Глава 4

Стал Покровителем Злодеев
__
Время шло. Минул второй год с тех пор, как Алон спас Ютию и завёл привычку регулярно обмениваться с ней письмами.
— На этот раз мне снова удалось их спасти.
Алон выслушал добрые вести от Эвана.
— Ты отправил их в приют?
— Да, это уже пятый по счёту.
Алон Услышл слова Эвана и удовлетворённо кивнул.
За последний год Алону удалось успешно разыскать и спасти всех троих Грехов, которых он изначально планировал вызволить.
«Со спасением Греха Алчности пришлось попотеть.»
Третий Грех, которую он спас и которая ныне отзывалась на имя Райн Грофф, далась в поиске нелегко, хотя само вызволение не составило труда. То же самое можно было сказать и об остальных.
На поиски каждого уходило по несколько месяцев. Но, усердно направляя Эвана с помощью своих знаний об игре, Алон в итоге нашёл их всех.
Глядя на Эвана, который весь прошлый год без устали мотался по свету, собирая Пять Великих Грехов, Алон произнёс:
— Можешь наконец взять передышку.
— Какое облегчение.
Эван шумно выдохнул, чувствуя, как гора свалилась с плеч, и внимательно посмотрел на Алона.
— Но, молодой господин, разве вы сами не рады?
— Разумеется, рад.
— Что-то по вам не скажешь.
Алон Услышл замечание Эвана и невольно повернулся к зеркалу.
В нём отразилось лицо, к которому он уже успел привыкнуть.
У человека в зеркале было абсолютно пустое выражение лица.
Нет, присмотревшись, можно было заметить, что уголки его губ едва приподняты. Но эти перемены были настолько мимолётны, что их не заметил бы никто, кроме самого придирчивого наблюдателя.
Алон попытался заставить свои мышцы изобразить улыбку, но тут же бросил это занятие. Его лицо, и без того неплохое, приобрело очень подозрительный и странный вид.
«Похоже, мимика — единственное, что так и не прижилось в этом теле.»
В отличие от прежней жизни, где эмоции читались на лице как в книге, нынешний облик Алона очень редко выдавал его чувства. А если и выдавал, то изменения были запредельно тонкими.
«Впрочем, это не так уж и плохо.»
Разумеется, Алон не придавал этому большого значения. То, что его эмоции были скрыты за непроницаемой маской, могло стать проблемой для окружающих, но не для него самого. Его это ни капли не заботило.
«На данном этапе я сделал всё, что планировал.»
Алон невольно улыбнулся про себя, вспоминая пятерых потенциальных Грехов, которых он собрал под крышей приюта.
«Не думал, что всё пройдёт так гладко.»
Честно говоря, Алон с самого начала не слишком верил в успех.
У Пяти Великих Грехов было более чем достаточно причин превратиться в тех чудовищ, которыми им суждено стать. И каким бы праведным ни был Алон, он не мог оградить их от всех невзгод мира.
Проще говоря, единственным страхом Алона было то, что он опоздает и спасёт их лишь тогда, когда их души окончательно почернеют. Но, вопреки опасениям, все пятеро росли вполне обычными детьми.
— Когда ты в последний раз наведывался в приют, ты говорил, что проблем не возникло?
— Насколько я мог судить, даже Райн и Сольранг, которые были в плачевном состоянии до прибытия в приют, вполне пришли в норму.
— Вот как. Когда я только спасал Сольранг, она напоминала сломанную куклу — просто застыла на месте, не реагируя ни на что. Но в приюте она отлично влилась в коллектив. То же с Райн: поначалу она не открывала глаз, словно не желала видеть этот мир. Но когда я видел её в последний раз, она с явным интересом читала книгу.
Алон Выслушл отчёт Эвана и кивнул.
Всё это совпадало с тем, о чём писала в письмах Ютия.
«Не ожидал, что Ютия так блестяще справится со своей ролью.»
