В поместье Хасгард после Праздника охоты.
За ужином Дэйвин вдруг заговорил:
— Отец, думаю, мне пора возвращаться.
— Возвращаться? Дэйвин, ты ведь уже дома.
— Я об академии.
При упоминании академии родные стали переводить взгляды с меня на Эстер и обратно. Эстер, приглашённая на ужин за свои заслуги на Празднике охоты, так и застыла, не донеся до рта кусочек торта. До этого она с удовольствием уплетала десерт, но когда на неё уставилось столько глаз, ей, похоже, стало не по себе.
— Это дело... всё ещё не закончено?
— Нет. По сути, оно только начинается.
Точнее, под видом покровительства я срывал романтические ветки.
— Я намерен оставаться рядом со студентками и помогать им, пока каждая не добьётся успехов. По сравнению с Эстер остальные почти не продвинулись.
Я покосился на Эстер, и её лицо стало пунцовым, как вишенка на её торте.
БРЯК
В ту же секунду старший из братьев Хасгард выронил вилку.
— Дэйвин... ты правда уезжаешь? Так... скоро?
— Да. Собираюсь выехать завтра на рассвете.
— Один день!
— Что?
— Один день... Неужели ты не можешь остаться ещё хоть на денёк? Я ведь к твоему приезду шахматы приготовил! Из-за хлопот с Праздником охоты так и не успел их достать. Даже мастера нашёл, чтобы выточил фигуры из отборного нефрита...
— Дайер, я уже давно потерял интерес к таким вещам.
— Как же так!..
— Братишка, я тоже хотел бы, чтобы ты побыл подольше, — подхватил средний Хасгард.
Опять эти засранцы за своё.
— Старший брат, может, и купил тебе дорогих игрушечных лошадок, а вот я привёз из-за границы настоящих коней. Если уж тебе непременно надо уехать завтра утром, может, прямо сейчас съездим вместе на охоту? На новых конях.
— Но... мы ведь ужинаем.
— Значит, ночная дичь в самый раз. Лисы. Да, лисы отлично подойдут.
— Прости. Я что-то устал...
— Как же так...
Средний Хасгард понурил голову. Старший уже пал, теперь и второй пошёл ко дну.
— А главное...
Я откашлялся и посмотрел на отца.
— Мне нужно выяснить, кто стоит за покушением на Романса. Хотя, полагаю, вы оба уже принимаете меры.
Родители вмиг переменились в лице. Тёплые улыбки исчезли, взгляды стали острыми.
Похоже, я угадал.
— Судя по всему, убийцы принадлежали к организации, действующей в маркизате, где находится академия. Там я и займусь расследованием.
— Дэйвин, это слишком опасно. По-моему, тебе лучше предоставить это семье.
— Дайер прав, братишка. Если ты затеял это из-за того, что меня ранили, не бери так близко к сердцу. Сейчас нам нужно быть особенно осторожными...
— Нет.
Отец оборвал братьев.
— Дэйвин, я доверяю это тебе.
Обычно отец суетился бы не меньше братьев, но теперь в его голосе звучала непривычная жёсткость.
— Ты прав. Мы намерены найти их любой ценой.
Он говорил с ненавистью, совершенно ему несвойственной.
— Рассчитываю, что ты займёшься этим на месте, Дэйвин.
014
После возвращения Дэйвина в маркизат.
В поместье маркиза.
— Господин Фред, к вам посетитель. Говорит, что он третий сын рода Хасгард.
Как всегда, маркиз Фред совершал утреннюю молитву, стоя на коленях перед статуей Богини. Поблагодарив за ещё один день жизни и помолившись о мире, он медленно открыл глаза.
— Говорит, что хочет обсудить квартал развлечений...
— Догадываюсь.
Фред не дал слуге договорить.
— Не знаю такого рода. Небось очередной молодой господин отправился развлекаться, в квартале его обобрали до нитки, и теперь он явился сюда ныть. Разве не очевидно?
Такое время от времени случалось: не знавший жизни дворянин из чужих краёв приезжал в квартал развлечений и спускал всё до последней монеты.
Благодаря академии и епархии маркизат в целом пользовался доброй славой. Но в его тени находилось место и кварталам развлечений, и трущобам.
Где свет, там неизбежно и тень.
— Проклятье, опять этот квартал...
Исчезни квартал развлечений — и маркизат мог бы прославиться как центр образования. С помощью академии Фред хотел превратить свои владения в город учёности и просвещения.
Но по злой иронии, чем больше процветал маркизат, тем больше людей оставалось за бортом.
Особой головной болью был Шестой район, известный как квартал развлечений.
Выпивка, азартные игры, женщины, наркотики, даже заказные убийства. Мусорная куча, которую хотелось убрать одним махом.
И всё же квартал развлечений исподволь набрал силу. В мусорной куче прятался ржавый клинок. Возьмёшься разгребать без оглядки — прольётся кровь.
«Карма... Вот бы избавиться от этого ублюдка...»
