Мировое Древо пылало.
Пламя вздымалось так высоко, что его было видно даже далеко за пределами леса.
Эльфы молча смотрели на бушующий огонь. Вито молитвенно сложил ладони, а Мерия низко склонила голову.
Я думал о Приэлле, оставшейся у самого пожарища. Она сказала, что хочет сама увидеть финал, но вряд ли это зрелище далось ей легко.
В этот момент...
— Кх-х!..
Позади раздался глухой стон.
Обернувшись, я увидел, что один из лежавших на земле эльфов судорожно вцепился руками в грудь. Это был один из радикалов, чью связь силой оборвал Веларус.
— Вы в порядке?
Я подбежал к нему и приподнял, поддерживая за плечи, но ответить эльф не смог.
— Кх-а-а-а-а...
Из его полуоткрытого рта с хрипом вырывалось прерывистое дыхание. Вслед за этим крики раздались и с других сторон:
— Кха!
— Больно... а-а-а-агх!
Отовсюду доносились вопли. Кричали исключительно эльфы-радикалы — те самые, чья связь с деревом оказалась настолько глубокой, что они перестали ощущать истинную силу природы.
*Хрусь!*
Их руки и ноги начали неестественно выкручиваться.
— С-спасите...
— Господин Эребус!
— Понял.
Эребус раскрыл ладонь, и хлынувший из неё золотистый свет бережно окутал тела упавших. Жуткие судороги, ломавшие их конечности, постепенно утихли.
Однако эльф, которого я держал, по-прежнему сжимал грудь. Кожа на тыльной стороне его ладони почернела. Сначала я подумал, что она просто испачкана в золе, но сколько ни тёр пальцем, чернота не сходила.
— Это...
— Побочный эффект долгой связи с тем деревом, — отозвался Эребус. — Оно сгорает, и они испытывают такую муку, будто горят заживо вместе с ним.
Услышав его слова, я оглядел остальных эльфов. Некоторые уже принялись в панике сдирать темнеющую кожу. Мерия и другие целители поспешно окутали раненых исцеляющей магией, но...
— ...
Несколько эльфов так и застыли без движения. Они испустили последний вздох одновременно с гибелью Белокостника.
Оставшиеся в живых тяжело хватали ртом воздух, их кожа оставалась пепельно-чёрной.
Я осторожно опустил эльфа обратно на землю. Он поднял перед глазами дрожащую почерневшую руку:
— М-моя рука... Кожа...
Губы его тряслись. Эльф содрогался всем телом, не в силах поверить в произошедшее.
— В-всё ведь будет хорошо, правда?.. — умоляюще спросил он, глядя на меня снизу вверх.
Я ничего не мог ему ответить.
А над лесом всё ещё вздымались алые языки пламени.
◇ ◇ ◇
Даже когда огонь окончательно угас, мы выждали ещё некоторое время. Лишь после того, как Эребус лично проверил состояние выживших, я поднялся на ноги.
— Ступай, учитель. Здесь сей владыка сам за всем присмотрит.
— Полагаюсь на тебя.
Дорога назад казалась чужой и неузнаваемой. Деревья, закрывавшие тропу ещё недавно, бесследно исчезли. С каждым шагом пепел взлетал, оседая на обуви.
У пепелища стояли Приэлла и Веларус.
— Мин Чхоль, — Приэлла обернулась ко мне.
Я на мгновение замялся, подбирая слова. Впрочем, как ни смягчай, сути это не изменило бы:
— Среди эльфов, чью связь оборвали силой, есть погибшие.
Её губы дрогнули и сжались в тонкую линию.
— А у выживших почернела кожа.
Веларус притушил огонь в глазницах, словно прикрыл веки:
— Похоже, остаточная сила, теплившаяся в их телах, окончательно разрушилась.
— Разве вы не оборвали их связь с Белокостником?
— Верно. Но я не мог вернуть вспять изменения тел, принявших его скверну. Когда сгорело основное древо, последствия вышли наружу, и те, чья связь была слишком глубока, погибли.