Изначально Алон оставил Ютию в приюте не только ради дистанции, но и потому, что в каноне игры была строчка о её привязанности к этому месту.
Но он не был уверен, что она захочет нянчиться с другими детьми. Уже планировал отправить Эвана на проверку и, если потребуется, нанять профессиональных воспитателей.
«Но теперь в этом нет нужды.»
Дела шли даже лучше, чем он надеялся. Благодаря стараниям Ютии перед Алоном осталась лишь одна нерешённая задача.
«Научиться хоть как-то за себя постоять.»
Разумеется, будучи третьим сыном графа Палатио, он мог бы прожить жизнь безбедно, даже не ударив пальцем о палец. Его жизни ничего бы не угрожало.
Особенно с таким верным телохранителем, как Эван.
Но учитывая, что этот мир был пропитан духом тёмного фэнтези, обладать хотя бы базовыми навыками самозащиты было жизненно необходимо. И он всерьёз подумывал о магии.
— О, кстати, молодой господин, вы слышали что-нибудь об организации «Синяя Луна»?
Пока он думал, вопрос Эвана вернул его к реальности.
— «Синяя Луна»?
— Да, в последнее время на востоке о них только и говорят. До меня дошли слухи, что они занимаются охотой на другие группировки.
— Организация, истребляющая себе подобных?
— Что ж, значит, они делают благое дело.
Алон ответил довольно буднично — он уже окончательно адаптировался к законам этого сурового мира.
Если бы «Синяя Луна» вырезала мирных жителей, это стало бы поводом для беспокойства. Но если их целью были профессиональные подонки — это совсем другое дело.
всё-таки, на всём континенте Алон ещё не встречал структуры, чей путь не был бы устлан телами.
Если они охотятся на тех, кто ни в грош не ставит человеческую жизнь, у него не было причин смотреть на них косо.
— Проблема в том, что они не брезгуют и убийством дворян.
— Вот как.
Последовал решительный ответ Алона, едва он услышал продолжение от Эвана.
«Учитывая, что в оригинальном сюжете об этой «Синей Луне» не было ни слова, скорее всего, они исчезнут ещё до начала основных событий. Но... хотя, если подумать, Лео в последнее время ходит чернее тучи. Уж не из-за них ли?»
Поразмыслив, Алон лишь пожал плечами и принялся за ответ на вчерашнее письмо от Ютии.
Как всегда, письмо Ютии не выбивалось из общего ряда: ворох приветствий, краткий отчёт о состоянии тех, кого Алон поручил её заботам, и список благотворителей.
Убедившись, что всё в порядке, Алон на миг задумался — не упомянуть ли о «Синей Луне», о которой только что рассказал Эван? Но решил промолчать.
Пусть «Синяя Луна» и точила клинки на банды и дворян, они вряд ли стали бы нападать на детский приют.
Алон, Закончл письмо и как всегда, передал его через гильдию наёмников.
Тихий и безмятежный день.
Спустя несколько недель, в приюте на восточной окраине.
На собрании, которое с момента начала их активной деятельности стало еженедельной традицией, Ютия вслух зачитывала послание от Алона.
— Это письмо от Него? Дай почитать! Я тоже хочу!
— И я... я тоже хочу взглянуть.
Одна девочка энергично замахала рукой, а другая, сидевшая напротив, скромно подняла ладонь, пока Ютия читала.
Даже в скудном свете убежища их глаза — янтарные и изумрудные — сияли неугасимым огнём. Это были Сольранг и Райн, будущие Грехи Гордыни и Алчности.
— Правда? Можно? В прошлый раз ты мне не показала!
— Пожалуй, время пришло.
Ютия с улыбкой протянула письмо. Сольранг и Райн вместе с Деусом, который молча наблюдал за сценой, с нескрываемым любопытством уставились в текст.
Спустя мгновение...
—...Это что... какая-то зашифрованная инструкция?
