От лица Микагэ Серины:
Даже после того, как обеденный перерыв закончился и я вернулась в класс, приятное послевкусие времени, проведённого с Наоки-куном, никак не желало исчезать.
Начались послеобеденные уроки, и я переписывала в тетрадь задачи, которые учитель записывал на доске. Закончив заданный раздел, я опустила взгляд, чтобы проверить ответы, и случайно заметила сумку с бэнто, висевшую сбоку моей парты.
Та тушёная морковка, оставшаяся в бэнто Наоки-куна...
Ему было трудно подхватить её левой рукой, поэтому мне захотелось помочь. Я ведь даже специально спросила, можно ли воспользоваться моими палочками, и Наоки-кун кивнул в знак согласия.
Значит, в том, что я сделала, не было ничего странного.
И всё же стоило мне так подумать, как в памяти тут же всплыло мгновение, когда кончики моих палочек коснулись губ Наоки-куна.
Это было едва заметное прикосновение.
Однако я с поразительной отчётливостью вспомнила, насколько близко мы тогда находились друг к другу и как прямо передо мной оказалось лицо Наоки-куна.
После этого я продолжила есть бэнто теми же палочками, но мне стоило невероятных усилий делать вид, будто ничего не произошло.
А я вообще смогла нормально есть?
Я так сильно думала о том, как мои палочки коснулись его губ, что почти не помнила, что положила в рот после этого.
Мы ведь сидели совсем близко друг к другу... Неужели Наоки-кун мог услышать, как сильно колотилось моё сердце?
Едва не забыв, что нахожусь посреди урока, я поспешно перевела взгляд обратно на тетрадь. Ответы оказались правильными.
И всё же мне понадобилось некоторое время, прежде чем я смогла снова задвигать механическим карандашом и перейти к следующей задаче.
Но дело было не только в палочках.
Это ведь я предложила ему вместе подготовиться к проверочной работе после каникул, и мы договорились встретиться завтра после уроков в библиотеке.
Я сказала, что хочу попробовать тамагояки, приготовленный им, попросила его попробовать и мою стряпню, a прямо перед окончанием обеденного перерыва ещё и попросила его остаться со мной на пять минут.
Если рассматривать всё по отдельности, у каждого моего поступка была вполне разумная причина. Ему было трудно есть левой рукой, поэтому я помогла.
Если мы будем заниматься вместе и объяснять друг другу непонятные темы, то сможем узнать новые способы решения задач, до которых не додумались бы самостоятельно.
А что касается готовки, то Наоки-кун сказал, что мамино тамагояки очень вкусное, и мне просто захотелось, чтобы он попробовал что-нибудь, приготовленное мной самой.
Не то чтобы мне хоть что-то из этого не нравилось. Скорее наоборот: каждый раз, когда Наоки-кун соглашался, я чувствовала себя счастливой.
И всё же...
Ведь все эти предложения я сделала сама за один-единственный обеденный перерыв. Оглядываясь назад, я понимала, что не успевала как следует обдумывать свои слова, прежде чем произнести их.
Сначала возникало желание провести с Наоки-куном побольше времени, а в следующий миг я уже озвучивала его вслух.
... Н-не слишком ли я увлеклась?..
Задаваясь вопросом, что Наоки-кун обо мне подумал, я опустила взгляд на тетрадь. Возможно, я поставила его в неловкое положение, предложив сразу столько совместных планов.
А что, если он, будучи таким добрым, просто соглашался, потому что не хотел меня обидеть?.. ... Нет.
Когда я предложила позаниматься вместе, Наоки-кун ответил: "Давай позанимаемся вместе".
А когда речь зашла о готовке, он выглядел искренне счастливым и сказал: "Мне приятно уже от одной мысли, что ты приготовишь что-нибудь специально для меня".
Мне не хотелось верить, что даже эти слова были сказаны исключительно из заботы о моих чувствах. Пригласить его, дать ему обещания, захотеть побыть вместе ещё немного — всё это исходило из моих собственных чувств.
Я спросила себя, хотела бы отказаться хотя бы от одного из этих предложений. Ответ пришёл мгновенно.
Я не хочу отказываться ни от одного из наших обещаний. Когда я осознала это, тревога, бурлившая в груди, немного утихла.
