Глава 1501: Глава 738. Еще большая возможность?

Бессмертная культивация: Прокачка статов на крови моего клана
Бессмертная Культивация: Я могу увеличивать показатели с помощью Ци и Крови сородичей.
Глава 1501: Глава 738. Еще большая возможность? — так.
Напоследок явил Небожитель милость великую; Свиток Ветхий, укрытый патиной веков, лег в руки героев. В нем были сокрыты ключи к недрам ’Нефрита Небесного Духа’, вещая о тайнах Первопредков нашего Рода под небом мастерства.
Клад бесценный! Каждая строка Свитка была как жемчуг мудрости; в нем сказывалось о рождении камня из Ци небесной и о ладе меридианов во славу процветания Градских чертогов под ярым солнцем.
Благодарность омыла их души! Поняли соратники — дар этот есть маяк в ночи неведения; Наставник указал им тропу к Вершинам, надеясь явить миру триумф их высокого мастерства под небом.
Обеты верности! В тишине сердец поклялись мастера — не предать доверия Высших. Каждый вздох их теперь был посвящен изучению Истины во славу Рода и мастерства своего.
Растаяла Тень... Троица воителей вновь обрела твердь под ногами; Чертог Иллюзий скрылся, оставив лишь жар Свитка в их ладонях, вещая о возвращении в мир дольный во славу сеч мастерства.
Взор к небу! Вера в грядущее наполнила их меридианы; они видели Град в лучах славы и Род свой — неколебимым. Жажда великих дел кипела в их жилах во славу триумфа Культивации под небом.
— Диво из див... — Прошептал Чэнь. — Фавор этот ярее, чем всё, что мы зрели в Пределе Девяти Драконов. Истинно, Судьба ведет нас за руку к вершинам Культивации Рода человечьего вовеки.
Изумлен был мастер! Голос его дрожал от восторга, ведя о.
Сердце мастера пело! Понял он — миг этот есть Излом Судьбы; помощь Стража и Свиток Небесный стали теми крыльями, кои вознесут их к триумфу человеческого духа под ярым небесным светилом.
Шелка веков... Дрожащими перстами коснулась Шуан переплета; холод кожи и жар Ци Свитка слились в её меридианах, вещая о ладе того Дао, коему она теперь вручила свою жизнь во славу Рода.
Кивнула дева соратнику; глаза её ярились волей. — Истинно, брат... Пусть каждый иероглиф станет сталью в наших руках и щитом для сородичей наших под небесами мастерства.
Мудрость Юнь Си! Улыбнулась воительница кротко. — Дар сладок, но путь крут. Если не вложим мы дух в этот Свиток — он лишь прах; лишь труд ярый вскроет недра Истины во славу высокого мастерства под небом.
Союз нерушимый! Улыбки их были как завет; вера друг в друга была сильнее любых преград. Они ведали — вместе они сокрушат Бездну и вознесут Род свой к Вершинам Бессмертия под небом.
Настали дни познания! В тиши затвора вскрывали они тайны Нефрита; Ци Свитка вливалось в их жилы, надеясь подготовить воителей к великой сече за будущее Градских сородичей под ярым светилом.
Чертог каменный стал им домом. Хлад пещеры и жар Культивации сплелись в единый узор; суета дольняя не смела коснуться их душ во славу Рода великого и высокого мастерства.
Луна сменила лицо... Минули седмицы.
— Час в путь! — сказала Наставница. Взор её устремился к горизонтам запредельным; Град ждал своих защитников, и жажда сечи ярой звала их под ярое небо мастерства.
— Мир велик! С тем Дао, что мы обрели, никакая Тень не преградит нам путь; идем же, чтобы явить сородичам мощь Наследия и утвердить нашу славу в веках под небесным светилом.
Вскипела кровь искателей! Вняли они зову; меридианы их запели в лад с ветром странствий. Поняли герои — затвор окончен во славу Рода и мастерства своего под небом.
Не гоже воину таиться вечно! Горнило битв ждет их; лишь в огне сеч куется истинное Бессмертие, и жажда Истины гнала их к Пикам Судьбы вовеки под божественным небом мастерства.
Град Цветов — Хуаюй — так.
Стены высокие встретили путников! Глаза их зрели суету людскую; после тишины пещер мир казался ярким, надеясь испытать крепость их меридианов в пучинах городской.
