— Айша, сядь папе на колени.
Вот как обернулось дело.
— Ваша Светлость, десерты по вашему приказу. Трёхъярусный поднос с пирожными и клубничный торт со свежими сливками.
— Клубничный торт поставь перед Одуванчиком.
— Но юный господин Лукас? Торт ведь предназначался вам...
— Да какая сейчас разница?!
Бам!
— !
Лукас с грохотом врезал кулаком по столу, и перепуганные слуги мгновенно разлетелись кто куда.
В итоге я так и сидела перед портретом на коленях у Каллипса, вынужденная покорно жевать торт, который подсовывал мне Лукас.
«В чём проблема? Что я сделала не так?»
Вжик.
От напряжения мои волосы, собранные в два хвостика, встопорщились вверх. Это был критический уровень тревоги.
Я отчаянно зашевелила извилинами, и, к счастью, на ум пришло несколько гипотез.
Первое. Каллипс был крайне чувствителен во всём, что касалось семьи.
«Значит, мои слова о кровных узах задели папу...»
Второе. Лукас издал свой львиный рык.
«И это тоже из-за моих слов о кровных узах... Они задели и Лукаса...»
Следовательно, вывод.
Я приняла шутки горничных о моём сходстве с герцогиней за чистую монету, и теперь папа с братом рассердились.
«....»
То есть я сама во всём виновата, да?
Я пребывала в полной растерянности.
— Айша. Ты сегодня и волосы распустила, и платье такое красивое надела. Похожа на маму с того портрета, правда?
Пока я напряжённо размышляла, страшный низкий голос внезапно задал мне вопрос.
«Это...»
Это проверка! Вопрос, призванный выявить разницу между мной, приёмной, и их настоящей кровной роднёй!
Меня явно прощупывают.
«...Любящая, но знающая своё место приёмная дочь. Ведь это - я».
Вспых...
Когда я распахнула зажмуренные было глаза, в моих голубых зрачках зажёгся огонь.
Отец. Хотя на душе и горько, я и так безмерно благодарна вам за то, что приняли меня.
«Раз уж так вышло, я стану лучшей приёмной дочерью!»
Полная решимости, я решительно открыла рот, но...
— Нет! Я даже не смею и близко претендовать на сходство с госпожой герцогиней...
— Цок.
А, это было не то?
— Госпожа герцогиня и я - совершенно разных кровей...
— Цыц.
И это тоже неправильный ответ?
Я забегала глазами и выпалила чуть более резко:
— Госпожа герцогиня, с рождения принадлежавшая к иному, высшему сословию, была зачата как благородная аристократка и, благодаря сбалансированному питанию и аристократическому воспитанию, стала умной и мудрой! Тогда как я родилась в безымянном полуподвале, не зная своих родителей, и в три года впервые взяла в руки кинжал...
— Лукас. Заткни ей рот тортом.
— Ага.
— Ммф!
По приказу отца Лукас предпринял торт-атаку, и я, не в силах сопротивляться, рухнула под этим безжалостным натиском.
Ах. Этот сладкий и до ужаса приторный аромат сахара.
В конце концов, не в силах противиться искушению, я принялась жевать торт.
Ням-ням.
— ...Что я сделала не так-то?..
Мне ведь тоже было обидно.
Я всего лишь сказала им то, что, как мне казалось, они хотели услышать.
Заодно и своё положение чётко обозначила этим разговором.
— Я, просто честно!
— Сперва вытри рот.
Из-за набитого тортом рта моё произношение страдало, и папа, опустив взгляд, вытер крем с моих губ.
А затем с серьёзным лицом тихо спросил:
— Кто я такой?
Ну и философский вопрос. Я надула губы и ответила:
— Папа.
Тогда длинный и толстый палец отца указал на герцогиню.
— Если я папа, то кто эта госпожа?
Сглотнув.
Я с трудом проглотила торт и чётко произнесла:
— Герцогиня Ариена Крост.
— И твоя мама.
— Что? Нет, как же... Я не дочь герцогини. Я же знаю своё место!
— ...Что?
Тут лица Каллипса и Лукаса, которые смотрели на меня сверху и сбоку, слегка окаменели.
«...?»
Атмосфера становилась какой-то угрожающей.
