Глава 366

Стал Покровителем Злодеев
Правильное воспитание злодеев
Мир замер.
Совсем недавно алое небо застилала густая пыль, но теперь она бесследно исчезла.
На смену ей пришла... тьма.
Тьма, подобная бездне; пустота, поглотившая всё небо.
И посреди этой подавляющей сцены Алон неотрывно смотрел на существо, стоявшее перед ним.
Честно говоря, во всем происходящем не было ни грамма смысла.
Он не понимал, как так вышло: всего мгновение назад он стоял на палубе корабля, а теперь под его ногами была твердая земля.
И уж тем более он не понимал, что за существо предстало перед его взором.
Насколько знал Алон, даже при переходе во вторую фазу Грех Гнева не принимал подобную форму.
Алон завороженно, пустым взглядом смотрел на существо.
Оно казалось более чуждым, чем любые грехи, что он видел прежде.
Облик рыцаря перед ним не был ни ослепительным, ни грандиозным, как у остальных.
Он не давил своей аурой и не источал ту разрушительную мощь, что была присуща остальным грехам.
Он был просто... безмолвен.
Словно бездна, проглядывающая сквозь сочленения доспехов.
Фигура с одной рукой и двуручным мечом была спокойной — пугающе спокойной.
Это спокойствие делало существо еще более опасным.
[Позволь мне спросить тебя снова.]
Стоило этой мысли промелькнуть, как раздался голос.
Прежде чем Алон успел это осознать, он перевел взгляд на него.
[Сможешь ли ты нести бремя греха?]
Это был тот же вопрос, что и раньше.
Спокойный вопрос слабо отозвался в его ушах, такой же пустой, как бездна между пластинами доспехов.
Но Алон не мог ответить.
Он не понимал значения этих слов.
Он также не мог признать, кем же в действительности являлось это существо.
Он никогда не видел ничего подобного, даже в Психоделии.
Вот почему...
— Что ты такое... на самом деле?
Алон задал встречный вопрос.
Некоторое время существо лишь молча смотрело на него, а затем ответило.
[Зачем спрашивать о том, что ты и так знаешь?]
Оно тихо пробормотало это и посмотрело на него сверху вниз.
[Я — Грех Гнева. И в то же время...]
Существо подняло свою единственную руку.
[...Я — Тот, Кто Несет Его.]
Ву-у-ум!
Обнаженная костяная рука поднялась, и двуручный меч начал излучать багряный свет.
— Господин!
— Мой лорд!
Вместе со светом до него донеслись знакомые голоса Сольранг и Радана, которые поспешили к нему.
Мгновенно, почти неуловимым движением, они заслонили Алона от Того, Кто Несет.
Но...
Крак!
Вместо взмаха меч с силой вонзился глубоко в землю.
Ква-га-га-га-га-гак!
Земля разверзлась, и в небо взметнулись шипы — массивные тернии, способные пронзить насквозь тело огромного монстра, вырывались во всех направлениях и терзали почву.
Крики солдат и жуткий грохот разрываемой земли разом наполнили воздух.
А затем...
— Вы в порядке, господин?!
— Я в норме.
Земля превратилась в огромную сеть извивающихся лоз.
Алон спасся с помощью Сольранг и перевел взгляд на далекую фигуру Того, Кто Несет.
И он увидел его.
Он снова поднял свой меч, величественно паря в небесах.
Его взгляд намертво впился прямо в него.
[Пусть начнется испытание.]
Тот, Кто Несет, заговорил вполголоса, и меч в его руке выдохнул бледно-голубой туман.
[Посмотрим, действительно ли ты способен нести наше бремя.]
Кра-ак!
С леденящим душу звуком бездна, поглотившая небеса, начала трескаться.
Одна трещина.
Затем две.
Затем четыре...
Вскоре бесчисленные разломы покрыли некогда темное небо.
И под звук бьющегося стекла...
[...Сможешь ли ты спасти этот мир.]
...появился Млечный Путь.
Он заполнил всё ночное небо, непостижимо огромный — зрелище, которое прежде никто никогда не видел.
[И действительно ли этот мир заслуживает уничтожения.]
На фоне сияющего глубокого неба за его спиной...
[...Докажи это.]
Тот, Кто Несет, поднял свой меч и провозгласил эти слова.
Даже солдаты, которые мгновение назад кричали от ужаса, даже рыцари, у которых дрожали руки, когда они обнажали мечи, даже маги, спорившие, стоит ли снова возводить барьеры, — все до единого устремили взгляды в одну точку.
К фигуре Того, Кто Несет, гордо стоявшего с единственным мечом, чей силуэт отчетливо выделялся на фоне звездного неба.
Каждый из присутствующих знал.
Они знали, что перед ними — монстр.
Они знали, что это бедствие, способное раздавить их в любое мгновение, словно муравьев.
И все же никто не мог отвести взгляд.
Почему так происходило?
Потому что это существо внушало благоговение?
Потому что оно было подавляющим?
Потому что оно было самим отчаянием?
Или дело было в их страхе?
Потому что они чувствовали исходящее от него избавление?
Потому что они чувствовали в нем печаль?
Алон заставил свой затуманенный разум сохранять спокойствие.
Он всё ещё не понимал, чем было это существо в действительности.
Нет, пожалуй, вполне естественно, что он не мог этого осознать.
Само его существование, его слова — всё это не имело смысла для Алона.
Насколько знал Алон, финалом Психоделии должно было стать уничтожение всех Грехов.
После этого мир будет очищен от зла, и наступит мир — счастливый финал.
Именно таким Алон всегда представлял конец Психоделии.
