Глава 289: Измена, если мы проиграем, революция, если мы победим (3)

Безумец в Нашей Семье — Это Я
Нила из племени Лунных Кролей — одного из Семи Проклятых Родов — оцепенела. Кетер только что ляпнул полную чушь, но при этом носился с выражением человека, уверенного в своей великодушности.
Что за человек перед ней?
Если кто-то несёт чепуху, он должен хотя бы объяснить почему, но Кетер молчал, глядя на неё так, будто это она странно себя ведёт.
Он ждёт, что я спрошу, что он имел в виду.
Нила считала его смешным, но раз он, похоже, не намеревался на неё нападать, решила подыграть.
— Что ты имеешь в виду?
— А что ещё? Я говорю, что отправлю тебя к человеку, до которого не дотянется даже император Саамельской империи.
Её обвисшие уши мгновенно торчком встали. Это было невозможно — на континенте не было места, недосягаемого для императора. Даже прочие представители королевского рода не были свободны от его давления. А главное — никто не стал бы рисковать, бросая вызов императору ради представительницы одного из Семи Проклятых Родов. Если бы такой человек или группировка существовали, Нила давно бы к ним обратилась, а не пряталась в семье Байден, словно паразит, помогая им подняться.
— Ты не шутишь, отправляя меня на тот свет?
— Я перестал шутить так семь лет назад, — ответил Кетер.
— Мне правда нужно просить тебя объяснить? Итак, кто этот великий человек и где он?
— Казаран, Император Меча. Я скажу, где он, когда наша сделка будет заключена.
— Император Меча Казаран?! Он жив?!
Казаран, Император Меча, — фигура трёхсотлетней давности. Он был убийцей богов, сразившим бога одним лишь мечом. Причём не одного — он убил больше трёх. Его подвиги были настолько выдающимися, что вошли в историю, хотя учёные расходятся в деталях.
— Он убил злое существо, не сумевшее стать истинным богом.
— Он убил полубога.
— Это была трусливая атака, воспользовавшаяся моментом божественной слабости.
Но один факт никогда не оспаривался: Казаран убил божественное существо, будучи человеком.
А потом однажды он исчез. Большинство полагало, что высшие боги убили его, разъярённые его охотой на божеств.
Но Казаран жив, хотя теперь немного не в голове.
Кетер встречался с Казараном в своей прошлой жизни. Всего около недели, но уровень мастерства Казарана далеко превосходил всё, что можно было описать словом «сильный». Он был восьмизвёздочным Неправильным — человеком, поистине обладавшим силой бога.
Он невероятно упрямый, но есть одна вещь, которая на него действует.
Единственная причина, по которой Кетер вообще удалось с ним встретиться, — зверолюд.
Кто бы мог подумать, что Казаран — заядлый любитель пушистых?
Казаран обожал животных. Поэтому необитаемый остров, на котором он жил, кишел ими. Рядом с ним обитал даже представитель одного из Семи Проклятых Родов — племени Пламенных Псов.
Кетер однажды разговаривал с одним из них.
— Саамельская империя знает, что я здесь, но до сих пор не может меня тронуть.
Кетер согласился. Как бы ни был безжалостен император к Семи Проклятым Родам, связываться с восьмизвёздочным Неправильным — не тот риск, на который стоило идти.
Его присутствие было практически на уровне Крёстного Отца.
В любом случае, Кетер не предложил спасти Нилу по прихоти. У него были веские основания, и, разумеется, он просчитал, что награда окупится.
— Казаран тебя защитит, но место, где он живёт, далеко от мира людей. Попав туда, выбраться обратно почти невозможно. Ты понимаешь, что это значит?
— Ты хочешь сказать, что я больше не смогу вмешиваться в дела мира. Вот почему ты сказал, что я откажусь от жизни.
— О чём ты? Я имел в виду, что если ты туда отправишься, то отдашь всё, что у тебя есть.
