Глава 35: Всё ради Сефиры (1)

Безумец в Нашей Семье — Это Я
Гант, пришедший вместо Реганона, провёл Кетера через огромный, густой сад.
Не видя ясной цели, Кетер пробормотал себе под нос: — На этом темпе мы доберёмся до империи.
— Если хочешь жить как дворянин знатного рода, тебе стоит запастись терпением, — ответил Гант.
Гант остановился у пруда — точнее, за большой статуей, установленной рядом с ним.
— Только не говори, что задумал читать мне нотацию в таком банальном месте.
— Не скажу, что такая мысль мне в голову не приходила.
Гант снял шлем и нажал на пятку статуи. Тогда из земли бесшумно выдвинулась потайная дверь.
— Вы что, живёте под землёй, как какая-то злодейская организация?
— Это архив, где хранится вся история Сефиры, так что, пожалуйста, прояви уважение.
— К истории? Или к старейшине?
— К обоим.
— Это будет непросто — у меня нет сочувствия.
Гант не остановился, лишь нахмурился. Архив, в который они пришли, оказался удивительно большим, особенно по сравнению с узкой лестницей, по которой они спустились. Кроме того, здесь было светло, как днём, хотя они находились под землёй. Ни свечей, ни факелов — в потолок были вделаны самосветящиеся камни.
— Ого, это же солнечный камень, верно?
Он отличался от светового камня, который излучал свет с помощью магии. Как следует из названия, солнечный камень светил, как солнце; по некоторым исследованиям, он мог непрерывно светить пятьсот лет. Даже солнечный камень размером с кулак стоил тысячи золотых, а здесь в потолок было вделано несколько десятков камней размером с человеческую голову.
— Слюнки потекли.
Кетер облизнулся, глядя на потолок, и Гант строго предупредил его:
— Даже не думай красть солнечные камни. Как видишь, это место охраняет Орден Галактики.
Как и говорил Гант, рыцари были расставлены повсюду. Это были члены сильнейшего отряда Сефиры — Ордена Галактики. Кетер только цокнул языком.
— Какой толк от сильнейшего отряда семьи, если они просто стоят тут? Рыцарей не для этого обучали.
— В этом архиве хранится вся история семьи. Каждая полка — часть этой истории. Разве ты не знаешь поговорку: семья без своей истории не лучше шайки воров?
— Если это так важно, нужно сделать множество копий и хранить их в разных местах. А так любому злоумышленнику достаточно устроить пожар — и всё сгорит дотла.
Кетер нашёл ещё одну причину падения Сефиры. Хотя людских ресурсов и так не хватало, сильнейших рыцарей семьи держали взаперти в таком месте. Он не мог этого понять. Даже если бы и мог, это всё равно было колоссальной тратой.
Они не знают о кризисе семьи или же намерены любой ценой защищать это место, чтобы сохранить традиции Сефиры? Кто бы ни отдал этот приказ, он явно совершает огромную ошибку. Как только у меня появится хоть какой-то голос, я прослежу, чтобы эти рыцари, зря тратящие время здесь, работали каждый день без исключения.
—...Давайте поторопимся.
Не в силах возразить Кетеру, Гант лишь ускорил шаг. Вскоре они подошли к двери, на которой висела табличка «Кабинет».
Гант объявил: — Это лорд Кетер. Мы входим.
Скрип.
Рыцари, охранявшие дверь, потянули за ручку и открыли её.
Когда Кетер уже было шагнул внутрь, Гант наклонился и прошептал ему на ухо: — Не будь неуважителен перед лордом Реганоном. Оскорбления в мой адрес я стерплю, но в адрес лорда — нет.
Бух!
Кетер ударил затылком по лбу Ганта. Гант пошатнулся назад, схватившись за нос.
— Г-Гант, ты...
Стражник у двери указал на нос Ганта. Вскоре Гант почувствовал что-то влажное на пальцах.
— Кровь...!
От удара Кетера у Ганта пошла кровь из носа.
Обернувшись к Ганту, Кетер сказал: — Я думал, это какой-то жук жужжит у меня в ухе, а это ты? Ну и зачем ты дышишь людям в ухо? Ты что, какой-то извращенец?
— Маленький...!
— Старейшина Реганон ждёт, так что я пойду первым. А ты входи, когда кровь остановится.
После этого Кетер проскользнул в зал для аудиенций.
Стражники закрыли за ним дверь и сказали: — Делай, как сказал пацан, и останови кровь, прежде чем входить. Ты не можешь предстать перед лордом Реганоном в таком виде.
— Хмф...!
Пока Гант отошёл останавливать кровь, Кетер наконец оказался лицом к лицу с Реганоном — того, кого он так ждал.
— Цветы распускаются — значит, наступила весна, — пробормотал Реганон, словно декламируя стихи.