Введи маркиз войска в квартал развлечений, его противники не смогли бы устоять. Но этот змей успел бы отхватить у него руку или ногу.
Время от времени мерзавец приносил маркизу деньги, кривя губы в привычной угодливой улыбочке. Так до сих пор и держалось их равновесие.
Никто не узнает, что маркиз понемногу отстраивал корпуса академии на деньги из квартала развлечений.
— Как, ты говоришь, его зовут?
— Хасгард. Он назвался Дэйвином Хасгардом.
— Графский род с пограничья?.. Далековато он забрался ради распутных забав.
Неужели квартал развлечений в его маркизате настолько прославился своими утехами? От этой мысли стало горько.
— Я не намерен ему помогать. Выпроводи. Мне и без встречи ясно, что за птица человек, предающийся таким низменным забавам.
Он махнул рукой, словно отгоняя насекомое. Но слуга не пошёл к воротам поместья, где ждал Дэйвин, а добавил:
— Он принёс голову Кармы.
— Да, Кармы... Что?
— Кармы, господин. Того, кто заправляет кварталом развлечений...
— Я не спрашиваю, кто такой Карма! Как он мог... Нет, неважно. Сперва я должен увидеть голову!
Маркиз кричал дрожащим голосом. Немного погодя...
ЩЁЛК
Маркиз открыл принесённую слугой коробку и с трудом сглотнул.
Волосы, коротко остриженные, словно скошенная трава. Измождённое лицо — кожа туго обтягивает кости. Несомненно, Карма.
Всё то же лицо, каким маркиз его помнил. Только привычная раздражающая улыбочка застыла и похолодела.
— ...Откройте ему ворота, — пробормотал маркиз, закрывая коробку.
— Похоже, с ним стоит поговорить.
По приказу маркиза слуга проводил Дэйвина в комнату хозяина.
Светлые, почти белые волосы, красные, словно драгоценные камни, глаза. С первого взгляда его скорее можно было принять за отпрыска королевского рода, чем графского.
— Вам нравится подарок? — спросил Дэйвин, оглядывая комнату маркиза.
«Повсюду символы веры в Богиню. Истовый верующий. Так будет проще».
Едва он об этом подумал, маркиз заговорил:
— Как вы добыли голову Кармы?
— Ну, отрубил мечом.
Отвечая, Дэйвин пожал плечами, и маркиз повернулся к нему с недоумённым видом.
— ...Вы знаете, почему этого человека звали Кармой?
Вопрос маркиза прозвучал торжественно. Дэйвин понятия не имел, к чему тот клонит.
— Откуда мне знать? Я ему, чёрт возьми, не мать.
— Карма — не настоящее его имя. Хозяева квартала развлечений передают это имя из поколения в поколение. Тот, кого вы обезглавили, был четвёртым.
Маркиз вздохнул и отдал коробку с головой слуге, велев сжечь.
«Карма, значит...»
Карма. Тяжесть содеянного.
Дэйвину и прежде казалось, что для главаря из подворотни имя слишком громкое. Карма, накопленная за четыре поколения.
Злая карма.
— Мой род не раз пытался навести порядок в Шестом районе, но с силой Кармы всегда приходилось считаться. В конце концов мы пришли к взаимовыгодному соглашению, а я стал закрывать на всё глаза. Да, как ни стыдно, приходится признать: пока вы не принесли мне его голову, я уже отказался от мысли убить Карму.
Маркиз жестом предложил Дэйвину сесть и продолжил:
— Полагаю, вы и сами понимаете: теперь, когда Кармы нет, у нас появился прекрасный шанс очистить Шестой район.
В голосе маркиза Фреда звучала решимость. Речь шла в буквальном смысле о жизни и смерти, и по его тону было ясно: на этот раз он намерен покончить с этим раз и навсегда.
— Если сейчас вымести квартал развлечений, маркизат сможет развиваться и дальше. Поэтому... позвольте спросить.
Дэйвин сел и спокойно слушал.
— Чего вы от меня хотите?
Лишь тогда губы Дэйвина растянулись в усмешке.
Тем временем в поместье Хасгард.
По случаю завершения Праздника охоты устроили приём. Участвовавшие в нём дворянские семьи были приглашены в поместье насладиться угощением и вином.
По крайней мере, внешне.
На Празднике охоты собирались дворяне королевства, искатели приключений, рыцарские ордены и наёмники, чтобы показать себя в деле. Разумеется, заодно открывались и новые таланты.
Все узнавали, кто какой силой обладает.
И на этом празднике самую поразительную силу, вне всякого сомнения, показал младший сын Хасгардов.
Неприметный род с далёкого пограничья, живший просто и дружно, в стороне от борьбы за власть и интриг, теперь держал в руках самый опасный козырь.
Вот другие семьи и пожаловали в поместье — проверить слухи о Дэйвине Хасгарде.
— Дайер, Романс, ведите себя так, словно просто принимаете дорогих гостей, но запоминайте каждое их слово, каждый поступок. Ничего не упускайте, — наставлял сыновей глава рода Хасгард.
