Шанс и правда надо создавать самому.
Я до сих пор отлично помнил эту рекламу.
«Самджон Электроникс» тогда с большой помпой выпустила новую стиральную машину с вертикальной загрузкой.
Им Сонми, лицо «Самджон Электроникс», берёт рубашку ушедшего на работу мужа и нюхает её.
Рубашка пропахла едой, потом и табаком. Сонми морщится, хочет бросить её в корзину для белья, но роняет на пол.
Самое смешное в ролике было дальше. Малыш отрывается от игры, подползает, нюхает папину рубашку и говорит: «Па-па!»
В конце крупным планом показывают мирно спящего малыша, который прижимает к себе уже выстиранную рубашку, а Им Сонми восклицает:
— Стирка готова!
Я помнил всю раскадровку до мелочей.
Мне нужно было произнести «папа» и изобразить малыша, который спит без задних ног.
— Госпожа Им, начнём со сцен с ребёнком.
— Режиссёр, если мы ещё задержимся, у меня правда будут проблемы.
— Постараюсь закончить как можно скорее.
Я слышал, как режиссёр переговаривался с Им Сонми.
[Да не переживайте вы.]
Первым делом я слегка размял свою короткую шею.
Я увидел, как режиссёр сердито посмотрел на кудрявого помощника.
— С тобой поговорим после съёмки.
— Да... господин режиссёр.
Помощник ответил совсем упавшим голосом.
По команде режиссёра все разом принялись приводить площадку в порядок.
Подбежала стилистка и аккуратно причесала мои редкие волосёнки.
— И как он только оказался на подмене? В сто раз симпатичнее того.
[За того заплатили.]
— Ой, ты мне отвечаешь? Сейчас я тебя причешу, будешь красавчиком.
[Лицо и так сделает своё дело, но сзади волосы пригладь как следует.]
Стилистка поправила мне волосы и тут же убежала.
Ко мне подошли режиссёр и мама.
— Останьтесь здесь, пожалуйста. По сценарию Сонгук смотрит на Сонми и улыбается. Сначала снимем его крупным планом.
— Хорошо. Сонгук у нас охотно улыбается.
Режиссёр посмотрел на меня с тревогой.
— Сонгук, пожалуйста, давай побыстрее закончим.
[Договорились!]
Ему, режиссёру, я даже кивнул.
— Будто и правда понимает, что я говорю.
Он крикнул на всю площадку:
— Так, все приготовились!
— Да-а!
Ему ответили, и вскоре по его команде включили прожекторы.
Вот каково это, когда на тебя льётся весь этот свет.
Я наслаждался светом прожекторов и смотрел в объектив.
Прямо под камерой мама присела как можно ниже и помахала мне.
[Мама, я и так всю раскадровку знаю. Сейчас снимем с первого дубля!]
Я улыбнулся ей той самой широченной улыбкой, которую отрабатывал дома перед зеркалом.
Рот распахнулся так, что стало видно язычок. Улыбка была такая радостная, что всякий бы невольно улыбнулся в ответ.
— Снято!
Голос режиссёра прокатился по площадке.
— Прокрути ещё раз.
— Да, господин режиссёр.
Помощник тут же прокрутил отснятый кадр.
— Второй дубль ни к чему. Следующая сцена!
Я пожал плечами и принялся за следующую сцену.
Самый важный момент ролика. Мне предстояло сказать «папа».
Я разобрал интонацию до мельчайших оттенков, пробовал то поднимать голос к концу слова, то опускать. Уже на третьем дубле режиссёр остался доволен.
На площадке все оживились.
Похоже, отснятые кадры им нравились.
Мама подбежала, проверила подгузник и дала мне попить воды.
— Сонгук, устал?
[Чужие деньги зарабатывать всегда тяжело, мама.]
Стилистка снова подошла проверить мою причёску.
Оставалась только последняя сцена с Им Сонми.
Она подошла и улыбнулась.
— Сонгук, правильно? Я войду с корзиной для белья и уроню кое-что прямо перед тобой.
[Ага, знаю.]
Потом Им Сонми повернулась к маме.
— Вы сильно не волнуйтесь. Здесь главное, чтобы я всё сделала как надо. Сонгук ещё малыш. Пусть просто ползает, а режиссёр потом на монтаже всё склеит.
