Глава 5: Будь умнее и разбирайся сам (2)

Безумец в Нашей Семье — Это Я
— Я просто поздороваюсь. Просто обычное приветствие.
Кетер незаметно выскользнул из комнаты, когда Жак был занят. Жак учился быстро — вскоре он мог научиться противостоять Кетеру, так что тому незачем было с ним церемониться.
Первым делом Кетер направился в западное крыло особняка, где жила семья. У него было шесть братьев, но сначала он хотел встретиться с одним человеком.
— Анис.
Анис Эль Сефира был третьим сыном семьи Сефира. В прошлой жизни Кетера, в отличие от остальных братьев и сестёр, которые его не замечали и сторонились, Анис был единственным, кто этого не делал. Он вызывал Кетера на дуэли и заводился, когда тот пренебрежительно отзывался о стрельбе из лука. Разумеется, Кетер его уничтожал.
После этого они сблизились — каждый раз, встречаясь, они дрались. По меркам Кетера, люди становились близкими друзьями, если дерутся, не убивая друг друга.
Впрочем, это уже не имело значения. Кетер был в особняке, но не был уверен, что эта жизнь точно такая же, как предыдущая. Пока всё совпадало, но он ожидал, что кое-что будет отличаться. Думал, встреча с Анисом всё прояснит — может быть, Анис встретит его с добротой и теплотой.
Кетер не знал, где Анис, но у него была догадка. Насколько он помнил, Анис был помешан на тренировках и всегда тренировался под землёй, как чудак, так что, возможно, он был там. Если нет — скорее всего, в тренировочном зале наверху.
По пути Кетер ощущал на себе взгляды. Солдаты знали, что нужно опускать глаза, но горничные тайком поглядывали на него. Когда он смотрел на них, они отводили взгляд. Он не удержался, чтобы не сказать.
— Если хотите полюбоваться моим прекрасным лицом — смотрите мне в глаза. Так-то толком не разглядите.
Горничные убежали, визжа как куры. Тут-то Кетер и услышал знакомый звук.
Скрип...
Этот звук, похожий на натягивание перекрученной резины, исходил от Зодиакального Лука — уникальной техники стрельбы из лука семьи Сефира. А именно — это был звук Стрельбы Льва.
Анис определённо был в подземном тренировочном зале. Спускаясь вниз, Кетер увидел несколько залов, но только у одного стояли двое солдат.
Они стоят на страже так открыто.
Кетер подошёл к тому, кто был заметно мускулистее остальных. Тот, что справа — видимо, старший из двоих — протянул руку.
— Стойте. Это личный тренировочный зал лорда Аниса. Если вы заблудились, я провожу вас обратно.
По линиям на ладони солдата Кетер мог определить, что тому суждено рано умереть из-за недостатка сообразительности.
— Я пришёл туда, куда нужно. Отойдите.
— Не могу. Доступ сюда другим запрещён.
Если бы это был Ликёр, Кетер поступил бы так.
— Пять... Четыре... Три...
Если они не отойдут и на счёте два, по принципу Кетера им положено было остаться полкалеками. Однако это была Сефира, и он был дворянином. И, подобно дворянину, хотел попытаться решить дело разговором.
— Вы готовы?
— К чему?
— К последствиям того, что преградили мне путь.
— Я знаю, кто вы, мой господин. Но вы всё равно не можете войти.
Кетер искренне пытался решить дело разговором, как джентльмен, но эти двое бугаев лишь выпятили грудь и свирепо уставились на него.
Раз они настроены так, действия Кетера будут оправданны.
— Вы ошибаетесь.
Они, похоже, считали Кетера просто лордом, так что стоило напомнить им кое о чём.
— Вы понятия не имеете, кто я.
Двое солдат, охранявших вход в личный тренировочный зал Аниса, относились к Кетеру неприязненно. Их товарищи по оружию быстро сообщили им, что Кетер из Абсента.
Это была их первая встреча с Кетером, и он вёл себя невероятно нагло. Это ещё больше раздражало и без того настороженных солдат, заставляя видеть негатив в каждом его действии.
