Окружавшие их ученики тоже пришли в себя и наперебой закричали, пытаясь урезонить парня:
─ Младший брат, одумайся! Уничтожить чужое ядро – это преступление против небес, так нельзя!
─ Это же просто внутренний спор, ну побил ты старшего брата, с тебя хватит! Если ты разобьешь его кичивый центр, надсмотрщики спустят с тебя шкуру!
─ Су Хэ хоть и заносчив, но смерти его ядро не стоит. Давайте вы оба отступите на шаг, к чему эта бойня?
Даже старик с козлиной бородкой, что сидел за стойкой и перебирал костяные счеты, замер на мгновение. Мутным взглядом он обвел обоих, но вмешиваться не стал, предпочитая просто наблюдать со стороны.
Все эти предупреждения и увещевания гулким эхом отражались в ушах Чжан Буфаня, но не могли поколебать его решимость.
Вчера этот самый Су Хэ едва не забил прежнего владельца до смерти, оставив умирать в одиночестве в собственной келье.
В прошлой жизни его предала собственная возлюбленная, едва не уничтожив саму его душу, и с тех пор он люто ненавидел всех предателей и наглецов, что пользовались чужой слабостью.
Подобных подлецов следует наказывать незамедлительно.
Вся мягкость исчезла из его глаз. Густая, злобная волна ци поднялась из глубин его тела, потекпо руке и перекинулась на лезвие чужого меча.
Металл мягко засиял, а леденящий душу холод окутал фигуру Су Хэ с ног до головы.
Ощутив эту зловещую энергию, не имеющую ничего общего со светлыми практиками Яочи, Су Хэ испытал животный ужас. Вся спесь слетела с него окончательно, и он принялся истошно молить о пощаде:
─ Чжан Буфань, я был неправ! Вчера я переборщил, и сегодня сам полез на рожон, прости меня ради всего святого!
С этой минуты я и близко к тебе не подойду, и к младшей сестре Гу Мэн больше не сунусь! Забудьм про эту вражду, убери меч, умоляю, только не трогай моё ядро!
Он унижался перед ним, холодный пот капал с его подбородка, а от прежнего напыщенного красавца не осталось и следа – остался лишь испуганный зверек, умоляющий сохранить ему жизнь.
Но в глазах Чжан Буфаня эти мольбы выглядели смехотворно.
Когда Су Хэ избивал беззащитного парня, он не выказал и капли жалости.
Когда он привел свору подручных, грозя переломать ему кости и выгнать из селения, он тоже не думал о милосердии.
Проявлять сочувствие к тем, кто молит о пощаде только тогда, когда сам оказался на краю гибели, – удел слабых.
В этом мире действует лишь один закон: за ошибки нужно платить. Это неизменно с самого начала времен и доныне служило главным принципом Чжан Буфаня.
─ Поздно молить о пощаде, ─ бросил он.
С этими словами правая рука Чжан Буфаня качнулась.
Острие меча скользнуло ниже по шее, минуя смертельные точки, и точно нацелилось в нижнюю часть живота, где скрывалось кичивое ядро.
Прежде чем Су Хэ успел издать еще хоть один вопль, нападавший вложил в удар остатки своей жесткой, но мощной демонической ци и резко качнул кисть.
«Пхм!»
Раздался глухой звук, похожий на разрыв тугой кожи. Живот Су Хэ провалился внутрь, а ци Создания Основания, до этого послушно циркулировавшая в его теле, вмиг рассеялась в ничто.
Острая, невыносимая боль, словно кто-то рвал живьем саму его душу, пронзила живот.
─ Нет... Моё ядро...!!
Дикий, сорванный крик вырвался из его горла, а тело забилось в конвульсиях.
Энергия, наполнявшая его прежде, утекала сквозь пальцы, силы покинули его, и колени подкосились, заставляя рухнуть на пол.
Из раны на правом запястье продолжала сочиться кровь, а сам он ничком валялся на холодных плитах, судорожно зажав руками живот и покрываясь слезами от безысходности.
Годы изнурительных тренировок, вознесшие его до пятой ступени Создания Основания, обратились в прах за одно мгновение.
