Потушив пожар в деревне, я вернулся к карете вместе с Юрией.
Ее лицо не выражало ни капли эмоций, но то, как крепко она сжимала мою ладонь, было настолько трогательно, что я едва сдержал улыбку.
Мы недолго прождали у экипажа, когда вскоре показался Кловис.
— Сэр Арджент, вы уже здесь.
— Да. По пути мне встретилось несколько монстров, пришлось разобраться. Пожар, судя по всему, тоже почти потушен.
— Отрадно слышать. Но что это за девочка?..
— Ребенок, оставшийся один среди руин.
— Вот как...
Кловис уставился на Юрию с неестественным, заметным любому внимательному глазу интересом.
Без сомнения, он разглядел дремлющую в ней силу маны Хаоса.
Впрочем, статус главы Магической башни обязывал к определенной выдержке.
Хотя внутри он наверняка исходил слюной от жадности, то, как быстро он вернул себе невозмутимый вид, вызывало невольное восхищение.
— Кхм. На ней живого места нет от ран. И, судя по всему, она лишилась родителей...
— Говорит, что родители бросили ее уже давно. Как только вернемся, нужно будет заняться ее лечением.
— Понимаю. В таком случае, позвольте мне позаботиться о ней.
«Ишь чего захотел, паршивец».
Видали, как в нем мгновенно проснулась воровская натура?
Больше всего мне хотелось съездить по этой физиономии, но я сдержался и лишь мягко покачал головой.
— Благодарю, но не стоит. Я решил, что на некоторое время возьму ее под свою опеку.
— ...Простите?
Похоже, такого поворота он никак не ожидал.
Лицо Кловиса наконец-то приняло по-настоящему интересное выражение.
— Как раз в моей семье подрастает очаровательная десятилетняя племянница. Я заберу девочку в главное поместье, пусть составят друг другу компанию.
— Вы... вы уверены? Принять ребенка, подобранного буквально на улице, в дом герцогов Арджент...
На первый взгляд он лишь уточнял мои намерения, но в его тоне сквозило неприкрытое пренебрежение к Юрии.
Оно и понятно.
Этот человек, хоть и прикидывается доброхотом, насквозь пропитан типичным аристократическим высокомерием.
Что ж, в фэнтезийном мире с жесткой сословной иерархией я не собираюсь называть это смертным грехом.
В этой реальности между знатью и простолюдинами действительно пролегает непреодолимая пропасть.
И все же в Кловисе это чувство было гипертрофированным.
Не зря в оригинальном романе, забрав Юрию, он не то что не разговаривал с ней — он даже не приближался к ней, за исключением моментов поглощения силы.
Не сочти он Юрию полезным инструментом, наверняка убил бы ее еще при первой встрече.
— Да. У вас с этим какие-то проблемы?
— Проблем нет, но... не будут ли против другие члены вашей семьи?
— Не думаю.
Я не собираюсь кичиться своими заслугами, но, учитывая то, что я для них сделал...
Вряд ли они посмеют перечить.
Да и без моих заслуг, они не те люди, что хладнокровно вышвырнут ребенка.
Особенно Эдмунд — при всей своей суровости он человек до глупости добрый и наверняка примет Юрию с распростертыми объятиями.
— К тому же вы, вероятно, заметили, что в тело этой девочки проникла часть силы маны Хаоса.
— Сила маны Хаоса?
То, как он округлил глаза, притворяясь крайне удивленным, вызывало лишь раздражение.
Поразительно, как человек, который секунду назад едва не пускал слюни, может так бесстыдно паясничать.
— Именно. И, как вам известно, лорд Хейвен, когда столь великая мана вселяется в еще не окрепший сосуд, побочных эффектов не избежать.
— В худшем случае тело может просто разрушиться.
— Поэтому я намерен найти способ этого избежать. И, набравшись наглости, попрошу помощи у своего учителя.
Я намеренно упомянул имя старика.
Иначе этот делец, прикрываясь должностью главы башни, попытался бы силой забрать Юрию, уверяя, что сможет помочь лучше.
Но раз прозвучало имя Годвина Лоуэлла, он больше не посмеет выдвигать свои нелепые предложения.
Ведь он занял кресло главы башни лишь потому, что мой учитель сам от него отказался.
Единственный на континенте великий маг восьмого круга.
Перед его славой титул главы Магической башни кажется лишь пустым звуком.
— ...Вот как. Если вы взываете к помощи лорда Годвина, то мне, простому смертному, добавить нечего.
Раз понял, то иди в карету и не отсвечивай.
И перестань смотреть на мою ученицу так, будто хочешь ее украсть.
— И все же, если вам понадобится помощь, обращайтесь в любое время.
«Сказал же, не нужно, уходи».
Проводив взглядом его удаляющуюся спину, в которой все еще сквозило сожаление, я не удержался от ехидной усмешки.