Сунул руки в карманы. Думает, мы преклонимся перед его властью и отойдём?
Хотя Кетер и был прямым потомком семьи Сефира, он ещё официально не вступил в семью. Командир не раз разъяснял обоим солдатам, что им не обязательно выполнять все приказы Кетера и что можно отказываться от неразумных распоряжений.
К тому же, то, что Кетер вёл себя так, будто не прочь пустить в ход силу, вызывало у солдат лишь насмешку. Его поджарое телосложение и красивая внешность казались совсем не связанными с дракой. Напротив, их собственные бицепсы были толще его икр.
Похоже, он пытается решить дело силой, как и положено абсентовцам. Какой же он незрелый.
Солдат напряг свои толстые мускулистые руки и сказал: — Это последнее предупреждение. Возвращайтесь в свои покои.
Кетер сделал широкий шаг им навстречу и ответил: — Я не принимаю приказы от того, кто слабее меня.
— Если вы примените силу, нам не останется ничего, кроме как дать отпор.
Кетер предпочёл продолжить идти, проигнорировав предупреждение солдата. В ответ они схватили его за плечи своими большими руками. С учётом разницы в размерах обоим вступать было необязательно — одного хватило бы с лихвой. Как бы ни был печально известен Кетер как выходец из Абсента, преодолеть столь подавляющее физическое превосходство он не должен был. Однако...
— Что?!
Кетер не шелохнулся, словно столб, глубоко врытый в землю. Но настоящая проблема заключалась в том, что он был живым человеком и не прекращал идти.
— Как?!
Солдаты теперь пытались остановить Кетера изо всех сил, но его без труда толкало вперёд. Это выглядело настолько нелепо, что казалось частью хорошо отрепетированного представления. Их толкали с такой силой, что от трения обуви о пол пошёл дым.
— Как он может быть таким чудовищно сильным?! У него же нет тела для этого!
— Эй, Алекс! Ты правда давишь изо всех сил?
Лица солдат уже налились багровым, мышцы вздувались так, будто вот-вот лопнут. А Кетер тем временем оставался совсем спокойным — руки по-прежнему в карманах.
Вжух! Грох!
Одним рывком тела Кетер отправил обоих солдат в полёт, но те упорно цеплялись. Они тут же вцепились в его ноги и лодыжки, повиснув на них всем весом. Однако теперь их просто тащило за ним, пока он продолжал идти к тренировочному залу.
Упорные ребята. Впрочем, все их мышцы бесполезны.
Для Кетера тренировки — детская забава. Сила, приобретённая на занятиях, которые можно начинать и прекращать по желанию, была ничтожна.
С другой стороны, жизнь в Ликёре была адской, и там не было никаких «просто тренировок» — каждый день был битвой насмерть. Если бы Кетер не ставил на кон свою жизнь и не принимал вызов лицом к лицу, его бы изолировали или он бы погиб — такова была жизнь в Ликёре. Приходилось бежать, даже когда ноги покрывались волдырями и кровоточили, и тащить брёвна в пять раз тяжелее себя ради куска хлеба.
Каждый день Кетера проверяли на пределе физических возможностей — буквально без возможности остановиться по желанию — ради выживания. День за днём, преодолевая свои границы и испытывая невообразимые нагрузки, его тело развивало мышцы в совсем ином направлении. Вместо того чтобы становиться больше, они уплотнялись. Благодаря этому сила Кетера была сопоставима с силой чудовищ, хотя внешне он выглядел самым обычным.
Даже солдаты из знатных семей проходили жёсткую подготовку, но они не доводили себя до риска для жизни. Семьи, напротив, уделяли ещё больше внимания безопасности, чтобы не потерять ценный ресурс. Поэтому сравнение было и вовсе неуместным. Мышцы, укреплённые без страха смерти, не могли одолеть мышцы, выкованные ценой самой жизни.
— Ха, ха...
— Угх...
Кетер подошёл к двери, а солдаты, всё ещё висевшие на его ногах, тяжело дышали.
