Мы сели в лимузин и объехали центр Лас-Вегаса.
В роскошном салоне были припасены всевозможные напитки, алкоголь и даже лёгкие закуски, которые можно было есть руками.
Разумеется, спиртное здесь пил только Чон Тхэгук.
— Сонгук, благодаря тебе и мне перепала такая роскошь.
— Тхэгук-хён, ты ведь и сам можешь позволить себе сколько угодно такой роскоши.
— Сонгук, только сегодня я понял, насколько беспомощен без своих карт. Всё-таки сила и власть целиком зависят от денег.
Чон Тхэгук печально посмотрел в окно.
[Только сейчас дошло? Чон Тхэгук, да ты без денег и так почти что труп.]
Чон Тхэгук перевёл грустный взгляд с окна на секретаря Пак Сонхи.
— Секретарь Пак, дай мне банку пива.
— Молодой господин, я секретарь, а не слуга.
— Секретарь Пак, кажется, я ослышался. Повтори-ка ещё раз, секретарь Пак?
Пак Сонхи невозмутимо ответил:
— Я говорю: я секретарь, а не слуга. Разве вы не можете сами достать пиво из холодильника?
— Ох... секретарь Пак... Ты действительно уволен!
— Прошу прощения, но договор у меня не с вами, а с группой «Самджон». Если вы лично меня уволите вот таким образом, это будет неправомерное увольнение, молодой господин.
— Хватит. Говорю, хватит! Сам достану и выпью.
В конце концов, выслушав все наставления секретаря Пак Сонхи, Чон Тхэгук сам достал из холодильника пиво и принялся пить.
Я задумчиво смотрел на Лас-Вегас за окном.
Он был точно таким, каким я его помнил.
[А ведь я тут неплохо выигрывал...]
В памяти ожило воспоминание о том, как в прошлой жизни я ради развлечения зашёл в казино, выиграл денег и подарил ожерелье актрисе, с которой тогда недолго встречался.
Я вполне мог купить его и за свои, но, помнится, почему-то жалел на это деньги. Видимо, она была для меня лишь мимолётным увлечением.
Пока я смотрел на улицы Лас-Вегаса и предавался воспоминаниям, Джейми Олсон, словно экскурсовод, рассказывал о том, что мы видели за окном. Впрочем, почти всё это я уже знал.
Заметив, что мы заскучали, Джейми Олсон придумал забаву.
— Сейчас я буду задавать вопросы о Лас-Вегасе. За каждый правильный ответ — сто долларов. Думаю, вечером в казино они вам пригодятся.
Услышав это, Чон Тхэгук тут же выпрямился.
— Джейми, скорее задавайте вопросы!
— Итак, начнём. Первый вопрос: кто задумал превратить нынешний Лас-Вегас в город азартных игр...
— Сонгук! Багси Сигел.
— Верно! Сонгук, вы ответили, даже не дослушав вопрос.
[Да это же проще простого.]
— Вот хвастун! Джейми, давайте следующий вопрос.
— Хорошо, следующий вопрос. Если Багси Сигел был мафиози, задумавшим Лас-Вегас, то какого миллионера без преувеличения можно назвать создателем современного облика города...
— Сонгук! Говард Хьюз!
— Верно! Сонгук, вы опять угадали.
Я снова самодовольно повёл плечами.
— Следующий вопрос, Джейми! Скорее!
Чон Тхэгук всё сильнее нервничал, а я спокойно ждал следующего вопроса.
— Тогда... Сонгук, пожалуйста, сначала дослушайте вопрос до конца.
Джейми чуть ли не умолял.
— Ладно, на этот раз ради остальных двоих так и поступлю.
— Вопрос очень простой. Слушайте внимательно, оба. Итак, Лас-Вегас. Какое прозвище носит этот город?
Я намеренно промолчал, давая Чон Тхэгуку и секретарю Пак Сонхи шанс, но оба так и не проронили ни слова.
— Ну, тут уж ничего не поделаешь. Сонгук!
— Отвечайте, Сонгук.
— Город грехов!
— Правильно!
Чон Тхэгук резко распахнул холодильник и с громким щелчком открыл банку пива.
— Хватит с меня ваших викторин. Джейми, когда мы уже пойдём в казино?
— После ужина... Ненадолго заглянем туда перед концертом Селин Дион.
Джейми достал из кармана триста долларов и протянул мне.
— Поздравляю, Сонгук.
Я молча убрал триста долларов.
На эти деньги сегодня вечером я намеревался купить Чон Тхэгука.
