Глава 134

Я стал младшим учеником Бога Боевых Искусств
Нынешний глава семьи Гудспринг Хатем Гудспринг не походил на Железнокровного Лорда с его крепкой привязанностью к детям.
Как глава великого дома он, конечно, боролся с культом, но был ли он так же одержим, как Бадникер? Не совсем.
Были у него политические амбиции?
Он поддерживал хорошие отношения с императорской семьёй и центральной знатью, но лишь затем, чтобы сдерживать Дом Бадникер. Других мотивов у него не было.
Так к чему же по-настоящему стремился Хатем Гудспринг? Чего он действительно желал?
Ответ был прост: превзойти Дом Бадникер.
Несколько десятилетий назад Дом Бадникер величали «Павшим Дворянским Домом» и «Угасающим Солнцем». Их запросто списывали со счетов как пережиток прошлого. А могущество семьи Гудспринг было столь велико, что могло соперничать даже с императорским домом.
Но теперь всё иначе.
Позиции не поменялись местами полностью, однако в Империи никто не поставит Дом Гудспринг выше Дома Бадникер. Скорее скажут, что Дом Бадникер выше.
Неужели это просто судьба? Гудспринг по-прежнему крепок, но неужто скоро и они угаснут?
Хатем так не считал. Нынешнюю ситуацию создал один человек: Делак К. Бадникер, Железнокровный Лорд.
Человек, который: получил больше благословений, чем кто-либо в истории, победил нескольких драгоценных зверей, досрочно окончил академию, стал самым молодым наследником титула дома, получил от императорской семьи второе имя, стал герцогом с двойным именем, охотился на демонов и уничтожил священника.
Эти оглушительные достижения привлекли внимание многих, и те, кто поначалу боялся его, со временем стали почитать.
Делак, Железнокровный Лорд, был слишком необуздан, чтобы зваться типичным главой дома, слишком жесток, чтобы слыть героем... и всё же никто не мог отрицать его заслуг.
Со временем люди стали воспринимать его безграничную ненависть к демонам как нечто обнадёживающее — они поняли одну вещь: его жестокость никогда не обернётся против них.
Естественная харизма герцога была неподражаема.
— Дом Бадникер обошёл нас при мне, и пока моё время не истекло, я непременно всё исправлю.
Лишь избранные в семье Гудспринг знали, что это одна из любимых поговорок Хатема Гудспринга.
Может, поэтому большинство в Доме Гудспринг питало к Бадникерам сильную неприязнь?
Но только большинство.
***
Пока я его колотил, я понял: он на удивление крепкий. Прирождённо крепкий костяк, можно сказать.
Такие люди редкость.
Но странно: при таких костях и мышцах он не крупнее. Телосложение Баттерфлай было скорее тщедушным даже с учётом того, что он ещё растёт.
Но моё открытие ему не помогло. То, что он крепкий, лишь означало, что я могу бить сильнее.
Похоже, боль он переносил не так уж хорошо — я отчасти этого ожидал. Даже в спарринге с Гектором он не выдержал удара по голени, что и создало момент для поражения.
«...»
«...»
Снова сидя на камне, я смотрел вниз на Баттерфлай, стоявшего на коленях на земле. Порыв ветра пронёсся мимо, и я увидел, как он вздрогнул.
— Холодно?
— Н-нет.
— Понятно. Зима, может, и кончается, но ночь всё ещё холодная. Особенно у озера.
— Д-да.
Я уставился на его лицо. Ещё недавно оно было распухшим до неузнаваемости, но отёк уже спадал. Это не благословение — значит, естественная физическая конституция.
— Баттерфлай, — сказал я тоном, не допускающим шуток.
— Да...
— Знаю, у вас там что-то тёмное затевается. Серен — просто предлог, верно?
«...»
— Копать глубоко не буду. Честно, мне почти всё равно. Да, я Бадникер, но политическая вражда наших домов меня волнует мало.
По правде говоря, мне казалось довольно жалким, что Дом Гудспринг занят соперничеством, когда на горизонте враг куда крупнее... Но раз Баттерфлай, похоже, гордится семьёй, я решил не ранить его лишний раз.
— Бартер просто едет с вами как опекун, да? А на деле юные герои подчиняются тебе?
— Э-это верно, сэр...
— Скоро приедем в столицу, так что давай до тех пор держим всё тихо и мирно, ладно? Спокойная, приятная поездка до академии. Звучит неплохо?
— Д-да, з-звучит отлично...
Я похлопал Баттерфлай по плечу и спросил: — Сколько тебе лет?
— ...Ч-четырнадцать, сэр.
— Ты всего на два года младше меня, не обязательно так формальничать.
— Н-нет, сэр...
— Серьёзно. Всё нормально.
