Глава 58

Тень императрицы
ГЛАВА 58
Халиф добросовестно выполнял свою работу, поэтому сделки с произведениями искусства, которые он проводил с принцессой Вероникой, осуществлялись непосредственно им. В последнее время имя Халифа как арт-брокера начало понемногу появляться в мире искусства, и его даже посещали художники, которые хотели доверить ему свои работы. Несмотря на потенциальную жадность, парень занимался продажей произведений искусства на уровне, который соответствовал его возможностям. Так что все было прекрасно. За исключением одного человека.
«Я беспокоюсь о Рафаэле.»
На лице Елены отражалось волнение, когда она выходила из центральной библиотеки после своего перевоплощения. Приготовления к уничтожению Великого герцогства неуклонно продвигались быстрее, чем планировала Елена.
Но Рафаэль не мог выйти из кризиса. У него был такой гениальный талант, что девушка верила, что мужчина сможет преодолеть его в любое время. Однако, за исключением тех случаев, когда он учил Елену, он почти не брал кисточку в руки, поэтому она очень волновалась.
Разрушительная сила картин Рафаэля, мастера, открывшего горизонты новой эры, была более ценной, чем любое другое произведение искусства. Можно было подумать, что столь невообразимое влияние всего одной картины на мир – полный абсурд, но реальность твердила обратное.
Разнообразие техник, которые создавал и применял Рафаэль, а также его способность изображать человеческую фигуру перевернули то, что люди знали о живописи. Этот единственный пункт стал мерилом, и это вызвало резкое снижение стоимости картин, которые считались шедеврами.
Это еще не все. Символическое значение одной его работы было еще больше с точки зрения преодоления существующих парадигм. Ученые начали подвергать сомнению социальные нормы, которые они раньше просто молча принимали. Последствия этого распространились на самых низких уровнях статусной системы.
«Почему я должен так жить?» — Это была возможность для постоянно угнетаемых простолюдинов, которые не могли высказаться, выразить свое недовольство.
«Даже сейчас, оглядываясь назад, я не могу поверить, что эффект от одной картины был настолько велик.»
Если бы кто-то сказал такое Елене в прошлом, то она бы фыркнула и рассмеялась. Это всего лишь картина. Но это произошло на самом деле.
Когда девушка добралась до восточной пристройки, она, как обычно, посетила студию.
— Я здесь
Рафаэль, сидевший на стуле, глядя на белый холст, приветствовал ее.
— Вы пришли?
— Почему вы сидите в темноте? Это подвал, сюда не проникает солнце. Вы должны включит свет.
Рафаэль молча улыбнулся. Начиная с этого ворчания, посещение этой девушки - единственное время, когда он улыбается.
— Ну, так немного светлее. А? Вы подстриглись, старший? Вы даже сбрили бороду.
— Я подумал, что немного запустил себя, так что я аккуратно подстригся. Ну как я выгляжу?
На неловкий вопрос Рафаэля, Елена просто кивнула:
— Мило. Девушки будут толпами бегать за вами.
— Приятно слышать лесть.
— Я говорю правду.
— Я думаю, люди - это животные, которые падки на похвалу.
Рафаэль был скромен в своем принятии, но восхищение Елены не было преувеличенным. Мужчина просто не мог понять это сейчас, когда был прикован к студии. Но когда дело касалось внешнего вида, ему почти не было равных. Его прямой нос, ясные глаза и частое использование очков усиливало впечатление образованного человека. Более того, когда он был придворным художником, свободная, ничем не ограненная атмосфера, свойственная людям искусства, обладала странным очарованием, которое привлекало женские сердца.
— Будем ли мы продолжать рисовать то, что не смогли сделать в прошлый раз?
— Да, сэр.
Сидя перед холстом, Елена развернула масляные краски на своей палитре и нанесла их кисточкой. Она пыталась преодолеть свои недостатки, связанные с отсутствием базовых навыков, и развивала свои способности с помощью «копирования».
— Хорошо получилось.
— Я ждала вашего комплимента.
Елена была довольна своей улучшенной внешностью несмотря на то, что она ее нарисовала. Но Рафаэля, казалось, все еще не устраивал получившейся результат.
— Вот здесь. Когда вы раскрашивали, краска слиплась из-за слишком большой нагрузки на ваше запястье. Вы должны нажимать с такой силой, чтобы кисть не давила на холст.
— Это трудно.
— Я сейчас покажу.
Рафаэль обмакнул кисть в краску и провел по холсту. Цвета были настолько явно сопоставимы с Еленой, что предыдущий комплимент казался простой лестью.
— Вот как надо. Люция, если вы потренируетесь еще, то сможете овладеть этим в кратчайшие сроки.