Учитель начал объяснять следующую задачу. Я вновь сосредоточилась на доске и продолжила писать механическим карандашом.
◇◇◇
На протяжении оставшихся уроков всякий раз, когда мои мысли пытались вернуться к обеду, я заставляла себя снова сосредоточиться на доске.
К началу заключительного классного часа послеобеденное солнце уже глубоко проникало в класс, отбрасывая длинные тени от ножек рядов парт и стульев.
Когда классный час закончился и нас отпустили, напряжённая атмосфера в классе мгновенно рассеялась. Ученики, спешившие на занятия в кружки, торопливо собирали вещи, а из коридора доносились голоса ребят, окликавших своих друзей.
Собравшись домой, я вышла из класса. Вскоре ко мне подошла Миу, а следом за ней — Рио и Котоха с сумками в руках.
Чтобы не мешать ученикам, проходившим по коридору, мы вчетвером отошли к стене неподалёку от двери класса.
— Ну что, как прошёл обед?
Когда Миу спросила об этом, я начала рассказывать всё по порядку, начиная с того, как мы вместе ели бэнто во дворе. Завтра после уроков мы собирались вместе заниматься в библиотеке, готовясь к проверочной работе после каникул.
Когда правое плечо Наоки-куна заживёт, каждый из нас принесёт приготовленный своими руками тамагояки, и мы обменяемся ими.
А ещё до этого я пообещала угостить его чем-нибудь собственного приготовления. Однако об одном происшествии я так и не смогла заставить себя рассказать.
О том, как кормила его морковкой своими палочками. Не то чтобы я хотела что-то скрывать от этих троих, но даже просто пересказать тот момент словами было пока слишком стыдно.
— Серина, так это ты предложила ему завтра вместе позаниматься?
— Ага. Я подумала, что у Наоки-куна могут быть собственные способы подготовки, поэтому сначала уточнила, не помешает ли ему это.
— А что ответил Айба-кун?
— Сказал: "Давай позанимаемся вместе". А ещё добавил, что хотел бы, чтобы я объясняла ему то, чего он не поймёт.
Пока я отвечала, в памяти всплыла улыбка Наоки-куна в тот момент, и по груди разлилось приятное тепло. Я понимала, что, стоит мне хоть немного расслабиться, как я тут же начну глупо улыбаться прямо здесь.
Поэтому поспешно сжала губы. Мне казалось, что я хорошо это скрыла, но Миу мгновенно меня раскусила.
— Ты ведь сейчас сдержала улыбку, да?
— ...
Губы Миу слегка изогнулись, но затем она неожиданно перевела взгляд в коридор. Несколько парней, проходивших мимо нашего класса, повернули головы в нашу сторону.
Они отвели глаза прежде, чем наши взгляды успели встретиться, но за сегодняшний день я уже далеко не впервые замечала подобное внимание.
— Ты ведь тоже это заметила, Серина?
— ... Ты о взглядах?
— Ага. С самого утра их становится всё больше.
Когда я разговаривала с Наоки-куном в коридоре и когда мы вдвоём обедали во дворе, окружающие постоянно поглядывали в нашу сторону.
Я думала, что это просто потому, что мы обращались друг к другу по именам или обедали только вдвоём.
Но, возможно, причина была не только в этом.
— Думаю, раньше были парни, которым ты нравилась, но они сдавались, потому что знали, что ты не любишь парней.
— ... Думаешь?
— Серина, ты гораздо популярнее среди парней, чем сама считаешь. Даже я могу вспомнить больше двух ребят, которым ты интересна, хотя сужу только по тому, что замечала сама.
— ... Мне это совсем не нравится.
От слов о том, что я популярна, мне не стало ни капельки приятно. Я даже думать не хотела о том, что несколько парней могут испытывать ко мне интерес без моего ведома.
Даже после поступления в старшую школу парни несколько раз неожиданно признавались мне в любви или просили мои контактные данные.
Каждый раз я отказывала.
Но когда на меня внезапно обрушивали чувства, о существовании которых я даже не подозревала, мне становилось ужасно некомфортно. Даже сейчас, вспоминая об этом, я ощущала неприятное чувство.