— Баал.
— М-м?
Заметив это, Юрия потянула меня за руку.
Когда я опустил взгляд, она, склонив голову набок, спросила:
— Почему ты смеешься?
— Случилось кое-что забавное.
— Понятно. Тогда я тоже буду смеяться.
Юрия схватилась пальцами за уголки губ, насильно растягивая их в подобие улыбки.
Какая поразительная эмпатия.
Я был восхищен способностью к сопереживанию, превосходящей любого самого чувствительного человека из моей прошлой жизни.
Хотя в данном случае это скорее рациональное сочувствие.
Она воспринимает чужие эмоции не сердцем, а разумом.
Но это было так в ее духе, что я невольно рассмеялся.
— Ну что, идем.
— Куда?
— Домой.
— У меня нет дома.
— Теперь будет. Там тебя ждет подруга твоего возраста, надеюсь, вы поладите.
— Подруга?
Юрия посмотрела на меня так, будто спрашивала: «А это что? Это едят?».
Все-таки она прожила в этой деревне довольно долго.
Неужели у нее не было ни одного близкого человека?
Впрочем, вспоминая Лилиет, которая росла в знатной семье в полном одиночестве, удивляться не приходилось.
Я кивнул своим мыслям, и мы вместе поднялись в карету.
Вскоре наш экипаж покинул опустошенную деревню Роузмилл, ускоряя шаг.
***
Несмотря на красивые слова, сказанные Юрии, я не мог сразу вернуться в поместье Арджент, так как оставались еще дела.
Даже если опустить банкет, график был довольно плотным.
В итоге, когда мы вернулись в Магическую ассоциацию Арканеля, солнце, взошедшее еще в Роузмилле, уже клонилось к закату.
Первым же делом я поручил слугам вымыть Юрию и переодеть, а затем отправился прямиком к учителю.
— ...Так ты притащил эту малявку с собой?
— Да, учитель.
Старик перевел взгляд с меня на Юрию, вцепившуюся в мою руку, и протер глаза, словно не веря увиденному.
— Когда ты вдруг превратился в безумного дядюшку, я заподозрил неладное, но теперь я уверен. Ты что, белены объелся?
— Нет. Я в здравом уме и ничего подозрительного не ел.
— Надо бы с тебя шкуру спустить да проверить.
— Ну что вы, учитель. Зачем же так расстраивать ученика?
Когда я начал капризничать, что совершенно не вязалось с моим характером, старик приложил ладонь ко лбу, словно узрел нечто отвратительное.
Признаю, это было чересчур даже для меня.
— Тьфу! Я просто в толк не возьму, что на тебя нашло. С чего это ты вдруг решил возиться с детьми?
— Вы же сами говорили, учитель. Чтобы достичь восьмого круга, иногда нужно смотреть не на магию, а на то, что тебя окружает.
— Я не это имел в виду! Хотя... не могу сказать, что ты в корне неправ...
Видимо, смирившись с тем, что в словесной перепалке ему меня не одолеть, он проворчал что-то под нос и переключил внимание на Юрию.
— Так, малявка. Как тебя звать-то?
— Юрия. Просто Юрия.
Когда Юрия коротко назвала имя, старик недовольно цокнул языком.
— Эх, и какому воспитанию тебя учили, раз ты со старшими на «ты» разговариваешь? Хотел бы я посмотреть на твоих родителей. Тьфу!
— У меня нет родителей. Меня бросили, когда мне было шесть.
— ...Я хотел сказать, что ты выросла молодцом и без них.
— Угу, Юрия — молодец.
Надо же, довелось увидеть, как великий учитель попал в столь неловкое положение.
Ради такого стоило жить...
*Бам!*
— Ай!
— Ах ты, паршивец! Почему не сказал, что девочка сирота?!
— Что? Но я же сказал, что спас ее из руин, разве это не очевидно?
— Мог бы и намекнуть! Я-то думал, она выжила благодаря родителям!
Ах, вот оно что.
Видимо, я слишком кратко описал ситуацию.
Сказал лишь: «Это выжившая из деревни Роузмилл, я возьму ее в ученицы», так что доля моей вины здесь есть.
Ладно, распределим вину как девять к одному.
Девять — учителю, один — мне.
— В общем, берешь в ученицы?
— Да. Похоже, из-за влияния маны Хаоса она обладает колоссальным запасом энергии.
— Это и я вижу, старый дурак... Но ты что, решил оставить попытки достичь восьмого круга?
— С чего бы это? Буду заниматься и сам, и ее обучать понемногу.
На самом деле у меня нет амбиций вырастить из Юрии великого мага.
Если она будет следовать моим наставлениям — хорошо, если нет — так тому и быть.
Я хочу вырастить ее скорее достойным человеком, чем выдающимся магом.
