— Согласен. В этом году квота изначально предназначалась для У Шэна.
Старейшины один за другим выразили свое согласие.
— Что вы имеете в виду? — спросил Первый старейшина, обводя их взглядом.
— Мы надеемся, что Первый старейшина пойдет навстречу У Шэну, — ответили они.
Первый старейшина молчал, погрузившись в раздумья.
— Эх, оба парня обладают завидным талантом. Жаль, что глава секты сейчас в отъезде, а у нас в распоряжении лишь одно место. Приходится жертвовать одним из них, но место во внутреннем круге — это тоже неплохо, своего рода закалка, — спустя долгое время он тяжело вздохнул, и в его глазах читалось искреннее сожаление.
В зале снова воцарилась тишина.
— Если Первый старейшина считает это решение не совсем верным и опасается недовольства учеников, мы могли бы попробовать компенсировать Цзы Чэню это упущение, например, очками вклада, — тихо предложил один из старейшин.
После долгих обсуждений Первый старейшина кивнул:
— Пусть будет так. Завтра старейшина У объявит об этом решении от моего имени. Выделите ему двадцать очков вклада.
Очки вклада в секте Линву предназначались исключительно для учеников внутреннего круга. Один балл можно было обменять на одну пилюлю восстановления ци, а два — на одну пилюлю истинной ци.
Пятисотлетний корень снежного женьшеня, если переводить его в очки вклада, стоил всего двадцать баллов — ровно столько, сколько требовалось для получения десяти пилюль истинной ци.
— Слушаемся, Первый старейшина мудр, — кивнули остальные.
Первый старейшина поднялся и вышел, следом за ним потянулись и остальные.
— Цзы Чэнь, ты сегодня заставил меня так опозориться, хм... — Второй старейшина, который все это время улыбался, провожая коллег, вдруг одарил пространство ледяным взглядом. Сегодняшний поклон стоил ему слишком многого, и этот должок он записал на счет Цзы Чэня.
В ту ночь Цзы Чэнь долго не мог уснуть, терзаемый тревогой.
На следующее утро на той же высокой платформе уже собралось множество учеников. Всем не терпелось узнать, каким будет решение по вчерашнему инциденту.
Здесь было немало ребят, у которых не было влиятельных покровителей. Если сегодня не будет дано внятных объяснений, это разочарует очень многих.
Появился У Шэн. Раздались приветственные крики, но их было гораздо меньше, чем вчера. Некоторые ученики и вовсе смотрели на него с холодным презрением.
У Шэн сохранял невозмутимость. Он прошел к краю платформы, где уже ждали старейшины. Первого старейшины среди них не было, а в центре восседал Второй.
Увидев, что место во главе стола занял Второй старейшина, У Шэн едва заметно усмехнулся.
— Какая наглость, только и знает, что кичиться связями, — с негодованием фыркнула неподалеку Линь Сюэ. Мяо Кун промолчал, но в его глазах застыла печаль.
Появление старейшин в таком составе уже говорило само за себя.
Вскоре показался Цзы Чэнь. Толпа взорвалась овациями, причем намного громче, чем вчерашние выкрики. Ликовали те, у кого не было покровителей — они практиковали лишь второсортные техники, и вчерашняя победа Цзы Чэня стала для них поводом для гордости.
В то же время, победа Цзы Чэня над противником, использовавшим технику второго класса, подарила им надежду.
Цзы Чэнь встал рядом с У Шэном. После бессонной ночи он выглядел изможденным, но, увидев наверху Второго старейшину, внезапно успокоился.
В его сердце уже созрела догадка.
Покровители, значит? — Цзы Чэнь горько усмехнулся про себя. Оставалось только принять реальность. Он утешал себя тем, что первое место — это тоже неплохо.
— Вчера из-за непредвиденных обстоятельств мы не смогли распределить места, за что я приношу свои глубочайшие извинения. После ночного обсуждения мы, старейшины, руководствуясь принципами справедливости и беспристрастности, оглашаем следующий рейтинг, — начал свою речь Второй старейшина.
— Первое место — Цзы Чэнь! — как только слова слетели с его уст, толпа взорвалась ликующим гулом.
— Второе место занимает У Шэн, потерпевший досадное поражение. Увы, он просто случайно оступился и упал с арены, — продолжил старейшина.
На этот раз аплодисменты были куда слабее, а кое-где послышались свист и неодобрительный гул.
Услышав это, У Шэн и Второй старейшина заметно помрачнели.