Когда передо мной стоял парень и ждал ответа, всё моё тело напрягалось, и единственным желанием было как можно скорее уйти. Возможно, взгляды, которые я ощущала с самого утра, означали то же самое.
От одной мысли об этом мои пальцы невольно крепче сжали ручки сумки.
... Но Наоки-кун другой. Вернее, он мне нравится.
— Видя, как ты совершенно спокойно разговариваешь с Айбой-куном, некоторые могут подумать, что ты избавилась от своей неприязни к парням. А если они так решат, кто-нибудь наверняка захочет попробовать сам с тобой заговорить.
— ... Я совсем не изменилась.
Слова вырвались сами собой, прежде чем я успела подумать.
— Я могу разговаривать с Наоки-куном, потому что это именно он. И потому что я сама хочу с ним разговаривать. Это вовсе не значит, что я вдруг научилась точно так же общаться с другими парнями.
— Но об этом знаем только мы. — Миу ответила спокойным голосом.
— Люди, которые не знают твоей ситуации, не смогут понять таких подробностей. Просто имей в виду, что ничего удивительного не будет, если кто-нибудь вдруг начнёт пытаться сблизиться с тобой.
Рио, до этого молча слушавшая наш разговор, обеспокоенно заговорила:
— Кстати, Серина, а что насчёт того парня, который поджидал тебя по дороге из больницы? Ты с тех пор его видела?
— Он учится в другом классе, и с того дня я его больше не встречала.
— Понятно. Но только потому, что ты его не видела, не стоит считать, будто всё в порядке. Он ведь из тех, кто не станет слушать, сколько бы раз ты ему ни отказала.
— Ага. Необязательно сразу думать, что что-нибудь снова случится, но, по-моему, нам хотя бы стоит узнать его имя и класс.
Услышав, что Котоха тоже так считает, я посмотрела на них и кивнула.
— Ага. Я буду осторожна.
После этого Миу продолжила, словно желая убедиться, что я правильно её поняла:
— Только я ведь не говорю, что тебе нужно меньше общаться с Айбой-куном, ясно?
— ... Ага. Вот этого я совершенно точно не хочу.
Я не могла управлять тем, как окружающие воспринимают происходящее. Но из-за них я совершенно не собиралась сокращать время, которое проводила с Наоки-куном.
— Ага. И правильно.
Выражение лица Миу наконец смягчилось.
— Спасибо вам всем. И... простите, что я всё это время говорю только о себе.
— Ты чего извиняешься? Мы ведь сами собрались здесь, потому что хотели послушать твой рассказ.
— Именно. Даже с нами тебе не нужно так сдерживаться.
— Я тоже рада, что ты нам всё рассказала.
Увидев, что ни одна из троих совершенно не возражала, я почувствовала, как оставшееся в груди чувство вины понемногу исчезает.
И как раз когда мои плечи наконец расслабились, голос Рио вдруг оживился, словно она что-то вспомнила.
— Кстати, Серина. Ты ведь ещё пообещала Айбе-куну что-нибудь приготовить, верно?
— Д-да. Поэтому я и думаю попробовать приготовить что-нибудь сама. Вот почему... Рио, я хотела попросить тебя об одном одолжении.
— Меня?
— Ты ведь умеешь готовить, Рио?
— Более или менее. Иногда в выходные я готовлю ужин, да и несколько разных гарниров для бэнто умею делать.
Я и раньше слышала, что она готовит дома, но никогда не расспрашивала об этом подробно.
Оказалось, что у Рио гораздо больше опыта, чем у меня. Она с интересом ожидала, о чём я собираюсь попросить.
— Эм... Не могла бы ты как-нибудь научить меня готовить?
— Тамагояки?
— Я собираюсь попросить маму научить меня готовить тамагояки. А ещё хочу научиться делать что-нибудь другое, что можно положить в бэнто.
— Чтобы угостить Айбу-куна?
Этот вопрос задала не Рио, а Миу.
Она понизила голос, чтобы остальные ученики не услышали, но стоило мне услышать имя Наоки-куна, как я сразу вспомнила наше обеденное обещание.
— ... Ага. Я ещё не решила, что именно приготовлю, но хочу, чтобы Наоки-кун попробовал что-нибудь, сделанное моими руками.