— Ну, то, что ты сказала, тоже верно. И мне ещё нужно сделать вид, что я тебя убил, ради Специального Оперативного Отряда. Иначе ты не сможешь благополучно сбежать. Так что мне понадобится вот это, — Кетер указал на пушистые кроличьи уши Нилы. — Оба были бы убедительнее, но Казарану это может не понравится. Так что отдавай одно.
— Ты понимаешь, что значат уши для Лунных Кролей...
— Ты говорила, что они на втором месте после сердца. Поэтому я и прошу отдать одно. Если я хочу заставить их поверить, что ты мертва, мне нужна вещь такой важности, как ты думаешь?
—...Кетер. По сути, как мне тебе доверять? Я не могу быть уверена, что Казаран жив, что ты знаешь, где он, или что ты действительно можешь меня к нему доставить.
— Так уж устроена жизнь. Некоторые сделки работают только если сначала прыгнешь и поверишь. Если нет — ничего не поделаешь, но обычно отчаявшийся выбирает доверие. Говоря прямо, убить тебя прямо здесь и отдать труп Специальному Оперативному Отряду было бы для меня куда проще.
— Тогда почему ты выбираешь более сложный путь? В тот момент, когда император узнает, что ты мне помог, не только ты, но и вся семья Сефира будет уничтожена.
Нила таила слабую надежду, что, может быть, Кетер ненавидит императора так же сильно, как и она.
— Мне просто не нравится делать то, что делают все остальные, и нравится делать то, чего другие не делают. Если я вижу прекрасное поле цветов — хочу его сжечь. Если вижу бесплодную пустыню — мне хочется посадить цветы. Понимаешь?
Пытаясь его понять, Нила наконец нашла ответ.
—...Так ты безумец?
— Все так говорят.
— Ха... И я должна доверить свою судьбу — судьбу всего моего рода — безумцу?
— Попробуй учесть и чувства безумца.
Тогда Нила схватилась за левое ухо и оторвала его. Зрелище было жуткое, но Кетер даже не моргнул.
— Чистый срез от клинка выглядел бы подозрительно. Ухо, вырванное с мясом, куда убедительнее. Мудрый выбор.
Нила протянула ему отрезанное ухо. Странно, но оно всё ещё хранило тепло и слабую пульсацию.
— Для Лунных Кролей уши — словно мешочки пророчеств. Без одного моё предвидение ослабнет... но при нынешнем положении дел это почти не имеет значения.
— А твои сокровища?
— Я оставила всё в Байдене, включая наши знания, способные перевернуть мир. Что ты с ними сделаешь — целиком твоё дело, Кетер.
— Ты даже оставила оригинальные техники Лунного Копья?
— Да.
— Умно.
— Что мне теперь делать?
— Вернись в Байден и помоги Кэтрин и рыцарям сбежать. После этого готовься, — распорядился Кетер.
— Достаточно просто. Почти обесценивает все мои годы бегства от империи.
Нила развернулась, чтобы уйти, но остановилась. Он вдруг вспомнил, что Кетер назвал себя Решателем.
— Кетер. Если бы я попросила тебя убить императора, ты бы взялся?
Убийство императора — невозможная просьба, которую не примет ни один здравомыслящий человек.
Однако Кетёр потер пальцы и ответил: — Зависит от цены.
—...Как жаль. Надо было копить больше сокровищ.
Даже несметных богатств не хватило бы на убийство такого уровня. Но Нила подумала, что если бы просьба была другого рода, стоило бы попробовать.
— Кетер, это личная просьба. Если ты когда-нибудь встретишь ещё одного представителя Семи Проклятых Родов... расскажи им обо мне, о том, что я сделала, и что со мной случилось.
— А оплата?
Просьба была несложной, но Кетер никогда ничего не делал бесплатно.
— Я научу тебя коду, которым пользуются Семь Проклятых Родов. С ним никто не посмеет обращаться с тобой небрежно.
— О? И полагаю, оплата вперёд?
— Я уже раз тебе доверилась. Думаешь, не доверюсь дважды?
— Хитро.