Назидательным тоном он сказал: — Раз уж дошли до этого, да отпустите уже. Вы что, не чувствуете обстановку? Будьте умнее и разбирайтесь сами, ну?
— Будьте умн... разбирайтесь... Что?
Двое солдат замялись. Они понимали, что в силе им Кетеру не одолеть. Однако их верность семье была достаточно глубокой, чтобы они даже не думали о бегстве.
Кетер вздохнул — они ему надоели.
— Ребята, я же не намерен Аниса съедать. Я просто хочу увидеть лицо брата, а вы из меня делаете злодея. Вы правда хотите, чтобы я стал злодеем?
Тут солдаты вскочили на ноги.
— Нет, мой господин!
— Простите, мой господин. Мы просто...
Кетер махнул рукой, оборвав их.
— Я понимаю, охранять дверь — ваша работа. Но нужно уметь чувствовать обстановку, когда имеешь дело с людьми. Сегодня прощаю — первый день, но если в следующий раз снова будете вести себя как бревна...
Кетер провёл пальцем по горлу. Звук сглатывания солдат разнёсся по залу.
— М-мы запомним, мой господин.
Эти солдаты тратили большую часть умственных сил на тренировки, но сильный инстинкт самосохранения заставил их выказать уважение. Они сражались с Кетером лишь раз, но инстинктивно поняли: идти против Кетера — значит не хотеть жить.
Старший солдат открыл дверь в тренировочный зал, где находился Анис, хотя Кетер его об этом и не просил. Подавляющее превосходство в силе породило ту вежливость, которой раньше не было.
Анис Эль Сефира провёл целую неделю в тренировочном зале — ел и спал там.
— Ха... Ха...
Он был мокр от пота, сжимая лук в руках. Руки дрожали. Он выпустил столько стрел, что правая рука, державшая тетиву, была в крови.
— Недостаточно. Если так пойдёт дальше... Если так пойдёт дальше...!
Треск!
Анис скрутил уже до предела натянутую тетиву. Он пытался применить Стрельбу Льва — пятую технику знаменитой Зодиакальной Стрельбы Сефира.
Треск!!
Тетива была натянута так, что вот-вот лопнет, а сам лук согнулся до предела.
— А-а-а!!!
Хлоп!
Когда Анис отпустил тетиву, лук выпустил ударную волну. Сам он тоже был сбит с ног от силы удара, но...
Трр-щёлк!
...мощь Стрельбы Льва была ужасающей. Она не только пробила толстый стальной щит на расстоянии двухсот метров, но и закрутила его в спираль. Щит, толстый и округлый, созданный для отражения стрел, был пробит одним выстрелом. Подобная чудовищная мощь, безусловно, была доступна лишь семье Сефира. Это была сила, достойная восхищения, но Анис выглядел совсем неудовлетворённым. К тому же — разочарованным.
— От щита вообще не должно было остаться и следа.
Причина одержимости Аниса силой была проста: он знал, что скоро эта сила ему понадобится. Он чувствовал приближающийся кризис для семьи и предвидел, что вскоре разразится жестокий конфликт. В такие времена он должен был защитить семью, поэтому вкладывал в это всё, жертвуя даже сном.
Кх...
Анис тренировался так усердно, что через порезы на пальцах были видны кости. И всё же он взял ещё одну стрелу и положил на тетиву, словно не чувствовал боли. Однако его прервало открытие двери.
— Я сказал никого не впускать, — строго проговорил Анис, даже не обернувшись.
Он ясно дал понять солдатам у двери, что не будет принимать никого — даже если его позовёт отец или старейшины. Он не намеревался уходить, пока не добьётся удовлетворительных результатов. Поэтому, когда дверь открылась, его гнев был вполне понятен.
Ответа не было, и Анис обернулся, чтобы отчитать незваного гостя. Он распахнул глаза. Ещё бы — его отец или кто-то из старейшин были бы понятны, но перед ним стоял молодой человек с широкой улыбкой.

Комментарии

Загрузка...