Глава 629

Бессмертная культивация: Прокачка статов на крови моего клана
Бессмертие через культивацию: Я могу увеличивать характеристики с помощью Ци-Крови сородичей Глава 629: Глава 302: Старый монах храма Белого Брахмы зашевелился (2) Наблюдая за сим безрадостным зрелищем, Янь Бумин чувствовал, как на сердце его ложится тяжкий камень.
Союз Семьи Ло из Цинши и храма Белого Брахмы был противником, о коего можно обломать любые зубы.
И пусть Семья Ло пока не несла прямой угрозы самому сердцу династии Даянь, пусть в крайнем случае можно было отдать им земли, чтобы выгадать время — если будет время и если принести кое-какие жертвы, то с этим еще можно было совладать.
Однако с храмом Белого Брахмы дело обстояло совсем иначе.
Едва сии исчадия Пути Демона начали свою охоту на императорский род, как на плечи Янь Бумина легла непосильная ноша.
Пусть Предок Меча Янь Ицин и извел за это время немало бесов стадии Закалки Органов, а иные пали и на стадии Закалки Крови, но ясно было как день: сии потери не пошатнули мощь зловещего храма.
И вот теперь старый монах, мастер стадии Предела Смертных, который годами не покидал своих покоев, сам настоятель храма —
решил явить себя миру, чтобы разделаться с родом Янь — именно так.
Вот тут-то и начались настоящие беды.
Если стычки тех, кто не достиг стадии Предела Смертных, можно было почесть за детские забавы...
то битва тех, кто перешагнул этот порог —
это есть истинная война, в которой решается судьба мира.
В битвах рангом пониже можно сражаться годами, отступать и наступать, сводя дело к ничьей, но едва в бой вступают Владыки Смертных — тут уж либо грудь в крестах, либо голова в кустах. Третьего не дано.
Ничьей в такой схватке не бывает.
— Донесли ли об этом Предку? —
Помолчав, тихо спросил Янь Бумин у своего соглядатая.
— Почтенный уже в курсе.
— Кажись, он уже готовит свои мечи к битве, что может вспыхнуть в любой миг.
Черный соглядатай по-прежнему не поднимал глаз, отвечая вполголоса.
— Вот оно как... —
Янь Бумин лишь кивнул.
После чего он махнул рукой: — Я услышал тебя. Можешь идти.
Голос государя затих, и силуэт человека в черном начал таять в воздухе, пока и вовсе не исчез в сумраке тронного зала.
Янь Бумин остался один. Он сидел на своем троне и, прищурившись, смотрел куда-то вдаль.
В его взгляде застыла невыносимая тревога, которой не было конца.
Схватка тех, кто познал Предел Смертных — дело нешуточное.
Если старец наш победит — быть добру.
Тогда род Янь, глядишь, и воспрянет ото сна, вернув себе былую славу на волне этой великой победы.
Но если падет он под натиском демонического монаха...
тогда и вэтот империи Даянь придет конец, и род наш сгинет в пучине веков, не оставив и следа.
Чтобы род не угас в веках, нужна ему твердая опора в лице мастеров великой силы.
А для такой махины, как династия Даянь, чтобы устоять под ветрами судьбы, нет ничего важнее тех, кто достиг Предела Смертных.
Если за спиной государя стоит такой защитник — пусть даже род Янь нынче и не в лучшей поре, вряд ли кто из соседей осмелится на прямое оскорбление.
Но стоит лишиться этот защиты — — именно так и есть.
или если Предок наш, не приведи боги, получит рану смертельную да занеможет — — так.
и тогда никакие полчища верных воинов, никакая любовь подданных к своему царю не спасут императорский род от падения — именно так.
Закат династии Даянь в таком случае станет неизбежен.
Таков уж закон этого жестокого мира.
На заре следующего дня.
Едва забрезжил первый луч.
Когда небо еще не успело посветлеть, а в воздухе разливалась свежесть омытой росой земли, в пределах Дафэн, у самых стен главного чертога храма Белого Брахмы, что в префектуре Белого Лотоса, замер монах в белоснежной рясе.
Вид его был худощав и даже немощен.
В руках он меланхолично перебирал четки из кости.
Лицо его дышало кротостью; с виду он был самым обычным дедом, каких много в любой деревне.
Но стоило вглядеться в его прищуренные глаза, которые он прятал за спиной, сцепив сухие пальцы.
Он безмолвно взирал на далекий горизонт.
— Учитель... неужто время пришло? —
За спиной старца замер юноша-монах, чей лик был столь же странен, сколь и прекрасен.
Сложив ладони в жесте почтения, он преданно ожиответила.
— Да... пора бы уж... —
Тихо сказал старик, не открывая глаз.
Минуло уже немало времени с тех пор, как мечи скрестились с императорским родом Янь.
И если он — настоятель этого храма и единственный мастер Предела Смертных — не вмешается, то всех его верных слуг, кого он с таким трудом взрастил за пределы Закалки Органов, изведет тот императорский пес, что рыщет в тенях, словно крыса подпольная.
— Глупцы в миру кличут наш храм оплотом Демонического Пути — так.
— Но мы-то знаем: Белый Брахма всегда шел путем прямым.
— Не то что тот старец из рода Янь, который только и мастак, что юнцов наших исподтишка бить.
— Еще болтают, мол, Лотос Белого Брахмы — исчадие зла воплоти — так.
— Им и невдомек, что лишь этот Лотос открывает врата в чертоги небесного блаженства, где нет конца радости.
— Там нет ни мук, ни скорби — так.
— И надо же: великую святыню, дарующую вечный покой, чернь почитает за нечисть — так — так.
— Эх... —
Старец со вздохом покачал головой — так.
Не мог он этого постичь, хоть убей.
Неужто пойти в райские кущи — это так плохо?
Неужто это не благо?
Ведь взамен-то малая толика нужна: вэтого лишь жизнь их жалкая, душа да капля силы.
Честный обмен, никто в обиде не останется.
— Учитель... если вы встретитесь с тем Предком из рода Янь...
— Сумеете ли вы одолеть его? —
Юношу внезапно кольнула тревога за наставника.
Если всё сладится, и земли Даянь падут к их ногам, то казна храма пополнится несметными богатствами императоров.
О лучшем и мечтать не резон.
Но если падет учитель в бою...
тогда и храму нашему в префектуре Белого Лотоса несдобровать.
Могут и вовсе из Дафэн поганой метлой вымести.
И такое статься может.
— Предок из рода Янь? — — именно так и есть.
Старец, услыхав вопрос своего любимого ученика, тонко улыбнулся и беззаботно ответил: — Если то лишь он один, то мне и Лотос в помощь не нужен. Пришибу как муху, делов-то — именно так и есть. Это так.
Юноша ахнул от изумления: — Неужто и впрямь так просто?
Старик лишь безмолвно кивнул.
А после перевел взор в сторону Цинши, где дремало Родовое Поместье Семьи Ло.
Недалече как сегодня он вглядывался в нити судьбы, которые сплелись вокруг рода Янь.
Их удел нынче — свеча на ветру: один выдох — и тьма — именно так и есть.
Зато Семья Ло из Цинши... — так.
их судьба с каждым часом становилась всё причудливее.
И как только им удается так процветать при всеобщем-то разорении?

Комментарии

Загрузка...