Цветущий луг, окрашивающий землю
Мы задержались в Милтоне еще на день, после чего снова двинулись в путь.
За эту единственную ночь в Отряде Героев произошли небольшие, но вполне очевидные перемены.
Они касались дистанции между Шабель и Эш.
Две девушки уже однажды столкнулись лбами из-за финансовых вопросов, но нынешнее событие стало для них последней каплей.
С тех пор они не обменялись ни единым словом. Благодаря этому в повозке стало непривычно тихо.
Шабель, как обычно, медитировала с закрытыми глазами.
Эш же просто смотрела на проплывающий мимо пейзаж.
Эска и Симон, зажатые между ними, были заняты тем, что старались не привлекать к себе лишнего внимания.
«Мирно и хорошо».
Мне такая атмосфера была даже по душе.
Эш не творила глупостей, а Шабель не тратила время на то, чтобы выступать посредником.
По крайней мере, само передвижение проходило куда спокойнее, чем раньше. Жаль только, что этот мир вряд ли продлится долго.
Неизвестно, приняла ли Эш предупреждение Шабель к сведению и теперь сидит тихо.
Или же она молчит, потому что погружена в другие мысли.
На мой взгляд, второе было ближе к истине.
Как бы то ни было, мы продолжали путь, и до цели оставалось всего пять дней.
Окружающий пейзаж начал меняться.
Транспортные колонны, груженные продовольствием и сеном, тянулись в том же направлении, что и мы, а навстречу попадались пустые повозки и телеги с ранеными солдатами.
То и дело в глаза бросались доспехи с эмблемами имперской армии.
— Похоже, мы почти на месте. Судя по тому, насколько здесь гнетущая атмосфера, — сказал Симон, оглядываясь по сторонам.
Как и ожидалось, чуть дальше показался контрольно-пропускной пункт.
Солдаты имперской армии тщательно проверяли каждого проходящего и весь груз.
Большинство людей, похожих на гражданских, разворачивали прямо на месте.
Наша повозка тоже остановилась перед линией досмотра.
Один из солдат подошел и посмотрел на меня, сидевшего на месте кучера.
— Назовите свою принадлежность и цель прибытия.
— Мы из Отряда Героев. Направляемся в передовой штаб.
— Отряд Героев...?
Взгляд солдата переместился внутрь повозки. По его лицу было видно, что на слово он верить не собирается.
— У вас есть подтверждение?
Шабель протянула ему знак Героя. Глаза солдата округлились от изумления.
— Вы действительно Герой... Прошу прощения, подтверждаю.
Солдат жестом велел товарищу убрать деревянное заграждение, а затем добавил, обращаясь к Шабель:
— Как только доберетесь до штаба, немедленно отправляйтесь в командную палатку. Командующий ожидает вашего прибытия.
— Какова ситуация?
— Не самая лучшая. Три дня назад линию обороны снова оттеснили назад.
— Понятно...
— Но раз прибыли вы, Герой, мы спокойны. Мы твердо верим, что вы разрешите этот кризис.
Шабель медленно кивнула.
Когда проход полностью освободили, я снова погнал лошадей.
Вскоре показался лагерь. Внутри него развевалось множество знамен.
Первый Рыцарский орден Империи и придворный магический корпус, отправившиеся в экспедицию для подавления бедствия.
Семья маркиза Аспен, охраняющая эти земли, и даже немногочисленные отряды из других стран.
Численность войск была внушительной.
— Их здесь больше, чем я думал, — заметил Симон, осматривая лагерь.
— Проблема в том, что даже с такой армией они не смогли подавить бедствие, а вместо этого отступили, — тут же парировал Эска.
— Нельзя сказать, что они отступили только из-за слабости войск. Если они даже подойти близко не могут, то количество солдат не имеет значения.
— Это так, но...
Мы смотрели на укрепления, возведенные вдалеке на равнине.
