Комната, куда я пришёл по просьбе Харона.
Сев на подходящий стул, я вытащил из внутреннего кармана пальто сигару с гильотиной и положил их на стол.
— Итак.
*Дзинь.*
Вертя в руке зажигалку, я окинул взглядом стоявшего передо мной Харона.
Тогда он, волей-неволей, наверняка уловил суть моей способности или хотя бы намёк на неё.
Раз так, надеюсь, ему хватит ума понять, что означают лежащие на столе сигара и гильотина.
— Что ты хотел сказать?
— ...
*Дзинь.*
— Прежде всего прошу прощения за то, что пришёл так поздно.
Искренне он сожалел или нет, но Харон согнулся в глубоком поклоне, даже не пытаясь присесть.
*Дзинь!*
В ответ на слова Харона по комнате разнёсся звонкий щелчок зажигалки, с которой я играл.
— Понимаете, мне нужно было кое-что подготовить.
— Подготовить...
Не разгибая спины, Харон лишь слегка приподнял голову и молча уставился на меня.
По этим словам я кое-что понял.
Харон всё ещё не признавал меня своим господином.
— ...
Впрочем, собирайся он сразу поджать хвост, то присягнул бы мне на верность ещё в самом начале.
Так даже лучше.
Мне больше по душе люди с подобным стержнем, чем те, кто вечно мечется и сомневается.
— Понятно. Раз тебе требовалось что-то подготовить и ты пришёл только сейчас, значит, приготовления окончены?
С этими словами я взял со стола сигару и гильотину.
*Чик.*
Срезав кончик сигары, я слегка насмешливым тоном надавил на Харона.
Даже если его характер пришёлся мне по вкусу, я был не настолько мягкотелым, чтобы спускать с рук явные козни за моей спиной.
— Ну что ж, для начала.
*Вшух.*
Я не спеша принялся раскуривать сигару зажигалкой.
Это была отчасти проверка.
Осознай Харон, знающий мою способность, что происходит, и попытайся он остановить меня — я мог бы сразу развязать полномасштабную бойню.
Однако Харон, словно прочитав мои мысли, даже не шелохнулся и продолжил стоять согнувшись.
— ...
Кончик сигары медленно тлел.
Когда она разгорелась достаточно, чтобы нормально затянуться, я погасил зажигалку и слегка встряхнул сигару.
— Встань.
Едва я договорил, как Харон выпрямился из своего девяностоградусного поклона.
— Объяснись.
Я ещё не зажал сигару в зубах.
Пусть поведение Харона и казалось подозрительным, а сам он не присягнул мне на верность, одной лишь этой причины было недостаточно для расправы.
Харон медленно заговорил, словно почувствовав ход моих мыслей:
— Сперва я хотел бы ещё раз извиниться перед господином Абелем за то, что отнял ваше время, ничего толком не объяснив.
Эта реакция разительно отличалась от того образа Харона, который описывала Мист.
Никакого легкомысленного тона или шутовских ужимок — передо мной были лишь искренние извинения.
— И ещё.
Уголки рта Харона, обычно расплывавшиеся в улыбке, поползли вниз.
— У меня есть одна просьба.
— ...
— Не могли бы вы предоставить мне возможность воочию увидеть силу господина Абеля?
«Шанс воочию увидеть мою силу?..»
— ...Ха.
Будь на его месте рыцарь, я бы понял.
Подумал бы, что в нём взыграл дух соперничества и желание бросить мне вызов, да и закрыл бы на это глаза.
Но стоявший передо мной Харон был иным.
Его лицо стало абсолютно бесстрастным. В глазах, казавшихся от этого лишь выразительнее, не было ни капли азарта или соперничества.
— С чего бы мне соглашаться на твою просьбу?
Я медленно поднёс зажатую в левой руке сигару ко рту.
По правде говоря, большинство членов [Тёмной тени] уже признали меня преемником Герцогского дома Небула.
Каким бы умелым бойцом [Тёмной тени] ни был Харон, меньшинство всегда проигрывает большинству.
Иными словами, его признание сейчас практически не имело для меня никакой ценности.
«Так что выбирай слова осмотрительнее».
— Объяснись.
Я всё ещё не зажал сигару зубами, лишь коснувшись ею губ.
Моё следующее действие зависело исключительно от выбора Харона: убить его или сохранить ему жизнь.
На лице Харона промелькнула лёгкая усмешка. В тяжёлой атмосфере комнаты он заговорил:
— Во-первых, не знаю почему, но мне кажется, что господин Абель вовсе не горит желанием убивать меня.
— ...
Услышав его слова, я промолчал, продолжая сверлить его взглядом.
— Я непрестанно размышлял об этом, — он переключился так стремительно, что я невольно засомневался, тот ли это человек, который только что извинялся столь серьёзным тоном. — Почему? Почему господин Абель сохранил мне жизнь? Ведь времени убить меня было предостаточно, — произнёс Харон, не меняя своей неподвижной позы.
