Глава 5

Тень императрицы
— Благодарю вас за соболезнования. Я не сомневаюсь, что юная леди обрела покой рядом с богиней Гайей. Просто нам, остальным, трудно жить и залечивать боль.
— Вы были близки?
— Да, мы были как сестры. Я всё ещё стараюсь унять боль от потери в своем сердце, и потихоньку восстанавливаюсь. О чём я больше всего волнуюсь, так это то, что её отец за 3 месяца всё ещё не может принять смерть своей единственной дочери.
Чесана с тоской кивнула.
— Каждый родитель вёл бы себя также. Если такое случится с нашей Еленой, мы бы тоже так себя чувствовали.
При словах своей жены, лицо барона Фредерика посуровело, будто он даже думать о таком не хотел. Для родителей, потеря своего дитя несравнима с болью потери всех пяти органов.
— Тот, кто сказал, что в этом мире нет ничего, чего он бы не имел, и ничего, чего он не мог бы попытаться получить, плакал. Он сказал, что если бы он мог хоть раз увидеть свою дочь, то больше ничего не пожелал бы.
— Я боюсь, что это...
— Я знаю, это желание, которое никогда не исполнится. Невозможно воскресить умершего человека, я сама так же думаю. Когда я услышала от торговца о вашей дочери, что живет в другой конце континента, не могла поверить своим ушам.
Глаза Лайбрик были прикованы к Елене. Это был момент, когда запутанная история наконец достигла своей сути.
— Мисс Елена, вы будете его дочерью?
— ...!
Шокированная ее просьбой, девушка не могла вымолвить и слова. У Чесаны была та же реакция. Барон Фредерик никак не реагировал, будто заранее знал всю эту историю. Положив руку на грудь, Елена глубоко вздохнула, и ответила:
— Я даже не знаю, что сказать.
— Я понимаю, что это неожиданно. — женщина откровенно призналась. В то же время она также не забывала грамотно давить на Елену, чтобы принудить её сделать выбор. — Я понимаю, но я тебе это предложила, потому что не хочу, чтобы ты стала наложницей и была несчастной...
— Наложница... — Елена медленно пробормотала. Произнося это, её лицо стало мрачным.
— Я бесчисленное количество раз видела, как плохо заканчивали наложницы дворян. Я бы не хотела, чтобы мисс Елена пошла по тем же стопам, что и они.
Девушка опустила взгляд, сжав губы. Она также не забывала демонстрировать признаки противоречия с помощью сложных выражений лица.
— Уезжай с ней.
— Д-дорогой?
Елена подняла голову, и уставилась на барона Фредерик. Выражение лица отца уже полностью было понятно дочери.
— Я уже видел эту закономерность раньше. Такая разоренная дворянская семья, как мы, даже не смеет говорить. Для тебя будет намного лучше, чем сейчас, ты не будешь ни в чем нуждаться.
— Папа...
— Уезжай. Иди и живи новой жизнью, Елена.
Чесана, которая была смущена внезапным развитием событий, также изменила своё мнение об активной позиции барона Фредерика.
— Да. Делай то, что ты хочешь, милая.
— Мама...
Женщина притворялась спокойной, стиснула зубы, чтобы не разрыдаться. Она думала, что если Елена увидит её слезы, то откажется от светлого будущего, что обещает мисс Лайбрик.
— Мама, папа!
Елена кусала свои губы. Она была разбита горем от искренности своих родителей, которые говорили ей уйти, потому что сами не могли защитить своего ребенка.
— Я думала, что быть наложницей тоже неплохо. Если я всё равно не смогу это изменить, то просто сдамся.
— Елена.
Разбитое сердце Елены, которое осторожно выплеснулось наружу, ещё раз разбило сердце пары. Они думали, что причина, по которой она стала более зрелой в последнее время, заключалась в том, что она приняла реальность, которую не могла изменить, поэтому она чувствовала себя такой жалкой и обиженной, что они не могли этого вынести.
— Я поеду. — В глазах девушки была надежда, что она сможет убежать из этой ужасной жизни. — Как я буду жить, если стану его дочерью?
— Эта жизнь, которую невозможно описать простыми словами. Но я точно могу пообещать, что мир будет крутиться вокруг тебя, мисс Елена. Ты достигнешь всего, что хочешь.
— Всего?
— Всего.
У Елены было растерянное выражение лица.
— Ты можешь менять и носить лучшие платья по несколько раз в день, а также редкие драгоценные камни с севера. И балы, чаепитие, банкеты... Это совсем другая жизнь, поэтому трудно перечислить их по отдельности. Позвольте вас заверить в том, что это определенно выходит за рамки воображения. — Лайбрик преднамеренно всё описала, и пробудила воображение и желании, которые могли возникнуть у молодых умов того возраста. Думая, что Елена, у которой было бедное детство, восхитилась бы жизнью этого аристократического духа.
— Это за гранью воображения...
Девушка, которая на некоторое время потеряла дар речи, притворилась осторожной и произнесла слова о том, что она пытается воспользоваться шансом.
— Могу ли я тогда принять клятву рыцаря?
— Клятва в верности? — Уголки рта Лайбрик растянулись в улыбке.
Наличие почетного объекта среди светских дам было украшением, которое выделяло их и было предметом общей любви. Они часто сопровождали престижных рыцарей на сборища, и эмоциональная борьба между дамами приводила к дуэлям между мужчинами, которые иногда ставили под сомнение их превосходство.
