее охотно разговаривал кулаками.
Бам, бам, бам!
— Кх!
— Ах...
Громилы были молниеносно повержены. Дворяне, возбуждённые дракой, цокали языками.
— Так страдают от одного удара... Вот почему наёмникам нельзя доверять.
Огромные охранники чувствовали себя несправедливо обвинёнными. Удары Ультимы были другими. Он бил не в жизненно важные точки, но ощущение было такое, словно бил, — от них отнимались силы и сознание.
— Думаете, я такой же слабый, как Алерон? Я самая сильная штука в Торговой Компании Ультимы, вы, ублюдки!
Свист, свист, свист!
Четверо огромных охранников были жестоко избиты Ультимой. Конечно, на этом всё не закончилось — десятки других охранников бросились на Ультиму и Кетера.
— Давайте! Давайте!
Хоть Кетер и вечно ругал Ультиму, тот всё же был выжившим из Ликёра. Его кулаки были не просто грубой силой — они были пропитаны кровью и плотью тысяч людей и закалены сотнями переломов и восстановлений. Если бы Ультима решил убить, его удары могли бы разрезать сталь.
— На что уставился?!
Кетер вырвал остатки бровей Алерона, пока тот ошеломлённо наблюдал за дракой. Брови не болели, но Алерон боялся того, что последует — волосы над бровями.
Шорох.
Дурное предчувствие всегда оказывается верным. Кетер схватил горсть волос на макушке Алерона. Но тут Алерон сделал странное. Вместо того чтобы умолять Кетера о пощаде, он перевёл взгляд на наблюдавших дворян. Кетер не мог этого не заметить.
Он просит о помощи.
Кетер подумал, что это казино становится всё интереснее с каждой минутой.
Почему Алерон не смотрит на своих охранников за помощью? И почему просит помощи глазами, когда у него есть вполне рабочий рот? На кого он смотрит?
Кетер повернулся, проследив направление взгляда Алерона.
Хм...
Там собралась кучка дворян. Он не мог точно разобрать, на кого смотрит Алерон, но понял, на какую группу — тот самый стол, за которым видел игроков в покер по прибытии.
Тот стол, за которым сидел Филип.
Он задумался, могло ли всё это быть совпадением, но рассмеялся.
Я же говорил — совпадений не бывает.
Алерон смотрел на Филипа и просил его о помощи. Рядом с Филипом сидели ещё четверо, но Кетер был уверен.
Он смеётся.
Пока остальные дворяне наблюдали за хаосом, как за чем-то их не касающимся, Филип был другим. Это была усмешка того, кто смотрит на слабых сверху вниз.
Впрочем, не похоже, чтобы он намеревался вмешиваться.
Кетер не стал тянуть. Он перешёл к завершению суда над Алероном.
— Ты виноват или нет?
Алерон поспешно ответил: — Я виноват. Больше такого не повторится.
— Я пощажу твои волосы. Впрочем, они и так редеют.
— С-спасибо.
— Но если серьёзно, мой голову получше.
Кетер вытер жир с руки об одежду Алерона и помахал Ультиме.
— Ультима, не бей их слишком сильно. Полегче.
Ха, ха...
Говорит тот, кто всё начал!
Хоть Ультима и был силён, сражаться в одиночку с десятками здоровяков было изнурительно. Он поправил помятую от нескольких ударов одежду и откинул назад мокрые от пота волосы.
Тьфу
Выплюнув слюну с кровью, Ультима размял спину.
— Угх...
— Моя спина! Моя спина!
Тем временем охранники даже не могли стонать на полу. Даже дворяне понимали, что они не притворяются — пол был усеян кровью и выбитыми зубами.
Казино превратилось в полный хаос. Дворяне шептались, поглядывая на Кетера — виновника всего.
— Не могу поверить, что Сефира всё это время скрывала такую бешеную собаку.
— Говорят, он незаконнорождённый... и ещё из Беззаконного Города.
Ц-ц
, даже у знаменитого честняка графа Бесила был роман? Видно, тоже человек.
Дворяне сплетничали о Сефире, но Кетер их не замечал. Ему было не до каждой лающей собаки.