Они выглядели так, словно кто-то провел линию отсечения, чтобы не дать чему-то прорваться сюда.
Это больше походило на оборонительные войска, нежели на армию карателей.
— Сначала нам нужно в командную палатку, — сказала Шабель.
Я направил повозку к входу в лагерь.
Видимо, на КПП уже сообщили о нашем прибытии, так как у входа нас ждал молодой рыцарь.
— Вы Герой Шабель де Рошфор?
— Верно.
Рыцарь почтительно поклонился Шабель.
— Эрик Брок из Первого Рыцарского ордена приветствует вас, Герой.
— Рада встрече, сэр Эрик.
— Вы, должно быть, устали с дороги, но ситуация обязывает, поэтому я немедленно провожу вас к командующему. Повозку передайте этому солдату.
Выйдя из повозки, мы оставили багаж солдату и последовали за Эриком к командной палатке.
— Прошу, входите.
Эрик приподнял полог палатки и уступил нам дорогу.
Шабель вошла первой, за ней потянулись остальные члены отряда.
Я тоже было собрался войти следом, как вдруг...
— Раб, жди снаружи.
Холодный голос Эрика и рука в латной перчатке преградили мне путь.
Давненько я не сталкивался с подобной реакцией.
С тех пор как я присоединился к Отряду Героев, никто не смел открыто преграждать мне дорогу, опасаясь гнева Шабель.
— Я тоже член Отряда Героев.
— В командную палатку допускаются только командиры подразделений и официальные представители. Для раба здесь места нет.
— Впрочем, мне не принципиально, могу и не заходить.
Мне плевать, кто именно подавит бедствие, лишь бы это было сделано.
Зачем наживать себе лишние проблемы?
Раз велели не входить, посижу в лагере, спокойно перекушу и подожду.
Я уже было собрался так и сделать, но...
— Сэр Эрик.
Шабель вмешалась в разговор.
— Не могли бы вы позволить Риону тоже войти?
— Вы про этого раба?
— Да.
С чего это она вдруг?
— Вы же сами сказали, что я всего лишь носильщик. Что я вам не товарищ и никакой помощи от меня не примут. Так зачем же тащить меня на совет?..
— Д-да, я действительно так говорила, но раз уж мы проделали такой путь вместе, оставлять вас торчать снаружи было бы неловко.
— Что ж, раз вы так считаете...
Я-то надеялся спокойно отдохнуть, пока они заседают, но увы.
Делать нечего, пришлось и мне войти в шатер.
Внутри стоял широкий стол.
На нем были разложены карты и стопки отчетов, а в разные точки были воткнуты разноцветные флажки.
Окружавшие стол офицеры изучали карту, но при нашем появлении подняли головы.
— Прибыли.
Пожилой рыцарь во главе стола сдержанно кивнул в знак приветствия.
Командующий Первым Императорским рыцарским орденом и главнокомандующий карательной экспедицией против бедствия.
Это был Вольфрам Эберхардт.
— Я командир Первого Императорского рыцарского ордена Вольфрам Эберхардт. Должно быть, нелегко вам далась эта дальняя дорога.
— Шабель. Прошу прощения за опоздание.
— Пустяки. Мы благодарны уже за то, что вы пришли на помощь.
Вольфрам окинул нас беглым взглядом.
— Надо полагать, остальные — члены Отряда Героев?
— Да. Начиная отсюда: Эш, Эска, Симон и господин Рион.
Шабель представила каждого по очереди, и Вольфрам обменялся со всеми сдержанными кивками.
Но когда его взгляд дошел до меня, он внезапно замер.
В глазах немолодого рыцаря, пристально уставившегося на меня, вспыхнул острый блеск.
Он словно оценивал и взвешивал меня.
— Значит, ты и есть тот самый раб-рыцарь, одолевший Лахава.
— Вы обо мне слышали?
— Сэр Аслан и сэр Ричард не раз о тебе упоминали. Наконец-то мне довелось воочию увидеть героя их рассказов.
