Глава 27

Тень императрицы
Тень Императрицы. Глава 27.
— Приветствую принцессу Веронику, меня зовут Мэй.
Ее талия, угол наклона головы и вежливо сложенные руки были так же хороши, как у большинства аристократов.
— Мадам хвалила вас.
— Я не так хороша.
Елена смотрела на смиренную Мэй. Она была неожиданно хрупкой для той, кто, пройдя через все испытания и невзгоды, пытался убить герцога.
— Тебе не интересно? Как ты здесь оказалась.
— Я знаю. Это мадам рекомендовала меня вам.
Она отвечала вежливо. В светских кругах служанки мадам де Фланроуз были хорошо известны. Графиня их обучала лично, так что поведение и манеры у них были на высоте. Мэй предположила, что именно поэтому она пришла в Большой Дом. Учитывая статус великого герцога, Мадам пришлось бы послать самую выдающуюся фрейлину из числа ее служанок.
— Нет. Это я ее попросила. Чтобы она тебя отпустила.
— !.. — зрачки Мэй задрожали.
Она инстинктивно почуяла, что слова Елены были необычными. Но не могла понять ее намерений. Принцесса улыбнулась.
— Что, даже не спросишь, почему я ее об этом попросила? И как я о тебе узнала.
— Вот как. Так это идея леди...
Елена заправила прядь за ухо и многозначительно продолжила:
— Говорят, что у каждого человека есть меч, что спрятан в его сердце.
— Я слишком глупа, чтобы понять, о чем вы говорите.
Прямо как Фланроуз, она принижала себя, но изящно восхваляла Елену. К тому же, скорее всего, она научилась непритязательности. Вот почему многие аристократы жаждали заполучить горничных миледи Фланроуз.
— Ты не понимаешь... Тогда, может, мне стоит угадать, на кого указывает меч в твоем сердце?
— Что вы имеете... — Мэй до конца притворялась, что ничего не понимает. Но ее быстро прервали слова Елены.
— Великий Герцог.
— !..
Сердце Мэй колотилось так, словно готово было вот-вот взорваться. Нервы ее были накалены до предела. Каждое слово казалось ей шипом, который целился в нее. Она не знала, как выйти из этой ситуации, поскольку не ожидала, что подобное может произойти.
Елена в это время спокойно пила чай, улыбаясь ей. У Мэй спина покрылась холодным потом.
«Что мне делать?»
Не важно, как принцесса узнала о ней. Важно было то, что ее раскрыли. Поскольку о ее недобрых намерениях знали, у нее не было и шанса сбежать из особняка живой.
«С моей стороны наивно было думать, что я смогу сюда прийти и затаиться, да?»
Мэй горько улыбнулась. Она наконец-то добралась до дома Великого Герцога, и мысль, что от остального ей придется отказаться, была слишком невыносимой.
«В таком случае, хотя бы леди!..»
В глазах Мэй загорелась жажда мести, когда она подумала, что готова остановиться на полпути. Ее месть не удалась, но она заберет с собой в загробную жизнь его родную кровь, прямо как герцог Фридрих забрал жизни ее родителей.
— Таков твой выбор? — Слова, брошенные Еленой, которая, словно поняла ее настоящие чувства, не остановили Мэй. — Ты что, не пытаешься поймать курицу вместо фазана?
— ...
— Почему бы тебе не использовать меня?
«О чем она там болтает? Неужели и правда предлагала использовать себя, ребенка того, кто убил ее родителей?»
Словно отвечая на ее мысленный вопрос, Елена сказала:
— Есть дети, которые ненавидят своих родителей.
— !..
Елена опустила чашку на блюдце и многозначительно улыбнулась. Мэй долгое время не двигалась, словно очарованная ее улыбкой.
РАЗДЕЛ 5. СУДЬБА, ЗЛО И СОВПАДЕНИЕ.
— Уезжаешь в академию послезавтра? — Великий Герцог Фридрих аккуратно положил вилку и нож и взял бокал вина, немного его покрутил и поднес ко рту.
— Да, отец, — коротко ответила Елена.
Она сидела за длинным обеденным столом слева от герцога. Поскольку это был официальный ужин, на котором присутствовали горничные и шеф-повар, им приходилось вести себя как любящие родственники.
— Ты возвращаешься туда спустя два года. Не будешь отставать?
— Я многому научилась у Лив за это время.
Герцог Фридрих перевел взгляд на Лайбрик, которая сидела справа от него.
— Я просто делала то, что должна была.
Елена прислушалась к разговору, нарезая стейк на небольшие кусочки.
«Ну хоть какое-то время не буду видеть эти тошнотворные лица».
Как правило, студенты академии живут в общежитиях независимо от статуса. Если бы не было особой причины, она никогда бы не столкнулась с великим герцогом Фридрихом или Лайбрик. Но это не означало, что она собиралась расслабиться там. План состоял в том, чтобы воспользоваться возможностью, когда наблюдение Лив исчезнет, и девушка сможет заложить основу для сноса дома великого герцога.
«До выпуска у меня примерно год».