К тому моменту, когда я договорила, мне стало настолько стыдно, что я не могла посмотреть в глаза ни одной из них.
Я опустила взгляд на ручки своей сумки, а Рио гордо выпятила грудь, словно ей только что доверили невероятно важную миссию.
— Понятно! В таком случае положись на меня!
— П-правда?
— Конечно! Если не начнём с чего-нибудь слишком сложного, всё получится. Если блюдо предназначено для бэнто, оно должно оставаться вкусным даже холодным и не выделять слишком много жидкости. Это тоже нужно учесть.
Похоже, у Рио уже было несколько идей. Она принялась загибать пальцы, перечисляя возможные блюда.
Все эти названия я слышала и раньше, но совершенно не представляла, с чего начинать, если придётся готовить их самостоятельно.
— Ты говоришь так уверенно, хотя ещё даже не решила, чему именно будешь её учить.
В разговор вмешалась Котоха. Рио, по-прежнему гордо выпятив грудь, ответила:
— Мне доверили всё, начиная с выбора блюда!
— Я вообще-то не собиралась просить тебя о настолько многом...
— Не стесняйся! Сначала узнаем, какие продукты не любит Айба-кун, а потом подберём то, что ты сможешь приготовить, Серина.
— Может, лучше сначала определиться с блюдом, а потом выбрать день, который подойдёт вам обеим?
Услышав предложение Котохи, Рио согласно кивнула. Мы решили обсудить подробности в другой раз.
— Спасибо, Рио.
Обрадовавшись, что она согласилась помочь, я улыбнулась.
Рио счастливо кивнула в ответ. Затем Миу заговорила, словно только что о чём-то вспомнила:
— Кстати, у вас троих есть какие-нибудь планы на последние выходные этого месяца?
— Пока свободна. А что-то намечается?
На вопрос Рио Миу по очереди посмотрела на каждую из нас.
— Ну, я тут подумала... Может, съездим с ночёвкой на загородную виллу моей семьи?
Если подумать, незадолго до этого, во время обеда, Миу выходила из класса, чтобы позвонить и уточнить расписание своей семьи.
Возможно, тот звонок как раз был связан с виллой.
— На виллу?! Я хочу!
Голос Рио мгновенно оживился. Мне тоже стало интересно, как выглядит загородный дом Миу, поэтому я кивнула рядом с Рио.
— Я тоже с удовольствием поехала бы! Наверняка будет очень весело остаться всем вместе на ночь.
— Ага. Мне тоже интересно.
Котоха тоже выглядела заинтересованной, но затем ненадолго замолчала, словно что-то обдумывая.
— Сейчас у меня никаких планов нет, но если мы собираемся оставаться с ночёвкой, мне сначала нужно узнать подробности, прежде чем обсуждать это с родителями.
— Ага. Мне тоже придётся поговорить со своими. Но если получится, я обязательно хочу поехать.
Услышав слова Котохи, Миу кивнула.
— Конечно. Сегодня я просто хотела убедиться, что ни у кого уже нет планов. Мои родители не поедут, но с нами будет человек, который заботится обо мне с самого детства. Позже я подробно объясню, где находится вилла и кто именно поедет с нами.
— Значит, нам нужно будет узнать подробности и поговорить с родителями, правильно?
— Именно.
Убедившись, что мы трое пока свободны, Миу удовлетворённо кивнула. Но Рио всё ещё интересовалась виллой и снова повернулась к ней.
— А примерно где она находится?
— Ну, об этом расскажу позже.
На этом Миу закончила обсуждение поездки, и Рио вернулась к объяснениям о гарнирах, которые удобно класть в бэнто.
Названия блюд сыпались одно за другим. Я со смехом сказала, что ни за что не смогу запомнить столько всего, и подняла голову.
И в этот момент, взглянув в коридор, я заметила Наоки-куна, который шёл в нашу сторону неподалёку от нас.
Наоки-кун тоже меня увидел и остановился. С того момента, как мы расстались после обеда, прошло всего несколько часов.
И всё же стоило мне его заметить, как внутри груди словно зажёгся маленький огонёк, а моя рука поднялась сама собой, прежде чем я успела что-либо подумать.
Не желая прерывать разговор остальных троих, я не стала окликать его. Вместо этого лишь слегка помахала рукой на уровне груди.