Приэлла с тревогой спросила:
— А выжившие?
— Если они пережили этот кризис, то останутся в живых. Однако воссоединиться с Мировым Древом уже никогда не смогут.
Кулаки Приэллы крепко сжались:
— Главное, что они живы. О связи подумаем потом.
Она всё ещё беспокоилась о сородичах, но сказала лишь это и больше не проронила ни слова.
— Здесь теперь ничего не сможет вырасти? — тихо поинтересовался я.
— Потребуется немного... нет, очень много времени, — глухо ответила Приэлла. — Белокостник вытянул из земли все соки... Этот пепел послужит удобрением, и жизнь когда-нибудь пробьётся вновь, но лес уже никогда не станет прежним.
Лес эльфов всегда был символом изобилия и жизни. Теперь столь величественная и густая чаща здесь больше не поднимется. Зная это лучше всех, Приэлла говорила сдавленным от горя голосом.
Я подошёл к ней ближе. Язык не поворачивался дежурно спросить, в порядке ли она, поэтому я просто ободряюще похлопал её по плечу. Это было единственное, чем я мог поддержать её прямо сейчас.
— Способ спасти лес всё же есть, — внезапно подал голос Веларус.
— Что?
Взгляд Веларуса обратился ко мне:
— Ключ уже у нас в руках.
— Почему вы смотрите на меня?..
— Человек, лично побывавший на Иггдрасиле; человек, избранный Мировым Древом и ставший его стражем; человек, который до сих пор источает силу природы настолько чистую и густую, что её чуют даже эльфы.
— ...
Веларус сделал шаг ко мне:
— Королева и сама прекрасно знает о силе природы, сокрытой внутри вас, господин Мин Чхоль. Этой силы хватит, чтобы заложить основу для возрождения жизни на этой выжженной земле.
Я посмотрел на свои ладони. Тот самый аромат, о котором твердили эльфы... Сам я его почти не замечал.
— И с её помощью действительно можно оживить лес?
— Прежним, каким он был при Мировом Древе, он не станет, но на его восстановление не уйдут века.
Приэлла нахмурилась:
— И как ты собираешься ею управлять? Нежить не способна использовать силу природы.
— ...Я лишь укажу путь. Как вы справедливо заметили, мне эта сила неподвластна. Однако направить поток вполне достаточно, ведь господин Мин Чхоль обладает невероятно чистой энергией.
— ...Тогда здесь снова можно будет посадить Мировое Древо?
— Это невозможно, — отрезал Веларус без колебаний. — Сама почва утратила свойства, позволявшие Мировому Древу пустить корни. Новое семя придётся посадить в другом месте.
— ...
— Здесь вырастет обычный лес. Но даже этого хватит, чтобы сохранить память о прошлом.
Приэлла долго вглядывалась в чернеющую пустошь:
— А что будет с Мин Чхолем, если он отдаст эту силу? Ему это не навредит?
— Я возьму поток под контроль. Нам незачем выкачивать из него столько энергии, чтобы подвергать опасности его тело.
Приэлла прикусила губу.
Веларус сжёг этот лес и был прямым виновником гибели Мирового Древа, однако теперь выяснилось, что причиной тому послужило бедствие, именуемое Белокостником. Сам некромант твердил о личных счётах, но если бы не его вмешательство, древние эльфы пострадали бы куда страшнее. В конечном счёте он действительно помог им спастись.
Наверное, именно поэтому Приэлла, готовая прежде отвергнуть любые предложения нежити, сейчас тяжело колебалась.
Посмотрев на её мучительные сомнения, я повернулся к скелету:
— Что мне нужно сделать?
Приэлла тут же вскинула голову:
— Мин Чхоль, не надо! Тебе вовсе незачем так рисковать! — Она виновато опустила взгляд на выжженную землю. — Рано или поздно всё и само восстановится. Деревья вырастут, трава пробьётся... Тебе не нужно надрываться ради этого.
