Глава 17

Стал Покровителем Злодеев
__
Алон выполнил все задачи , которые ставил перед собой , отправляясь в Синюю Башню. Похищенный из её недр артефакт теперь покоился у него , а значит , более не было ни единой причины задерживаться под сводами этого гостеприимного заведения. Он решил покинуть Башню немедленно — и дело было не только в отсутствии дел , но и в самой Пении. Эта особа и без того пребывала в крайнем раздражении , и Алон справедливо рассудил , что лишние часы его присутствия могут толкнуть её на какую-нибудь импульсивную глупость. Разумеется , он знал , что Пения вовсе не лишена рассудка , но в общении с могущественными ведьмами всегда лучше перестраховаться.
Такие мысли роились в его голове сразу после того , как он разобрался с артефактом и позволил себе тихий , едва заметный вздох облегчения.
— И что же... это такое ?
— Зелье моей собственной работы.
Алон скользнул по ней взглядом выдавил некое подобие вежливой улыбки и несмотря на её острый , пронизывающий взор , и взял со стола изящный флакон. Жидкость внутри переливалась глубоким , почти чернильным синим цветом , а при легком встряхивании начинала испускать призрачное белое сияние.
'... Это же... эликсир восстановления маны. Причем редчайшего , драгоценного качества...'
В реалиях этого мира алхимические составы не действуют по мановению волшебной палочки , как в компьютерных играх ; их благотворный эффект проявляется постепенно , по мере усвоения организмом. Поэтому было бы куда вернее величать их «Зельями усиленной регенерации», нежели просто «восстановителями».
Однако пять флаконов , которые Пения столь церемонно выставила перед Алоном , были единственными во всём этом крыле , кто по праву заслуживал гордого имени «Зелье восстановления магии». Тот высший сорт , что он сейчас сжимал в руке , был способен восполнить магический резерв почти мгновенно — стоило лишь осушить склянку до дна.
Подобные составы стоили баснословных , почти неприличных денег. Алон как-то раз , в порыве досады на свое бренное тело , позволяющее колдовать лишь раз в сутки , поинтересовался их ценой на черном рынке — и едва не лишился чувств от увиденных нулей.
'Сдается мне , за содержимое всего пары таких бутылочек можно без труда выкупить небольшую виллу в пригороде...'
Некоторое время он молча изучал игру света в синей жидкости , после чего перевел взгляд на Пению. Её вымученная улыбка так и лучилась плохо скрываемой нервозностью. Стоило их глазам встретиться , как она поспешно заговорила :
— Вам... вам нравится подарок ?
— Я прекрасно осознаю ценность этого дара , — медленно сказал Алон. — Но позвольте узнать : с чего вдруг такая щедрость в мой адрес ?
— Я... я просто отдаю его вам. В знак признательности.
— Вы дарите мне эти эликсиры ? Вот так просто ?
В голове Алона нарисовался жирный вопросительный знак. Он еще мог бы найти рациональное объяснение такой резкой смене настроения сразу после того , как он помог ей с разломом. Возможно , в её душе и впрямь шевельнулось некое подобие благодарности или даже благоговейного трепета перед неведомым мастерством.
Но с точки зрения Алона , нынешнее поведение Пении не имело к благодарности и трепету ни малейшего отношения.
'Неужто и она стала жертвой того же заблуждения , что и чародей , который сопровождал леди Зенонию ?'
Укрепившись в этом подозрении , Алон решил расставить все точки над «i».
— ... На всякий случай я уточню. Я — всего лишь маг второго круга.
— О да , я знаю. Разумеется , вы — «всего лишь» маг второго круга.
Стоило ему открыть рот , чтобы развеять возможный морок , как Пения закивала с таким рвением , будто всё утро только и ждала этих слов. Алона это вогнало в ещё больший ступор.
Глядя на то , с какой серьезностью она внемлет каждому его слову , он невольно задался вопросом : не пытается ли она попросту водить его за нос ?
Однако выражение лица Пении не имело ничего общего с лукавством. То есть было очевидно , что она ни капли не заблуждается в фактах , и именно это обстоятельство сбивало Алона с толку окончательно и бесповоротно.
— Я торжественно клянусь , что сохраню тайну увиденного сегодня. Абсолютно. Без тени сомнения , — выпалила Пения.
Алон попытался возразить : — Нет никакой нужды в подобных клятвах... —
— Нет , прошу вас ! Разрешите мне обещать ! Я настаиваю. Больше того — я готова прямо сейчас скрепить это слово своей магической силой. Я сделаю это немедленно !
Прежде чем Алон успел вставить хоть слово протеста , Пения начала концентрировать ману. Внезапный выброс такой колоссальной энергии заставил сердце Алона пропустить удар , и не успел он и глазом моргнуть , как Пения уже сказала формулу магического обета.
