Мейбел резко повернула голову к Этель.
Взгляд Этель, полный радости, был устремлен на Карлайла.
— Почему вы пришли только сейчас? Я так долго вас ждала.
Она капризно жаловалась, и на её лице вот-вот готовы были проступить слезы.
Карлайл, застывший как изваяние, лишь смотрел на неё своими глубокими синими глазами, так похожими на глаза Этель, и не мог вымолвить ни слова. В этот момент Этель крикнула Беттине:
— Эйда, быстро иди и приведи Карлайла. Дедушка пришел!
Все, кроме Этель, затаили дыхание. Жизнерадостный чарльстон, доносившийся из радиоприемника, казался чужеродным в этой удушающей тишине.
Этель, цокнув языком, перевела взгляд на Беттину.
— Эйда, что ты стоишь... Беттина? Почему ты здесь...?
Её выцветшие голубые глаза в замешательстве оглядели Карлайла, Мейбел и Беттину.
Как только её взгляд снова остановился на Карлайле, её грудь под блузкой начала тяжело вздыматься. С бескровных губ сорвался дрожащий голос:
— ...Карлайл?
Это был предвестник приступа. Мейбел незаметно подала знак глазами, и Беттина, едва заметно кивнув, выхватила из аптечки пузырек с лекарством.
Мейбел с грохотом захлопнула широко открытую дверь кухни и прислонилась к ней спиной, словно преграждая Карлайлу путь. В голове помутилось, а сердце подскочило к самому горлу. Казалось, её поймали на месте преступления. Но сейчас важнее всего было успокоить Этель.
— Мисс Ланкастер, вы ошиблись. Джентльмен за дверью — мой муж. Мы недавно поженились, но я совсем забыла вам сообщить. Видимо, он забыл, что мужчинам сюда вход воспрещен, и пришел за мной.
Этель, тяжело дыша, переводила взгляд с Мейбел на закрытую дверь. Джаз в радио сменился на более медленный темп. Беттина с пузырьком в руках бесшумно подошла к Этель со спины.
— Вот, — вдох, — как?
Мейбел, обмениваясь взглядами с Беттиной, следила за состоянием Этель. Благодаря быстрой реакции, кажется, приступа удалось избежать.
— К сожалению, меня ждут, так что на сегодня мне пора.
Этель, прижимая руку к сердцу, попыталась улыбнуться.
— Поздравляю со свадьбой, мисс Дарлингтон. Ах, как мне теперь вас называть...?
— Называйте меня Мейбел.
— Тогда и ты называй меня Этель. Еще увидимся, Мейбел.
— Да, Этель. Пусть мир пребудет с вами до нашей следующей встречи...
Оставив Этель и Беттину позади, Мейбел взялась за дверную ручку. Её пальцы мелко дрожали. Она так боялась реальности, которая ждала её снаружи, что предпочла бы навсегда остаться в «Санатории Силаса».
Крепко зажмурившись и снова открыв глаза, Мейбел медленно толкнула дверь.
Кухня была пуста.
Тихо закрыв дверь, она теперь уже прислонилась к ней с этой стороны, пытаясь выровнять дыхание.
Люди из семьи Дарлингтон считали Артура позором и пытались его спрятать. Наверняка Карлайл чувствует то же самое.
Но она верила: если она расскажет, как нашла Этель, и искренне признается в своих чувствах, он поймет. Она была готова разделить с ним бремя его тайны.
Мы супруги, мы семья, которая проведет вместе всю жизнь. Этель теперь и моя семья тоже. Не нужно бояться. Мне стоит извиниться за то, что я пришла сюда без разрешения, но в том, что я заботилась о ней в его отсутствие, нет никакой вины.
Бормотала Мейбел, убеждая саму себя.
Расправив плечи, она медленно спустилась по потайной лестнице.
Карлайл ждал её в кладовой на четвертом этаже. Когда она открыла фальшивую стену и вышла, он, стоявший у окна со скрещенными на груди руками, медленно обернулся.
Их взгляды встретились. Мейбел первой отвела глаза. Она решила начать с извинений.
— Простите, Карлайл. Мне следовало сказать вам раньше. Пока вы были в командировке...
— Не могли бы вы пройти со мной в кабинет? Это не займет много времени.
Карлайл безжалостно оборвал её и открыл дверь кладовой.
Мейбел моргнула, пытаясь угадать его настроение.
Он с безучастным лицом жестом указал ей на выход, словно ничего не произошло. Его манеры были чересчур безупречными, напоминая об их первой встрече.
Она ожидала, что он разозлится из-за того, что она рылась в его тайнах, но его реакция была иной. Ей следовало бы почувствовать облегчение, но почему-то тревога только нарастала.
Они шли до кабинета на третьем этаже в полном молчании. Войдя внутрь, он слегка отодвинул стул напротив своего стола.
— Присаживайтесь. Мне нужно кое-что вам сказать.