Помимо этого, нужно было проучиться еще два, которые она пропустила, но Елена была исключением из правил. Она могла получить диплом и без этого благодаря тому, что была единственной наследницей Великого Герцога. В конце концов, будет ли ее месть успешной или нет, зависело от того, как она воспользуется этим годом или около того времени.
После обеда Елена и Лайбрик ушли пить чай. Нужно было обсудить вопросы, которые нельзя позабыть из-за суматохи перед ее отъездом.
— Ты уже знаешь, что не так хороша, как остальные, потому что пропустила пару лет. Я сообщу декану, так что выбери еще одну дисциплину и еще один курс.
— Хорошо.
— Я уже говорила тебе множество раз, что не нужно нервничать. Держи голову высоко поднятой. Если возникнут проблемы, не пытайся решить их самостоятельно, а сперва сообщи о них мне. Поняла?
— Хорошо, Лив, не волнуйтесь так сильно. Я справлюсь.
Девушка кивнула в знак согласия. Она старалась сделать вид, что ей можно доверять, но Лайбрик, смотревшая на нее, не могла избавиться от тревоги.
«Ха-а, я бы так сильно не беспокоилась, если бы рядом с тобой находился Лоренс».
Будь она с ним, он, опытный человек, в самом худшем случае взял бы Елену под контроль. Но это было невозможно. Теперь в лучшем случае оставалось полагаться только на доклады Энн, которой досталась роль сторожевой собаки.
— Возьми с собой Энн и Лунарин в качестве своих служанок.
Ее тон был больше похож на приказ. Она считала, что Энн полезна в качестве сторожа, а Лунарин — как опытная старшая горничная.
— Лив, знаете... Энн возьму, но можно ли поменять Лунарин на Мэй?
— Мэй?
— Она обучалась работе у мадам, так что навыки у нее хороши. И она мне нравится, она очень внимательна.
Лайбрик не особенно обрадовалась, но, учитывая дружбу мадам, подумала, что это не так уж и плохо.
«Если возьмешь Энн, то без разницы».
Не имело большого значения, поедет ли Лунарин или Мэй. Со сторожем Энн, женщина могла регулярно получать информацию о действиях Елены, так что этого было достаточно. Лайбрик не стала возражать.
— Если хочешь, возьми Мэй.
— Я знала, что Лив поймет. Спасибо вам. — Елена радовалась оказанной услуге, словно ребенок.
«Я бы и от нее избавилась, но, если буду настаивать на этом, то у Лайбрик возникнут подозрения».
Пока Энн сопровождает ее, действия Елены будут вынужденно ограничены. Придется набраться терпения и ждать. Лучше поискать от этого возможную выгоду.
«Стоит расслабиться — и уже пропустишь все самое важное».
Лайбрик будет думать, что Елена под ее контролем, ведь рядом с ней Энни, поэтому девушка решила воспользоваться образовавшейся трещиной слепой веры своего «охранника».
Выслушав о всех мерах предосторожности, которые необходимо соблюдать в академии, она вернулась в свою комнату.
— Заходите.
Лунарин, Джесс, Энн и Мэй выстроились в ряд. Глядя на них, Елена сказала:
— Энн и Мэй, вы отправляетесь со мной в академию, приготовьтесь.
Губы Энн дрогнули, как будто она призывала к удовольствию. У Мэй было сложное лицо, но по одному ее выражению было трудно догадаться, что она чувствует. Напротив, выражения лиц Лунарин и Джесси, которые не были выбраны, выражали сожаление. Однако это была не та тема, на которую можно было бы жаловаться, так что они проглотили разочарование.
— Всем уйти. Мэй, задержись.
В комнате остались только Елена и Мэй. Елена первой нарушила неловкое и тяжелое молчание.
— Ты решила?
— ...
Елена улыбалась стоявшей перед ней Мэй.
В тот день служанка приняла решение. Она не могла понять, правильным или нет было предложение Елены, которое нарушало здравый смысл и ломало предрассудки.
Елена велела ей уйти, сказав, что даст ей время подумать, и после того, как Мэй вышла из комнаты, она поняла, что дочь отпустила человека, который пытался убить ее отца. Это был неприемлемый шок. Какой ребенок отпустит тех, кто убил их родителей? Если только этот ребенок не ненавидел своих родителей.
«Ненавидит...»
Мэй снова и снова крутила в голове разговор с Еленой. И сегодня Елена хотела услышать от нее ответ.
— Полагаю, ты еще не уверена. Хорошо, мы поедем в академию вместе, так что не торопись. Я подожду.
— ...
— Но запомни. Моя ненависть не уступает твоей. Уходи.
Мэй не пошевелилась, когда ей велели уйти. Она продолжала стоять, словно статуя. Наконец, она разлепила крепко сомкнутые губы.
— ..Я понятия не имею. Я не знаю, что за человек Ваше Высочество. Почему вы так говорите? Почему держите меня рядом? — С трудом связанные между собой слова выдавали растерянность Мэй. Елена улыбнулась ей, сумевшей высказать все, что думала.
— Тебе не нужно спешить. Суди обо мне по тому, что видишь собственными глазами.
Елена ждала, пока Мэй придет сама вместо того, чтобы подталкивать ее. В академии предстояло много работы. Для нее Елене нужен был человек, который станет ее руками и ногами.
Перевод: Nipple

Комментарии

Загрузка...