— Раз маленькая потасовка закончена, вернёмся к делу. Я ставлю десять миллионов золотых на то, что победителя из этого списка не будет.
После всего этого хаоса Кетер был полон решимости продолжить игру, как ни в чём не бывало.
И все дворяне думали одно и то же:
...Он безумен.
Алерон уставился на чек в своей руке. Десять миллионов золотых, с подписью Ультимы.
Он действительно это сделал.
Хоть Алерона только что унизил Кетер, десять миллионов золотых перед его глазами были куда важнее.
Алерон просто не понял, что вообще думает Кетер, ставя десять миллионов на то, что победителя не будет среди списка, который составил он сам. Впрочем, это не имело значения. Шансы были подавляюще на стороне Алерона. Даже не девяносто девять к одному — по сути, сто к нулю. Алерон не мог проиграть.
И всё же, почему-то, он не мог так просто это принять. Алерон построил свою торговую компанию не на удаче — он прорвался наверх с самого дна.
Что-то не так.
У Алерона был свой козырь. У него был план, гарантирующий, что он не потеряет ни монеты на этом тотализаторе.
Мог ли Кетер его разгадать?
Вариант со ставкой на то, что все будут выбиты, существовал не для красного словца. Это был предохранительный клапан, который Алерон предусмотрительно включил по необходимости.
Алерон знал, кто победит в турнире Меча Юга, и победителя не было в списке пятидесяти имён. Но Кетер никак не мог узнать его козырь — они встретились впервые сегодня.
Логически всё в порядке. Кетер просто делает безрассудную ставку. Он буквально отдаёт мне десять миллионов золотых. Нет — тяжело заработанное состояние Ультимы.
Мысли Алерона длились недолго. Кетер дал ему лишь одну минуту.
— Ну что? Примешь ставку или сдохнешь?
Зная, что угрозы Кетера — не пустые слова, Алерон ответил немедленно: — Лорд Кетер, я сожалею, но не могу принять эту ставку.
Алерон решил отказаться от десяти миллионов золотых. Дворяне вокруг ахнули от глупого решения Алерона.
Даже с жалким видом — волосы вырваны Кетером — Алерон был абсолютно серьёзен.
— Азартная игра по своей природе должна быть открыта для всех, как только она началась. Обычно даже владелец казино не отказывает в ставке. Но на этот раз я сделаю исключение. Разумеется, я должным образом компенсирую это.
— У тебя уже нет волос. Какая у тебя вообще компенсация?
Замечание Кетера вызвало у дворян смешок, но Алерону было не до смеха.
Он чувствовал это костями. Если примет эту ставку — потеряет всё. Доказательств не было, и, может, это просто паранойя. Но всё же...
Настоящий игрок не играет.
Отказавшись от ставки против Кетера, Алерон намеревался закрепить свои шансы на стопроцентную уверенность. Десять тысяч золотых в качестве отступного — небольшая цена.
Ультима нахмурился от дерзкого решения Алерона, Кетер фыркнул, и тут кто-то вдруг заговорил.
— Что за глупость?
Мужчина в фиолетовом мундире вышел из толпы дворян — Филип. Он положил руку на плечо Алерона. почему-то Алерон не шевельнулся.
— Если бы это был покер, мистер Алерон, это как выбросить стрит-флеш, потому что боишься, что у противника роял-стрит-флеш.
— С-сэр Филип, прошу... просто поверьте мне на этот раз...
— Когда я вам не доверял, мистер Алерон? Так почему бы вам не довериться мне?
Дворяне все наблюдали, но Алерон всё ещё дрожал от страха — он боялся Филипа.
Дворяне были ошеломлён. Кто такой этот Филип, если даже такой знаменитый купец, как Алерон, склоняется перед ним? Они играли с ним в покер, но полагали, что Филип — просто избалованный сынок какой-нибудь семьи нуворишей. Он и выглядел соответствующе.
Филип подтолкнул Алерона вперёд, пока тот не оказался перед Кетером.
— Доверьтесь стрит-флешу, мистер Алерон.
Каким-то образом контракт снова оказался в руках Алерона — тот самый, по которому он лишался всей торговой компании в случае проигрыша.
