Намерение — это непоколебимая мысль.
Я мог лишь смутно ухватить это определение своим разумом.
Фундаментально Намерение — это сила, которая делает невозможное возможным. Однако её направленность варьируется в зависимости от человека и находится под сильным влиянием внутреннего мира мастера.
До регрессии было время, когда множество великих воинов, достигших стадии Цветущей Гармонии, объединили свои силы. Тот факт, что даже они в итоге пали от рук Небесного Демона, был весьма значимым, но сейчас важнее было другое: тогда, со стороны, я смог стать свидетелем боевых искусств тех, кто познал Хвагён.
Настоятель Шаолиня, символизирующий сострадание Будды, был олицетворением несокрушимости и стойкости, а его присутствие ощущалось на самой грани человеческого восприятия.
Лидер Чёрного Союза, мастер парных копий разной длины, беспрестанно давил и подавлял своего оппонента. От начала и до конца боя в его движениях чувствовался Путь Тирана — желание безраздельно властвовать.
Глава Муримской Лиги, выходец из Секты Нищих, демонстрировал решительную и непоколебимую технику ладоней, передававшую его волю ставить на кон всё ради борьбы с несправедливостью.
Прочие мастера стадии Цветущей Гармонии раскрывали свои высшие техники.
Я не мог сказать, что полностью осознал боевой путь каждого из них, видев их в деле всего раз или два, и не мог проводить сравнения. Но то, что они воплощали, чувствовалось кристально ясно.
Настоятель Шаолиня стремился стать Буддой.
Лидер Чёрного Союза жаждал стать тираном, возвышающимся над всеми.
Глава Муримской Лиги просто следовал зову праведности.
Наверняка это и имела в виду Сомун Хварин, когда говорила о Намерении и непоколебимой мысли. Иными словами — это судьба, которую воин стремится исполнить на протяжении всей своей жизни.
Что же тогда ищу я?
В самом начале я взял меч, потому что был голоден. Но в какой-то момент, даже когда голод отступил, я продолжил им размахивать.
Чтобы есть лучшую еду, жить в лучшем доме, вызывать восхищение у людей.
И просто потому, что мне полюбился клинок.
Но и это длилось недолго — к моим причинам владеть мечом начала примешиваться жажда мести.
В разгар вторжения Небесного Демона я сражался за выживание. Но в финальный миг — когда я увидел падение Тан Соволь — мой меч снова вспыхнул пламенем отмщения.
Если бы мне пришлось выбирать одно слово, определяющее мой меч, это была бы месть...
Но если спросить, стоит ли посвящать этому всю жизнь — я бы засомневался.
В конце концов, я уже однажды потерпел крах и теперь исправляю его через регрессию. Я даже сразил лидера Секты Меча Черных Небес еще до того, как он стал Императором.
В прошлой жизни — возможно. Но в этой месть больше не была моей путеводной звездой.
— Это трудно.
Спарринг с Сомун Хварин продлился до заката. За это время мне удалось воспроизвести несколько ударов со слабыми проблесками Намерения, но само это ощущение всё еще казалось бесконечно далеким.
Пока я разминал ноющие плечи и бормотал себе под нос, Сомун Хварин усмехнулась:
— Это вполне естественно. Пробуждение собственного Намерения сродни попытке заглянуть в себя и переосмыслить свою суть. Для таких, как мы с тобой, это не может быть просто.
— Что значит — для «таких, как мы»?
— Разумеется, я имею в виду мастеров Неправедного Пути.
— Я, может, и не выгляжу так, но я представитель Праведного Пути.
— Это лишь твоя принадлежность. Из всех мастеров, что я видела, ты — второй в списке самых отъявленных сапа*. (*Группа мастеров с методами "черного" пути.)
Неужели всё настолько плохо?
Я спросил с легким сарказмом:
— И кто же первый?
— А кто же еще? Лидер Чёрного Союза.
— Хм. С этим не поспоришь.
Если мастером Неправедного Пути называть того, кто использует боевые искусства ради личной выгоды, то в эту эпоху никто не сравнится с главой Чёрного Союза.
