Глава 164

Не удалось бросить злодея
Спасибо Марии за кофе <3
Периодически был слышен звук
позвякивающих колокольчиков. Бартио Балоксис, стоящий позади Рейнхарда и дающий
ему советы касательно его вопросов, медленно огляделся по сторонам. В комнате
было довольно чисто благодаря владыке, который не забывал убираться каждый
день. По сравнению с предыдущими поколениями владык, которые использовали
Небесную комнату скорее как свалку или свинарник, это было как небо и земля.
Уютно обставленная комната была
чистой, однако большая часть пространства была уставлена столами и забросана
бумагами. Даже атмосфера, царившая в комнате, значительно изменилась с тех пор,
как он был с Валлеттой. Так, по крайней мере, говорили Квилт и Цейлон.
Бартио с любопытством посмотрел на
затылок Рейнхарда. Когда человек, которого, казалось, совершенно не касалась
работа в Волшебной Башне, внезапно справился со всеми своими задачами, Башня сразу
же поднялась с колен. Небесный остров снова ожил, а накопившаяся работа была
быстро разобрана. Владыка даже пришёл к соглашению по давным-давно отложенному
вопросу с Сокором из Императорской семьи. Этот итог был очень неожиданным.
Кунг! Кунг! Кунг! Звук, напоминающий
порыв сильного ветра, заставил Бартио нахмурить брови. Вместе с порывами ветра
к Небесной комнате приблизилась птица, и Рейнхард, который долгое время даже не
отрывал взгляда от бумаг, поднял голову. Он прищурился, посмотрев туда, откуда
доносился звук. Бартио тоже перевёл взгляд.
— ...Разве это не дух ветра?
— Этот невезучий субъект – дух Хозяйки. — тихо пробормотал
Рейнхард.
Бартио, стоявший рядом с владыкой,
нахмурился ещё сильнее. Манера Рейнхарда излагать свои мысли нисколько не
изменилась, хоть он и стал гораздо авторитетнее.
— Какое счастье, что вы уже разобрались с
основными делами.
Бартио всё ещё был очень доволен тем, что
именно ему отдали властный приказ «помочь изучить работу владыки Башни».
Человек, который владел небесами и у которого ничего не было под небесами, попросил
его об одолжении. И всего за три дня Рейнхард освоил большую часть работы, которую
должен выполнять владыка.
Изначально Бартио, несколько
скептически относящийся к своей жизни, осмелился утешать себя тем, что Рейнхард
на совершенно другом уровне. Он ожидал, что Рейнхард будет работать, вечно
срываясь на эмоции, однако владыка оказался более рациональным и принципиальным,
чем могло быть. Он решил все задачи в рамках здравого смысла.
— Помимо всего прочего, нужно подготовить
большое количество волшебных камней для передачи Императорской семье...
Бартио не знал, что затевает Рейнхард,
но считал, что возникшая ситуация была одним из лучших вариантов развития событий.
Человек, которому не на кого было положиться, тот, кто во всём мире признавал
только свою Хозяйку, теперь находился в Волшебной Башне. Более того, он даже
решил немного уступить Императорской семье.
Было довольно сложно разбираться в
проблемах Волшебной Башни и Небесного острова, но благодаря присутствию
владыки, который впервые за много дней надолго задержался в Башне, здесь каждый
день царило праздничное настроение.
— Письмо...? — Рейнхард долго сидел на своём месте и смотрел
на свирепеющего духа ветра, а потом наконец встал со своего места.
Твёрдым шагом он приблизился к ястребу
и легонько постучал по стеклу кончиками пальцев. Окно издало щёлкающий звук и
покрылось трещинами, образовав тем самым небольшое отверстие, в которое мог
залететь Джин. Дух, яростно каркая, влетел в образовавшуюся дыру, в порыве злости
сильно захлопал крыльями, разбросав все бумаги в разные стороны, и бесстыдно уселся
на стол Рейнхарда. Наконец, он поудобнее перехватил письмо и с глухим стуком
швырнул его на середину стола.
Рейнхард, всё это время стоявший в
стороне и наблюдавший за происходящим, сделал шаг в направлении духа.
— ...Сдохнуть захотел? — сказал мужчина
ненасытным голосом.
Джин несколько раз изо всех сил
попытался взмахнуть крыльями, потом с колючим выражением лица взглянул на мага.
Рейнхард молча протянул ему руку, и ястреб снова подхватил письмо клювом, после
чего осторожно положил его ему на ладонь.
— Сам ты невезучий субъект. — зная, что
Рейнхард всё равно не понял его слов, Джин в отчаянии задрал клюв.
Его гордость была уязвлена тем, что
он, великий и непоколебимый дух, должен был пресмыкаться перед этим человеком,
чтобы выполнить свою задачу. Но, честно говоря, он всё же немного побаивался
Рейнхарда.
Маг уставился на письмо, полученное от
Джина. Развернув его лицевой стороной, он увидел написанное на листе бумаги имя
получателя.
[Для Рейнхарда.]
Он слегка улыбнулся, увидев выведенные
на белой бумаге слова, написанные аккуратным почерком. Ласковые слова. Быстро,
будто бы паря над землёй, Рейнхард приблизился к своей кровати, сел на неё и