Он сидел и читал книгу. Кетер проигнорировал его и оглядел комнату. Это была скорее библиотека, чем кабинет. Комната была в три этажа, а за книжными полками тянулись глубокие тени, указывая на то, что за ними скрывается ещё больше пространства.
Даже земляной пол идеально чист. Доказательство того, что он спятил.
Пока Кетер продолжал осматривать комнату, Реганон заговорил снова: — Даже без снега видимое дыхание говорит нам о приходе зимы.
— Ты что, одряхлел?
Закончив осмотр, Кетер встал перед Реганоном. Реганон отложил книгу. Его худая фигура выглядела скорее как у просветлённого монаха, чем как у жалкого старика.
— Ты не понимаешь смысла моих слов, Кетер?
— Я не люблю загадки.
— Я говорю о том, что для семьи Сефира ты — и палящее летнее солнце, и пронизывающий зимний ветер.
— Пришёл гость, а ты даже чаю не предложишь? Какой же ты скряга.
Кетер, не обращавший внимания на чепуху, проигнорировал Реганона. Увидев, как тот себя ведёт, Реганон поднялся.
— Я не пью чай. Ведь чай — это чистая вода, смешанная с примесями. Точь-в-точь как ты.
— Вот теперь ты говоришь толком. Ты вызвал меня сюда, чтобы пригрозить? Что-то вроде: если не уйдёшь, убью?
— Это не угроза. Это предупреждение.
Реганон медленно направился к своему столу. Он шёл так медленно, что Кетер, устав ждать, первым сел в кресло.
Услышав, как Кетер сел, Реганон, не оборачиваясь, сказал: — Ты получил задание от патриарха, верно?
— Я слышал, что все эти задания распределяешь ты. Впечатляет.
— Зная характер Бэсила, он, скорее всего, ничего тебе не сказал, так что объясню я. Наша семья Сефира сейчас в кризисе.
— Интересно. Знаменитая семья Сефира в кризисе? Кто-то угрожает вам с ножом?
— Я знаю, о чём ты думаешь. Ты, наверное, думал, что сможешь жить припеваючи, присосавшись к нашей семье, но всё наоборот. Если ты слишком сблизишься с нашей семьёй, ты умрёшь.
— Ты сказал, что это не угроза, но теперь предрекаешь мне смерть.
Реганон помедлил с ответом. Он наконец добрался до стола. Взяв со стола конверт, Реганон повернулся к Кетеру и сказал: — Тебя убью не я. Тебя убьёт мир.
Взгляд Кетера изменился.
Этот старик... Хотя он говорит туманно, он рассказывает мне о нынешнем положении и будущем семьи Сефира.
Хотя причина, по которой Реганон его вызвал, была очевидна, Кетеру стало интересно — ведь то, что говорил Реганон, очевидным не было.
Кетер глубоко вздохнул, притворяясь, что глубоко задумался.
Тот апельсиновый аромат, который я учуял раньше... его здесь нет.
Когда Кетер встретился с Реганоном в приёмной, от него веяло стойким запахом апельсинов. Но теперь от Реганона пахло лишь сухой, затхлой бумагой. Атмосфера вокруг него была сырой, словно в мрачном подвале.
Видимых улик нет, но ясно, что он ведёт свою игру за кулисами.
Орден Галактики, который Кетер видел по дороге сюда, без устали охранял это место, а значит, если бы Реганон замыслил что-то подозрительное, рыцари бы знали об этом. Но раз они молчали, это означало одно из двух: либо они предали Сефиру вместе с Реганоном, либо Реганон вёл дело с посторонними, и рыцари даже не подозревали об этом.
Оба варианта возможны.
Неторопливо, почти слишком медленно, Реганон наконец подошёл к Кетеру и протянул ему принесённые документы.
— Было бы здорово, если бы это были карманные деньги.
Шуршание.
Кетер вскрыл конверт и вытряхнул содержимое на ладонь. Оттуда выпала банкнота в тысячу золотых.
О! Он и правду намеревался дать мне... Погоди, да ладно.
Вместе с банкнотой выпал документ, удостоверяющий личность.
— Имперское удостоверение? Вещь довольно редкая.
Это была безукоризненно подделанная копия имперского документа, удостоверяющего гражданство Империи Самаэль.
Реганон сел в кресло подальше от Кетера, а не напротив, и сказал: — Когда доберёшься до деревни Хакос, иди в таверну «Тыквенный лист». Мой подчинённый будет ждать тебя там с каретой — на ней ты сможешь тихо исчезнуть.
Кетер убрал банкноту в тысячу золотых и удостоверение в карман. Увидев это, Реганон слабо улыбнулся.
— Мудрое решение. Когда-нибудь ты скажешь мне за это спасибо. Но помни: даже в Империи Самаэль ты не должен раскрывать свою истинную личность. И даже не думай возвращаться.