— Я думаю, я знаю, чего хочет мисс Елена. Вы хотите, чтобы рядом с вами был благородный рыцарь как из книги «Песнь Роланда», не так ли?
— Да, это так.
Встретившись взглядом с Еленой, Лайбрик любезно улыбнулась.
— Это привилегия мисс Елены, выбрать благородного рыцаря, для своей защиты.
— Что... правда? — девушка широко раскрыла глаза.
Она выглядела удивлённой и радостной, как будто никогда не ожидала такой благосклонности. В то же время она прибавила сил своей ладони, сжимающей под столом подол её юбки.
«Смотри. Как обещание предоставить мне самой выбрать рыцаря будет сдерживать тебя.»
Она знала, что Лайбрик не сдержит свое слово. Это обещание, которое, так легко дала Лайбрик, в будущем поможет ей во многом.
— Правда. Величайший рыцарь в семье будет иметь честь служить мисс Елене.
— Я так рада, что не знаю, что сказать.
Елена была переполнена радостью. Эта была самонадеянная улыбка в глазах Лайбрика, но девушка не собиралась скрывать восхищение этого момента сейчас. Она желала уничтожить их.
— Но что будет с моими родителями после того, как я уеду? Я беспокоюсь, что виконт может навредить им... — Тревога Елены была оправдана здравым смыслом. Было весьма вероятно, что лорд, с которым она разошлась, потеряет свою гордость и разозлится. — Из-за меня, у вас будут неприятности... Я не могу уехать.
Выражение лица барона Фредерика, который спокойно слушал, внезапно ожесточилось:
— Не стоит беспокоиться. Твой папа позаботится обо всём.
— С нами всё будет хорошо. Просто позаботься о себе.
Елена пропустила мимо ушей слова родителей. Глядя на Лайбрик, она надеялась, что так или иначе та найдет решение. Гостья улыбнулась, словно беспокоиться было не о чём.
— Я уже приготовила место, куда можно будет их отвезти.
— В самом деле? Ха, наконец-то я чувствую облегчение.
Елена почувствовала, как волна облегчения захлестнула ее грудь. Несмотря на то, что она притворялась, её, должно быть, считали почтительной дочерью. Возможно, из-за некой привычки, Лайбрик достала из своей руки дорогой шелковый мешочек, который выглядел тяжелым, и положила его на стол. Когда Чесана открыла мешочек, то сильно удивилась.
— Э-это золото, не так ли?
— Мы будем служить вам без ограничений, но я даю это вам ради мисс Елены, которая беспокоится о вас двоих. Считайте это малой толикой искренности и сохраните его. — Лайбрик улыбнулась, как будто говорила с семьёй, о которой так заботилась.
Елена, которая была удивлена, слегка поклонилась и поблагодарила её за проявленное понимание. Она также никогда не забывала, как выразить свою благодарность улыбкой. Однако хоть её губы и улыбались, но глаза - нет. Лайбрик была женщиной, которая вонзит меч ей в спину, как только она покинет свою семью.
— Нет, мы не заслуживаем это. Заберите это обратно.
— Я не могу это взять. Нет, я не возьму это.
Супруги с серьезным видом размахивали руками.
— Почему вы не можете взять это ради мисс Елены?
— Пожалуйста. — Когда Елена умоляла с серьезным видом, барон Фредерик неохотно согласился.
— Ладно, мы это возьмем.
Только тогда девушка действительно почувствовала облегчение. Это самое необходимое для её родителей, которые будут жить далеко от империи.
Как только беседа в какой-то степени закончилась, Лайбрик вытащила из рукава часы и проверила их.
— Пора возвращаться.
— Мы уже уезжаем? Прямо сейчас?
Лайбрик спокойно ответил на растерянный вопрос Елены.
— Лорд этого места придет сюда с рассветом. Теперь, когда вы приняли предложение, нет причин медлить. Мы должны уехать сегодня вечером. Это единственный способ избежать слежки за границей.
— Это так неожиданно...
В тот момент, когда она посмотрела на Лайбрик, у неё возникло слабое предчувствие, что ей, возможно, придется уехать сегодня. Тем не менее, знание головой и принятие сердцем были разным делом. Насколько острее чувство, когда родителям приходится отпускать своих детей, не имея времени на подготовку?
— Всего один день. Разве мы не можем провести время с дочерью до рассвета. — Чесана также в отчаянии умоляла, потому что ещё не была готова попрощаться со своим ребенком.
— Мисс.
— Я знаю, знаю... Но я не уверена, что могу отпустить её.
— Мама. — услышав слова женщины, Елена расплакалась.
После того, как время обернулось вспять, и она вернулась, девушка знала, что этот день наступит. Потому она хотела разделить многие моменты со своей семьёй, чтобы не осталось никаких сожалений. Елена хотела приятно и счастливо провести время, прогуляться и выпить чаю. Она думала, что всё будет хорошо, но это было не так. Она не могла избавиться от своих давних чувств.
— Мне очень жаль, мэм. Мы уезжаем сегодня вечером. — Лайбрик сразу отказалась, не уступив ни дюйма места.
Она оправдывалась тем, что не хотела, чтобы лорд узнал об этом, но правда заключалась в том, что ситуация с великим герцогом была не так хороша, как она рассказала. Даже в таких обстоятельствах необоснованные слухи подрывали репутацию Вероники. В такой суматохе Лайбрик не могла допустить, чтобы Елена осталась без присмотра.
Перевод: Nipple

Комментарии

Загрузка...