В салоне автомобиля, направлявшегося в Мариту, Город Творцов.
— ...
— ...
Отправившись в путь, мы с Белиас ехали по сельской местности, раскинувшейся за городской окраиной, не проронив ни единого слова и просто отдавшись ходу машины.
Да, и к слову — за рулём сидел я.
В самом деле, супружеская чета художников, направляющаяся в Мариту с личным шофёром?
Честно говоря, это привлекало бы слишком много лишнего внимания, не находите? Куда проще вести самому.
Поначалу Белиас вызвалась сесть за руль, но я сказал, что справлюсь сам.
Отчасти потому, что я давненько не водил и мне захотелось, а отчасти из-за мысли о том, как она, зажатая словно доска, вцепится в баранку — я искренне забеспокоился, что она устроит аварию.
Ах да, права — точнее, Разрешение на вождение, как их здесь называют, — я получил в тот же миг, как достиг совершеннолетия, так что закон нарушен не был.
— Хм.
Устроившись в кресле в чересчур непринуждённой позе и придерживая руль одной рукой, я взглянул на встроенный в приборную панель фонограф:
— Не против, если я включу музыку?
Ехать в гробовой тишине, откровенно говоря, было до смерти скучно.
— Ох, эм... конечно...
На мои слова Белиас, до этого тихо сидевшая с опущенной головой и теребившая край одежды, ответила деревянным голосом.
Что ж. Этот её хрипловатый голос, звучавший как-то сдуто и робко, вызвал у меня сухой смешок, когда я включил встроенный фонограф.
*Треск.*
Мгновение помех, а затем из фонографа полилась плавная джазовая мелодия — гармоничное сплетение гитары и фортепиано.
Нечто очень близкое к тому, что в прошлой жизни я знал как босса-нову.
— ...
Музыка, какую обычно крутят в атмосферных кафе. Белиас в лёгком удивлении моргнула, а затем тихо прикрыла глаза, вслушиваясь в мотив.
«Успех».
Люди поразительно чувствительны к звукам — к тому, что они слышат.
Если бы мы просто сидели в натянутом молчании, пока салон наполняет одно лишь напряжение, её нервы ни за что бы не успокоились. Напротив, натянулись бы ещё сильнее.
«Я подготовил её просто по наитию. Рад, что сработало».
Честно говоря, шансы были пятьдесят на пятьдесят: наполовину ради собственного удовольствия, наполовину в призрачной надежде сгладить ту странную реакцию, которую я подметил у неё раньше.
Когда нежная мелодия из фонографа принялась разгонять сковавший нас воздух, я заговорил, пытаясь растопить лёд:
— Чем занималась всю прошлую неделю?
Сразу переходить к делу значило бы вновь заморозить едва оттаявшую атмосферу. Значит, начнём с чего-нибудь лёгкого.
От моего внезапного вопроса Белиас, до этого сидевшая с закрытыми глазами и тихо внимавшая музыке, вздрогнула, вскинув плечи, и посмотрела на меня.
«...»
*Колых.*
В то же мгновение под её обычной одеждой шевельнулось нечто ошеломляюще... весомое, однако я намеренно сделал вид, будто ничего не заметил, и уставился прямо на дорогу.
— Ох, эм, это...
— Не торопись. И да — если говорить вслух всё ещё непривычно, можешь просто использовать Телепатию. Так тоже пойдёт.
Белиас застыла, совершенно оцепенела от моих слов.
Неужели думала, что я ни о чём не догадаюсь?
Судя по её странной скованности перед отъездом и тому, как она говорила — с нарочитым, чересчур старательным выговариванием каждого звука, — я давно смекнул, что естественная речь даётся ей с трудом.
«В конце концов, мы с самого начала общались через Телепатию».
Догадаться было несложно. Если она не немая, но при этом для разговоров всегда прибегала к Телепатии, самая очевидная догадка — ей просто тяжело даются слова. Беспроигрышный вывод.
— У-у...
— ...
— Нет... Я очень усердно тренировалась. Если я сейчас перейду на Телепатию, все старания пойдут насмарку.
Чётко. Размеренно.
Она говорила не столько как обычный собеседник, сколько как диктор новостей — выверяя каждый слог с аккуратной, вымученной точностью. Я невольно усмехнулся.
Что ж. Тот факт, что обладательница устрашающего титула босса «Тёмной тени» скрупулёзно выговаривала каждое слово из страха запнуться, выглядел слишком забавно.
Нет, даже не столько забавно, сколько... странно мило.
— Ха. Справедливо. Тогда не стану тебе мешать.
— Да...
— И я так полагаю, о делах прошедшей недели ты говорить не горишь желанием.
— Угх!
Абсолютно прозрачная реакция.
Когда она общалась через Телепатию, её лицо оставалось почти неподвижным. Теперь же всё переменилось.
Её лицо ожило — эмоции сменяли друг друга так свободно, что её можно было назвать даже экспрессивной.
И я продолжил беседу, подбирая удобные для неё темы и стараясь окончательно растопить остатки неловкости.
*Вру-у-ум.*
Встроенный в автомобиль амортизирующий магический круг делал поездку плавной и лёгкой, будто мы скользили по скоростному шоссе.