— Третье место — Линь Сюэ. Четвертое — Мяо Кун! Пятое — Ван Сюн! Шестое — Кэ Сюэ! Седьмое... десятое — Лу Бэнь!
Список был оглашен, и шум в толпе утих, но никто не расходился. Впереди ждало главное событие.
Кто же удостоится чести стать основным учеником?
Еще вчера все без колебаний назвали бы имя Цзы Чэня, но после событий вчерашнего дня и сегодняшнего утра уверенности ни у кого не осталось.
— Что ж, с местами покончено. Надеюсь, вы, десятка лучших, добьетесь еще больших высот. А теперь пришло время объявить, кто же станет основным учеником.
Под жадными взглядами толпы Второй старейшина посмотрел на Цзы Чэня и с одобрением произнес:
— Если не случится ничего непредвиденного, то это будет Цзы Чэнь.
— У-у-у!
Толпа загудела, волна за волной накатывали возгласы одобрения. Люди решили, что выбор сделан в пользу Цзы Чэня. Но как только большинство приготовилось ликовать, старейшина добавил:
— Однако!
Одно это слово заставило толпу мгновенно замолкнуть. Все впились глазами в оратора.
— Однако, после ночного обсуждения, сопоставив силу, возраст и уровень истинной ци, мы пришли к выводу, что есть кандидатура, подходящая больше.
В толпе замелькали разные взгляды: жалость, насмешка, презрение и злорадство.
Сердце Цзы Чэня екнуло, но, будучи готовым к такому повороту, он не подал виду.
— Этот человек моложе Цзы Чэня, обладает большей силой, а его истинная ци и боевые навыки значительно превосходят показатели Цзы Чэня, — взволнованно провозгласил Второй старейшина. — Наш гений У Шэн становится основным учеником!
Толпа начала ликовать — это были те, кто хотел выслужиться перед У Шэном. Свист прекратился: раз старейшины приняли решение, У Шэн стал основным учеником, и никто больше не осмеливался перечить ему.
Те, кто сегодня не присоединился к общему восторгу, косвенно выказали поддержку Цзы Чэню.
Махинации старейшин были настолько очевидны, что все всё понимали, но никто не обладал достаточной силой, чтобы возразить.
Цзы Чэнь оставался спокойным. Эту сцену он проигрывал в мыслях сотни раз еще вчера.
Речь Второго старейшины не была окончена. Поздравив У Шэна, он обернулся к Цзы Чэню:
— Цзы Чэнь, твой талант выдающийся, но место основного ученика лишь одно. После долгих раздумий мы решили выдать тебе компенсацию.
Цзы Чэнь удивленно поднял голову. Ученики, которые до этого мысленно проклинали старейшин за их ночные совещания, также с любопытством уставились на них.
Завладев всеобщим вниманием, Второй старейшина добавил:
— Мы решили выплатить Цзы Чэню компенсацию в размере десяти очков вклада.
Десять очков — это пять пилюль истинной ци. Небольшая компенсация, которая по сравнению с местом основного ученика казалась каплей в море.
— Цзы Чэнь, чего же ты медлишь? Благодари! Я с таким трудом выбил для тебя эту награду, — недовольно бросил старейшина, заметив, что парень стоит без движения.
Цзы Чэнь опомнился и поспешно поклонился:
— Благодарю Второго старейшину, благодарю всех старейшин, благодарю секту Линву за заботу.
Старейшины остались довольны его ответом. Рядом У Шэн усмехнулся, и в этой улыбке было столько презрения.
Есть талант, но нет покровителей — толку от этого ноль.
Экзамен внутреннего круга подошел к концу. Кто-то радовался, кто-то горевал. Многие поняли суровую реальность: награда за первое место и статус основного ученика изначально предназначались У Шэну, но воля случая привела к победе Цзы Чэня.
Он был достаточно силен и талантлив, но отсутствие связей лишило его места в элите.
Более того, никто не знал, что положенная Цзы Чэню компенсация составляла двадцать очков, а не десять.
Ван Сюн злорадно усмехнулся, в его глазах промелькнула жажда убийства. Он уже начал просчитывать, как покончить с Цзы Чэнем.
Су Мэнъяо ушла, она предвидела такой исход. Чэнь Фэн тоже удалился.
— Цзы Чэнь, ты как? Не унывай, мир устроен именно так, — Мяо Кун подошел к нему и похлопал по плечу в знак утешения.
Цзы Чэнь лишь слабо улыбнулся.