Я кивнул и вложил меч в ножны.
— И всё же, находясь в этой ситуации, я начинаю понимать, почему так мало сильных мастеров неправедных сект достигают стадии Цветущей Гармонии.
— Именно. Люди говорят, что это из-за их вечных междоусобиц или потому что их техники не сохраняются и со временем исчезают... но причина не только в этом. На самом деле, если брать пропорционально, в сапа даже больше экспертов.
Это правда. Праведные секты часто принимают учеников, даже если у них нет таланта, в то время как на неправедном пути кто-то умирает почти каждый день...
Главное различие кроется в реальном боевом опыте.
Праведным воинам позволяют войти в мир Мурима только после того, как они станут достаточно крепкими, порой под пышным титулом «Первый шаг в Муриме».
Но мастера неправедных сект бросаются в самое пекло с самого начала.
Они сталкиваются с ситуациями на грани жизни и смерти гораздо чаще, и если выживают, неизбежно становятся сильнее и быстрее.
Неправедные техники также ориентированы на быстрый набор мощи.
Поэтому при одном и том же уровне культивации воины неправедных сект, как правило, сильнее в настоящей драке, чем те, кто на светлой стороне.
Даже среди Пяти Великих Кланов и Девяти Великих Сект большинство последователей едва ли выдержат сравнение.
Их истинная мощь кроется в масштабности организаций.
Так что, несмотря на превосходство Праведного Пути в охвате и сплоченности, баланс сил между добром и злом кое-как сохраняется.
Это верно даже для стадии Цветущей Гармонии — сферы за пределами обычного мастерства, где воин считается абсолютным экспертом. Но здесь причины немного иные.
Даже при одинаковом уровне культивации мастера сапа стадии Цветущей Гармонии обычно сильнее в чистом бою.
Лидер Чёрного Союза — один из самых молодых среди познавших Хвагён, но его оценивают как одного из сильнейших.
Но цифры говорят о другом.
В то время как многие неправедные воины умирают молодыми, лишь единицы из них когда-либо пробиваются к стадии Цветущей Гармонии.
До сих пор я думал, что дело в нечистоте их внутренней энергии, уязвимости к ментальному безумию или в том, что праведные техники — построенные на крепком фундаменте — больше подходят для достижения высот.
Но теперь, когда я столкнулся с этим лично, я понял.
Всё это были лишь оправдания, придуманные задним числом.
Даже если энергия не чиста, есть способы это компенсировать. Моя Техника Погибели, Крушащей Волны, к примеру, использует убийственное намерение для баланса.
Уязвимость к безумию? Это случается только тогда, когда кто-то бездумно тянется к следующему рангу, не имея на то права. Те, кто теряет контроль, изначально не были рождены для вознесения.
И хотя крепкая основа, несомненно, важна, она не является гарантией.
Будь это так, вершин достигали бы только дети великих семей, и всё же — сколько безымянных бродяг поднялись на небывалую высоту? Сколько мастеров всю жизнь отдали изучению основ и всё равно умерли в безвестности?
Если вплетать в спор талант, то на этом дискуссию можно заканчивать — кто-то рожден для стадии Цветущей Гармонии, а кто-то нет.
Так почему же, будучи в среднем сильнее, мастера сапа так мучительно стремятся к Хвагёну?
Ответ прост. И фундаментален.
— Это ничем не отличается от пути аскезы и самосовершенствования. Говорят, что давным-давно люди становились бессмертными через боевые искусства. Думаю, это преувеличение, но, возможно, оно не лишено смысла.
Достижение стадии Цветущей Гармонии через Намерение требует самоанализа и бесконечного оттачивания духа.
Такое созерцательное развитие чуждо большинству мастеров неправедных сект, которые поглощены выживанием и богатством.
Но для воинов Праведного Пути это знакомая стезя.
— Честно говоря, это немного давит.
— Стены — они такие. Стоит их преодолеть, как понимаешь: иногда они были вовсе не такими уж пугающими.
