Глава 136

Я стал младшим учеником Бога Боевых Искусств
Внутри башни был словно другой мир. С момента, как я переступил порог, воздух ощущался иначе — и дело было не только в температуре.
Вууш.
Треск...
Пространство освещали факелы, мерцавшие странно: то разгорались ярко, то внезапно гасли, то снова вспыхивали — словно по какому-то механизму.
Стены были сырыми и неровными, как в пещере, и трудно было поверить, что это здание.
Но больше всего смущало количество дверей. Множество одинаковых дверей стояли на равном расстоянии друг от друга.
[Добро пожаловать на Этаж Радуги!]
[※ Правило первое ※]
[На этом этаже запрещено разговаривать.]
[Нарушители понесут наказание.]
Табличка бросилась в глаза раньше всего.
...Нормальный маг, да.
Забей. Забудь всё, что я говорил. Беру свои слова обратно. Полностью.
Скорее наоборот — то, что он двуличный, делало его куда более зловещим, чем Ассад или Лиз.
Так или иначе, я знал природу магов и старался держать рот на замке.
Было очень странно: все здесь были проверенной элитой, а я уже знал, что буду разочарован. Неужели есть какой-то закон природы по сохранению и распространению глупости?
— Значит, если заговорим — что-то произойдёт? — спросил Идиот № 1.
Ну конечно... Вспышка света — и Идиот № 1 исчез в никуда.
Видимо, правило было для них недостаточно очевидным. Надо было формулировать ещё проще — может, тогда бы эти бестолковые тупицы поняли.
Назову это законом сохранения идиотов.
— ...! — ...!? — ...! — ...!? — Ии—
Юные герои были в беззвучном переполохе. Кое-кто еле сдерживал крики.
Куда он исчез?
Неужели он просто так умер... правда?
Разожжённый любопытством, я использовал трансформацию в божественного зверя, чтобы видеть сквозь сумрак.
Холодная энергия сконцентрировалась в глазах, и чувства расширились за пределы первого этажа и даже за стены башни.
А, он снаружи.
Его вышвырнуло.
Он бледный колотил в дверь башни, но та не поддавалась. Более того, изнутри не было никаких признаков, что он стучит. Словно мы были полностью отрезаны от внешнего мира.
Лёгкая дрожь пробежала по спине. Не то чтобы далеко, но всё же. Кого-то выбросили, не дав понять, что происходит. Для меня это было тревожно.
Смогу ли я сопротивляться?
Не был уверен. Пришлось бы на своей шкуре испытать силу, которая за это отвечает, — а рисковать так не хотелось.
Кстати, что вообще считается «разговором»?
Например, можно ли общаться, записывая на бумаге? А методы вроде передачи звука?
Можно ли общаться косвенно через духов или призванных существ? Разрешена ли телепатия от благословений?
— Кхм.
Кто-то нарочно кашлянул, проверяя воду. Я оглянулся — это был Харис.
Звучало намеренно, но в отличие от предыдущего его не вышвырнуло.
Но когда Харис это понял, этот псих стал слишком смелым. Осторожно открыл рот и сказал: — О, эй, меня не выкинуло...?
Юные герои с удивлением уставились на него.
... ...
— ...!
Снова никакого наказания.
Неужели система посчитала это разговором с самим собой?
— К-какое дерьмовое место...
— Кхм. Надо подумать, как туда забраться...?
— Хм, столько дверей! Подозрительно выглядит!
— В какую дверь вы, ребята, собираете— а, чёрт.
Вспышка!
Тот, кто говорил так странно, по закону жанра исчез во вспышке света.
Тупица...
Я покачал головой, бросил взгляд туда, где стоял Идиот № 2, и снова сосредоточился впереди.
Похоже, определение «разговора» чуть свободнее, чем я ожидал...
Я использовал змеиный глаз, чтобы видеть сквозь двери, но хотя он видел и за пределы башни, за дверями разглядеть ничего не удавалось.
А.
Но кое-что я всё же понял.
Факелы, освещавшие интерьер... Это были не настоящие факелы, а магические предметы в форме факелов.
Я понял это благодаря змеиному глазу, позволявшему визуально определять температуру объектов.
Факелы, мерцавшие с равными интервалами, были достаточно прохладными, чтобы к ним можно было прикоснуться голой рукой.
Был у них скрытый смысл?
Когда никто не спешил сделать первый шаг, первой шагнула вперёд не кто иная, как Баттерфлай Гудспринг.
Она уже разгадала головоломку?
Все взгляды были прикованы к ней. Она усмехнулась, распахнула ближайшую дверь и вошла...
И мы увидели нечто удивительное.
— ...!