'Она в самом деле идет на такие крайности только ради того , чтобы утаить метод запечатывания разлома ? Да , для них это пока неразрешимая загадка , но всё же...'
Внешне Алон оставался невозмутим , как скала , но в глубине души он был в полнейшем замешательстве. Теперь стало ясно как день : Пения в своих выводах свернула куда-то совсем не туда.
— Видите ? Я мастерски держу обещания. Этот секрет умрет вместе со мной , вот увидите...!
Видя то отчаяние , с которым Пения вещала после принесения клятвы , Алону оставалось лишь степенно кивнуть в ответ. Кажется , это недоразумение не собиралось рассеиваться в ближайшее время.
В итоге Алон покинул Синюю Башню , унося с собой пять бесценных флаконов и тот самый артефакт , за которым проделал столь долгий путь.
Уже сидя в карете , что мерно катилась прочь от стен Башни , Алон непроизвольно коснулся браслета на своем запястье. Эта вещица , которую он получил милостивое разрешение забрать после устранения Шимона , и была подлинной целью всего его вояжа.
«Браслет Нечистого».
Работа мастера не отличалась особым изяществом. Если искать сравнения , то он выглядел как дешевая побрякушка , которую можно сторговать за гроши на любом захолустном базаре. Единственной странностью были иссиня-черные камни , вкрапленные в оправу — казалось , они не отражают свет , а жадно впитывают его в себя. В остальном же — вещь как вещь , ничего примечательного.
Но за этой напускной простотой скрывалась способность , способная с лихвой компенсировать скудость магических сил Алона.
Алон слегка повернул кисть , ловя игру теней на черных камнях. Если всмотреться до рези в глазах , можно было заметить , как в самой их глубине лениво пульсирует призрачная лазурная энергия.
'Функционирует как положено.'
Суть браслета заключалась в том , чтобы улавливать эманации маны из окружающего пространства и аккумулировать их внутри , позволяя владельцу черпать эти запасы в случае нужды. И пусть объем хранилища был ограничен и не поражал воображение , иронично было то , что в этот копеечный браслет вмещалось больше магии , чем в самого Алона.
На миг Алон ощутил легкий укол иронии , сравнивая возможности собственного организма с характеристиками обычного вспомогательного предмета , коих в «Психоделии» было пруд пруди. Впрочем , это чувство быстро увяло.
Он глубоко вздохнул , усмиряя вихрь мыслей.
'Этого объема мне хватит за глаза. Я ведь не на войну собрался , в конце-то концов.'
В конечном итоге , он искал Браслет Нечистого лишь для того , чтобы сделать свои магические изыскания более продуктивными и иметь хоть какой-то щит на случай непредвиденных осложнений.
С этой точки зрения , магия , даруемая артефактом , была идеальна — не избыточна , но и не скудна ; ровно столько , сколько нужно для дела.
Разумеется , иметь запас всегда лучше , чем остаться с пустыми руками.
'Сдается мне , в описаниях реликвий мелькало упоминание о техниках принудительной регуляции потоков , позволяющих снизить расход маны... Нужно будет заняться этим на досуге', — подумал Алон , и его настроение заметно поползло вверх. Он выглянул в окно кареты. Там , в лучах угасающего дня , до него вдруг долетел образ Пении , которая отвесила ему чуть ли не земной поклон перед самым отъездом.
'Да что же там такое творится в этих их магических головах ?'
Он припомнил её странное поведение и начавшееся сразу после закрытия разлома , Алон лишь неопределенно пожал плечами. Как бы то ни было , общих дел у них более не предвиделось.
Некоторое время он просто наблюдал за мелькающим лесом , купающимся в мягком золоте предзакатного солнца. Стоял погожий весенний денек.
Пока карета Алона мерно сокращала путь до поместья Палатио , в рабочем кабинете резиденции герцогов Альтия друг против друга сидели две женщины. Одной была Рория — ныне полновластная глава дома , подмявшая под себя всё влияние семьи и облеченная властью своего покойного предшественника. Второй же была Калия — леди из рода Зенония , а если называть вещи своими именами — фактическая правительница своего графства.
— Давненько не виделись , — нарушила тишину Калия.
— В самом деле , — отозвалась Рория.
Дамы обменялись сухими , деловыми приветствиями. При иных обстоятельствах такая фамильярность была бы верхом неприличия. Рория уже официально носила герцогский венец , в то время как Калия формально оставалась лишь графиней , еще не принявшей бразды правления. Однако герцогиня не выказала и тени недовольства таким амикошонством.
И причина была проста : Рория прекрасно знала , что за спиной Калии стоит всё могущество дома Зенония. к тому же , в иерархии теневого мира имя Зенония звучало , пожалуй , повнушительнее , чем фамилия Альтия.