— Да, отец.
Хасгарды тоже устроили приём с умыслом. Глава рода полагал, что враг совсем рядом. Здесь можно было выяснить, кто заказал убийство Романса.
Когда оба сына разошлись, он вернулся к жене. С ней беседовали граф с супругой — их соседи.
— Мы говорили о Дэйвине, — сказала жена, и он непринуждённо кивнул.
«Как и ожидалось, сегодня всем интересен только Дэйвин...»
Он с улыбкой поприветствовал гостей, и сосед заговорил:
— Я слышал, он весьма отличился на Празднике охоты. Не расскажете?
— Хо-хо... Всего лишь предотвратил непредвиденное несчастье.
— Ах да, я слышал. Убийцы... Сочувствую. Никто не пострадал?
— Романс в безопасности. Видно, судьба подарила ему такого младшего брата, как Дэйвин.
— Кстати, у вас ведь трое сыновей?..
Словно ему что-то пришло в голову, сосед поспешно продолжил:
— Ах, не пора ли роду Хасгард выбрать наследника? Все трое так умны, должно быть, непросто решить.
— Верно. Меня это и впрямь тревожит.
— Говорят, братья очень дружны. И всё же, когда речь идёт о наследовании, раздора не избежать.
— Нет, дело не в этом. Никто из них не хочет наследовать Хасгард... Вот что меня тревожит. Взрослые мужчины, а тяги к власти ни у одного.
Граф слушал его ошеломлённо. Сам-то он убил младших братьев, чтобы возглавить род. Мимолётное воспоминание о своей весьма жестокой юности заставило его невольно поморщиться.
— В-вот как. А как же ваш младший сын обрёл силу паладина?..
Словно напомнив себе, зачем пришёл на приём, граф вновь перевёл разговор на Дэйвина.
— Дэйвин получил силу Богини ещё до Праздника охоты. Думаю, дар владения божественной силой начал проявляться у него примерно тогда, когда он оправился от болезни. Богиня ему помогла, вот в чём дело. Хо-хо.
— Как... удачно. Но, насколько я понимаю, между обладанием божественной силой и пробуждением нимба немалая разница...
— Он говорит, что пробудил его в тот миг, когда решил защитить Романса.
Дэйвин попросту сочинил эту историю на ходу, но отец верил в неё всей душой.
— Ах... ха... Вот уж поистине дружные братья. Значит, вы намерены вырастить из него паладина?
Этот вопрос граф приготовил ещё до приёма. Ему нужна была ясность насчёт будущего Дэйвина.
Его земли граничили с Хасгардом, и от ответа зависело, как ему впредь относиться к Дэйвину. Возможно, пришлось бы бросить все силы, чтобы сдерживать его. Стань Дэйвин паладином — и влияние Хасгарда при поддержке Церкви возросло бы ещё больше.
— Пока я оставляю выбор за Дэйвином. Хотя и надеюсь, что он станет паладином.
— ...Разумеется. Да и Церковь вряд ли упустит такой талант...
При этих словах глава рода Хасгард так и просиял.
— А-ха-ха! Вы тоже так думаете? Кстати, нам пришло письмо из ордена паладинов. Пишут, что непременно должны встретиться с моим сыном. И не какой-нибудь рядовой паладин просит — сам командор!
Он начал говорить всё пространнее. Сдерживать другие роды, конечно, важно, но разве можно упустить такой случай похвастаться сыном?
— Командор прислал письмо...
— Ну, я сперва тоже удивился, но, по правде говоря, мне и отвечать-то было бы неохота человеку ниже командора. Всё-таки Дэйвин — не обычный мальчик. Не правда ли?
— Ха... ха... Д-да, разумеется.
Граф согласился скрепя сердце, но гордый отец и не думал униматься.
— В последнее время я часто мечтаю о том, как Дэйвин станет паладином. Если он вступит в орден уже с нимбом, то наверняка станет всеобщим любимцем. И Церковь не спустит глаз с нашего Дэйвина!
— Значит... вы передадите духа рода Хасгард тоже третьему сыну?
— Пока ничего не решено, но Дэйвину я, конечно, мог бы передать его со спокойной душой.
Госпожа Хасгард взглядом велела мужу остановиться, но тот беззаботно продолжал:
— Хо-хо! Да и орден паладинов вовсе не обязателен. Кем бы Дэйвин ни стал, он прославит наш род! Хо-хо-хо-хо!
— Я стану новым хозяином квартала развлечений.
Мне нужно было подчинить себе убийц, чтобы они выследили того, кто за всем стоит.
Использовать их. Не как дорогие шахматные фигуры из нефрита, а как пешки, которые не жалко пустить в расход.
Мне нужны были подчинённые, которые будут жить, если я велю жить, и умрут, если я велю умереть.
— ...Что?
— Вы ведь спросили, чего я хочу?
Я медленно наклонился к маркизу.
— Я стану Кармой.

Комментарии

Загрузка...