В этом и заключалось все мое скромное желание.
Одевать ее в красивые платья, говорить добрые слова, показывать чудеса мира.
Может быть, тогда я когда-нибудь увижу ее улыбку.
С этой робкой надеждой я посмотрел на Юрию.
Но ее взгляд был прикован к старику.
— Дедушка, а как тебя зовут?
— Годвин Лоуэлл. Я старик, который учил того олуха, что привел тебя сюда.
— Учитель Баала? Значит, учитель моего учителя?
Она смешивала имя и обращение «учитель», отчего возникал странный когнитивный диссонанс.
Это можно считать фамильярностью?
Сердце от этого почему-то не трепещет.
— Раз уж ты собралась в ученицы к этому парню, то так оно и есть.
— Ага, понятно. Учитель-учитель.
— ...Зови просто дедушкой.
— Учитель-учитель-дедушка?
— По имени зови, негодница!
Ого, немногим удавалось переспорить моего учителя.
Разве что Грите, которую мы видели вчера.
— Тогда дедушка Годвин?
— Тьфу, имя тоже режет слух. Просто «дедушка» сойдет.
— Угу, дедушка.
— Кхм-кхм.
Секунду. Что это была за мимолетная улыбка, которую он поспешно скрыл?
Только что называл меня безумным дядюшкой, а сам на старости лет поддался тому же недугу?
— С именами закончили... Что ж, верю, что ты сам о ней позаботишься. Тот малец, ученик Гриты, уже наверняка доложил обо всем, так что иди спать.
— Да, учитель. Доброй ночи.
— Спокойной ночи, дедушка.
Когда Юрия, не отпуская моей руки, помахала ему ладошкой, старик пристально посмотрел на нее и резко отвернулся.
Опять прячет улыбку.
Уверен, когда Юрия в следующий раз протянет руку за карманными деньгами, он поворчит для вида, но обязательно даст.
— Баал, куда теперь?
— Пойдем в комнату, пора спать. Хорошие дети ложатся рано.
— Я хороший ребенок?
— Конечно.
— Угу. Юрия — хороший ребенок.
Ведя за собой Юрию, которая так старательно нахваливала саму себя, я направился в покои.
Поскольку найти отдельную комнату прямо сейчас было затруднительно, я решил уложить ее у себя.
К тому же я опасался, как бы Кловис, этот безумец, не выкинул какую-нибудь глупость.
«Ах да, надо связаться с Лилиет».
Я и сам чертовски устал и хотел поскорее лечь, но вдруг вспомнил об обещании, данном перед отъездом.
Я сказал, что задержусь примерно на неделю, и обещал выходить на связь каждые два-три дня.
Зная характер Лилиет, она наверняка хотела просить о ежедневных звонках, но сдержалась.
Не хотела обременять меня, занятого государственными делами.
И все же ей хотелось хотя бы раз услышать мой голос, поэтому она согласилась на такой компромисс.
Какое же она чуткое и милое дитя.
*Вспышка.*
Я положил кольцо на стол и влил в него ману.
Появился слабый свет, и возникла объемная голограмма, напоминающая экран.
Вскоре на нем проявился знакомый образ.
Это было лицо Лилиет.
— ...Дядя? Это вы, дядя?
Видимо, она тоже собиралась ложиться: Лилиет была в пижаме и несколько раз переспросила, действительно ли это я.
— Прости, что заставил ждать, Лилиет. Ты меня слышишь?
— Да, да!.. И слышу, и вижу! Я уже начала грустить, думала, вы забыли об обещании.
— Как я мог.
Разве посмел бы я забыть об обещании, данном моей любимой племяннице?
Я уверенно улыбнулся, и Лилиет просияла в ответ.
— Как ваши дела? Наверное, вы очень заняты?
— Появилось одно срочное дело, так что пришлось немного побегать. Если бы не это, я бы звонил тебе каждый день.
— Срочное дело? Что-то серьезное случилось?
— Все в порядке. Я как раз сегодня со всем разобрался.
Слово «разобрался» было не совсем точным, но я намеренно преувеличил, чтобы успокоить ее.
— Ну конечно. Если за дело берется дядя, не может быть ничего нерешаемого.
— Ха-ха, ты мне льстишь. Но все равно спасибо.
Я надеялся на долгую и теплую беседу между дядей и племянницей, но тут...
— М-м-м... Баал, ты не спишь? Давай спать вместе.
То ли она проснулась от наших голосов, то ли так и не смогла уснуть.
Юрия подошла сзади, протирая глаза.
В полумраке она выглядела как ребенок, испугавшийся внезапного исчезновения родителей.
— Д-дядя? Кажется... я слышала голос девочки...
— М-м? ...А.
Я хотел было отправить ее в кровать, но голос из кольца зазвучал снова.
Ах, точно.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...