Но была и еще одна , куда более веская причина : обе они , вольно или невольно , служили одному и тому же господину — графу Палатио.
Им не было нужды сражаться за место под солнцем. Нравилось им это или нет , они обе были впряжены в одну колесницу по воле графа , пусть даже истинные причины этого приказа пока ускользали от их понимания.
И хотя до них лишь в ходе этой беседы дошло , что брошенное вскользь «навестите герцогиню» было прямым приказом к союзу , обе понимали : выстраивать иерархию под сенью абсолютного лидера — затея пустая и бессмысленная.
Калия осторожно , кончиками пальцев , извлекла из кармана письмо и положила его на полированную поверхность стола.
— Он прислал весточку , и вот я здесь.
— Понимаю , — кивнула Рория.
Герцогиня взяла послание и принялась молча вчитываться в строки. Это не был зашифрованный манускрипт ; напротив , письмо казалось верхом обыденности. Стандартные светские любезности , рассуждения о судьбах знатных домов с приведением пары-тройки конкретных фамилий. А в финале — приписка , оброненная как бы невзначай : «Боюсь , среди нынешней знати не так уж много людей , чей характер пришелся бы мне по сердцу».
Это и впрямь было то самое письмо , которое Алон сочинил около месяца назад , терзаемый муками совести за свою холодность к Калии. Суть его послания сводилась к неуклюжему оправданию : «Вы не принимайте на свой счет мою резкость — я со всеми такой сухарь , не только с вами».
Любой заурядный аристократ получил такой ответ после сомнительного приема и счел бы инцидент исчерпанным и понял бы Алона ровно так , как тот и рассчитывал.
Однако Алон в своих расчетах фатально упустил три ключевых момента.
Во-первых , это письмо читали королевы преступного мира , привыкшие искать двойное дно в каждом слове. Во-вторых , они почитали графа Палатио за силу , с которой невозможно спорить. А в-третьих , исходя из второго пункта , они априори считали , что такая «обыденная» записка — это лишь ширма для судьбоносного приказа.
И Калия , чей ум был остер , как бритва , принялась азартно складывать эту невозможную мозаику , как и подобает истинному игроку теней.
— Барон Кения... он из костяка аристократической фракции. А вот маркиз Марантино — одна из главных фигур среди роялистов.
— Виконт Виланда присягнул короне , а вот герцог Пальдион , напротив — столп аристократической оппозиции.
Стоило им начать классифицировать те семьи , о встречах с которыми Алон упоминал в своем письме , как головоломка начала складываться сама собой.
— Подводя итог... создается впечатление , что граф не жалует ни тех , ни других.
На краткий миг в их умах вспыхнула шальная догадка : 'Неужто он задумал вырезать их всех под корень ?' Но они тут же синхронно мотнули головами , отгоняя это видение. Слишком иррационально , даже для Него.
Разумеется , следом пришла иная , куда более логичная альтернатива :
— Он намерен вымести старую знать поганой метлой и возвести на руинах полностью новый режим ?
После этих слов в кабинете воцарилась гробовая тишина. При нормальных обстоятельствах такой план сочли бы бредом сумасшедшего. Невозможно сломать веками устоявшуюся систему силами всего пары-тройки домов.
Но для этих двоих , что дышали большой политикой и привыкли ежедневно взвешивать на весах судьбы саму власть , всё выглядело иначе. Да , это потребует титанических усилий и времени , но итоговый вердикт был неумолим : «Это осуществимо».
— Вот оно что... — тихо , на выдохе , сказала Рория.
Если говорить начистоту , до этого мгновения она не имела ни малейшего понятия о конечных целях Алона , равно как и не понимала , зачем он возвел именно её в герцогское достоинство. Но если перед ним стоит ТАКАЯ цель — тогда каждый его ход обретает кристальную логику.
Если он и впрямь затеял то , о чем она думает , то «дурная слава» дома Альтия была ему жизненно необходима как таран. А в связке с Зенонимами , негласными хозяевами запада , чаша весов успеха неизбежно склонится в их пользу.
— ... Похоже , в этом и кроется истина , — прошептала Рория , содрогаясь всем телом от осознания грандиозности чужого замысла.
И вот , на исходе дня , когда солнце уже коснулось горизонта , а на комнату пали густые сумерки , две женщины принялись набрасывать свои планы. Они работали в полумраке , не удосужившись зажечь даже магический светильник.
... Причудливый пазл , собранный из недомолвок и случайных фраз , наконец обрел форму и начал свое неумолимое движение.
А в это самое время Алон...
Скрытый сенью деревьев в лесу , где вечерняя прохлада уже начала покусывать кожу , степенно жевал печеный батат. Совсем не подозревая о буре , которую он только что породил , он лишь негромко причмокнул от удовольствия , и этот звук тихо растаял среди ветвей.

Комментарии

Загрузка...