[Это ещё что за разговоры? Я и за пределами кадра играю. Вот увидишь, как я телом работаю!]
Им Сонми погладила меня по голове.
— Сонгук, давай постараемся.
[Не бойся, Им Сонми. Эту рекламу будут вспоминать и через двадцать лет.]
Я улыбнулся.
Камера опять заработала.
Им Сонми пошла к стиральной машине с корзиной и уронила рубашку мужа на пол.
Я улучил момент, вытянул руку и цапнул рубашку!
— Идеально!
Раздался довольный голос режиссёра.
— Спасибо всем за работу!
Им Сонми с лучезарной улыбкой поклонилась съёмочной группе.
Довольный режиссёр встал и крикнул всем:
— Сегодня ужин за мой счёт. Чтобы были все до одного!
— Да, господин режиссёр!
Со всех сторон донеслись радостные голоса.
— Да, и помощник! Подойди-ка.
Кудрявый помощник настороженно посмотрел на него.
Режиссёр отвёл его в угол.
— Вы хотели что-то сказать?
— Ты ведь со мной впервые работаешь?
— Я в агентстве предупрежу. Получишь расчёт за эту съёмку и ищи себе другое место.
Кудрявый помощник помолчал.
Потом покраснел и заговорил на повышенных тонах.
— Господин режиссёр, а что я мог сделать?
— И чего же ты не мог?
Режиссёр тяжело вздохнул.
— Мне сверху сказали, я и сделал.
— Ах ты засранец, всё до последнего...
Режиссёр на секунду перевёл дух.
— Та госпожа из «Токпхуна», или как её там, уходя, сказала, что тебе ещё и отдельно денег сунула! А ты мне тут рассказываешь, что сверху велели?
— Э-это...
— Да, бывает, сверху прикажут. Бывает, и мне деваться некуда. Но я не таскаю втихаря раскадровку, чтобы натаскать ребёнка и получить за это деньги. Убирайся отсюда. И перед семьёй Сонгука извинись!
— Но это...
— Не можешь?
Кудрявый помощник плотно сжал губы.
— Если не извинишься, больше в рекламе работы не найдёшь. Ты ведь знаешь, что я могу это устроить?
— ...Да. Простите, господин режиссёр.
Пришлось кудрявому поклониться.
Я как раз собирался откусить сладкого банана.
Кто-то постучал, и дверь комнаты ожидания открылась.
Вошёл кудрявый помощник с таким лицом, что любому было бы ясно, что его только что уволили.
Он покосился на меня с обидой.
Одного этого взгляда хватило, чтобы всё понять.
Мало того что его уволили. Похоже, режиссёр ещё и велел передо мной извиниться.
Пока я шёл к креслу председателя «Самджона», мне бессчётное число раз приходилось увольнять и нанимать людей на ключевые должности.
Сам я никому об увольнении не сообщал, но если потом случайно встречался с кем-нибудь из уволенных, лица у них были точь-в-точь такие же.
Я откусил банан.
И принялся сосредоточенно жевать.
Кудрявый подошёл к маме и заговорил с кислым видом.
— Если я вас чем-нибудь обидел, прошу прощения.
Проходивший мимо режиссёр рявкнул через приоткрытую дверь:
— Эй! Извинись как положено!
Кудрявый вздрогнул, низко поклонился нам с мамой и громко сказал, чтобы режиссёр за дверью услышал:
— Если я вас чем-нибудь обидел, приношу искренние извинения!
— Ну что вы.
Мама замахала руками.
Я жевал банан и запоминал лицо кудрявого помощника.
Если и дальше сниматься, я ещё мог его где-нибудь встретить.
Такие паразиты обычно живучи до безумия.
Тут режиссёр открыл дверь и вошёл.
— Эй! Закончил? Тогда не задерживайся.
Режиссёр даже на этом этапе объяснил всё предельно ясно.
— Да, господин режиссёр. Я пойду.
Кудрявый несколько раз поклонился и вышел.
Мама тут же предложила режиссёру банку напитка.
— Вы сегодня столько работали.
— Да это наш Сонгук потрудился. С ним мы управились вдвое быстрее.
Дверь снова открылась, и в комнату заглянула Им Сонми.
— Вот вы где. Ну что, у меня главную роль отобрали?
Она вошла, сияя улыбкой, и принялась меня нахваливать.