Досыта наевшись стейков, мы вслед за Джейми вошли в самое большое казино Лас-Вегаса.
У входа я остановил Джейми.
— Сонгук, что случилось?
— Джейми, мне нельзя в казино.
— Я... несовершеннолетний.
Джейми явно удивился.
Похоже, об этом Дональд Трампет ему не сообщил.
— Не может быть. Сонгук, вы правда несовершеннолетний?
— Да. Эти двое подтвердят. У меня и паспорт с собой, показать? Я родился в девяносто первом.
— А, нет, не нужно. Тогда, Сонгук, подождёте в кафе в холле?
— Хорошо. Мне очень хочется попасть на концерт Селин Дион.
Узнав, что я не смогу войти в казино, Чон Тхэгук незаметно подкрался ко мне и шепнул:
— Сонгук, у тебя ведь остались те триста долларов, которые ты выиграл в викторине. Что ты собираешься с ними делать?
— Даже не знаю. Думаю купить себе вкусный торт.
— Сонгук, нельзя так бездумно тратить деньги. Дай их мне, и я не больше чем за час удвою сумму.
[Тц-тц. Все, кто такое говорит, сплошь мошенники.]
И всё же я без колебаний достал триста долларов и отдал их Чон Тхэгуку.
— Хён, если не выиграешь, можешь и не выходить из этого казино.
— Да я же Чон Тхэгук.
[Вот поэтому тебе и нельзя верить.]
— Кстати, хён, в обмен на этот заём завтра выполнишь одну мою просьбу.
— Что за просьба?
— Завтра скажу.
— Ладно. Я непременно удвою эту сумму и вернусь. Жди здесь и никуда не уходи!
Чон Тхэгук спрятал мои триста долларов за пазуху и вошёл в казино вместе с Пак Сонхи и Джейми.
Через час Джейми вышел один и поспешил ко мне. Я сидел в кафе и читал книгу.
— Сонгук, простите. Давайте скорее поедем на концерт.
— А Тхэгук-хён и секретарь Пак не идут?
— Тхэгук сказал, что вместо концерта хочет ещё немного поиграть в казино.
Этого и следовало ожидать.
— А секретарь Пак... сказал, что Тхэгук слишком увлёкся игрой, так что ему придётся подождать и выйти вместе с ним.
— Хм... ничего не поделаешь. А я хочу на концерт Селин Дион.
Я прекрасно знал, что Чон Тхэгук предпочтёт казино концерту Селин Дион.
Вполне возможно, сегодня ночью в отеле я его вообще не увижу.
Когда после концерта я вернулся в отель, было без малого двенадцать ночи.
Но люкс оказался пуст.
[Если так и оставить, он и сам разорится, и семью по миру пустит.]
Я поспешно позвонил Джейми.
Тот вскоре ответил.
— Сонгук, что случилось?
— Джейми, извините, вы ведь только что закончили работу. Тхэгук-хён ещё не вернулся из казино. Похоже, его нужно вытащить оттуда любыми средствами.
— Так он ещё не вернулся? Я отправлю нескольких наших телохранителей, они быстро его приведут.
— Спасибо, Джейми.
Я закончил разговор и пошёл в душ.
Пока я мылся, снаружи послышалось движение.
Послышались недолгие отчаянные вопли Чон Тхэгука и слова секретаря Пак Сонхи, пытавшегося его утешить.
Я быстро надел халат и вышел в гостиную.
Чон Тхэгук развалился на диване в том же костюме, в котором уходил вечером, и уже пил пиво.
Взъерошенные волосы. Пустой взгляд. Бессильно свесившаяся кисть.
Одним словом, было совершенно очевидно: сегодня в казино Чон Тхэгука обчистили до нитки.
— Хён... много проиграл?
В этот момент секретарь Пак Сонхи принёс две банки пива. Одну он протянул Чон Тхэгуку.
— Выпейте, молодой господин.
— Спасибо, секретарь Пак.
На запястье Чон Тхэгука, потянувшегося за пивом, чего-то не хватало.
[Неужели и «Ролай» спустил? Они же целое состояние стоят!]
— Хён, ты что, даже «Ролай» заложил?
— Сонгук... понимаешь, сначала я взял те триста долларов и десятку, которые ты мне одолжил, и меньше чем за полчаса удвоил сумму.
— Это я тоже видел. А потом за три минуты вы всё проиграли.
Кажется, у Чон Тхэгука уже не было сил даже огрызнуться на секретаря Пак Сонхи.