В ту ночь Кетер завершил своё официальное задание и получил ещё и личную просьбу. Довольный столь продуктивным исходом, Кетер крепко спал при лунном свете.
— Что вообще происходит?!
На крыше дворцовой башни, откуда открывался вид на весь город и ледяной ветер выл в воздухе, наследный принц Рукан стоял один. Он сжимал грудь, нахмурившись, словно что-то его мучило.
— Почему всё рушится вот так?!
Всё шло точно по плану вплоть до исполнения Семейной Войны, но почему-то после этого ни один план не сработал. И без того плохо было то, что Леркин, супруг королевы, сбежал, но теперь он ещё и каким-то образом собрал вокруг себя фракцию.
Поначалу Рукан и не думал считать Леркина угрозой. Наконец, тот был обычным человеком, который ничего не делал, сидя в заточении. У Леркина не было ни выдающихся способностей, ни знатного происхождения. Рукан был уверен, что никто его не поддержит, и всё же...
— Как половина дворцовых рыцарей могла поклясться ему в верности?!
Великий Корпус, Орден Дракона и Королевская Стража — три главные военные силы дворца — открыто заявили о поддержке Леркина. Это были люди, уже поклявшиеся в верности ему или Ракану, а теперь сменившие свою присягу.
— Как они могли поклясться в верности такому человеку?!
Рукан не уважал Леркина, своего родного отца. Он не мог поверить, что это происходит.
Даже Кетер и Даат не предвидели такого исхода. То, что должно было закончиться маленькой смутой во дворце, каким-то образом переросло в масштабный сдвиг власти.
Они задавались вопросом, нет ли у Леркина какой-то скрытой особой способности, но секрет крылся в личных украшениях королевы.
Леркин был единственным человеком во дворце, которому разрешалось входить в покои королевы. Там он нацеплял её украшения и пользовался её духами, прежде чем появляться перед людьми.
Изначально это был просто трюк, чтобы визуально утвердить свою легитимность как наследника королевской линии. Но произошёл неожиданный эффект: те украшения и духи, пропитанные ароматом и аурой королевы, пробудили её врождённую способность Очарования. В результате те, кто был предан королеве, оказались очарованы Леркином.
Неудивительно, что Рукан и Ракан были в ужасе. Они были невосприимчивы к Очарованию королевы, но обычные люди — нет. Поскольку даже некоторые дворяне начинали переходить на сторону Леркина, Рукану и Ракану нужно было объединиться и расширить своё влияние, но их отношения уже дали трещину.
Изначально они поддерживали нейтральные отношения, но маленький раздор, который Кетер между ними посеял, оказался действенным. Не нужен был большой разлом — достаточно трещины, в которую пролезет муравей, чтобы вся конструкция рухнула.
Вместо того чтобы объединить силы, когда единство было жизненно необходимо, Рукан и Ракан лишь держали друг друга в узде, и в результате фракция Леркина продолжала расти.
И это была не единственная проблема.
— Почему на юге внезапно взрывной рост числа иностранцев?
Гражданская война вспыхнула, и ожидалось, что это привлечёт международное внимание. Однако иностранцы хлынули только в южный регион. Списать всё исключительно на конфликт между Сефирой и Байденом было бы странно.
— Почему они приезжают смотреть, словно заранее знали, что это произойдёт?!
Иностранцы вели себя так, будто заранее знали о Семейной Войне между Сефирой и Байденом, что было невозможно.
Речь шла не об одной-двух странах. Приехали не только люди из соседних королевств Бэйн и Адеус, но даже из королевства Бельферио и Саамельской империи.
И к тому же...
— Орден Солнца, Синдикат, Фонд Святой Зарбеллы... Весь мир собирается на юге?!
У него не было объяснения этому странному явлению. Он понятия не имел, какова их цель и как они все собрались на юге, чтобы наблюдать за Семейной Войной между Сефирой и Байденом. И это само собой — ведь именно Кетер пригласил их всех стать свидетелями его и Сефирыных достижений.

Комментарии

Загрузка...