Глава 7: Эпизод 7

Академия Некромантов и Гениальный Призыватель
Академия Некромантии и Гениальный Призыватель
Глава 7: Эпизод 7
В зале воцарилась гробовая тишина.
«Он что, только что назвал мое имя?» — в голове у Саймона стало абсолютно пусто.
— Ученик Саймон Полентия. Он отсутствует? — снова выкрикнул ведущий.
Саймон сглотнул, в горле внезапно пересохло, и заставил себя встать. Тысяча пар глаз — взгляды всех его сверстников — пригвоздили его к месту.
— Кто это?
— Никогда о нем не слышал.
— Он — первый номер?
Он никогда не бывал в месте, где столько людей, не говоря уже о том, чтобы оказаться в центре такого внимания. Еще раз тяжело сглотнув, Саймон направился к сцене и занял свое место рядом с Серной.
Медленно выдохнув, Саймон попытался успокоиться. Ведущий подошел и ободряюще похлопал его по плечу.
— Не нужно нервничать. Просто прочитай то, что здесь написано.
— Да, сэр. Я понял.
Серна взглянула на него и слегка кивнула. Саймон ответил тем же жестом. Вместе они подняли правые руки.
— Клянемся, — хором сказали они.
Позади них голоса 998 других учеников отозвались эхом. — Клянемся.
— Мы, новые ученики...
— Мы, первокурсники...
У Саймона кружилась голова, пока он шевелил губами. Он понятия не имел, правильно ли говорит и что вообще значат эти слова. Он просто сосредоточился на том, чтобы попадать в такт голосу Серны, изо всех сил стараясь, чтобы его собственный голос не дрогнул под давлением.
И вот так, в самый первый же день, Саймон Полентия приковал к себе всеобщее внимание.
— Черт возьми! Быть не может! «Ты» был особым приемом номер один? — вопил Роуэн, буквально вибрируя от возбуждения, как только Саймон вернулся на свое место.
Саймон заговорил, чтобы объясниться, но плотный график не оставлял времени на разговоры. Их немедленно препроводили в первый лекционный зал. Первый день в школе не давал передышки; занятия начались без промедления.
Саймона распределили в класс А. В первом семестре все первокурсники изучали одну и ту же базовую программу, распределенную по четырнадцати классам. В его классе вначале было более шестидесяти учеников, но он знал, что к концу семестра это число обычно сокращается вдвое, а отстающие классы объединяются или распускаются вовсе.
Войдя в класс, Саймон не узнал ни единой души. Ни Лоррейн, ни Роуэна там не было. Единственным знакомым лицом оказалась Синди Виваче, девушка из книжного магазина, которая весело помахала ему рукой.
— Эй! Особый прием номер один!
Атмосфера была пропитана неловкостью новых начинаний, что позволило Саймону влиться в коллектив без особых проблем.
«Первый урок — курсология», — подумал он, усаживаясь на место ближе к задним рядам. Он достал учебник и поднял глаза, заметив, как несколько учеников, пристально на него смотревших, быстро отвернулись. Он лишь горько усмехнулся и притворился, что ничего не заметил.
Дверь класса распахнулась, и вошел профессор. Когда ученики узнали его, зал взорвался восторженными криками.
— Бахил Амагар!
— Это и правда он!
Слово «некромант» часто вызывало в воображении образы мрачных фигур, прячущихся в тенях и возившихся с трупами. Но это было устаревшее представление. Современный некромант отличался умом, практичностью и стилем — настоящий законодатель моды. На самом деле, теперь уже Жрецы воспринимались как чопорные консерваторы.
И профессор Бахил Амагар был живым воплощением этого нового поколения.
Одетый в безупречный белый костюм с головы до ног, он обладал статью подиумной модели. Он был настоящей звездой — невероятно красив и, несмотря на то, что ему не было и тридцати, уже состоял в элитном отряде Кизена, «Воронах». Для студентов Кизена он был объектом абсолютного обожания.
Бахил одарил ликующих учеников теплой улыбкой и небрежно помахал рукой. Несколько девушек громко ахнули.
— Добро пожаловать, первокурсники, — начал он спокойным и уверенным голосом. — Я Бахил Амагар, и в этом году я буду вашим профессором курсологии.
Зал накрыла новая волна приветственных возгласов. Бахил поднял руки, мастерски призывая к тишине, и положил свою фетровую шляпу на кафедру.