осторожно, собственными руками, вскрыл конверт.
— Это письмо от мисс Валлетты?
Он уже практически открыл письмо, когда
услышал отчётливый голос Бартио. Рейнхард нахмурился.
— Убирайся, Бартио. Я хочу отдохнуть.
— Могу ли я тоже прочитать письмо?
— Если ты не хочешь лишиться глаз, убирайся
отсюда. — жёстко ответил владыка.
Бартио выглядел мрачнее всех ночных
теней. Ему пришлось замолчать и отступиться.
— Я чуть было не лишился дара речи, — когда дело
доходит до этой девушки, у Рейнхарда стираются все границы. Он испепелил бы
всё, что попыталось бы приблизиться к Валлетте. И теперь его терпение,
которого, в принципе, у него изначально практически не было, готово было
иссякнуть на этом листе бумаги. — Что ж, тогда я схожу за едой и вернусь.
— ...
Рейнхард не ответил ему. Он медленно
достал письмо, но вместо того, чтобы развернуть его, вперил пристальный взгляд
красных глаз в ещё не ушедшего Бартио.
— Я вернусь...
Когда старик исчез, Рейнхард наконец-то
осторожно, двумя руками, развернул сложенное вдвое письмо. Он был похож на ребёнка,
который сильно боялся, что оно может хоть немного помяться.
[Привет.]
Краткое приветствие вызвало нежную
улыбку на губах Рейнхарда.
[Как у тебя дела? Я надеюсь, ты не
создал никаких новых неприятностей.]
Письмо было недлинным, по большей
части состояло из коротких предложений. В основном, она просто написала, что
хотела. На широком листе бумаги было больше неисписанных полей, а слова были
далеки от приятных. Тем не менее, Рейнхард не мог оторваться от написанного,
поэтому каждую строчку он читал два или три раза, прежде чем перейти к
следующей. По его подсчётам, в письме было меньше десяти строк.
По большей части речь шла о том, что у
неё возникла непредвиденная проблема и что он не должен сердиться, с чем бы им
ни пришлось столкнуться. Также она писала о том, что он не должен валять
дурака. Потратив на это короткое письмо более получаса, мужчина, наконец,
опустил взгляд на самую последнюю строчку.
[Я поужинаю с тобой, когда мы со всем
закончим, так что береги наш дом.]
Последнее предложение немного отличалось
по почерку от всего вышеизложенного. Казалось, будто оно было написано после
долгих размышлений. Должно быть, изначально Валлетта намеревалась закончить
письмо гораздо раньше, а эти слова были дописаны позже. Скорее всего, она так сделала
из-за своего характера, потому что совесть взяла над ней верх. Однако это
предложение было таким милым, что Рейнхард некоторое время вновь и вновь
перечитывал эту строчку.
Вроде бы в этих словах не было ничего
особенного. Вроде бы самые обычные слова. Их можно было бы сказать своей собаке.
Но кто ещё посмел бы сказать ему такое? Кто ещё осмелился бы спросить его о его
самочувствии? Кто ещё осмелился бы прервать его, сказав что-то вроде: «Не мешай
мне делать то, что я хочу»?
Мог бы кто-то ещё в этом мире сделать
подобное...?
«Ты обещаешь мне, что у нас будет будущее?»
За всё время его жизни и во всех
воспоминаниях, которые передались ему от других владык Башни, единственным
человеком, который относился к владыке, к Рейнхарду, как к человеческому существу,
не проявляя ни послушания, ни уважения, была только Валлетта Дилайт.
— Дом под надёжной охраной, Валлетта.
Его единственная и неповторимая
Хозяйка.
Рейнхард закрыл глаза, вдыхая запах
чернил, тонко размазанных по бумаге. На миг он подумал, что сможет
почувствовать аромат её тела, но всё перебивал сильный запах чернил.
— Я уверен, что она говорила, что это последний
раз...
У него возникло ощущение, что ему
вновь придётся сдерживаться, ведь этого хотела она. Но почему-то ему не было
противно от этого. Мужчина затаил дыхание.
— ...Скоро.
До даты, когда он решил посетить
Императорский дворец, оставалось всего десять дней.
Он узнал от Каспелиуса про
Потерянность и Лесир. Как он объяснил, всё началось с зарождения магии и
алхимии, а именно с колдовства. Только тогда Рейнхард вспомнил слова Валлетты о
том, что она чувствовала отголоски алхимии в том месте, где явно применили
магию.
Хранитель Башни сказал, что
давным-давно исчезнувшие колдовские заклинания не оставили после себя ни
единого следа. В поколении Каспелиуса ещё существовало несколько документов о
колдовстве, но даже их сейчас было не достать.
— Я и подумать не мог, что чёрная магия
произошла от колдовства.
Когда Рейнхард задал несколько
вопросов, Каспелиус, колеблясь, тяжко вздохнул и покорно дал ответы. Казалось,
что он решил, что раз в данной ситуации замешана магия, значит Башня должна
вмешаться и помочь решить возникшую проблему.
— Значит, во всём виноват этот жук.
Если вы хотите поблагодарить переводчиков и ускорить выход глав (достаточно написать в фио ваш ник и название новеллы), вы можете купить им "кофе" — https://sobe.ru/na/kofe_perevod4ikam_3
Или карта Сбера - 5469 3801 5333 2068

Комментарии

Загрузка...