— Милосердие? Сомневаюсь. Слишком абстрактное понятие, так что не стану считать его ответом.
— Страх? Если бы господин Абель пощадил меня из-за боязни убивать людей, я бы ещё поверил. Но, судя по собранным мною сведениям о прошлом господина Абеля, дело явно не в этом.
— Мораль? Вряд ли. Знаете ли, я не из тех, кто верит в подобные вещи. И если вы действительно пощадили меня из моральных соображений... я бы даже немного разочаровался.
Харон говорил, ежесекундно меняя выражение лица, словно заправский клоун.
В конце концов он стёр улыбку и уставился на меня с каменным лицом.
— И тогда я подумал: какова истинная причина, по которой вы сохранили мне жизнь и дали столько шансов?
Захоти я убить Харона, я мог бы сделать это в любой момент.
Минуло десять дней, и Харон ни разу не покидал Герцогский дом Небула.
Но я не убил его. И вовсе не из-за каких-то возвышенных моральных убеждений.
Я давным-давно отбросил подобные глупости, когда переродился в этом мире и ступил на тропу криминального дна.
— Я нужен вам, верно? Нет, точнее, вам нужна не моя персона, а способности бойца [Тёмной тени]. Пожалуй, такая формулировка ближе к истине.
— ...
И он был прав.
Ассасин, способный расправиться с противником как минимум уровня Мастера.
Моё раздражение и полезность Харона. Я мысленно положил их на чаши весов.
Убей я Харона прямо сейчас, жить стало бы куда спокойнее.
С другой стороны, стоило подумать о том, чтобы пощадить его, заручиться его верностью и использовать себе на благо, как чаша весов медленно склонялась в другую сторону.
— Господину Абелю прямо сейчас нужны мои способности. Настолько, что вы готовы исполнить мою хлопотную просьбу.
Любовное фэнтези. Академия. И, наконец, Святая Ариэль.
Колёса этого мира уже пришли в движение.
Если есть главная героиня, то неизбежно появится и враждебная сила, что станет её терзать.
Грядут конфликты и разрушения. Но в конечном счёте враг падёт от руки главной героини, каким бы чудом она его ни одолела.
Беда лишь в том, что эти враги вряд ли будут благосклонны ко мне.
— Поэтому я смиренно прошу вас.
Мне требовались ровно две вещи: информационная сеть Герцогского дома Небула и верные этому дому люди с выдающимися способностями.
Я не какой-то там сверхчеловек из комиксов, и тело у меня всего одно.
Конечно, моих сил хватило бы, чтобы накрыть целый мегаполис, но не более.
Вместо того чтобы изнурять себя, пребывая в вечном напряжении, куда проще обзавестись толковыми подчинёнными и поручить работу им — это сбережёт и силы, и время.
— Если вам нужны мои способности, пожалуйста, ступайте в подготовленное мною место и продемонстрируйте силу господина Абеля. Такова моя просьба.
— ...Проверка?
— А-ха-ха. Да ни в коем случае. В тот день я собственными глазами видел удар господина Абеля, и я не настолько великая фигура, чтобы экзаменовать вас, — Харон замотал головой, всячески отрицая подобный умысел. — Это всего лишь скромное любопытство.
Любопытство?
— ...Ты ведь чуть не сдох?
Я опустил поднятую сигару на пепельницу.
Сделай он сейчас хоть один неверный шаг в нашем разговоре, я бы без колебаний напал на него.
К тому же я приказал Мист атаковать вместе со мной, начнись у нас с Хароном бой.
И Харон прекрасно об этом знал.
— Зачем ты это делаешь?
Это было самое обычное любопытство.
— Тебе не страшно умереть?
Принимать решение, способное привести к гибели, исключительно ради праздного интереса?
Обычный человек никогда бы не пошёл на подобное.
Это ничем не отличалось от банджи-джампинга с наполовину перетёртым канатом, готовым лопнуть в любую секунду.
На мой вопрос Харон ответил с невозмутимым лицом:
— Если я умру, значит, умру, вот и всё. Разве нет?
Иногда такие люди встречаются.
Те, у кого ради острых ощущений или любопытства напрочь атрофирован инстинкт самосохранения.
С подобным складом характера мне изредка доводилось сталкиваться после перерождения, в период жизни на преступном дне.
Но если стоявший передо мной Харон чем-то и отличался от этой породы, то лишь одним:
— Если я погибну из-за этого, значит, моя удача просто подошла к концу.
Харон не был из тех, кто действует очертя голову.
Окажись он импульсивным психом, каких порой встречаешь в преступном мире, он бы бросил мне вызов сразу же и тут же сдох.
Мозги у таких людей обычно затуманены сиюминутным дофамином, и они не способны взвешивать доводы рассудка.
Они бы ни за что не стали скрупулёзно анализировать причины и строить гипотезы, почему их до сих пор не прикончили, как это сделал Харон.
Звучит, конечно, заумно, но если выражаться проще, всё предельно очевидно.
Харон был безумцем, с холодным расчётом ставившим на кон собственную жизнь.