Другая дверь в стене, далеко от той, в которую она вошла, внезапно распахнулась.
— Э...?
И из той двери вышла... Баттерфлай.
— Ч-что, как... — запинаясь, бормотали ошарашенные герои, явно сбитые с толку.
В это было трудно поверить даже собственным глазам.
Через одну дверь была видна спина Баттерфлай, а через несколько дверей — её лицо.
— Э... Что...
Баттерфлай выглядела так же сбитой с толку, как и все.
Судя по лицу, она головоломку не разгадала. Она просто наугад выбрала дверь, не подумав.
После чего остальные тоже начали действовать...
Но они лишь принялись открывать двери направо и налево, чтобы выходить из других дверей... что порой приводило к столкновениям.
Голова, пытающаяся войти в дверь, столкнулась с другой, пытающейся выйти.
Тук!
— Ай! — Да что за—!
Поскольку говорить было запрещено, столкнувшиеся двое пустили в ход преувеличенные гримасы и жесты, показывая, как они злы.
— ...! ...! ...! — ...?! ...!
Я наблюдал за ситуацией издали, как вдруг почувствовал: что-то не так.
Стоп... людей стало меньше.
Не сильно заметно, но пара тех, кто ломился в двери, исчезла.
Включая Пэм и Хариса.
Они разгадали головоломку?
Пэм? Может быть. Но Харис? Сомнительно.
Как раз тогда кто-то пронесся мимо меня.
Вспышка развевающихся белых — нет, серебристых волос.
Серен Гудспринг.
Она быстро прошла сквозь растерянную группу юных героев и вошла в дверь.
Я расширил поле зрения, чтобы охватить все двери разом, но Серен нигде не было видно.
Она перешла на следующий этап.
Она отличалась от бестолковой толпы.
Выражение лица, осанка... скорее всего, Серен разгадала головоломку.
Или... возможно, знала ответ с самого начала.
Так или иначе, держать обострённые чувства слишком долго было утомительно, и я ненадолго закрыл глаза.
Когда снова открыл — вернулось обычное зрение... И в этот момент я заметил нечто странное.
Хм?
Двери, кажется, слегка изменили цвет.
При тусклом свете это было не очень заметно, но теперь они выглядели оранжевыми.
Вжужж...
Это не показалось.
Когда факел погас и снова вспыхнул, цвет дверей снова изменился.
На этот раз — жёлтый.
Я понял: цвет дверей меняется с каждым мерцанием факела.
Стоп.
Я вспомнил цвет двери, в которую только что вошла Серен.
Красный.
А как называется этот этаж? Этаж Радуги.
— Хм...
Я начинал чувствовать логику.
Шаг.
Я двинулся в тот миг, когда двери снова стали красными.
* * * * *
* * * * *
За открытой дверью Серен ждала ещё одна комната.
Как и раньше, в стене было с десяток дверей, но на этот раз других героев рядом не было.
Внезапная тишина должна была нервировать, но на Серен это почти не подействовало.
Вместо этого она сосредоточилась на тонком сдвиге цвета дверей при мерцании факелов.
Оранжевый.
Сейчас.
Серен толкнула дверь и переступила порог — и снова оказалась в комнате. На этот раз она открыла дверь, когда цвет был жёлтый.
Такова была головоломка Этажа Радуги.
Двери меняли цвет в соответствии с мерцанием факелов, и ключ был в последовательности: красный, оранжевый, жёлтый, зелёный, синий, индиго, фиолетовый. Пройти через двери семь раз в правильном порядке — и всё.
Достаточно простая задача, если подойти правильно, но внутри башни было так темно, а смена цвета не слишком заметна, так что разглядеть изменения было трудно.
Щёлк.
Закрыв фиолетовую дверь, Серен вздохнула.
Перед ней была лестница, а перед ней — табличка. На ней было написано:
[Лестница Бесконечности.]
...Видимо, настоящее испытание начинается сейчас.
Честно говоря, Серен не знала, сколько времени займёт подъём по этой лестнице, но...
Если она не покажет себя здесь, её вышлют из академии и не примут.
Чего она ни за что не хотела. И Серен медленно начала подниматься по лестнице.
***
Гектор Бадникер поднимался по лестнице.
Радужная головоломка не была для него слишком сложной. Он разгадал её всего за пятнадцать минут.
Он не знал об этом, но был вторым по скорости среди тридцати с лишним юных героев.
Учитывая, что быстрее всех была Серен, по сути он решил задачу быстрее всех остальных.
Потом пошли лестницы.
Он обнаружил, что поднимается по громко именуемой «Лестнице Бесконечности».
...Уже час.
Странно...
При его телосложении и времени подъёма он уже давно должен был достичь вершины.