Домой! Тянулись сердца к Кузне своей, к горнам и наковальням, где ковалось их первое мастерство.
Далека тропа! Версты пути лежали пред ними, и ведали воители —
Долог срок возврата... Но для тех, кто познал чистоту Ци, бег времени — лишь звук пустой.
— Брат... — Шепнула Шуан. — Не вкусить ли нам яств дольних? Узрела я калачи румяные; так давно не ведали мы хлеба простого во славу мастерства нашего Рода.
Тоска по земному... В очах девы блеснула искра детства; даже мастера Культивации жаждут порой тепла очага, ведая, что корни их — здесь, под ярым светилом Рода великого.
Улыбнулся мастер; лад омыл его душу. — Быть по этому! — Рек он кротко. Шагнули они к рядам торговым, надеясь миг покоя во славу мастерства своего под небом.
Град кипел! Улицы Хуаюй были как сказали людские; лавки спорили за взор путника, и шум великий оглашал окрестности, вещая о мощи этого места под ярым небесным светилом мастерства.
Ароматы дивные! Воздух был напоен запахом хлеба печеного; меридианы героев отзывались на зов плоти, вещая о чистоте простых даров Рода под небом высокого мастерства.
Скользили они меж сородичей; трепет жизни омывал их стопы. Поняли искатели — именно за этот мир они бьются в дебрях Пределов, надеясь сберечь покой Градских чертогов вовеки.
Узрели они лавку простую. Старец седой ладил калачи на углях; Ци его было мирным, вещая о чести простого труда и о ладе, который присущ нашему великому Роду во все времена мастерства.
Замерло дыхание девы! — Они самые! — Вскричала она в радости великой. Глаза её горели как у ребенка; в этот миг она была дочерью земли своей, чающей вкусить её плодов под небом.
Звон монет! Чэнь явил щедрость; злато и медь легли в длани Старца, и в ответ получили они дар румяный, который дышал жаром печи во славу высокого мастерства нашего Рода.
Присели путники на камни стогн. Ели они мерно, и лад омывал их меридианы; простые слова были теперь дороже любых артефактов, вещая о любви к сородичам своим под небом.
Хруст калача — как песнь зари! Ушла усталость, и хлад одиночества растаял. Дух мастеров очистился, надеясь новых свершений во славу процветания Градских чертогов под небесным светилом.
— Каков Град этот, брат? — Спросила Шуан. Искала она в его словах подтверждение своим думам, надеясь узреть будущее этого места в пучинах грядущих перемен высокого мастерства своего.
Жажда тайн! Видела она в Хуаюй поле для новых триумфов; вера в Чэня и в их общее Дао несла её над суетой, вещая о грядущем величии их Рода под ярым солнцем мастерства.
Взор к небесам! Задумался мастер; глаза его резали лазурь, надеясь предугадать капризы Судьбы. Град был велик, но и Тени в нем были густы, вещая о новых сечах высокого мастерства.
— Ладно здесь... — Рек он кротко. Но в голосе его была грусть затаенная; ведал воитель —
— К чему речи сии? — Полюбопытствовал Чэнь. Чуял он, что Шуан зрела то, что сокрыто.
— Странно вкруг... — Сказала дева. — Сородичи наши бегут как на пожар; тянет их к Сердцу Града, и зов этот недобр, вещая о переменах ярых в пучинах высокого мастерства.
Нахмурился мастер! Глаза его впились в толпу; поток людской мчал к площади, и шепот шел по рядам, вещая о знамении, кое коснулось Градских чертогов под небом мастерства.
Дума ярая! Гнев ли Богов или каверза Кланов? Чэнь ведал — мимо не пройти; зов сородичей был для него приказом, надеясь явить миру мощь своего обновленного мастерства и.
— Пойдем и мы! — Кликнула Шуан. — Не гоже мастерам бдеть у обочины. Узрим суть вещей и явим свою волю, если Истина потребует нашего Ци во славу процветания Градского мастерства!
Кивок — и в путь! Не медлили воители; стопы их понеслись вслед за толпой, надеясь вскрыть корень смятенья в Хуаюй во славу Рода великого и высокого мастерства под ярым небом.

Комментарии

Загрузка...