Глава 8

Стал Покровителем Злодеев
__
Официальной причиной приезда Алона в Эстрован было налаживание светских связей. Однако истинная причина, ради которой он выдержал недельное путешествие, крылась в лабиринте, затерянном в южных лесах этой провинции.
—...Так это и есть то самое место, где у вас «дела»?
— Мы потратили на поиски добрых две недели, но... тут же ничего нет.
Эван медленно обвел взглядом пустую чащу. Алон тоже огляделся по сторонам.
И впрямь: вокруг лишь разбитая дорога да заросший лес, который явно давно не видел путников. Никаких приметных ориентиров.
'Вот почему мне пришлось убить на поиски целых две недели.'
Лицо Алона осталось каменным, но в душе он глубоко вздохнул с облегчением.
После бала он провел в Эстроване почти еще двадцать дней, вкладывая всё свое время в поиски этого лабиринта.
'Зря я решил, что всё будет просто — в игре-то его раз плюнуть найти.'
С этой мыслью Алон перевел взгляд на небольшую ложбину, видневшуюся за кронами деревьев. Он направился к единственной зацепке, которая позволила ему выйти на след.
— Вы уверены, что на этот раз не ошибка?
Уже дважды сходив впустую, Эван ворчал, следуя по пятам за Алоном.
Чувствуя шаги рыцаря за спиной, Алон быстро привел мысли в порядок.
'Название этого места — «Лабиринт Шепотов». Доступ к нему открывается примерно в середине игры, а наградой за зачистку служит предмет «Ограничение». Как только я до него доберусь, мои дела в этом лабиринте будут закончены.'
Воскрешая в памяти черты подземелья, в котором он бывал сотни раз в «Психоделии», Алон шел без малейших колебаний. Вскоре он добрался до той самой ложбины на окраине леса.
—...Это место выглядит в высшей степени странно.
сказал Эван, едва они подошли к краю.
Как он и заметил, ложбина была совсем небольшой, но от неё исходило отчетливое ощущение «неправильности».
Несмотря на то, что солнце стояло в зените, внутри расщелины царил неестественный мрак, будто тьма активно сопротивлялась свету.
У Эвана это мгновенно вызвало чувство тревоги и заставило насторожиться.
— Молодой господин?!
Но Алона, напротив, это явление только обрадовало.
Этот эффект был в точности таким же, как полевой эффект «Лабиринта Шепотов», который он искал.
Значит, подземелье действительно здесь. Не мешкая, он шагнул в темную расщелину.
Эван проводил его потрясенным взглядом, но ему ничего не оставалось, кроме как последовать за господином.
Стоило им войти внутрь, как недавнее яркое солнце показалось обманом — воздух густо пропитала тьма.
В этом сумраке были разбросаны причудливые камни, испещренные узорами, которые явно имели искусственное происхождение.
Алон Миновл их и вскоре обнаружил вход, почти полностью поглощенный чернильной темнотой.
Он замер, глядя в упор на дверь — несомненно рукотворную, покрытую сложной вязью символов.
— Откуда вы вообще узнали о существовании этого места?
— Да я здесь частенько бывал.
Осознав, что ляпнул лишнего, Алон поспешно поправился:
— Это была шутка.
—...Шутка? С вашим нынешним лицом это прозвучало как угодно, только не как шутка... И все же, откуда сведения?
— У меня свои источники.
— Для человека с такими источниками вы довольно долго блуждали по округе.
—...Я тоже не ожидал, что поиски затянутся на такой срок.
Пока Алон припоминал часы, проведенные в «Психоделии», Эван задал очередной вопрос:
— И кто же создал это пренеприятное место?
— За этим стоит некто по имени Палаон.
Лабирин Шепотов.
Алон помнил, что в сетевых сообществах это место частенько именовали «Лабиринтом-хлопушкой Палаона».
— Палаон, вот как?
Больше не утруждая себя ответами, Алон направился прямиком ко входу, а сосредоточенный и напряженный Эван последовал за ним.
Вскоре у входа в расщелину не осталось никого.
Хруст! Треск! Скрежет!
Адская Горгулья, одолеть которую по силам лишь персонажам середины игры, медленно превращалась в кровавое месиво под весом гигантского каменного пресса, рухнувшего с потолка.
Эван смотрел на это зрелище с мертвенно-бледным лицом.
Видеть, как столь могучее чудовище, с которым он сам вряд ли совладал бы в одиночку, гибнет так нелепо и страшно, было серьезным испытанием для рыцаря-наемника.