— Сонгук, поэтому я... я ведь правда... правда хорошо играл. Мне казалось, сегодня я обязательно сорву большой куш. Вот я и заложил «Ролай», чтобы продолжить...
Чон Тхэгук только жадно глотал ни в чём не повинное пиво.
Сейчас никто не мог его утешить.
Секретарь Пак Сонхи тоже сел рядом с Чон Тхэгуком и принялся пить пиво.
— Молодой господин, «Ролай» можно купить снова. Сейчас вам лучше думать не о часах, а о том, как будете оправдываться перед отцом.
— Секретарь Пак, что вы имеете в виду? В казино случилось что-то ещё?
— Руководители «Самджон» приехали сюда группой на обучение и увидели молодого господина. Думаю, до председателя Чон Чэхёна уже всё дошло.
Чон Тхэгук лишь пил пиво с отчаявшимся видом.
Что же собирался предложить мне Дональд Трампет?
Честно говоря, я примерно догадывался, в чём состоит его предложение, и интерес к Лас-Вегасу у меня угасал.
Тут как раз зазвонил будильник.
Я быстро вскочил с места.
Щёлк! Я открыл дверь спальни и вышел. В гостиной высилась гора пивных банок, а Чон Тхэгук и секретарь Пак Сонхи так и спали на диване.
Пусть характерами они не сошлись, зато в выпивке, похоже, нашли общий язык.
Оставив их, я направился в ресторан завтракать.
У входа в ресторан стоял Джейми Олсон.
[Раз Джейми здесь, значит, и Трампет тоже?..]
Я поспешил к нему и, сделав вид, что ничего не знаю, заговорил:
— Джейми... вчера вы поздно освободились. Как же вы с самого утра оказались здесь?
— Здесь завтракает мой начальник.
— Можно мне к нему присоединиться?
Услышав моё предложение, Джейми помедлил и ответил:
— Я пойду спрошу.
Вскоре он проводил меня к столику Дональда Трампета.
Это было самое солнечное место у окна во всём ресторане.
— Сонгук, я собирался увидеться с тобой уже перед отъездом из Лас-Вегаса. А встретились вот так.
— Спасибо за то, как прекрасно вы вчера меня приняли.
— За что благодарить... Нужно же иногда получать удовольствие от того, что делаешь приятное таким умным молодым людям, как ты. Не тащить же все заработанные деньги с собой в могилу.
[Дональд, что-то тебе не к лицу вдруг изображать мудреца.]
Я отпил только что принесённый кофе и посмотрел на Дональда Трампета.
Несмотря на ранний час, на нём был безупречный костюм. Волосы аккуратно зачёсаны назад в его фирменной манере. И даже красный галстук.
[Хм... похоже, я угадал.]
Отпив кофе, я неторопливо заговорил:
— Дональд... я хотел кое-что спросить.
— Что именно?
— Сегодня в аэропорту операторы «Стажёра» будут снимать, как я поднимаюсь на борт вашего самолёта? Тогда мне, наверное, тоже стоит одеться так же безупречно, как вы?
От моих слов Дональд Трампет заметно растерялся и поставил стакан воды на стол.
— О чём ты говоришь, Сонгук?
[Хватит прикидываться. Мы ведь оба не новички.]
Ради того, чего хотел, Дональд Трампет не брезговал никакими средствами.
Популярность «Стажёра» падала с каждым сезоном, и передаче явно требовались участники поярче, способные взбудоражить публику.
С его любовью к неожиданным представлениям Дональд Трампет наверняка ничего не скажет мне заранее и сделает предложение лишь в тот момент, когда мы отправимся в аэропорт.
Наверняка в сценарии уже было предусмотрено, что, если я откажусь, он накричит на меня и прикажет немедленно убраться из самолёта. И камера, которая в эту секунду поймает моё растерянное лицо, тоже.
— Дональд, я сразу отказываюсь. Ваш бизнес интересует меня недостаточно, чтобы идти в «Стажёра» и исполнять ваши приказы.
— Сонгук, уверен, что не пожалеешь об этих словах? Если уж начистоту, «Фейс Ноут» ведь ещё даже не вышла на биржу.
— Дональд, жалеть я не намерен. Зато могу предложить вам одного интересного участника.
— Кого же?
— Корейского чеболя, наследника группы «Самджон» Чон Тхэгука.
Я подпёр подбородок рукой и посмотрел на Дональда Трампета.

Комментарии

Загрузка...