Глава 4

Молодой господин — предначертанный злодей
До Зена дошло, и он тихо пробормотал: «А, ясно. Как раз в это время они узнали о моих делишках и... увлечениях».
Сводная сестра бросила на него презрительный взгляд, но он ответил мягкой улыбкой — той самой, что выбила из колеи горничную Мари. На лице сестры мелькнуло замешательство.
Сестра Зена в романе была потенциальной любовницей протагониста, но всегда сохраняла нейтралитет в конфликте между Зенриксом и Эдвардом. У неё были смешанные чувства к Зену, ведь он был её братом.
Пусть они и не родные по крови, и пусть она испытывала к нему отвращение — они всё-таки выросли вместе. Их воспитывали одни родители, и она была благодарна семье Зена за то, что приняли её как родную.
Первой подошла Элль и крепко обняла сына — она волновалась о его душевном состоянии. Элль обожала его и частенько баловала.
Пока она обнимала Зена, раздался низкий голос Ранделла: «Прежде чем мы пойдём ужинать, нам с матерью нужно кое-что у тебя спросить, сынок».
Элль отстранилась и посмотрела ему прямо в глаза.
«Зен, — строго спросила она, — объясни мне, почему ты творишь всё это? Мучаешь животных и подставляешь сестру?! Ты не находишь, что перегибаешь палку?»
Это был переломный момент в жизни Зена. Он никогда раньше не получал нагоняй — в десять лет он ещё не врубился, как устроен мир.
В романе после этого выговора он начал орать на родителей, и отец его отлупил.
Несложно догадаться, что было дальше. Снежный ком ненависти рос и рос.
Пока его не отвергли, и он не встал на путь злодея — вступил в тёмные организации и так далее. В итоге его прикончил протагонист.
Зен понимал логику поступков прежнего владельца тела — тот был жалок. Одинокому человеку так легко накрутить себя тем, что о нём думают другие. А потом со страху или от злости начать играть роль злодея.
Но теперь всё будет иначе. Раз уж он здесь — использует мощь, богатство и влияние семьи, чтобы размазать этого лицемерного протагониста.
В комнате повисла тишина. Фиона, Ранделл и Элль смотрели на него, терпеливо ожидая ответа.
Зен заговорил твёрдо, умело смешивая правду с ложью: «Мам, пап, извините, если я что-то делал не так. Но насчёт мучения животных — кто это сказал? Это был просто зверь из Сумеречного Леса, которого я приказал поймать».
«Я хотел потренировать навыки в бою со зверями. Заодно изучал их слабые места, чтобы знать, как с ними справляться. Поэтому и вскрывал его».
«Горничных, которые распускают такие сплетни, надо наказать».
Ранделл задумался. Раньше он считал сына трусом — тот, казалось, предпочитал мучить беззащитных, а не сражаться с достойными противниками.
Но когда услышал ответ, он широко раскрыл глаза от удивления — а затем громко, раскатисто рассмеялся. Смех прокатился по поместью. Охранники и горничные замерли — они уже слышали похожий смех Зена раньше, и это их нервировало.
Все сразу почуяли: что-то сейчас произойдёт.
Ранделл довольно улыбнулся: «Отлично! Отлично! Так вот оно что. Мы неправильно поняли. Немедленно казню всех горничных, которые оклеветали тебя и ввели нас в заблуждение».
Зена это не удивило. Он прекрасно знал безжалостный и деспотичный характер отца, который проявлял мягкость только к членам семьи.
Пока Ранделл размышлял, Фиона и Элль тоже были удивлены. Взгляд Фионы на Зена смягчился.
Фиона пробормотала себе под нос: «Честно говоря, мне не нравился этот брат из-за слухов о его увлечениях, но, похоже, это было просто недоразумение». Она вздохнула с облегчением.
Из-за того, что её семью уничтожили, Фионе пришлось повзрослеть раньше времени. Трагическое прошлое заставило её мыслить как взрослую.
Она была благодарна родителям Зенрикса. Они не только дали ей приют, но и отомстили за её семью — уничтожили весь род Маркиза, виновного в гибели её близких, а организация, которая была замешана, потеряла половину своего влияния.
Детские истерики Зена на семейных встречах её не трогали. К тому же раньше они неплохо ладили — целый год играли вместе, когда им было по шесть.
Она возненавидела брата только из-за его сомнительных хобби. А ещё потому, что он её подставил.
Зен наврал родителям, что во время её визита она тайком подсыпала ему что-то, и он неделю проболел. Полная чушь. Но её всё равно отругали.
Это вызвало у неё отвращение к брату. Теперь хотя бы одно недоразумение прояснилось — с «пытками животных». На деле это был просто зверь, которого вскрывали в учебных целях.
Она с нетерпением ждала объяснений насчёт ложного обвинения в отравлении. Надеялась, что и это окажется недоразумением, хотя сомневалась — его мотивы были очевидны.
Но она всё ещё надеялась, что они смогут вернуться к тем временам, когда им было по шесть. Её единственное желание сейчас — чтобы семья снова стала дружной.
Элль тоже почувствовала облегчение, когда услышала его ответ. Но продолжила: «А что насчёт твоей сестры? Почему ты так с ней поступил?»

Комментарии

Загрузка...