Как и в случае, когда он был придворным художником, Рафаэль родился с природной гениальностью, и он был склонен думать о себе, обучая других. Другими словами, поскольку мужчина так легко овладел основами живописи, благодаря своему таланту, он, естественно, не мог осознать, что другим это может даваться с большим трудом. По этой причине Елена постоянно испытывала беспокойство во время обучения.
— Это сложно. Не могли бы вы еще раз мне показать?
Когда Елена пожаловалась, Рафаэль серьезно ответил:
— Хорошо.
Мужчина тихо подошел к ученице за спину, протянул руку и обхватил ту, что держала ее кисть.
— Я покажу вам не практике, поэтому, пожалуйста, запомните это ощущение кончиками пальцев. Вам просто нужно приложить силу и провести здесь обводку.
— Ах! Мне кажется, я поняла.
— В самом деле? Запомните ощущение и движение кисти... — В этот момент тело Рафаэля затвердело.
Чтобы помочь Елене понять, мужчина, полностью погрузившийся в обучение, внезапно понял, что находится слишком близко к девушке.
— Вот так, верно?
— ...
Когда кончик его носа почти коснулся затылка Елены, распространился тонкий аромат парфюма.
«Я не могу придумать что ответить.»
Как только он пришел в сознание, температура его тела передалась через тыльную сторону ладони, голос, звучавший так близко, словно кто-то шептал, и все другие вещи Елены парализовали чувства Рафаэля, словно замедлив даже время.
— В этот раз я справилась гораздо лучше.
Когда девушка повернула голову и заговорила, тело Рафаэля снова напряглось.
— О, о, да. Я думаю, что так намного лучше.
— Правда? Я так рада!
— ...!
Чем больше взволнованная Елена говорила, тем чаще ее дыхание достигало мужчину. Девушка не осознавала этого, поскольку находилась под влиянием ярких эмоций, но Рафаэль чувствовал себя сумасшедшим, ведь он был полностью в сознании.
— Я-я думаю, теперь вы можете практиковаться самостоятельно.
Рафаэль неестественно встал. Если бы он пробыл бы в прежнем положении еще немного, то его сердце разорвалось бы. Его лицо было красным, словно оно вот-вот лопнет.
— С вами все в порядке?
— Просто здесь немного жарковато. — Рафаэль раскрыл ручной веер. Он хотел успокоиться и скрыть свое смущение.
— Разве? Вроде все в порядке. Может быть, у вас температура?
— Что?
— Ваше лицо слишком красное.
Елена встревоженно встала и коснулась лба Рафаэля.
— ...!
Мужчина снова был в растерянности из-за неожиданного контакта.
— У вас нет температуры.
— В-вам не нужно беспокоиться. Скорее всего, вы должны больше практиковаться. Чтобы ваше тело запомнило движения.
Рафаэль попытался отвлечь Елену.
— Хорош. Тогда я займусь практикой, раз вы говорите, что с вами все в порядке.
Девушке была интересна картина, над которой она сейчас работала. Она умело повторяла мазки кисти, вспоминая ощущения, которые недавно испытала. Ее способности определенно улучшились, а выражение ее лица стало более живым. Тем временем к Рафаэлю тоже вернулось его хладнокровие.
«Господи, не могу поверить, что я поддался эмоциям.»
Глубоко в сердце Рафаэля зародился бутон чувств по отношению к Елене. Однако он не выражал и не показывал их. Ведь так девушка могла чувствовать себя обремененной односторонней симпатией. (п/п: опять любовный треугольник? Ну неет)
Мужчина нервничал, что Елена заметит его смущение из-за непреднамеренного контакта.
«Что, если меня поймают? Тогда что мне следует делать?» — За короткое время сменилось много забот. К счастью, Елена, казалось, понятия не имела, что он чувствовал.
— Старший, смотрите. Получилось определенно лучше, не так ли? О, наверное, у меня есть талант к живописи.
— ...
Рафаэль, с волнением наблюдавший за болтовней Елены, отпустил ее, сам того не осознавая. Радостный вид девушки сиял ярко белым, создавая иллюзию, словно она была незапятнанным ребенком, которого в мире никогда раннее не существовало.
Елена обладала красотой, которую мужчина никогда раньше не видел и не чувствовал. На любом языке, в любом слове Рафаэль не смог бы выразить это неописуемое чувство.
— Ангел.
— Что?
Елена, услышавшая бормотание старшего, переспросила, задаваясь вопросом, не ослышалась ли она. Рафаэль не мог отвести глаз от девушки, как человек, одержимый чем-то. Чувствуя себя обремененной пристальным взглядом, она медленно отвернулась.
«Я не могу поверить, что вижу сейчас смущенного ангела!»
Елена была более чем немного озадачена видом Рафаэля, которого она никогда раньше не видела. Только через некоторое время мужчина, который пристально смотрел на девушку, внезапно заговорил:
— Могу я попросить вас об одолжении?
— Вы столько для меня делаете... Думаю, мне будет трудно отказать вам.
— Я хочу нарисовать портрет мисс Люции.
— ...!
Модель для портрета? Это было настолько неожиданное предложение, что девушка засомневалась, правильно ли поняла его просьбу.
Перевод:
В вк есть перевод до 64 главы включительно 🕷✨️

Комментарии

Загрузка...