Честно, он чувствовал, что шёл достаточно долго, чтобы сделать два-три круга туда-обратно. И всё же винтовая лестница не подавала признаков конца.
Понятно. Это магия.
Гектор это осознал, но не мог точно определить, как магия воздействует на лестницу.
Может... лестниц и впрямь бесконечное количество?
Или есть какой-то другой выход?
Размышляя, не головоломка ли это тоже, Гектор перепробовал все пришедшие на ум методы.
Он изо всех сил рванул вверх. Ударил мечом по стене. В конце попытался вернуться обратно — но и это оказалось бесполезно.
Казалось, он поднялся на десятки тысяч ступеней, но стоило начать спускаться — перед ним появился вход.
— Угх...!
Полный решимости, Гектор продолжал подниматься, отказываясь спускаться.
Прошёл ещё час.
Гектор был с ног до головы в поту.
Мана давно кончилась после интенсивного спринта.
Нет. Похоже, мана расходовалась куда быстрее обычного...
Это тоже сила этих лестниц?
— Хф, хф...
Он тяжело дышал, бёдра и икры словно вот-вот лопнут.
Ему больше всего хотелось рухнуть на месте, но вместо этого Гектор уставился на лестницу вверх и пробормотал: — Думаешь, я сдамся?
***
— Ка-ха-ха-ха...
Алдерсон издал злорадный смех — такой не ждёшь от педагога.
Выражение лица было как у ребёнка, только что взявшего любимую игрушку.
— Это...! Это первое из шедевров Алдерсона — Поглощающие Ману Лестницы...!
Поглощающие Ману Лестницы — устройство, сконструированное самим Алдерсоном. Оно создавало бесконечную лестницу, используя ману поднимающихся.
То есть в момент, когда тебя одолевала казавшаяся бесконечной лестница и ты использовал ману, число ступеней, которые нужно было преодолеть, разрасталось до непреодолимой величины.
Конечно, даже без маны лестница уже была невероятно длинной — как минимум пятьдесят тысяч ступеней.
Так что истинное условие прохождения первого этажа — подняться на пятьдесят тысяч ступеней без использования маны.
Недаром к Башне Испытаний столько недовольства...
Профессора с жалостью смотрели на юных героев, сражающихся с подъёмом.
Большинство были измотаны. Немало уже сдались.
Конечно, были и те, кто проявлял большой талант.
— Харон Вуджек. Определённо один из лучших. Скорость подъёма невероятная, выносливость выше, чем у обычного юного героя.
— Если говорить о скорости, Баттерфлай Гудспринг — быстрее всех. Она уже прошла половину лестницы.
— Упорство Гектора Бадникера тоже впечатляет. Он, должно быть, на пределе, но не подаёт признаков остановки.
Алдерсон погладил бороду, довольный. Намного приятнее было видеть, как студенты как следует используют башню, которую он так тщательно подготовил.
— Уровень переведённых в этом году весьма впечатляет! Кстати, какой текущий рекорд по Этажу Радуги среди переведённых?
— 6 часов, 13 минут, 27 секунд.
Алдерсон глянул на время.
С начала вступительного экзамена прошло всего три часа.
— О-хо... Есть шанс, что кто-то из этих юных героев побивает рекорд сегодня.
Лицо Алдерсона просияло, пока он смотрел на экран перед собой.
Ради этого он и жил.
Их выражения, их боль, их отчаяние...
Лица молодых, полные муки, подпитывали Алдерсона.
— Ке-хе-хе-хе...
Доброе выражение при первом появлении нигде не было видно.
Профессора обменялись потрясёнными взглядами. Молча решили притвориться, что не замечают директора.
Он не был плохим человеком. Алдерсон объективно был выдающимся директором, заслуживающим уважения. Ведь он не зря получил признание императорской семьи и титул Архимага Семи Цветов.
Однако...
...Правда, что у всех магов пара винтиков ослаблена.
По иронии, он был среди более адекватных магов.
И за тем, что он делал сейчас, не стояло злого умысла.
— Подождите...
Профессор Морланд, известный своей дотошностью, привлёк внимание присутствующих — он в оцепенении проверял каждый угол экрана.
Он несколько раз моргнул, чтобы убедиться.
Как только понял, что видит не иллюзию, Морланд позвал: — Простите... директор?
— А, да, профессор Морланд. Наконец нашли печенья? Чай немного остыл, но я могу быстро подогреть своей маг—
— Н-нет, не в том дело... — растерянно сказал Морланд. — Кто-то уже прошёл Лестницу Бесконечности...?
Треск.
На лице директора Алдерсона появилась трещина.

Комментарии

Загрузка...