Линь Сюэ подошла с покрасневшими глазами. Она хотела вступиться за него, но была бессильна — даже Су Мэнъяо ничего не смогла сделать, что уж говорить о ней.
Старейшины разошлись, пришло время получать награды.
Пять пилюль истинной ци, одна техника первого класса, десять очков вклада... При мысли о награде на душе у Цзы Чэня стало чуть легче.
— Идем, получим причитающееся, — сказал Мяо Кун.
Цзы Чэнь кивнул, и они втроем направились к цели.
В месте выдачи наград, огромном дворе с многочисленными многоэтажными павильонами, уже собралось около десятка человек. Кто-то пришел обменять очки вклада, кто-то, как и Цзы Чэнь, — за наградой.
При виде Цзы Чэня люди начали переглядываться, на лицах читалось странное выражение.
В этот момент из здания вышел У Шэн. Увидев Цзы Чэня, он усмехнулся:
— Какая жалость. Место основного ученика уплыло. И что толку от твоей силы? Нет связей — ты пустое место.
В глазах Цзы Чэня сверкнул холодный блеск, он впился взглядом в У Шэна. Мяо Кун молчал, его лицо было непроницаемым, словно он давно видел всех насквозь.
— Хм, кичишься тем, что за твоей спиной старейшины? Ничего особенного. Имея шестой уровень ци и технику второго класса, ты не смог одолеть Цзы Чэня, не знаю, чем тут хвастаться. Будь я на твоем месте, я бы не высовывалась, чтобы не позориться, — фыркнула Линь Сюэ.
— Ах ты... — У Шэн мгновенно помрачнел. Линь Сюэ ударила по больному: даже став основным учеником, он понимал, что насмешек не избежать.
— Цзы Чэнь, наш разрыв будет только расти. Молись, чтобы мы не встретились наедине, иначе тебе не поздоровится, — У Шэн снова переключился на Цзы Чэня.
— Верно, разрыв будет расти. Сегодня ты проиграл, и в следующий раз будет то же самое. Если доведется сразиться вновь, я не буду сдерживаться. Интересно, если я убью тебя, найдется ли еще кто-то, кто поспорит со мной за место? — ледяным тоном ответил Цзы Чэнь, после чего развернулся и решительно зашагал вперед.
— Вот это да, парень не знает страха, дерзит основному ученику, смертник, — донеслось из толпы.
— Уступил место, теперь злится, но слабым не положено проявлять недовольство. Цзы Чэнь обречен.
— В основном круге секта будет вкладываться в него по полной, пилюли без ограничений до самого уровня Сяньтянь. Разрыв между ними станет непреодолимым.
Вокруг шушукались, но Цзы Чэнь уже не слушал.
Перед ним стоял молодой человек в белом — ученик внутреннего круга, чью силу Цзы Чэнь не мог определить.
— Почему только четыре пилюли истинной ци и восемь очков вклада? — спросил Цзы Чэнь, глядя на него с гневом. — За первое место положено пять пилюль, а компенсация — десять очков. Где остальное?
Вокруг собрались зеваки.
— Парень, не возникай. Тут такие порядки. Брат Ло Мэнь выдает очки не из личного одолжения...
— Именно, ты что, думаешь, это благотворительность? Брат Ло Мэнь просто забирает свое вознаграждение.
Окружающие пытались вразумить его, называя это «вознаграждением», хотя на деле это был обычный грабеж.
Опять обчистили, — внутри Цзы Чэня бушевал огонь.
— Только так, — холодно отрезал Ло Мэнь.
Подобные поборы здесь стали нормой. Многие ученики знали об этом, и хотя были недовольны, молча принимали правила игры. Но Цзы Чэнь решил идти напролом.
— Если я не получу то, что мне причитается, я пойду к старейшинам, — отрезал Цзы Чэнь.
Перед старейшинами он мог отступить, мог отказаться от места основного ученика, но если позволить рядовому ученику топтать себя, жизнь превратится в ад.
— Цзы Чэнь, брось, у тебя и так полно врагов. Я дам тебе пилюлю, — прошептал Мяо Кун.
Цзы Чэнь покачал головой:
— Я должен получить то, что мое. Врагов у меня и так немало, одним больше, одним меньше — неважно.
Лицо Ло Мэня исказилось от ярости. Зеваки смотрели на Цзы Чэня с жалостью.