Наоки-кун поставил сумку, которую нёс в левой руке, на пол рядом с ногами и помахал мне освободившейся рукой в ответ.
На его лице появилась мягкая улыбка. И мне показалось, будто наше обещание встретиться завтра, данное за обедом, снова без слов прозвучало между нами.
— Быстро же ты заметила Айбу-куна, Серина.
Услышав голос Рио рядом с собой, я поспешно повернулась обратно.
— Н-ну... ага.
Пока я тихо отвечала, Наоки-кун слегка поклонился остальным троим, снова поднял сумку и направился к лестнице. Осознав, что он уже собирается уходить, я невольно продолжила провожать его взглядом.
Но прямо перед тем, как начать спускаться, Наоки-кун ещё раз оглянулся в нашу сторону. Поняв, что он застал меня всё ещё смотрящей на него, я едва не отвернулась от смущения.
И всё же, вспомнив наше обещание на завтра, я беззвучно пошевелила губами.
"До завтра".
Мгновение спустя Наоки-кун так же беззвучно произнёс в ответ те же слова. Он находился слишком далеко, чтобы я могла услышать его голос, но я прекрасно поняла, что он сказал.
Я смотрела, как он с улыбкой исчезает за лестницей, а затем повернулась к остальным троим. Рио подняла указательный палец и принялась раскачивать его из стороны в сторону над головой.
— Антенна Серины обнаружила Айбу-куна! Пип-пип-пип!
— Что? Ты надо мной издеваешься?
— П-прости! Я обязательно научу тебя готовить что-нибудь вкусное, так что прости меня!
— Ну правда...
Рио поспешно опустила палец.
А стоявшая рядом с ней Миу всё это время молча наблюдала за Наоки-куном, пока он направлялся к лестнице.
— Похоже, Айба-кун тоже с нетерпением ждёт завтрашнего дня.
— ... Т-тебе так показалось?
— Ага. Когда он тебя заметил, его лицо сразу стало мягче.
Ответив, Миу ещё раз посмотрела в сторону лестницы, где исчез Наоки-кун. Вскоре она снова перевела взгляд на меня, но больше ничего не сказала.
Я вспомнила улыбку Наоки-куна перед тем, как он спустился по лестнице. На уроках я переживала, что могла доставить ему неудобства, предложив за обедом так много всего.
Но если при виде меня его лицо действительно смягчилось, значит, по крайней мере, я могла верить, что он был рад меня увидеть.
Возможно, он ждёт нашей завтрашней встречи ничуть не меньше, чем я.
От этой мысли уголки моих губ снова предательски поползли вверх.
— Серина. У тебя опять всё на лице написано.
После замечания Котохи я поспешно сжала губы.
— Завтра вы ведь собираетесь заниматься, так что смотри действительно учись.
— ... Ага.
— Какой-то подозрительный ответ.
— Миу, ну и ты туда же! Я собираюсь нормально заниматься!
Все трое по-прежнему смотрели на меня с некоторым сомнением. Но у меня самой не хватало уверенности, чтобы продолжать спор.
Я поправила сумку в руке и направилась вперёд.
◇◇◇
Когда я вернулась домой, переоделась и закончила домашние задания, то направилась к обеденному столу как раз в тот момент, когда мама накрывала ужин.
Я предложила помочь, но она ответила, что осталось только принести к столу разогретые блюда, поэтому я первой заняла своё место.
Вскоре домой вернулся папа. Мы втроём начали ужинать, и спустя некоторое время папа поставил на стол миску с мисо-супом и посмотрел на меня.
— Как сегодня себя чувствовал Наоки-кун?
— Хорошо. Ему всё ещё трудно двигать правой рукой, но настроение у него, похоже, было хорошее.
— Понятно. Главное, чтобы он себя не перенапрягал.
Папа с облегчением кивнул. Сидевшая напротив меня мама, похоже, тоже переживала за Наоки-куна.
Она даже не притронулась к палочкам, пока я не закончила говорить.
— Вам сегодня удалось пообщаться в школе?
— Ага. Утром мы немного поговорили, а потом вместе пообедали. Только вдвоём.
— Только вдвоём?
Голос мамы слегка повысился, а папа снова повернулся ко мне.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...