— Да вроде на обычный разговор похоже...
Они переглянулись в полном недоумении, перечитывая строки перед собой.
В письме не было ничего, кроме самых обычных бытовых новостей.
Деус, ища разъяснений, вопросительно посмотрел на Ютию. Та с нежностью пояснила:
— Так оно и должно выглядеть. Он с самого начала велел мне писать так, будто это самая заурядная переписка.
Затем Ютия вытащила из-за пазухи слегка потёртый лист и показала его всем.
Содержание было предельно простым. Всё начиналось с будничных приветствий и плавно переходило к предложению регулярно делиться новостями о жизни приюта.
Сольранг и Райн нахмурились, всё ещё не понимая сути.
Но Деус, кажется, уловил истинный подтекст этих писем.
— Значит, он специально пишет так, чтобы в случае перехвата никакие тайны не выплыли наружу?
Деус кивнул собственным мыслям, а затем покосился на девочек, которые всё ещё пытались высмотреть что-то между строк.
— Но если он так боится утечки, не лучше ли было бы использовать магическую почту или посылать нас с личными докладами?
— Тогда зачем настаивать именно на бумажных письмах?
— Потому что такова Его воля.
Ютия добавила с лёгкой улыбкой:
— Если Он решил делать именно так, мы подчиняемся. Незачем сомневаться в Его выборе.
От этих слов Деус почувствовал, как во рту пересохло.
Обычно Ютия была само спокойствие. Но стоило речи зайти о Нём, как в её голосе звучала такая фанатичная, леденящая уверенность, от которой мороз шёл по коже.
Деус молча кивнул, встретившись взглядом с её алыми глазами, в которых сейчас полыхал огонь истинного фанатика.
Ютия Закончла «собрание» и собрала листки, бережно спрятала их у сердца и закрыла тему.
— Сольранг, что там на севере?
— Ты про тех работорговцев?
В ответ Сольранг расплылась в лучезарной улыбке.
— Я со всеми разобралась.
— Твоё лицо кто-нибудь видел?
— Всё чисто! Одежда, которую сшила Райн, работает на ура. Я даже устроила им проверку — обещала сохранить жизнь тому, кто опишет мои черты лица, но никто не смог выдавить ни слова.
— Я оторвала им всё. До последней головы.
Её слова звучали жутко контрастно на фоне весёлого смеха. Но Ютия лишь невозмутимо перевела взгляд на Деуса.
— А на юге?
— «Авалон» совсем от рук отбился, пришлось устроить им чистку. И пока я был там, всплыло кое-что важное.
— Глава «Авалона» — это же старший сын графской семьи, где Он живёт, верно?
Ютия безмолвно кивнула на вопрос Деуса.
—...Похоже, этот старший сынок задумал Его отравить.
Как только эти слова сорвались с его губ,
воздух в комнате буквально застыл.
Сольранг, секунду назад сиявшая от радости, испуганно прижала уши и начала затравленно озираться. Райн, до этого лишь пассивно наблюдавшая, теперь впилась взглядом в пространство перед собой.
Лишь Деус нашёл в себе силы встретиться с Ютией взглядом — он ждал этой реакции.
Но даже у него по спине покатился холодный пот, когда он ощутил волну такой чудовищной жажды крови, какой не ожидал почувствовать никогда.
Спустя долгую паузу...
—...Ты в этом уверен?
— У меня на руках план действий.
— Ты принёс его?
Деус, словно ждал этой команды, вытащил из-за пазухи бумагу.
Ровным, немигающим взглядом Ютия пробежала по строчкам.
[Как только граф, чей срок уже на исходе, испустит дух — тихо отравить Его и избавиться от тела.]
Едва её взгляд коснулся финальной фразы,
она с хрустом смяла бумагу в кулаке.
— Значит, это правда. Ледяным тоном прошептала она. В её глазах зажёгся недобрый блеск.

Комментарии

Загрузка...