— Парень совсем с катушек слетел, как бешеный пес, бросается на всех. Сначала на У Шэна, теперь на брата Ло Мэня. Если бы у него были связи, он мог бы позволить себе такую дерзость, но без них — это самоубийство.
— Покойся с миром, гений.
Цзы Чэнь игнорировал шепот. Упрямство или принципиальность — сегодня он добьется своего.
— Ладно, парень, ты победил, — Ло Мэнь, чье лицо постоянно менялось, наконец уступил. Он перевел еще два балла и выдал пилюлю. В обычное время он бы не отступил, но Цзы Чэнь был особым случаем — если он дойдет до старейшин, те могут и заступиться.
— Где техника первого класса? — спросил Цзы Чэнь.
— Хм, жди, — Ло Мэнь усмехнулся, бросил взгляд на полки и скрылся в архиве. Через минуту он вернулся с книгой.
— Держи. Техника первого класса. Вернешь через три месяца, иначе тебе не жить, — бросил он на стол.
Обложка книги мерцала серебром, вокруг нее вилась таинственная энергия. С ее появлением в зале стало душно, а крупные символы на обложке вспыхивали, словно молнии.
Это была необычная книга.
— Это Гром-палец.
— Боже, брат Ло Мэнь действительно выдал Гром-палец!
В толпе послышались вздохи изумления.
Гром-палец считался сильнейшей техникой первого класса в секте Линву, но в то же время — самой бесполезной.
Легенда гласила, что давным-давно это была техника уровня Сяньтянь, но из-за потери последних частей она стала неполной, отчего ее перевели в первый класс. Однако, если ее освоить, мощь все равно была колоссальной.
Увы, за долгие годы никто в секте так и не смог ее изучить. Со временем сильнейшая техника стала самой бесполезной.
Выдав ее, Ло Мэнь явно хотел проучить Цзы Чэня.
— Жаль, из-за одной пилюли и двух баллов упустить нормальную технику и взять этот мусор. Цзы Чэнь крупно прогорел.
Вокруг слышались насмешки. Цзы Чэнь и так был в незавидном положении, а тут еще получил технику, которая была хуже третьесортной.
Цзы Чэнь слышал все, но не выказал эмоций. Назло всем он даже не заглянул в книгу и просто спрятал ее.
— Мои десять очков вклада: четыре пилюли истинной ци и две пилюли восстановления ци, — потребовал он.
Ло Мэнь с ухмылкой выдал заказ, и Цзы Чэнь покинул здание.
Он шел очень быстро. Со стороны казалось, что он бежит от стыда, но Цзы Чэнь едва сдерживал смех.
Для других это был бесполезный свиток, но он почувствовал в нем силу молнии — ту самую энергию, что текла в его жилах. Эта техника была создана специально для него!
— Идите, не ищите меня больше, — бросил он на ходу Линь Сюэ и Мяо Куну и скрылся из виду.
— Ты... — Линь Сюэ снова разозлилась, глаза ее наполнились слезами.
— Он не хочет втягивать нас. За два дня он нажил себе слишком много врагов, — тихо сказал Мяо Кун.
— И что теперь? Смотреть, как он погибнет? — спросила Линь Сюэ.
— У нас нет другого выбора. Единственное, что мы можем — это усердно тренироваться и не мешать ему. Цзы Чэнь всегда был рассудителен, его сегодняшнее поведение не в его характере, возможно, у него есть план, — ответил Мяо Кун.
— Какой там план? Только смерть! Нет, я пойду к старшей сестре, пусть она спасет его! — Линь Сюэ в отчаянии бросилась прочь.
Мяо Кун покачал головой:
— Цзы Чэнь, верю, что ты выживешь. Не разочаруй меня.
Он тоже ушел.
...
Вернувшись в свое жилище, Цзы Чэнь плотно закрыл дверь.
Он только вошел во внутренний круг, и хотя нажил врагов, они не рискнут напасть немедленно. У него было время стать сильнее.
Сейчас он мог противостоять бойцу шестого уровня ци. Девять пилюль должны были помочь ему, если не достичь седьмого уровня, то хотя бы дойти до пика шестого.
Сев в позу лотоса, он успокоил дыхание и проглотил пилюлю.
Техника Закалки Небесной Молнии пришла в движение. Энергия пилюли, пройдя малый круг, была поглощена сердцем, и вскоре чистая мощь хлынула по его венам.
Через четверть часа первая пилюля была усвоена. Он проглотил вторую.
По мере того как истинная ци вливалась в тело, запас пилюль таял...

Комментарии

Загрузка...