Однако сильнее всего сердце Эвана забилось при мысли о том, что точно такая же колоссальная плита сейчас нависает и над их головами.
«Как молодой господин может сохранять такое ледяное спокойствие?..»
Эван взглянул на Алона.
Несмотря на то, что ошибка в любой из загадок лабиринта означала мгновенную и мучительную смерть, на лице Алона не дрогнул ни один мускул.
Он бесстрастно ждал, пока откроется дверь, полностью не обращая внимания на творящийся вокруг кошмар.
Это только усилило любопытство Эвана.
Обычно, каким бы скрытным ни был маг, за четыре года совместной службы хоть какая-то часть его истинной натуры должна была проявиться.
Тем более, что за эти годы Эван помогал Алону в самых разных делах.
Иногда он спасал сирот.
Иногда громил криминальные банды.
Порой помогал рабыне или выплачивал чьи-то долги. Бывало, развозил странные, бессмысленные на первый взгляд послания. Поручения были самыми разными.
Но даже выполнив всё это, Эван всё еще не мог сказать, что знает Алона.
А всё потому, что ни одно из заданий не давало и намека на глобальные цели его господина.
Единственной нитью было то, что Алон проявлял странный, почти отеческий интерес к судьбам спасенных детей, пристраивая их в приюты.
В остальном Алон оставался для Эвана полной загадкой.
К примеру, было непостижимо, откуда он узнал о таком месте, никогда прежде не покидая родовое поместье.
Или как он умудрялся понимать логику этого жуткого лабиринта и безошибочно решать его каверзные головоломки.
И всё же, несмотря на все подозрения, у Эвана сформировалось к Алону своеобразное доверие. Его хватало на то, чтобы идти за господином в самые подозрительные дыры — отчасти потому, что все затеи Алона в итоге вели к чему-то хорошему.
'К чему же на самом деле он нас готовит?'
Но даже это доверие не могло унять жгучий интерес. Эван смотрел на Алона взглядом, в котором смешались восхищение и недоумение, пока тот с абсолютно безучастным видом осматривал очередную комнату.
'...Кажется, меня сейчас вывернет наизнанку.'
На самом же деле Алон всеми силами старался не смотреть на то, что осталось от горгульи.
'Знал, что это зрелище не из приятных, но чтобы настолько...'
Алон дождался, пока дверь окончательно отползет в сторону после казни монстра, и шумно выдохнул.
Даже не обладая серьезными боевыми навыками, он уверенно вошел в подземелье, предназначенное для более сильных игроков, лишь потому, что знал его вдоль и поперек.
'Благодаря этому зачистка прошла без сучка и задоринки.'
Знание всех пазлов означало, что махать мечом не придется, а Алон помнил каждую ловушку с точностью до миллиметра.
Да и для любого игрока в «Психоделию» эти загадки были чем-то незабываемым.
Это был один из тех редких лабиринтов, куда можно было заходить снова и снова, не забирая финишную награду, что делало его идеальным полигоном для прокачки персонажа.
Разумеется, Алон, который потративл на гринд в этом месте сотни часов в прошлых прохождениях, заучил всё до мельчайших деталей и добрался до финала без малейших усилий.
Таща за собой вконец измотанного (хотя боя и не было) Эвана, Алон вошел в крохотную залу в сердце лабиринта и взял кольцо, что покоилось на старинном столе.
С виду это было самое обычное кольцо, настолько невзрачное, что иной путник лишь разочарованно фыркнул бы, не учуяв в нем ни капли магической силы.
Однако Алон не сдержал довольной улыбки.
Он был абсолютно уверен: та вещь, которую он сейчас сжимал в ладони, и есть то самое «Ограничение», за которым он пришел.
Его ничуть не смущал скромный вид сокровища.
—...А? Молодой господин, это кольцо, которое вы держите... оно только что...
Дело было в том, что этот предмет не работал как привычный артефакт; он был подобен эликсиру, который мгновенно впитывался в тело владельца.
— Мы получили, зачем пришли. Пора уходить.
Как только кольцо исчезло, потрясенный Эван увидел, что господин уже развернулся к выходу, будто завершил будничное дело. Всё еще ошарашенный, рыцарь поспешил следом.
И едва они пересекли порог выхода, лабиринт полностью «заснул», словно его миссия в этом мире была окончена.
Но стоило им выбраться на свежий воздух, как Алон и Эван столкнулись с новой неожиданностью.
—...Вы и это тоже предвидели?