Из фонографа лилась мягкая босса-нова.
И незаметно для самих себя мы с Белиас принялись заполнять пустоту салона тихими смешками и непринуждённым разговором.
О мане.
О том, что давным-давно происходило между ней и Неллой.
Спустя некоторое время, почувствовав, что атмосфера заметно разрядилась, я плавно перешёл к главному вопросу:
— Ах да, нашим прикрытием для этой операции ведь будет супружеская пара?
— А... да, верно.
— Я не против. И какая у нас легенда?
— А?
— Предыстория. Легенда нашего прикрытия.
Изображать супругов.
В прошлой жизни мне нечасто доводилось этим заниматься, но и совершенно чуждым такое занятие для меня не было.
Даже для простой разведывательной операции требовалась настолько безупречная легенда, чтобы ни одна несостыковка не всплыла наружу — каждая деталь должна быть тщательно продумана заранее.
В ответ на моё вполне резонное замечание Белиас ненадолго замешкалась, а затем достала из-под пальто небольшое кольцо и направила в него ману.
Хм-м.
— Что это?
— Простое подпространственное штан... нет! Кольцо. Кольцо Подпространства.
— О?
Оставим в стороне то, что она на мгновение оговорилась, и пойдём дальше. Хотя надо же — Кольцо Подпространства.
Я не знаток магии, но понимал, что подпространство — штука далеко не простая.
Каков там был базовый принцип... а, точно. Что-то вроде ощущения пространственной ткани этого мира и использования маны для временного создания карманного измерения на отдельном плане?
У меня голова шла кругом от одного лишь описания, не говоря уже о взгляде на сами формулы, составлявшие подпространственную структуру.
Магия подпространства относилась к тому типу волшбы, к которому обычные маги-подмастерья даже не смели подступаться — исключительная вотчина высокоранговых магов. И столь сложную магию подпространства она нанесла на такое крошечное кольцо.
— Должно быть, это было нелегко.
На мой вопрос Белиас слегка смутилась и с видом «пустяки» провела пальцами по стопке бумаг, появившейся из Кольца Подпространства:
— У меня к этому талант, так что ничего особенного... К тому же, раз уж она нанесена на столь маленькое кольцо, вместимость у него весьма скромная.
*Шелест.*
— Положить туда что-то больше этой стопки бумаг невозможно.
— Это...
— Это документы с легендой супружеской пары, которую мы с... эм... Неллой составили для этой развед... разведывательной! Операции.
Легенда супружеской пары?
Поскольку я вёл машину и не мог свободно повернуть голову, я выпустил изо рта струйку дыма, чтобы оценить толщину бумаг в руках Белиас.
«...»
Даже краем глаза стопка казалась довольно увесистой, но, прощупав её дымом, я убедился: объём превзошёл все мои ожидания.
— Прости... Мне следовало отдать их раньше, но я так нервничала...
— Всё в порядке, — ответил я и, намереваясь изучить бумаги у неё в руках, собрал рассеянный дым в одну точку. — К счастью, ближайшие несколько часов дорога будет прямой, так что я пока всё просмотрю.
И вот — крошечный дымный клон готов.
Клон размером не больше человеческой ладони завис над раскрытыми ею бумагами и принялся читать.
— ...Это...
— Сама знаешь что. Дымный Клон, — ответил я с лёгкой отрешённостью, разделяя с клоном поле зрения.
— Ох... Я не знала, что ты умеешь делать их такими маленькими.
— Дым — не тот материал, что ограничен размерами. Захочу — и смогу создать Дымного Клона размером с гору.
Не то чтобы создание столь исполинского клона принесло соразмерную пользу. Потому я этим и не занимаюсь.
Сказав это, я перешёл к первой странице — и как раз в тот миг, когда собирался перевернуть её, сквозь дымного клона до меня донеслось странное тепло.
— Хм?
— Я буду переворачивать страницы за тебя.
*Шелест.*
Она бережно взяла моего маленького дымного клона в одну руку, а второй аккуратно перевернула страницу. То странное тепло тела, которое я ощутил, исходило от её ладони.
— Мне стоило передать их заранее. Позволь мне хотя бы помочь.
— А... ну, хорошо. Договорились.
Раз уж она вызвалась помочь, я не стал возражать.
Обрадованная моим согласием, Белиас принялась поглаживать подушечками пальцев устроившегося на ладони дымного клона.
Что она вообще делает?
Чувство вины она, конечно, испытывала, но, похоже, возня с крошечным дымным клоном явно вышла у неё на первый план. Или мне кажется?
— Хе-хе...
Нет. Не кажется.
Глядя, как она тихонько хихикает себе под нос, я сдавленно вздохнул и продолжил вести машину.
Впрочем, понять её было можно. Человекоподобная фигурка из дыма размером с ладонь — любой, кто не знал, что это такое, наверняка счёл бы её весьма милой.
Единственная загвоздка заключалась в том, что ради лучшего обзора я усилил ментальную связь с клоном — а значит, смутно ощущал прикосновения и тепло.