Когда Мейбел села, он достал из ящика стола пачку документов и протянул ей. Растерянная Мейбел приняла их, недоуменно глядя на мужа.
— ...Что всё это значит?
Карлайл указал на верхний лист.
— Первое — это трастовый сертификат. Пожизненный траст, согласно которому на ваше имя ежемесячно будет выплачиваться определенная сумма до конца вашей жизни.
Не дожидаясь ответа, он указал на следующий документ.
— Это акт передачи недвижимости. Кап-А-Шю переходит в вашу собственность.
Глаза Мейбел округлились. Она слышала о мужьях, дарящих женам драгоценности, машины или мебель, но никогда не слышала, чтобы жене отдавали целую виллу.
— Кап-А-Шю... мне? Зачем...?
Потеряв от растерянности дар речи, Мейбел задала вопрос, и лишь спустя секунду добавила:
— Я благодарна за вашу щедрость, но это слишком много. Почему вы вдруг даете мне всё это...?
Карлайл не ответил на её вопрос и продолжил деловым тоном:
— Всё, что было подарено вам за время нашего брака, принадлежит вам. Вы вольны распоряжаться этим по своему усмотрению. Кроме того, в качестве суммы соглашения я закрепил за вами квартиру на Парк-авеню и регулярные выплаты на содержание.
Что-то было в корне не так.
Казалось, он вызвал её в кабинет вовсе не для того, чтобы отчитать за самовольное поведение.
— Сумма соглашения? О чем вы говорите...?
— Можете считать это алиментами при разводе.
— Что? Но алименты выплачиваются между разведенными супругами...
Мейбел осеклась. Её лицо мгновенно стало белым как полотно.
Карлайл, сцепив пальцы на столе, смотрел на неё с лицом-маской. В его ледяных синих глазах нельзя было прочесть ни единой эмоции.
Заботливый и внимательный муж, которого она знала всё это время, исчез. Она словно столкнулась с его истинной, пугающей стороной.
Мейбел тупо смотрела на два листа бумаги перед собой.
Когда же он успел всё это подготовить?
— Для вас аннулирование брака будет лучше, чем развод. Доказать отсутствие фактических супружеских отношений будет несложно. Ваша репутация немного пострадает, но для повторного замужества этот вариант гораздо выгоднее.
Аннулирование брака. Повторное замужество.
Мейбел покачала головой. Дыхание перехватило, а под ложечкой болезненно заныло.
Карлайл произносил эти сокрушительные слова без тени волнения. Его манера давать советы как третье лицо, а не как участник событий, его тон, будто выбор остается за ней — всё это казалось еще более жестоким.
Неужели вера в то, что его сердце понемногу открывается мне, была лишь иллюзией?
Карлайл, в чьих глазах при взгляде на Мейбел всегда теплилась искорка тепла... Мужчина, который на пирсе, едва увидев её, так страстно поцеловал... Она и представить не могла, что его взгляд может так похолодеть.
Неужели всё это из-за того, что она навестила Этель без его разрешения?
Мейбел вдруг вспомнила свой детский кошмар. Сон, в котором дядя и тетя выгоняют её из дома Дарлингтонов, говоря, что им не нужен непослушный ребенок.
Чтобы её не бросили, она отчаянно подчинялась и жила как «хорошая девочка». И только встретив Карлайла, она впервые шагнула в свободную жизнь.
Неужели этот глоток самостоятельности стал для неё ядом? Стоило ли ей оставаться такой же благопристойной и покорной куклой, какой она была в доме Дарлингтонов?
Ей стало невыносимо горько.
— Барон, я виновата в том, что сама пришла к вашей матери. Я и в мыслях не могла допустить, что это... что это станет такой большой проблемой. Я обещаю, что впредь никогда, никогда не пойду туда без вашего разрешения.
Мейбел высыпала ворох извинений дрожащими губами, словно моля о пощаде.
Карлайл молча смотрел на неё, а затем издал короткий, тяжелый вздох, полный досады. Это была единственная эмоция, которую он проявил с момента их входа в кабинет.
— Нет нужды поднимать эту тему. При оформлении документов вам нужно будет подписать соглашение о неразглашении тайны. Детали позже передаст адвокат.
С этими словами Карлайл поднялся.
— Барон, подождите! Я...
— Мадмуазель Дарлингтон.
В тот момент, когда Карлайл оборвал её, назвав девичьей фамилией, сердце Мейбел разлетелось на куски. Она не могла произнести ни слова, лишь беззвучно шевелила губами.
— Выберите между разводом и аннулированием брака, и мы будем двигаться в этом направлении. Вы можете оставаться здесь, пока не будет готова квартира на Парк-авеню.
Он отвесил ей подчеркнуто вежливый поклон.
— Что ж, надеюсь на ваше благоразумное решение.
Карлайл удалился размеренным, четким шагом. Вскоре послышался звук закрывающейся двери.
Мейбел закрыла лицо руками и разрыдалась, больше не в силах сдерживать слезы.

Комментарии

Загрузка...