— М-мне так действительно комфортнее, сэр! — сказал Баттерфлай. Тон был странный, слегка сбитый. — Э-это... так мне удобнее, сэр!
Раз он настаивал, я не давил. Просто кивнул в знак согласия.
— Ладно. В общем, ты свободен, но прогуляйся, пусть отёк спадёт, прежде чем вернёшься. Нечего вызывать у Бартера подозрения.
«...»
— Ну? Я сказал, можешь идти.
Почему-то Баттерфлай не спешил уходить.
Я переборщил с ударами? Ноги я ему не повредил, в этом я уверен.
— Старший Брат... Вы действительно сильный.
Старший Брат?
Его манера говорить напомнила мне Харона.
Баттерфлай с противоречивым выражением лица сказал: — ...Большая часть внимания Гудспринг была прикована к старшему сыну, Герою Бадникеру, но Железнокровный Лорд использовал это и спрятал тайное оружие. Герцог Бадникер и впрямь внушает ужас.
Травмы во рту, видимо, зажили — речь вернулась в норму. Скорость восстановления почти как у меня, когда я тренировал сильнейшую огненную технику на Духовной Горе.
— Не так уж это серьёзно.
— Нет. В последний раз я чувствовал себя так беспомощно против Старшего Брата Бартера. Даже если полностью высвобожу силу божественного зверя, вряд ли смогу победить.
— Раз так, — ответил я.
Баттерфлай вдруг посмотрел решительно.
— Я передумал. Увидев человека такого калибра, как вы, мне не нужно утруждаться и забирать её с собой.
— Забирать? Ты про Серен?
— Да, — сказал он с лёгкой горечью. — Уверен, вы скрываете силу неспроста, так что я забуду то, что видел сегодня.
Для меня по большому счёту не важно, доложит ли Баттерфлай Бартеру... но пока лучше держать это в тайне. Меньше лишней суеты и назойливых мух.
— Вместо этого могу попросить об одной услуге?
— Попросишь присмотреть за Серен, да?
— ...Верно.
Я так и ожидал. Даже если Бартеру всё равно, я видел: взгляд Баттерфлай на Серен всегда был полон нежности и заботы.
— Хм... ну, она и сама неплохо справляется. Ты же знаешь — она твоя сестра.
— Да, я знаю, но никогда не знаешь, что случится.
Я кивнул. — Я перед ней в долгу не в одном деле. Если ей понадобится помощь — вмешаюсь, но слишком лезть не собираюсь.
— Этого более чем достаточно.
Баттерфлай с облегчением глубоко вздохнул. Тело слегка дрогнуло, когда он поднялся на ноги, готовый возвращаться.
Я хотел ещё немного остаться и подышать ночным воздухом, поэтому снова перевёл взгляд на озеро.
— Тогда, Старший Брат Луан... Раз уж я сама не смогу, присмотри за Серен за меня. Мы ведь сёстры по крови.
С этими прощальными словами присутствие Баттерфлай растворилось вдали. Примерно в то же время луна вышла из-за облаков.
Полная луна.
Лунный свет, ложившийся на озеро, снова обнажил спокойную рябь на воде. Словно время, застывшее, снова пошло.
Я смотрел на озеро, заворожённый отражением яркой луны, как вдруг что-то осознал.
Почти рефлекторно я пробормотал: «...Сёстры?»
* * * * *
* * * * *
На следующий день юные герои Гудспринг были необычно смирны. Они больше не подходили с привычными подколками и не затевали ссор.
Баттерфлай сдержала слово.
— Что с ними вдруг стряслось?
— Что-то случилось...?
— Видимо, игнорировать их было правильным. Раз мы не реагировали, им надоело нас задирать.
Я слышал вздохи облегчения от юных героев Бадникер — наконец-то избавились от стресса из-за выходок Гудспринг.
С другой стороны, некоторые смотрели на меня с подозрением. А именно Гектор, Харон и Серен.
Я встретился с ними взглядом на пару секунд, моргнул и быстро отвёл глаза.
Я цыкнул языком и решил просто не обращать внимания. Объяснять ситуацию было слишком хлопотно.
К тому же мне очень нравилось тренироваться с силой божественного зверя. С тех пор как вошёл во вкус, я здорово продвинулся.
— У тебя необыкновенный талант. При таком темпе ты можешь стать самым молодым в истории, достигшим Вознесения.
Услышать такое от Арджана, который никогда не разбрасывался пустыми комплиментами, ясно показывало, насколько впечатляющим был мой прогресс — даже с учётом преимуществ, данных Лиз.
Кстати, я ещё узнал, как именно меняется моя внешность при трансформации в божественного зверя.
— Помимо глаз, волосы становятся чёрными.