Не в полной мере, само собой. В конце концов, связь поля зрения вовсе не означала стопроцентную передачу всех ощущений. Если бы вражеские атаки наносили полный урон ещё и через клона, ни один человек в здравом уме не стал бы пользоваться столь дефектным навыком.
Скорее это походило на некое «о, я что-то чувствую». Едва уловимо, не более. Но это также означало, что ощущения всё-таки передавались.
— Ой, кажется, ему трудновато... Может, посадить его повыше, чтобы было лучше видно?
«Хм?»
*Мяк.*
Ни секунды не раздумывая, Белиас усадила моего дымного клона себе на бедро.
Проблема заключалась в том, что она слегка наклонилась вперёд, чтобы клону было удобнее читать текст. И благодаря этому движению нечто весьма внушительного веса принялось ощутимо давить мне прямо на макушку.
— Как тебе? Так угол лучше?
— ...Э-э... да. М-м...
Впервые в жизни я искренне потерял дар речи.
И что мне оставалось сказать? Сказать ей, что сквозь дымного клона я смутно чувствую... кое-что?
Но ощущался лишь вес. Едва уловимо. Стоило ли озвучивать это вслух и заставлять её сгорать со стыда?
Мысли принялись завязываться в сложный узел.
Почувствовала ли она моё состояние или нет, но Белиас лишь осмелела:
— Он такой мягкий. Это потому, что он из дыма?
Она принялась легонько сжимать его пальцами, стараясь не заслонять клону обзор.
— Ой, я переверну страницу. Секундочку.
Под предлогом перелистывания страницы она наклонилась ещё чуть ниже, и это отчётливое, ни с чем не сравнимое нечто... нет, лучше обойтись без описаний.
Верно. Скажем так: тяжесть, давившая на мою макушку, стала ощутимо весомее. Большего знать никому не нужно.
«Точка невозврата пройдена».
Момент, когда можно было что-то сказать, был безнадёжно упущен. Остаётся только терпеть.
Приняв это решение, я изо всех сил старался не реагировать на тепло, прикосновения и ощущения, исходившие от неё, и продолжал путь к Марите.
«Стоп. Погодите-ка».
Мысль осенила меня прямо посреди дороги. Что-то здесь не сходилось.
Если подумать — Белиас контролировала ману куда тоньше, чем я. А значит, было совершенно невозможно, чтобы она не заметила связь, соединяющую меня с дымным клоном.
Выходит, всё произошедшее только что было подстроено ею от начала и до конца.
Я бросил на неё быстрый взгляд.
— Хе-хе.
Она поглаживала моего дымного клона с едва заметной коварной улыбочкой на лице.
◇ ◇ ◇
Марита, Город Творцов.
Оправдывая своё название, город снаружи был украшен бесчисленными произведениями искусства — место, где картины, музыка и самые разные виды творчества, рождённые магией, сосуществовали в едином пространстве.
У въезда в город, на контрольно-пропускном пункте для прибывающих на автомобилях, плавно затормозила чёрная машина.
Офицер КПП шагнул вперёд и принялся зачитывать стандартную инструкцию:
— Небольшая проверка, если не возражаете. Могу я взглянуть на разрешение на проезд или удостоверение личности?
*Вж-ж-ж.*
Окно автомобиля медленно опустилось.
Показалось лицо водителя — и офицер невольно издал тихий вздох восхищения.
«Боже правый».
Работая в Городе Творцов, он естественным образом отточил своё эстетическое чутьё до предельной остроты. И неудивительно: каждый день он видел шедевры искусства, да и среди жителей города нередко встречались деятели сцены — актёры и певцы.
Однако даже по его завышенным меркам мужчина перед ним обладал внешностью, вызывавшей неподдельный восторг без лишних слов.
Впрочем, офицер быстро взял себя в руки, ведь мужчина уже полез во внутренний карман пальто и достал документы, удостоверяющие личность. Не сделай он этого, офицер мог бы так и простоять, пялясь на него до бесконечности.
— Кхм. Позвольте сверить. Имя: Белл, возраст: чуть за тридцать. Профессия: иллюзионист. Какова точная цель вашего визита в Мариту?
— Ха. Моя жена всю жизнь мечтала хотя бы разок побывать в Городе Творцов. Я никак не мог ей отказать.
— Ваша жена, говорите?
«Надо же...»
Он перевёл взгляд на пассажирское сиденье — и обнаружил женщину, ничуть не уступавшую по красоте своему спутнику, которая сидела, слегка склонив голову.
Офицер просмотрел переданные Беллом документы на супругу и кивнул:
— Имя: Ас, возраст: чуть за тридцать, ровесница господина Белла. Профессия: кукольница.
Два сапога пара, как говорится, — эти двое являли собой идеальный образец безупречно подобранной четы.
*Шлёп.*
— Проверено. Для творцов наш город открыт в любое время. Добро пожаловать.
И вот так, под псевдонимами Белл и Ас, значившимися в подготовленных Герцогским домом Небула документах, Абель и Белиас без сучка и задоринки въехали в город Мариту.
***
Переводил и редактировал — Afmos

Комментарии

Загрузка...