Даже Май, наблюдавшая издалека, уже стояла рядом и глядела на меня с беспокойством.
«Я действительно что-то не так сказала?»
Я не была запланированной приёмной дочерью. Скорее, судьба привела меня к ним случайно.
Умная, жизнерадостная, но соблюдающая границы приёмная дочь.
Разве не в этом заключалась моя роль?
Я думала именно так.
— Нет.
С этим твёрдым низким голосом огромная ладонь накрыла мою макушку.
— Я знаю, что опять творится в твоей крохотной головке. Так вот, это не то, о чём ты сейчас думаешь.
«Нет? А что тогда?»
Я хотела задать вопрос, но, опасаясь задеть больное место, лишь опустила голову набок.Тогда Каллипс продолжил:
— Мне было 22 года. Тогда-то я и встретил вашу маму, в королевстве Доктия.
Его пальцы нежно теребили мою щёку.
Мягкий и ласковый голос, будто читающий сказку на ночь, ложился мне на уши.
Я навострила уши, а он продолжал:
— Я был на приёме, куда не хотел, но вынужден был идти. Это был дружественный приём между королевствами Доктия и Фрозен, и я, как высокопоставленный аристократ, обязан был присутствовать.
— Это история вашей первой встречи с мамой?
Спросил Лукас. Похоже, он тоже слышал её впервые.
— В перерыве между танцами мне стало скучно, я вышел прогуляться и случайно забрёл на рабский аукцион. Тогда-то меня и выставили на продажу, приняв за «красивого раба с хорошим телосложением»...
— Папа! А как же твоя ледяная сила?
— Я хотел применить её. Был в ярости, уже собирался использовать свою силу...
— И?
— И-и?
— Но тут появилась ваша мама и купила меня.
«Чего?»
«Это что, роман 18+?»
— Вообще-то меня уже взбесил сам факт того, что меня продают, и я намеревался взорвать весь аукцион. Но ваша мама была так прекрасна собой...
Хвать.
Я прикрыла папин рот своей маленькой ладошкой.
— Минуточку. Это точно для всех возрастов?
— Ишь ты. Тебе всего пять лет, а ты уже такие слова знаешь? Нет, всё не так. Как выяснилось, ваша мама специально пробралась туда, чтобы сорвать нелегальный аукцион.
— Ух ты. Круто.
— Круто.
Я и Лукас, снова превратившись в слушателей, восхищённо приоткрыли рты.
Тут Лукас вдруг широко распахнул глаза, будто что-то вспомнив:
— Точно! Мама была очень справедливым человеком. Она в пух и прах разносила незаконных работорговцев и постоянно жертвовала деньги в приюты.
— Когда ваша мама всё разносила, мне приходилось бегать следом и прибирать за ней.
— Но тебе ведь это нравилось?
— Нравилось. И ещё...
Папа, поглаживавший Лукаса по голове, перевёл взгляд на меня.
— У нас ведь родилось двое сыновей. А ваша мама очень хотела дочку.
Дочку.
От этих слов моё лицо почему-то залилось краской.
— Если бы она увидела тебя сейчас, она была бы безумно счастлива. Наверняка позвала бы свою удивительную дочь вместе бороться с нелегальными рабскими аукционами.
Вот как. Будь герцогиня Крост жива, увидь она меня... и правда была бы рада?
«....»
Я молча повернула голову и посмотрела на портрет.
Золотистые глаза герцогини, сидящей на стуле и глядящей на меня, казалось, искрились улыбкой.
* * *
Десять минут до начала приёма.
— Этот сопляк...
— ...Последняя попытка тоже провалилась.
Центральный зал королевского дворца уже заполонили толпы знати.
Герцог Поуз созерцал величественное зрелище с балкона второго этажа, где почти не было посетителей.
— Даже последний запасной план, на случай непредвиденного, провалился. Ничего не поделаешь. Готовьте.
— Готовить... что именно?
— Раз наша фальшивая юная госпожа упорно не желает идти к нам, придётся устроить ей взрыв.
Бдыщь.
Сложив пальцы, изображая взрыв бомбы, герцог Поуз разорвал губы в усмешке.
Так начался приём.
✦•············•⊱· · – ·✶· – · ·⊰•············•✦

Комментарии

Загрузка...