«И эти двое без моего ведома разнесли молву обо мне на все лады...»
Впрочем, благодаря этому не придется объяснять все с самого начала.
— Что ж, довольно представлений. Сначала я введу вас в курс текущей обстановки.
Вольфрам перевел взгляд на карту.
Равнину на ней пересекало множество сплошных линий.
Чем старее была дата, тем дальше находилась черта, а самая свежая красная линия пролегала совсем недалеко от нашего лагеря.
Так отмечалась скорость продвижения бедствия.
— Оно подобралось уже настолько близко?
— Всего за неделю Цветник стремительно разросся. Нам пришлось сдать два аванпоста и спешно отвести войска.
— Скорость распространения внезапно возросла?
— Именно. По сравнению с тем, когда его только обнаружили, скорость увеличилась более чем вчетверо.
Симон внимательно изучил наслоившиеся друг на друга линии.
— Судя по всему, оно разрастается не в каком-то определенном направлении.
— Ни постоянного направления, ни равномерной скорости. Несколько дней может царить полное затишье, а затем за сутки оно поглощает сразу несколько километров.
Шабель молча смотрела на размеченные на карте границы.
Судя по всему, одних лишь докладов ей не хватало, чтобы в полной мере осознать всю тяжесть положения.
— Можем ли мы взглянуть на все своими глазами?
— Почему бы и нет. Увидеть воочию куда надежнее, чем просто слушать чужие речи. Я приставлю к вам провожатого.
Выйдя из шатра, мы вместе с Эриком направились к внешней границе лагеря.
Стоило отойти подальше, как частокол вдоль дороги стал заметно выше.
Навстречу двигались телеги, доверху нагруженные обугленными лианами и корнями, которые увозили в тыл.
— Это привезли из Цветника?
— Так точно. Сожгли побеги, пробившиеся на внешнем периметре.
Дорога долго петляла вдоль защитных заграждений.
— Отсюда начинается передовая зона.
Перед нами высился длинный деревянный палисад, перекрывавший равнину.
Поверх него плотной сетью мерцали магические барьеры.
А за ними...
Широкий, открытый до самого горизонта простор.
И расстилалось там бескрайнее море цветов.
Алые, желтые, синие и белоснежные соцветия тянулись бесконечным ковром.
При каждом порыве ветра по лепесткам переливами прокатывались ослепительные волны сияния.
— До чего же... красиво.
— И не говори.
Пейзаж был настолько прекрасен, что захватывало дух.
В этот миг ветер донес приторно-сладкий цветочный аромат.
Настолько густой и дурманящий, что кружилась голова.
Когда Эска, словно завороженный, сделал шаг вперед, Эрик резко схватил его за плечо.
— За черту заходить нельзя! Стоит вдохнуть этот запах полной грудью, как разум тут же парализует.
Сам не заметив своего порыва, Эска вздрогнул от неожиданности и торопливо отпрянул назад.
— Сэр Эрик, а что это за холм вон там?
Шабель указала пальцем вдаль.
Прямо посреди цветочного моря возвышалась огромная насыпь.
Она сплошь заросла яркими бутонами, отчего напоминала живописный цветущий курган.
— Это город.
— Город?..
— Еще несколько дней назад там жили десятки семей. И теперь все они погребены под этими цветами.
Я внимательнее вгляделся в сказочно прекрасный цветочный холм.
Сквозь густые заросли кое-где сиротливо торчали обломки печных труб.
Виднелись и сломанные лопасти мельницы.
Цветы оплели и сокрушили постройки, исказив их очертания до неузнаваемости и превратив в пологий холм.
— И все это...
— Да. Именно то, о чем вы подумали.
Миллионы цветов, укрывших равнину, до единого лепестка были частью бедствия.
Мальброзия.
Второе великое бедствие, прозванное Окрашивающим Землю Садом, которое нам предстояло уничтожить.

Комментарии

Загрузка...