К тому же ассасином, способным убить Мастера.
— Так что, вы согласны выполнить мою просьбу?
— ...
Безумец, улыбающийся прямо передо мной.
Герцог — псих, а стоящий передо мной Харон — псих с холодным расчётом.
Герцогский дом Небула определённо был логовом, до краёв набитым сумасшедшими.
И главная проблема заключалась в том, что оба обладали столь выдающимися способностями, что избавиться от них было попросту невозможно.
— Ха-а...
Почему я вечно связываюсь со всякими психами?
Эта фундаментальная мысль промелькнула у меня в голове, но я тут же отбросил её.
Ладно, будем мыслить позитивно.
Во главе организации или семьи подобный безумец принесёт куда больше пользы, чем стадо бестолковых подпевал.
— Веди.
◇ ◇ ◇
«...»
Кайзен отрешённо смотрел на место, где только что стоял Абель.
Значит, если он примет предложение, ему предоставят право побороться за место Герцога?
— Ха...
Из-под бинтов, покрывавших его лицо, вырвался вздох.
Помолчав немного, он перевёл взгляд на Беллу, которая уже оправилась настолько, что могла самостоятельно ходить.
— Тебе... тоже... сделали... похожее... предложение?
— Помолчи лучше, на тебя больно смотреть. Что до ответа, то скажу «нет», — произнеся это, Белла тяжело вздохнула. — Ха-а... Когда Абель пришёл ко мне, я готовилась к худшему. Промывание мозгов или рабский контракт.
По правде говоря, так рассуждала побеждённая сторона.
Впрочем, учитывая дурную славу Герцогского дома Небула, опасения Беллы могли показаться даже наивными.
— Но этот человек, Абель, не причинил мне никакого вреда.
Вообще, с точки зрения Беллы, всё это выглядело крайне странно.
Она думала, что после обморока очнётся в сырой подземной темнице.
Однако стоило сознанию вернуться, как она обнаружила себя лежащей на мягкой постели.
Увидев капельницу, подведённую к руке для восстановления маны, она поняла, что Абель позаботился о её лечении.
«Зачем? Зачем он взялся меня лечить?»
Белла, мучившаяся этим вопросом, впала в ещё большее замешательство от слов Абеля, пришедшего проведать её на следующий день:
[Когда Кайзен очнётся, мне нужно будет кое-что сказать. А до тех пор сосредоточься на выздоровлении.]
Будь ему нужно её тело, что ж, она бы ещё поняла.
Не хвастовства ради, но внешностью она не была обделена.
Она посвятила жизнь оттачиванию магии, и её невинного девичьего тела никогда не касался мужчина, так что определённый интерес имел бы смысл.
Но Абеля это совершенно не интересовало.
Теряясь в догадках, она пришла в эту палату вместе с Абелем, узнав, что Кайзен очнулся, но услышанное повергло её в шок от собственной абсурдности.
Что? Право побороться за место Герцога?
— Ха-а... Спроси меня, я сама без понятия.
Она не могла понять, что у него на уме.
Неужели он начисто лишён жажды власти?
Нет, но как тогда объяснить столь масштабную игру, затеянную им ради захвата места Герцога?
Даже если он ценит таланты превыше всего, ни один правитель не станет приближать к себе того, кто угрожает его собственному трону.
— Однако...
— ...
— Я приму его предложение, — сказав это, Белла посмотрела на забинтованного Кайзена.
Человек, переполненный бунтарским духом, разительно отличался от неё, сдавшейся в тот день первой.
— А ты что будешь делать?
— ...
Кайзен промолчал в ответ на её вопрос.
— Впрочем, не имеет значения. Какой бы выбор ты ни сделал, — бросив эти слова, Белла поднялась со стула.
У неё не было причин проявлять к Кайзену особый интерес.
Единственной ценностью в жизни Беллы оставалась только магия.
Ну, разве что теперь её любопытство разжигал сам Абель.
— Я пойду. Ах да, напоследок скажу кое-что.
— ...
— Твоя верность убеждениям вызывает восхищение.
Она сказала это искренне.
— До встречи.
*Скри-и-ип.*
*Хлоп.*
В палате Кайзена воцарилась глухая тишина. Лёжа на кровати и уставившись в потолок, он сухо рассмеялся.
— Кх... Угх...
Каждый смешок отзывался невыносимой болью, будто лёгкие разрывало в клочья, но сдержаться он не мог.
Слова Беллы.
Да, возможно, где-то в глубине души она и впрямь восхищалась его поступком.
Однако истинный её посыл заключался в другом.
«Твоя верность убеждениям вызывает восхищение? Значит, отвергни предложение Абеля, чтобы остаться им верным».
Вот зачем она бросила эту фразу перед самым уходом.
Она собиралась согласиться.
«Но ты ведь не такой, как я? Раз уж ты столь благороден и не склонился перед силой Абеля, откажись и проваливай».
Именно такой скрытый подтекст несли её слова.
— Безумные... ублюдки... и суки.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...