— Вы знаете, сразу видно, что Сонгук особенный. Да и вы такая красавица. Интересно, каким он вырастет.
— Вы мне льстите. Мы ведь случайно на пробы попали, а в итоге и в рекламе снялись, и с вами познакомились. Я так счастлива.
Мама улыбнулась от чистого сердца.
И режиссёру она оказала внимание, и себя скромно поставила ниже других, и каждому нашла доброе слово. Мама, оказывается, мастер общения высшего уровня.
А меня так клонило в сон, будто я истратил на съёмке весь свой запас сил и усердия.
На маминых руках я уже клевал носом.
Режиссёр поспешил предложить:
— Кажется, устал малыш. Вы не садитесь в микроавтобус до офиса. Поехали со мной, я отвезу вас домой.
— Ой, ну что вы. Мне ещё гонорар в офисе получать.
— Об этом не беспокойтесь. Я всё улажу.
— Мы далеко живём. Пока нас отвезёте, на ужин опоздаете.
Мама решительно отказывалась.
— А где вы живёте? Я завтра снимаюсь в кино и всё равно на ужин не пойду. Стоит мне поесть вечером, я сразу отекаю. Давайте я вас отвезу.
Им Сонми вызвалась помочь.
Мама тут же замахала руками.
— Да вы что!
— Ничего страшного. Вы ведь, похоже, второго ждёте, а вам после микроавтобуса ещё пересаживаться. Где ваш дом?
— В Суюри.
Голос у мамы стал едва слышен.
Она думала, что самая знаменитая актриса Южной Кореи про такое место, как Суюри, и не слыхала.
— Режиссёр, похоже, Сонгук мне и правда судьбой послан. Я же сама из Суюри. Заодно посмотрю на родные места, давно там не была. Отвезу вас, не отказывайтесь.
— Правда?
— Ну конечно. Так что не отказывайтесь.
Мама кланялась снова и снова.
А меня при каждом поклоне то опускало, то подбрасывало, и в конце концов слегка укачало.
[Мама, меня укачивает.]
— Прости, прости, Сонгук.
Мама понесла меня вслед за Им Сонми.
На её лице расцвела улыбка.
Глаза у меня слипались, а я всё смотрел на эту улыбку, не в силах оторваться.
Железная леди ни разу мне так не улыбнулась.
Может, она и умела так улыбаться. Только изо дня в день с ней случалось такое, что было не до улыбок.
Значит, можно быть счастливым и в бедности.
Мои глаза сами закрылись.
Менеджер Им Сонми остановил машину в переулке у нашего дома.
Я отлично выспался и, проснувшись, широко улыбнулся Им Сонми.
Железная леди в прошлой жизни её терпеть не могла. А сегодня я был ей многим обязан.
— Сонгук, выспался?
— И правда всё понимает. Мама Сонгука, оставьте мне, пожалуйста, свой номер.
— Номер?
— Как только выйдет ролик, Сонгуку наверняка посыплется столько предложений, что вы одна не управитесь. У нас хорошее агентство. Я могу вас познакомить.
— Ой, это уж слишком...
Мама растерянно посмотрела на меня.
Им Сонми быстро достала визитку.
— Это визитка руководителя нашего агентства. Я с ним поговорю, а вы обязательно позвоните.
[Бери же, мама!]
Я поспешно потянул её за ворот.
Мама поняла намёк и тут же взяла визитку.
— Спасибо. Большое спасибо.
— Сонгук, до встречи!
Им Сонми помахала рукой.
Мама стояла перед дверью, нащупывала ключи и всё никак не могла поверить в то, что произошло.
— Сто седьмая, что с вами?
— Ой, сестричка?..
Хозяйка с каре только вернулась с работы и окликнула маму сзади. На её лице мелькнуло довольное выражение, которого я у неё раньше не видел.
— Слышала, Сонгук вышел на замену и выбил хоум-ран?
— Вы уже знаете?
— Режиссёр сам позвонил, устроил целый переполох. Велел поскорее начислить и принести гонорар. Вам даже решили заплатить больше, чем обещали.
— Правда? А... сколько гонорар?
Мама заморгала.
[Пока я лёжа на животе нюхал рубашку, у меня трапеции и поясница совсем затекли, а она даже не знает, сколько нам заплатят.]
— Гонорар три миллиона вон, а группа «Самджон» добавила ещё миллион премии.
— З-значит...
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...