Носок её испачканной в золе туфли слегка вдавил пепел в почву.
— Не хочу, — твёрдо ответил я.
— Что?..
— Я видел, как тяжело вам приходится, разве я могу теперь стоять в стороне? Вы — королева эльфов, и всё это время в одиночку тащили непосильную ношу. В тот день в общежитии я вообще ничем не помог, хотя мне так хотелось сделать хоть что-то...
Когда наказывали эльфов, воровавших казённые деньги из общежития, — нынешних изгнанников-рёстов, — я оставался всего лишь сторонним зрителем. Я ближе всех наблюдал за тем, какую душевную боль она испытывала, карая и изгоняя собственных сородичей.
А теперь сгорела её родина — Мировое Древо и эльфийский лес обратились в прах. И прямо сейчас всё, на что меня хватало, — это просто безучастно стоять рядом. Помочь в переговорах лишь потому, что во мне теплилась сила природы, — вот и все мои заслуги.
Мне искренне хотелось стать для неё настоящей опорой. Пускай эта земля и утратит былые чары, но если её родина сможет вернуть хоть крупицу прежнего облика, я помогу не раздумывая.
— Пусть Мирового Древа больше нет, но если здесь снова зазеленеет лес, вы сможете почувствовать, что вернулись домой, разве не так?
— ...
Приэлла ошеломлённо посмотрела на меня снизу вверх.
— Мин Чхоль...
— Так что в этот раз положитесь на меня. Будет совсем не дело, если я проделал такой путь и уйду, ничем не подсобив.
— ...
В её глазах блеснули слёзы. Кажется, моё искреннее желание помочь наконец дошло до самого её сердца.
— ...Спасибо.
— Пустяки.
— Н-но ведь я для тебя ничего толком не сделала...
— С чего вы взяли? — Я взял Приэллу за руку. Должно быть, от сильного переживания её пальцы были совсем холодными. — Благодаря вам я не раз выставлял за дверь наглых покупателей, выручка в магазине выросла, а главное — именно благодаря вам я встретил Кесу.
— ...
Болтать с Кесу после окончания тяжёлой смены стало моей главной радостью в жизни. Если бы не Кесу, от постоянного стресса из-за проблемных клиентов я бы уже давно лишился половины волос.
Приэлла внимательно посмотрела мне в лицо:
— Тогда... я правда могу тебя попросить?..
— Конечно. Я же говорил вам тогда: я буду рядом.
Она благодарно склонила голову, и хватка наших сцепленных пальцев окрепла.
— ...Пожалуйста, помоги.
— Вот и договорились.
Стоя рядом с ней, я повернулся к некроманту:
— Господин Веларус, что от меня требуется?
Сверкнув огоньками в глазницах, Веларус ответил:
— Прикоснитесь рукой к земле. Остальное предоставьте мне.
Я опустился на одно колено и прижал ладонь к земле. Почва под слоем пепла была иссушена до предела. Веларус протянул костяную руку и коснулся пальцем тыльной стороны моей кисти:
— Не нужно тужиться или напрягаться. Я открою путь. Не шевелитесь.
Твёрдая кость мягко надавила на кожу, и в то же мгновение ладонь защекотало. Возникло ощущение, будто сквозь кисть подул прохладный ветерок, а затем эта чистая прохлада скользнула дальше и сквозь ладонь устремилась прямо в толщу земли. Чувство было удивительным: казалось, будто руку пронзило насквозь.
Заметив моё замешательство, Веларус пояснил:
— Это процесс передачи природной силы из вашего тела в эту почву. Энергия заставит землю стремительно впитать питательные вещества, оставшиеся в пепле.
Ощущение походило на то, как иссохшая земля жадно пьёт живительную влагу. Я невольно перевёл дыхание и глубоко выдохнул.
*Ш-ш-ш.*
Серый пепел вокруг моей ладони начал мягко расступаться. Тонкое свечение, зародившееся под пальцами, волнами разошлось во все стороны. Свет устремился по пустотам от сгоревших корней к далёким трещинам в иссохшей земле, оживляя мёртвый пласт.