Прямо перед ними, преграждая путь, стояли человекоподобные големы с мечами наголо, выстроившись в идеальном боевом порядке. Секунду назад здесь было пусто.
— Значит, големы — это те самые груды камней, что мы видели в расщелине...
Поняв, что монстры собрались из тех самых камней, мимо которых они проходили в начале, Эван напрягся и выхватил меч из ножен.
— Я сам с этим разберусь.
Эван бросил на Алона недоуменный взгляд, услышав эти слова.
Он не успел даже раскрыть рта, чтобы возразить...
— Ограничение активировано.
сказал Алон, и слова эти эхом разнеслись в гнетущей тишине.
Сидя в карете, что мерно неслась в сторону поместья герцога Альтии, Рория тяжело вздохнула. Глядя на приближающийся родовой замок, она горько усмехнулась — на её лице читалось глубочайшее отчаяние.
'Как я и думала: я просто набитая дура.'
Рория вновь вспомнила того человека, с которым свел её бал.
Алона, третьего сына семьи Палатио.
Но это была лишь внешняя оболочка. Если верить слухам, что шепотком передавали друг другу аристократы, он собственноручно прикончил своих братьев — матерых преступных боссов, — и за одну-единственную ночь стер с лица земли «Авалон», что годами безраздельно царил на востоке.
Он был истинным теневым властелином рода Палатио, виртуозно скрывавшим свою мощь и выжидавшим удобного момента, чтобы выпустить когти.
'Нет, это вовсе не пустые слухи.'
Встретившись с Алоном лично, Рория ни на секунду не усомнилась, что всё это — чистая правда.
Такое ледяное самообладание, какое он явил на балу, никогда не было уделом обычного человека.
'Это было почти всё равно что смотреть на отца...'
Рория подумала об отце.
Герцог Альтия, которого в свете прозвали «Благородным» за филигранное умение стравливать роялистов и знать, всегда добиваясь своего. Человек, которому никто не смел перечить в здравом уме.
Отец, никогда не выказывающий своих истинных чувств и всегда безупречный в своей циничной логике.
Взгляд её отца был до жути похож на тот, что она видела пять дней назад в глазах Алона.
Именно поэтому Рория вцепилась в него, как в свою последнюю надежду. И потерпела крах.
Честно говоря, она не была удивлена.
Едва взглянув Алону в глаза, она поняла: перед ней не тот, кого могут тронуть слезливые просьбы или дешевая жалость.
И всё же она униженно молила о пощаде.
Просто потому, что больше ей нечего было предложить.
Всё, чем она владела, было лишь призраком власти, зыбкой тенью, что держалась на милости отца.
Как бы она ни старалась отстоять право на жизнь, все усилия шли прахом из-за тех, кого язык не поворачивался назвать семьёй.
Она была бессильна и потому не смогла ухватиться за последнюю соломинку.
А точнее, она была единственной, кто вообще видел в нем спасение.
Мало кто захочет ввязываться в сделку, где риск виден невооружённым глазом, а выгода призрачна.
Ей ли было этого не знать?
Даже обладая лишь иллюзией власти, она за свою недолгую жизнь успела побывать во множестве перепалок, сражаясь с ненавистной родней за каждый клочок влияния.
Так что, даже не достигнув совершеннолетия, Рория уже превосходно знала суровые законы этого мира.
Она слишком хорошо понимала: в любой сделке всегда есть победитель и проигравший.
'Всё у вас будет хорошо.'
Глядя в окно кареты на мелькающие пейзажи поместья, Рория вновь и вновь прокручивала в голове те, как ей показалось, пустые слова, брошенные Алоном напоследок.
Спустя полчаса, когда она вошла в особняк...
—...Что ты сказала?
— Леди Фэйлин и лорд Кигг... они скончались!
От служанки она узнала, что двое её братьев и сестер, что изводили её долгие годы, наложили на себя руки.
Рория Услышла это и в полном оцепенении поднялась к себе, всё еще не в силах поверить в реальность происходящего.
Её дражайшие родственники скорее перегрызли бы друг другу глотки в пьяной драке, чем решились бы на самоубийство.
Проще говоря, сам факт их добровольного ухода в мир иной не имел никакого смысла.
'Это же абсурд.'
Уверенная, что здесь кроется чья-то тонкая и смертоносная игра, Рория внезапно вспомнила того человека, третьего сына семьи Палатио.
'Всё у вас будет хорошо.'
Вспоминая слова истинного кукловода, который прикончил собственных братьев ради власти, Она почувствовала, как по спине пробежал ледяной холод.

Комментарии

Загрузка...