— Ха... Раз уж я ухожу, ответь хотя бы на один вопрос.
— Какой?
— С кем ты сговорился?
Вопрос Кетера вдохнул жизнь в мёртвые глаза Реганона. Тот уставился на Кетера, а тот в ответ нагло улыбнулся.
— Насколько я слышал, мой отец однажды совершил ошибку. Это месть за ту ошибку?
Бешил убил Оливу, а Реганон был отцом Оливы — значит, для Реганона Бешил был врагом, убившим его дочь.
—... Месть не вернёт мою мёртвую дочь.
— Но тебе стало бы невероятно хорошо.
— Это лишь на мгновение. Остальную жизнь я бы жалел об этом.
— Люди делают то, что им не положено, и не думаю, что ты будешь исключением.
— Не все люди одинаковы.
— Но и не так уж сильно отличаются.
— Я слишком много сказал в ответ на один вопрос. Похоже, ты не собираешься принять моё предложение — только деньги.
— Так заметно?
— Мальчик, я не знаю, зачем ты задал мне этот вопрос, но одно я знаю точно: ты глубоко заблуждаешься — и относительно меня, и относительно Сефиры. К сожалению, ты этого не осознаёшь.
Дзынь!
Как только Реганон позвонил в колокольчик на подлокотнике кресла, дверь распахнулась и ворвался Гант, утиравший кровь из носа. Он схватил Кетера за плечо.
— Вставай, Кетер.
— Ты со мной невежлив, Гант.
— Не заблуждайся. Ты ещё не дворянин.
— А значит, тебе следует быть осторожнее. В этот раз всё не закончится просто кровью из носа, как в прошлый раз.
— Что ты сказал? — прошипел Гант, задетый за живое.
В этот момент Реганон тихо сказал: — Кетер, я терпел твою наглость лишь потому, что ты сын Бешила. Но моё терпение только что кончилось.
— Ты не торопишься сказать мне, чтобы я убирался.
Кетер встал, стряхнув руку Ганта, которая всё ещё сжимала его плечо. Гант нахмурился, но лишь свирепо уставился — он помнил о присутствии Реганона.
У самого порога Кетер обернулся к Реганону и спросил: — Бывал ли в истории Сефиры старейшина, предавший семью?
—...Нет.
— Скоро появится.
Реганон ответил на слова Кетера молчанием. Кетер, похоже, и не жответила, — он вышел из кабинета, не сказав ни слова.
Но Гант не из тех, кто будет просто стоять и наблюдать.
Он быстро подошёл к Реганону и прошептал: — Отдайте приказ. Даже если меня изгонят из семьи, клянусь...
— Сэр Гант, если вы и правду заботитесь обо мне, вы должны сделать это и без приказа.
—...Да, мой господин.
— Перестаньте. Это было лишь фигуральное выражение. Я не имел в виду, чтобы вы действительно это делали, — сказал Реганон, словно усмиряя его. — Вы рыцарь — гордый рыцарь Сефиры. Не теряйте достоинства из-за одного безрассудного мальчишки.
— Я запомню это, мой господин.
— Проследите, чтобы тот мальчик благополучно добрался до места.
— Да, мой господин.
Гант коротко и чётко отсалютовал и вышел из кабинета. Спустя короткое время он вернулся, чтобы доложить о Кетере.
— Я отправил его в путь, — сказал он Реганону.
— Никаких проблем?
— Нет, мой господин. Мне даже не хотелось разговаривать с этим мальчишкой, так что я молчал. Он тоже ничего не сказал.
— Подождите немного. Я на последней странице.
Реганон наслаждался последней страницей книги стихов, которую читал. Книга была потрёпана от частого пользования, страницы по краям изношены и оборваны. Было очевидно, что он прочитал её не раз и не два, а как минимум сотни раз.
— «Рост сопряжён с болью. Если больно — это доказательство роста». Хорошие стихи, не правда ли?
— Да, мой господин. Очень мудрые слова.
— Гант, сейчас мне невыносимо больно.
Реганон опустил книгу, обнажив своё лицо. В его глазах читалась тёмная решимость. Это был не взгляд человека, уставшего от жизни, и не взгляд того, кто оплакивает смерть дочери. Это был взгляд того, кто отрёкся от своей жизни и человечности ради одной-единственной цели.
Гант, опытный рыцарь-ветеран, нервно сглотнул. Реганон был обычным — нет, хилым стариком. И всё же жуткая аура, исходившая от него, заставила похолодеть даже Ганта, который не раз оказывался на краю гибели.
Отложив книгу в сторону, Реганон сказал: — В плане ничего не меняется.
Его голос был чист и твёрд.
— Это значит...
— Вместо Кэтрин мы отправим сначала Кетера.

Комментарии

Загрузка...