Однако существо перед ним говорило нечто совсем иное, отличное от того, что он знал.
Сможешь ли ты нести бремя греха?.. Сможешь ли ты спасти этот мир?..
Для Алона эти слова были лишены всякого значения.
Внезапно в его памяти всплыло одно воспоминание.
«То, что я хотел защитить... было человечество».
Последние слова Греха Лени перед самым его поражением.
Взгляд Алона стал сложным; он вспомнил эти слова и снова посмотрел на рыцаря.
Честно говоря, оставалось еще бесчисленное множество вещей, которых он не понимал.
Но если в чем-то он и был уверен...
...так это в том, что существует нечто выходящее за рамки его знаний.
А потому...
— Сольранг.
— Да, господин.
Неважно, сколько вопросов терзало его душу.
Неважно, сколько истин он осознал.
Его цель оставалась неизменной.
— Приготовься.
Алон должен был остановить его.
Иначе придет разрушение.
В тот самый миг, когда Алон полез во внутренний карман пальто, Тот, Кто Несет, впервые пошевелил рукой.
Хруст!
Хрустальная сфера в руке Алона разлетелась на куски.
Вслед за этим раздался пронзительный звук, эхом разнесшийся по всем руинам.
Это был один из условных сигналов, о которых он заранее договорился с Объединенными силами: в случае непредвиденных обстоятельств этот звук означал приказ о немедленном отступлении для всех войск.
Когда сигнал вспыхнул в руке Алона, солдаты закричали и одновременно начали действовать.
А затем...
Появились Грехи.
Грех Зависти, доселе не проявлявший себя, поднялся, раскинув восемь массивных рук.
Грех Жадности, когда-то поверженный в Фильдагрине, вернулся с сотнями вращающихся крыльев.
Человек, перерожденный Черным Бедствием Ашталона.
И гордый черный дракон Жадности, который не склонялся ни перед кем.
Каждый из них начал обретать плоть, и вскоре они предстали во весь рост.
— Это безумие...
— Да это же!..
По рядам солдат пронеслась волна беспокойства.
Этот шок, словно зараза, распространился среди отступающих войск.
Однако...
Алон, нахмурившийся вместе со всеми, быстро взял себя в руки.
«Это не настоящие Грехи».
Грехи перед ним не были истинными воплощениями.
Несмотря на внешнее сходство, их цвет был другим — пепельно-серым, как и шипы, вырвавшиеся из-под земли.
Аура, исходившая от них, была гораздо слабее, чем у истинных Грехов.
Конечно, по любым обычным меркам они всё равно оставались монстрами.
БУМ!
Дракон Жадности в мгновение ока исчез, устремившись к солдатам Астерии на скорости, превышающей пределы восприятия.
Быстрее света, быстрее мысли — никто не успел среагировать.
Отступающие воины даже не поняли, что произошло.
Даже у командира, стоявшего впереди, не было времени понять, что происходит.
В это мимолетное мгновение...
Жадность обрушила когти.
Крак!
...пока что-то не остановило её.
З-З-ЗАП!
Вспышка золотой молнии осветила пепельного дракона.
В её сиянии возник человек с золотым телом и лицом, лишенным эмоций — Бог Грома.
— Ранг-чанг... ранг-чанг...
Время...
— Удар молнии.
...снова пришло в движение.
БУ-У-УМ!
За долю секунды, которую невозможно было уловить, удар Сольранг отбросил дракона Жадности в сторону, сминая покрытую шипами землю.
Словно по команде, другие Грехи тоже пришли в движение, но, к их несчастью, никто из них не преуспел.
— Как и ожидалось.
Перед извивающимся Грехом Зависти стоял Радан с уверенной усмешкой на лице.
— Я уже просчитал все их движения.
Вокруг Греха Жадности, собиравшегося расправить крылья, в воздухе возникли и начали множиться сотни — нет, тысячи золотых гробов.
— Я не позволю этому случиться.
А над владениями Лени, не успевшей вовремя убрать свой домен, яростно переплелись фиолетовые нити.
Каждый герой сошелся в бою со своим противником.
Хотя натиск Грехов удалось сдержать, положение было далеко от благоприятного.
Даже если они сдержат их, всё еще не было никого, кто мог бы остановить Того, Кто Несет.
И даже если бы кто-то смог, в таком состоянии победу гарантировать было невозможно.
Ведь даже если эти Грехи были лишь марионетками, они всё равно обладали способностями оригиналов — по крайней мере, частично.
Это значило, что их можно было сдерживать какое-то время, но невозможно победить окончательно.
Однако, даже зная всё это, лицо Алона оставалось спокойным.
Потому что среди присутствующих они были не единственными, кто мог сражаться с Грехами.
БУМ!
Зловещая черная аура распространилась во всех направлениях.
Из её недр поднялась темная рука и схватила Грех, терзавший золотые гробы.
— Планы меняются.
Рьянга с чудовищно удлиненными рогами, источающими жуткую магию, обрушилась на рвущееся к ней тело Жадности, высвободив мощную волну темной энергии.
Ш-ш-шк!
Хистория выступила вперед, её холодный взгляд пронзал тьму, а сама она разрубала черные нити, сковывавшие домены.
На этом равновесие восстановилось.
А затем...
— Мой Господин.
— Ютия?
— Я тоже помогу. Я уверена в защите.
Ютия присоединилась к ним.
— Хорошо.
Из её ладони рассыпался белый свет.
—...Дифракция.
Сражение началось.
И вскоре...
Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р!
Млечный Путь засиял.
Ярче, чем когда-либо прежде.

Комментарии

Загрузка...