В нос ударил густой запах сырой земли — точно такой же, какой бывает сразу после тёплого летнего дождя.
Сколько мы так простояли?
Наконец Веларус отвёл палец:
— Этого достаточно.
Приэлла опустилась на колени рядом со мной и достала из походной сумки маленький полотняный мешочек:
— Это семена, которые я взяла с собой перед уходом сюда. Прихватила на всякий случай, и вот они пригодились.
Внутри лежали семена целебных трав. Приэлла бережно опустила несколько зёрен в тёмную почву.
Спустя всего пару мгновений сквозь землю робко пробился крошечный, нежно-зелёный росток.
Взгляд Приэллы приковался к нему:
— Растёт... Правда растёт... — Её голос задрожал от подступивших слёз. — На самом деле растёт...
Она осторожно присыпала стебелёк мягкой землёй. Плечи королевы мелко вздрагивали от сдерживаемых рыданий.
— Спасибо, Мин Чхоль. Это всё благодаря тебе.
— Теперь вам придётся наведываться сюда почаще.
— Да, — на её губах впервые за долгое время промелькнула искренняя, светлая улыбка. — Я бы очень этого хотела.
◇ ◇ ◇
Когда мы вернулись, эльфы уже заканчивали сборы в дорогу.
Приэлла остановилась перед телами, укрытыми белой тканью. Опустившись на колени, она негромко называла каждого погибшего по имени. Словно помня имя каждого своего подданного, она неторопливо перечисляла их, провожая души в последний путь по древнему обычаю своего народа.
Я молча ждал чуть поодаль.
Когда Приэлла поднялась на ноги, завершив скорбный ритуал, эльфы с почерневшей кожей робко сжались. Один из них торопливо натянул рукав на ладонь, словно пытаясь спрятать обезображенное тело от чужих взоров.
— Ваше Величество...
Приэлла подошла ближе и присела перед ним:
— Говори.
— Что теперь будет с нами? — Его взгляд робко опустился на её руки — те самые руки, которыми она только что отпустила души усопших. — Нас... вы сможете принять нас на путь Мирового Древа?
Приэлла не нашла сил ответить сразу. Эльф понурил голову:
— Значит, всё-таки нельзя...
— Те, кто перенёс духовную связь на меня, могут дождаться, пока откроется новый путь, — медленно и тяжело произнесла она. — Но вы уже не сможете отправиться к Иггдрасилю.
Плечи эльфа бессильно опустились, а стоявшие рядом сородичи прикрыли лица руками.
— Выходит, нам больше некуда...
Приэлла мягко взяла его за руку, спрятанную в рукаве. Тот вздрогнул и попытался отстраниться, но королева не разжала пальцев:
— Но вы всё равно остаётесь эльфами. И вы — те, за кем я пришла.
— Но вы же помните, что мы вам наговорили...
— Помню, — Приэлла тепло заглянула ему в глаза. — Однако это не имеет значения. Я знаю, что по-своему вы всего лишь пытались защитить лес. А потому мы найдём выход вместе. Он обязательно существует.
Взгляд Приэллы скользнул ко мне. В её глазах читалась непоколебимая вера: точно так же, как мы только что вдохнули жизнь в выжженную пустошь, для этих отверженных сородичей непременно найдётся способ достичь Иггдрасиля.
Эльф судорожно прикусил губу, и на его почерневшую руку упали горячие слёзы. Приэлла потянула его за ладонь, помогая подняться с земли, а пошатнувшееся тело вовремя поддержал подоспевший Вито.
Они на миг переглянулись.
— Пойдём, — первым произнёс Вито. — Её Величество ждёт нас.
Приэлла протянула руки и к остальным изгоям, обходя каждого по очереди, словно не собиралась оставлять позади ни единой живой души.
***
Переводил и редактировал — Afmos

Комментарии

Загрузка...