— Проверим посещаемость? Поскольку вы еще не знакомы друг с другом, когда я назову ваше имя, пожалуйста, кратко представьтесь.
Он начал перекличку. — Джейми Виктория.
— Я! Профессор, для меня это такая честь! Я хочу пойти по вашим стопам и...!
Бахил поднял руку, прервав ее игривым подмигиванием. — Ты представляешься не мне, а своим товарищам. Попробуй еще раз.
По классу пробежали смешки. Лицо Джейми вспыхнуло, и она пробормотала, что с нетерпением ждет хорошего семестра.
После ее бурного начала большинство учеников представились стандартно и вежливо. Зная, что лучше не привлекать к себе лишнего внимания, Саймон высказался кратко и просто. Некоторые использовали возможность, чтобы прорекламировать себя для будущих групповых проектов, тогда как другие держались свысока, давая понять, что ждут от остальных подчинения.
— Столько рвения в глазах. Превосходно. — Бахил отложил журнал посещаемости, засучил рукава и подошел к доске. — Теперь приступим.
Мел застучал по доске.
С мелом в руках он вывел слово «Курсология» крупным изящным почерком. На последнем штрихе он нажал так сильно, что мел сломался. Ничуть не смутившись, он взял новый кусок.
— Начнем с фундаментального вопроса: зачем нам изучать курсологию?
С первых же слов Бахил завладел вниманием аудитории. Каждый ученик подался вперед, ловя каждое его слово.
— Кто-нибудь может дать определение проклятию?
Прямо перед Саймоном вскинула руку девушка в очках. — Клаудия Мендес! Проклятие — это форма черной магии, которая ослабляет противника, оставляя мою собственную силу нетронутой!
— Превосходно, Клаудия. — Девушка покраснела от его похвалы.
— Но простое утверждение, что оно «ослабляет» противника, может не совсем найти отклик у некоторых из вас, — продолжил Бахил, расхаживая перед классом. — Хорошо. Давайте представим двух рыцарей с совсем равными навыками. — Он поднял мел, словно меч. — Они начинают яростный поединок, их клинки сталкиваются. Они истощают выносливость друг друга, и каждый ждет, когда другой совершит ошибку, откроется.
Он написал на доске слово «Истощение».
Они обмениваются более чем двадцатью ударами, но никто не падает. Затем один рыцарь в клинче издает утробный рев и смотрит на противника с жаждой убийства. Другой вздрагивает, его лицо бледнеет от ужаса.
Он написал на доске слово «Давление».
— Наконец клинок полосует противника по плечу. Брызжет кровь, и его движения становятся неуверенными. Первый рыцарь медленно, но верно берет верх!
Он написал на доске слово «Кровотечение».
С развитием дуэли доска заполнялась всё новыми словами, каждое из которых было названием проклятия некроманта. Ученики сидели на краешках стульев, их костяшки пальцев побелели. Голос Бахила поднялся до крещендо.
— И наконец! Рыцарь опускает меч, снося противнику голову!
Он опустил руку, и в классе воцарилась мертвая тишина. После долгой драматической паузы Бахил ухмыльнулся и вывел на доске последнее слово: «Рок».
По залу пронеслись благоговейные вздохи.
— Теперь вы понимаете? — спросил он, обводя их взглядом. — Даже самая примитивная, варварская форма боя — простое столкновение оружия — это не что иное, как серия шагов по ослаблению противника и подготовке пути к победе. — Он взял новый кусок мела. — Теперь давайте посмотрим на бой современного некроманта.
Он нарисовал на доске грубого человечка. — Как некромант побеждает этого противника?
Он обвел большим кругом все написанные им слова проклятий, а затем провел одну линию от круга к человечку.
— Мы побеждаем.
— Ох...! — выдохнул кто-то из учеников.
— Среди различных форм черной магии проклятия изящны и просты по своей структуре, что позволяет быстро их применять. Они настолько эффективны, что при минимальных усилиях вы можете полностью дестабилизировать своего врага. — Бахил подмигнул мальчику в первом ряду. Затем, одним легким движением запястья, он сплел и выпустил проклятие «Истощение» менее чем за секунду.
Мальчик охнул и обмяк в своем кресле, не в силах пошевелиться, он широко раскрыл глаза от паники.