Алерон обернулся и отчаянно взглянул на Филипа. В этот момент ему было всё равно, кто видит. Филип слегка кивнул, давая понять, чтобы тот поторопился. Страдальчески скривив лицо, Алерон подписал.
Теперь всем было видно: Алерон не просто боялся. Он явно принадлежал Филипу.
— Понятия не имею, как всё дошло до такого безумия.
— Какое редкое зрелище сегодня.
Дворяне наслаждались представлением. Многие теперь были одинаково любопытны — и относительно личности Филипа, и относительно чистого безумия Кетера.
Но в любом случае ставка была сделана. Десять миллионов золотых Ультимы были официально поставлены на то, что все будут выбиты, а Алерон принял условия: в случае проигрыша он передаст всю свою торговую компанию.
Закончив дела в Казино «Красная Сирена», Кетер забрал подписанный контракт и сел в лифт.
Когда двери уже были готовы закрыться, Филип окликнул его: — Лорд Кетер, надеюсь, на ваших руках роял-стрит-флеш.
Кетер просто поднял средний палец в ответ.
Как только они вышли из казино, Ультима закурил.
— Кетер. Знаешь ли ты, почему я добровольно выложил десять миллионов золотых? Даже зная, что если проиграю — моя вся торговая компания рухнет?
— Это история, которую я обязан выслушать?
— Да ладно. После десяти миллионов можешь и минуту послушать. Если бы я не заплатил за тебя там, ты бы выложил свои собственные деньги, а потом сказал бы что-то вроде: «Если ты мне не доверяешь, нам нет смысла быть деловыми партнёрами. Сдохни.»
— Ты хорошо меня знаешь.
Фу...
Треск...
Ультима затянулся сигаретой, а затем швырнул окурок на землю.
— Кетер. Слушай. Если ты проиграешь турнир и я разорюсь, я продам душу, чтобы тебя убить. Пойми: я веду с тобой дело не из страха, а потому что решил, что это принесёт мне выгоду.
— Правда? Ты меня не боишься?
—...Немного боюсь. Но ты же знаешь, я не из тех, кто убегает просто потому, что ему страшно.
— Это я признаю. Но почему ты говоришь только о мести в случае проигрыша? А если я выиграю турнир? Если благодаря мне ты получишь торговую компанию Алерона, что будет за это мне?
— Кхм! Если я заберу торговую компанию Алерона... я, пожалуй, готов буду отдать вам около миллиона золотых.
— Тридцать процентов.
— Ч-что?!
— Тридцать процентов компании. Я хочу тридцать процентов.
— Ты, сумасшедший ублюдок...!
Конечно, Ультима получил немного помощи от Крёстного Отца, но свою торговую компанию он построил собственной кровью, потом и слезами, рискуя жизнью раз двадцать. А теперь Кетер требует целых тридцать процентов?
Но Кетер так не считал.
— Ладно. Если не нравится — просто дай миллион. Но после этого не жди, что я буду помогать тебе с чем-либо.
—...Ты хочешь сказать, что будешь помогать и торговой компании?
Ультима едва сдержался, чтобы не выругаться.
Их первоначальная сделка была простой: если станут врагами — убьют друг друга, если союзниками — дадут друг другу жить. Но теперь Кетер предлагал помогать развивать саму торговую компанию.
Хм, на самом деле это выгодная сделка.
Конечно, методы Кетера были безумными. Даже сегодня Кетер поставил средства Ультимы без колебаний. Он бы не выдержал такого стресса, даже имей несколько сердец.
Но чем выше риск — тем выше награда. Если они преуспеют, выгода будет слаще всего.
— Ладно. Если ты выиграешь турнир и я заберу компанию Алерона, отдам тебе двадцать процентов. Тридцать — слишком много.
Владение долей в торговой компании означало не просто часть прибыли — это давало реальное влияние на управление.
Ультиме принадлежало семьдесят процентов его торговой компании. Отдав тридцать Кетеру, у него осталось бы лишь сорок. А если Кетер скупит акции у остальных дворян-акционеров — это будет огромная головная боль. Поэтому тридцать процентов он предложить никак не мог.