В этот момент от дверей донесся топот ног, резкий свист разрезаемого воздуха возвестил о появлении еще одного человека, и белые одежды вихрем пронеслись внутрь.
Новым гостем оказался мужчина, от которого исходила мощная ци Предела Формирования Духа, заполнившая собой всё пространство вокруг.
Это был распорядитель внешнего селения, Лю Хэн!
Ученики испуганно притихли, в их глазах читалось глубокое почтение.
Окинув взглядом помещение, Лю Хэн заметил распростертого на полу Су Хэ с уничтоженным ядром, и его лицо мгновенно потемнело.
Он как раз совершал обход внешних пределов, когда услышал шум из кладовой с пилюлями, и поспешил сюда.
Бросив взгляд на корчащегося внизу парня, он перевел глаза на стоящего рядом Чжан Буфаня и окровавленный меч у его ног. Вся накопившаяся злость выплеснулась наружу.
─ Мерзавец! ─ рявкнул Лю Хэн.
Не дав Чжан Буфаню и шанса на оправдание, он выбросил вперед правую ладонь, собирая в ней тяжелую зеленую волну бессмертной ци, и со всей дури ударил парня по макушке, не оставляя надежды на выживание.
Воздух со свистом рассекся от удара ладони, грозя размозжить череп.
Получи он этот удар впрямь, при нынешней хрупкости тела даже душа Чжан Буфаня разлетелась бы на осколки.
Внутри него тут же сработали все инстинкты. Пространственные шаги демонического следа дернули его тело в сторону, позволяя качнуть торсом и уйти с линии удара на пол-аршина.
Жгучий ветер пронесся в сантиметре от носа, опалив кожу.
Деревянный стеллаж с баночками для лекарств за его спиной с грохотом раскололся: свыше десятка нефритовых сосудов рухнули на пол, смешав целебные жидкости и порошки с лужами крови.
Промахнувшись, Лю Хэн изумился еще сильнее.
Он был мастером шестого уровня Предела Формирования Духа, и пусть удар наносился сгоряча, обычный адепт Концентрации ЦИ даже среагировать бы не успел.
А этот никчемный слабак, что годами прозябал на девятой ступени, увернулся так легко!
Однако удивление быстро потонуло в ярости. Старик перекосил лицо и заорал во всю мочь:
─ Чжан Буфань! Ты потерял рассудок! В стенах Яочи смеешь калечить товарищей, да еще и уничтожать их основы! Твое сердце чернее ночи, сегодня я очищу врата секты от такого ублюдка!
Чжан Буфань мысленно выругался.
Он ведь планировал тихо отсидеться во внешнем селении, постепенно восстанавливая силы по секретным практикам и выжидая момент для мести Лин Сюэ.
Теперь же всё летело кувырком: устроенный им разгром привлек внимание старейшин, и оставаться в тени больше не представлялось возможным.
Он чуть шевельнул пальцами, собирая по крохам остатки черной ци, распределяя ее по суставам.
Демоническая Гун уже пульсировала в венах, готовая в любую секунду выплеснуть разрушительную мощь или помочь прорваться наружу.
Увидев, что парень молчит, Лю Хэн решил больше не тратить слов.
Он свел пальцы в печать, перекрывая Чжан Буфаню все пути к отступлению. Новая ладонь оказалась тяжелее и быстрее прежней, не оставляя сомнений в намерении убить.
В этот критический момент прохладный и чистый женский голос, полный властной уверенности, прорезал воздух снаружи, заставив руку Лю Хэна замереть на полпути:
─ Подожди, старший брат Лю!
При звуке этого голоса все ученики в комнате в едином порыве обернулись к выходу, выражая смесь благоговения и трепета.
Занесенная для удара ладонь Лю Хэна застыла в воздухе, после чего он поспешно рассеял ци и развернулся к вошедшей.
Чжан Буфань тоже поднял глаза и увидел изящную девичью фигуру, легко спустившуюся с небес.
На ней было белоснежное платье, очертания лица поражали своей утонченной красотой, а кожа казалась белее нефрита. Вокруг нее клубились легкие облачные испарения.
Он сразу узнал ту, чье имя заставляло трепетать тысячи учеников во всем дворце: Святую деву Яочи, Цзы Яо.

Комментарии

Загрузка...