Бахил неспешно подошел к нему. — Это, — сказал он, вынимая магический меч из сумки ученика и имитируя удар по шее, — и есть бой современного некроманта.
По классу пронесся гул изумления.
Ученики вскочили на ноги, разразившись приветственными криками. Бахил лишь улыбнулся, слегка поклонился и снял проклятие с мальчика.
— Не знаю, какую специализацию вы выберете, но осмелюсь предсказать, что по крайней мере восемьдесят процентов из вас снова придут ко мне в следующем семестре, — заявил он, возвращаясь к кафедре. — Курсология — очень гибкая дисциплина. Оттачивая собственные таланты, учитесь методично накладывать проклятия на противника всякий раз, когда выпадает возможность. Это будет самым умелым способом достижения победы.
Он сделал паузу. — А теперь перейдем к чему-то более интересному.
Ниже слова «Курсология» он вывел новое.
— Лично я считаю, что курсология — это ядро современной некромантии. Причина этого... — Он написал на доске слово «Жрец». —...в том, что это наиболее умелое средство борьбы с нашим главным врагом.
Он поднял щекотливую тему на самом первом занятии. В глазах учеников вспыхнул яростный соревновательный блеск.
— Итак, вопрос к вам: если у некромантов есть «проклятия», то у Жрецов есть «благословения». Одно ослабляет, другое усиливает. Что ж... — Бахил улыбнулся. — Может ли кто-нибудь из студентов объяснить, что делает проклятие лучше благословения?
В зале воцарилась тишина, ученики обменивались неуверенными взглядами. Наконец поднялась рука. Это была Джейми Виктория, та самая студентка, что заговорила первой во время переклички. Бахил кивнул ей.
— Джейми Виктория. Проклятия превосходят благословения в скорости сотворения! Мы можем быстрее накладывать эффекты ослабления на противника!
— Любопытная теория, — Бахил скрестил руки на груди. — Но неверная. С точки зрения только лишь скорости сотворения, научный консенсус гласит, что благословение Жреца чуть быстрее, так как проклятию нужно сначала пробиться сквозь сопротивление противника.
Джейми разочарованно прикусила губу и села.
— Есть другие идеи?
В этот момент в воздух взметнулась рука. Она принадлежала высокому, крепко сложенному юноше с волевыми чертами лица и густыми бровями.
— Гектор Мур.
— Говори.
— Почти никто не тренируется в ослабленном состоянии.
Ответ был загадочным, но на губах Бахила заиграла широкая улыбка. — Студент. Как тебя зовут, еще раз?
— Гектор Мур.
— Я тебя запомню.
Зал наполнился завистливым шепотом. В классе из тысячи первокурсников быть замеченным профессором — огромное преимущество, ключ к выживанию. А обещание запомнить твое имя было поистине колоссальной удачей.
— Гектор прав, — объявил Бахил. — Всё потому, что ослабляющей магии невозможно противостоять через тренировки. — Он обвел взглядом лица перед собой. — Каждый тренируется в расчете на то, что он находится в пиковой форме. Мерилом мастерства считается то, насколько хорошо человек действует, когда все обстоятельства находятся под его контролем.
Ученики согласно закивали.
— Люди — существа более хрупкие, чем кажутся; малейшее изменение может их сломать. Оторвать руку лучнику, который целится в тебя — не единственное решение. Достаточно вызвать у него конъюнктивит, спровоцировать морскую болезнь, сбить чувство дистанции или просто отвлечь чем-то другим. И стрела, которая должна была стать смертельной, пролетит мимо. — Уголки рта Бахила поползли вверх. — У некроманта есть бесчисленное множество способов ухудшить состояние врага. Но подумайте сами. Когда вы измотаны или у вас крутит живот, тренируетесь ли вы сопротивляться проклятию? Нет. Вы берете выходной.
Несколько учеников хмыкнули.
— Так что запомните следующее, — твердо подытожил Бахил. — Мы должны сосредоточиться не на укреплении самих себя, а на поиске способов ослабить наших противников.
Ученики закивали, их перья неистово заскрипели по пергаменту. Это звучало именно так, как то, что обязательно будет на экзамене.
— Что ж. Теперь настало время изучить проклятие на деле.
Саймон, который до этого делал записи, резко вскинул голову. «Что? Мы будем изучать черную магию на самом первом занятии?»

Комментарии

Загрузка...