Но Кетер и не намеревался получать столько — ему нужно было лишь двадцать процентов. Он ухмыльнулся и кивнул.
— Вот это уже лучше. Бери и давай, верно? А, и кстати...
Кетер нагнулся и подобрал окурок, который Ультима бросил на землю. Ловко затолкал его в карман брюк Ультимы.
Затем, процитировав слова Филипа с ухмылкой, Кетер сказал: — Чего ты боишься, если у тебя на руках роял-стрит-флеш?
Прошла неделя с тех пор, как свита Сефиры прибыла во дворец Эслоу. Среди многочисленных дворецких, работавших там, Дворецкий Сорок Два обзавёлся множеством морщин на лице, словно проживал сорок восемь часов в сутки в одиночку. Причина — он почти не спал, лихорадочно бегая, чтобы собрать ингредиенты, которые Кетер запросил для операции.
Ну, как-никак я справился.
Он достал Чистые Духовные Гранулы, Пилюли Белого Цветка, Гранулы Эссенции Дракона, Вечную Снежную Воду, рог Сероглазого Дрейка в порошке и слизь морского тролля, которые просил Кетер. Ему даже каким-то образом удалось заполучить самый сложный предмет: кровь полуэльфа, достать которую было труднее, чем все редкие эликсиры и ингредиенты вместе взятые.
Должно быть, я потратил не менее восьми миллионов золотых.
Поскольку всё приходилось собирать в спешке, расходы неизбежно превышали рыночные цены. И даже это стало возможным лишь благодаря престижу имени Эслоу.
Теперь, как только Кетер появится, операция может начаться.
Кетер исчез после того, как в первый день осмотрел Райза, сына Эслоу, и его местонахождение по-прежнему оставалось совсем неизвестным.
— Состояние лорда Райза не такое уж плохое, но...
На самом деле оно улучшилось уже от того, что Кетер кратко его осмотрел. И всё же Дворецкий Сорок Два по-прежнему недолюбливал Кетера. Это было само собой — тот заставил его лихорадочно собирать редкие ингредиенты за неделю, а сам даже не показывался.
— Он обращается с семьёй Эслоу с крайним неуважением.
Верный до чрезмерности, Дворецкий Сорок Два воспринимал поведение Кетера не просто как неуважение к себе, а как оскорбление всей семьи Эслоу. Ведь Кетер был из Сефиры — слабейшего из кланов-мастеров, и к тому же незаконнорождённый.
— Я заставлю его что-нибудь сделать.
Если Кетер не вылечит Райза, оба они непременно умрут. Решив выжить, Дворецкий Сорок Два решил притащить Кетера обратно, даже если для этого придётся надавить на группу Майла.
Прибыв в гостевые покои, где они остановились, он торжественно объявил:
— Лорд Майл, прошу найти и привести обратно лорда Кетера. Он поручил мне собрать ингредиенты за неделю, и я преуспел. Операция должна быть проведена сегодня.
Технически Кетер никогда прямо не говорил, что операция должна состояться ровно через неделю, но Дворецкий Сорок Два солгал, чтобы подчеркнуть срочность.
Однако реакция Майла была странно безразличной.
— Кетер...
— Да. Он исчез в первый день и с тех пор не появлялся.
— Он вон там. Иди позови.
Дворецкий Сорок Два моргнул в замешательстве. Майл, даже не отрываясь от книги, лениво указал на диван неподалёку.
Там, развалившись на диване, лежал мужчина. Рубашка была полностью расстёгнута и свободно накинута на него, а лицо было закрыто курткой, так что невозможно было понять, кто это. Он выглядел как человек, напившийся до беспамятства прошлой ночью — точь-в-точь как Дворецкий Сорок Два помнил своего отца в молодости.
Это Кетер?
Скептически настроенный Дворецкий Сорок Два подошёл к дивану и приподнял куртку, закрывавшую лицо мужчины.
— Гаа!!
Встрепенувшись от внезапного крика дворецкого, Майл повернул голову, чтобы посмотреть, что происходит.

Комментарии

Загрузка...