— Вы сказали мне не торопиться, не идти на компромиссы, яростно сражаться и искать свой путь с предельной настойчивостью, верно?
— Именно так. Я отрешилась от себя и терпела более десяти лет созерцания, чтобы достичь нынешнего уровня. Спешка ни к чему не приведет.
— Хм. Учитывая ваш возраст, старшая Сомун Хварин, разве это не похоже на почти двадцать лет?... Ах да, для протокола — мне восемнадцать.
— Не смей говорить это вслух!
Внезапно пораженная жестокостью реальности, Сомун Хварин нахмурилась и принялась колотить меня по плечу сжатыми кулачками.
В отличие от спарринга, в этих ударах не было реальной силы — скорее шутливые хлопки.
Я принял удары и кивнул:
— Понял. На самом деле, это к лучшему. У меня сейчас есть дела поважнее, так что самое время немного замедлиться и сосредоточиться на тренировках, как вы и советовали.
— И что ты имеешь в виду под «делами поважнее»? Почему тебе нужно тренироваться не спеша?
— Ну... по сравнению с моим озарением, моя внутренняя энергия и тело немного отстают.
— ...?
— У меня не хватает энергии, чтобы долго поддерживать пламя меча, а тело настолько слабое, что всего несколько повторений движений под влиянием Единства Божественного Меча выматывают меня до предела.
— А?
Сомун Хварин часто и недоверчиво заморгала.
Но это была правда. Соль Лихян пострадала в битве с Кроваво-пламенным Демоном Меча из-за истощения и неспособности подавить энергию своего Тела Чистой Инь.
А я тогда попросту рухнул от дикой усталости.
— Что ж, внешние искусства слегка отстают, но это не главная забота. Пока я продолжаю тренировки, они подтянутся. Более того, я еще не перестал расти.
— Ты имеешь в виду рост?!
— Не так активно, как раньше, но да, понемногу расту.
Сомун Хварин посмотрела на меня с молчаливой завистью.
Если подумать, она была ниже даже Соль Лихян. Может, до омоложения она и была чуть выше, но наверняка ненамного.
— Реальная проблема в моей внутренней энергии. Изначально я планировал восполнить её Призывающей Пилюлей, наградой Собрания Юнбон... но, как вы знаете, меня дисквалифицировали.
— П-прости...
— Вы не виноваты, старшая. К тому же Соль Лихян договорилась, что я получу особый эликсир от главы Клана Эон, и от главы клана Пэн мне тоже обещали один, так что скоро эта проблема решится.
— Но ни один из них еще даже не приехал. О чем ты говоришь?
— Они уже пообещали мне. Если у них есть хоть капля гордости, они исполнят обещание.
— Твоя совместимость с Хян просто идеальна... Жаль только, что это проявляется в таких бандитских замашках.
Я пожал плечами на ворчание Сомун Хварин и направился прочь из тренировочного зала.
По пути я распорядился, чтобы ужин для Сомун Хварин принесли в мою комнату — сегодня мы решили поесть вместе.
В отличие от Сомун Хварин, которая всё еще выглядела свежей и бодрой, я выложился на полную, поэтому быстро умылся и переоделся, прежде чем вернуться в комнату.
Весь день моя голова была занята боевыми искусствами — но как только я увидел открывшуюся картину, все мысли мигом испарились.
Оно и понятно: Тан Соволь прижимала Соль Лихян к полу, усевшись сверху и зажав её руки коленями, полностью её обездвижив.
— Хе-хе... На этот раз тебе не сбежать.
— Пусти — пусти меня, сестра Тан!
— Нет уж. Ты сама постоянно убегала, так что это твоя вина.
Тан Соволь ухмылялась со странно сбитым дыханием, и я не сдержался:
— Какого черта вы двое вытворяете? В моей комнате?
Услышав мой голос, Тан Соволь резко повернула голову, перевела взгляд с себя на прижатую Соль Лихян, а затем быстро замотала головой:
— П-пожалуйста, погоди! Я могу всё объяснить!
Фраза, которую я слышал уже слишком много раз.
Глава 132

Комментарии

Загрузка...