— М-м?
— А кожа приобретает бронзовый оттенок.
— Э-э...
— Эти черты, скорее всего, будут проявляться сильнее по мере роста способностей.
Чёрные волосы, бронзовая кожа и щелевидные зрачки... Забавно, но это в точности черты древних тёмных фей.
Может, я и не превращаюсь в полноценного ящеролюда, но ощущение от перемен явно не самое лестное.
— Жаль, что у меня не выросли рога, как у тебя. Хотя бы выглядело бы круто.
Арджан тихо усмехнулся моему ворчанию.
Так или иначе, время шло без особых событий...
Пока наконец, ровно через неделю после отъезда из главного дома, мы не прибыли в столицу.
***
Когда я был наёмником на Юге, я слышал одну песню так часто, что она до сих пор сидит у меня в голове.
Город зари,
Надежда манит.
Город сумерек,
Даже тьма бежит.
Город завтрашнего дня,
Место, куда я непременно вернусь.
Императорский Город!
О столица —
Вечная и бессмертная, город сумерек и зари...
Эту песню можно было услышать в любой таверне на Юге. Её выкрикивали пьяные барды и наёмники, обнявшись за плечи.
Неудивительно, что песня была там так распространена. Ведь это был Юг — суровейший и опаснейший край Империи. Многие там мечтали об Императорском Городе.
Я был одним из них.
Хотя я и дворянин, в столице я никогда не бывал, и песня будила во мне тайную тоску.
Теперь, увидев столицу своими глазами, я был настолько потрясён, что напрочь забыл песню, которую сотни раз слышал ушами и проигрывал в голове.
— Вау...
— Как же... величественно.
Она, должно быть, больше даже Леса Бабочек, чьи размеры я до сих пор не мог до конца охватить.
Город раскинулся широким кругом вокруг внушительного тёмно-бордового замка. Не зная лучше, я мог бы принять город за целое государство.
Даже с довольно высокого холма не было видно конца города.
Стены были не только невероятно высокими, но и толще всего, что я когда-либо видел.
А сквозь них протекали десятки рек, сплетаясь в захватывающую дух картину, на которую мы смотрели.
Река Сумерек.
Я слышал, что в сумерках она приобретает оттенок прекраснее лучшего вина.
Поскольку самой узнаваемой чертой императорской семьи были багряные волосы, красный считался в этой стране священнейшим цветом, за ним шёл оранжевый — цвет солнца.
Поэтому, хотя Империю представлял Архимаг Семи Цветов, главой был Красный Маг.
Так или иначе, мы спустились с холма и вскоре оказались у входа в ворота великого Императорского Города.
Шёпот.
У входа кишел народ, но мы, разумеется, не пошли в ворота для простых горожан. Ведь большинство из нас — дворяне.
Мы прошли через ворота и ступили в город.
— Я в жизни не видел такой широкой дороги, — с благоговением сказал Эван.
Я понимал его изумление. Хотя карета Бадникер была немаленькой, она спокойно помещалась на этой массивной дороге.
В любом другом городе карета таких размеров привлекала бы взгляды, но здесь на её размер едва обращали внимание.
Правда, несколько человек прошептались, узнав герб Бадникер.
— Там что, праздник? Столько народа!
— Если я здесь потеряюсь, буду блуждать неделю...
— Что это там? Выглядит вкусно...!
— О! Мимо прошёл гигант!
Четверо деревенщин — Эван, Харис, Мир и Пэм — буквально прилипли к окну, разглядывая всё с изумлением.
Знатные дворяне вроде Гектора, Серен, Шарил и Зероса выглядели невозмутимо, словно ко всему привыкли.
Харон поначалу удивился, но быстро потерял интерес.
Что до меня...
— Харис! Убери свою башку! Подвинься хоть чуть! О, та постройка — этажей десять минимум!
Да. Я определённо был в группе «деревенщин».
Что поделать. Как я и говорил, я в столице впервые!
Говорят, когда впервые видишь столицу, голова кружится от того, как много озираешься. Наконец понял, что имелось в виду.
Меня так и подмывало забыть про академию и потратить неделю на исследование города.
Но карета Бадникер, разумеется, мчалась по дороге, оставляя позади кипящую городскую жизнь.
Мы ещё долго ехали по городу.
В конце концов деревенщины отлипли от окон и понемногу успокоились...
[Наследник.]
Впервые за долгое время Боевой Бог дал о себе знать.
[Где это? Я чувствую что-то знакомое...]
В последнее время он, кажется, говорил чаще.
Мы в Императорском Городе,
ответил я.
[Императорский Город...]
Боевой Бог помолчал минуту.
[Тогда... это земля, где покоится Безымянный Король?]

Комментарии

Загрузка...