— Так, посмотрим...
Я пробежал глазами документы очередного посетителя.
«Имя, происхождение — всё совпадает с прошлой записью о въезде. Цель поездки тоже прежняя».
Песочные часы были заполнены примерно наполовину. Я коротко кивнул:
— Хорошо. Нарушений нет.
Бах!
Я поставил печать. На бумаге появился крупный оттиск: [ВЪЕЗД РАЗРЕШЁН].
Я произнёс привычные слова:
— Добро пожаловать в Королевство Перепутья.
Отъезд Эрзены почти не изменил нашу повседневную жизнь. Мы по-прежнему принимали посетителей, проверяли документы, пропускали тех, у кого всё в порядке, и отказывали подозрительным.
«Что бы ни творилось в мире, Иммиграционное управление остаётся прежним».
К нам приезжали Святая и принцесса, здесь даже поселился дракон — а граница как стояла, так и стоит.
Пожалуй, необычным был как раз последний месяц. Сейчас мы просто вернулись к обыденной жизни.
Наверное, поэтому никого не удивляло, что всего через два дня после отъезда Эрзены управление уже работало как прежде. И я старался сосредоточиться на долге, а не на тоске и сожалениях.
И всё-таки одна перемена бросалась в глаза.
— Гр-р-р... Следу-у-ующий...
— Не может быть... Мы ведь работаем всего два часа?
— Надо было всё-таки попросить налить её святую силу в бутылочку...
— Странно. А куда делась наша комната восстановления? Почему здесь снова переговорная? Где госпожа Эрзена?
Инспекторы Пяти Чувств переживали настоящую ломку без святой силы.
Столы всей четвёрки были заставлены кофе, чаем и даже спиртным, купленными наспех. Чтобы прогнать сон и усталость, инспекторы пили что-нибудь чуть ли не каждые десять минут. Пустых бутылок и чашек становилось всё больше.
Я невольно усмехнулся.
— Слабаки.
Правда, мой собственный стол тоже был завален пустыми флаконами травяного концентрата [ВЛАДЫКА НОЧИ], подаренного матерью.
Рука, державшая печать, дрожала, а нижние веки предательски подёргивались.
А что мне оставалось? Без этого снадобья я, наверное, рухнул бы прямо за столом.
Теперь я особенно остро чувствовал, насколько мы измотаны. Можно вечером свалиться без сил, проспать до утра — а усталость всё равно никуда не денется.
Точно как месяц назад, когда я ещё жил один.
«Ночные смены и переработки ведь остались прежними».
Раньше я терпел бы всё это, даже если бы пришлось ползать полумёртвым. Но мы уже познали заботу первоклассной целительницы, которая одним движением избавляла от головной и зубной боли, ломоты в спине и мышцах.
«Значит, вот что такое привыкнуть к хорошему».
Недаром говорят: к хорошему быстро привыкаешь, а вот его отсутствие чувствуешь сразу.
Теперь каждый из нас остро чувствовал, кого мы потеряли.
Никогда бы не подумал, что сильнее всего буду скучать по Эрзене именно на работе.
Но была и другая проблема: отъезд Эрзены ещё не означал конца всех неприятностей.
Я машинально опустил глаза на документы следующего посетителя.
— Здравствуйте. Я главный...
— Главный инспектор Натан Келл! Приветствую. Я Каса и Дехуари, потомок предков, ушедших в море.
Посетитель перебил меня и представился сам.
Мне даже не пришлось поднимать голову, чтобы понять, к какой он расе принадлежит.
— Полагаю, вы прибыли сюда из-за своих предков?
— Именно. В этом месте я ощущаю их силу необычайно отчётливо. Она и привела меня сюда.
Драконид.
Со дня провозглашения драконьей речи прошло почти десять дней, но поток драконидов не собирался иссякать.
«Ведь даже старшая коллега Дхин Аскюрин приехала помогать нам именно из-за этого».
Правда, уже через два дня южная граница вымотала её настолько, что о первоначальной цели командировки она, похоже, начисто забыла.
Как бы там ни было, дракониды оказались куда большей головной болью, чем мы ожидали.
— Так вы действительно видели здесь кого-то из наших великих предков?
— ...Дракона? Здесь? Да быть такого не может.
Причина, по которой они стекались на юг, была одна: они ощущали драконью силу, оставшуюся на мне после провозглашения драконьей речи.
Казалось бы, ничего страшного. Толпами посетителей нас не удивишь: обычно в управлении и так яблоку негде упасть.
Но дракониды были особым случаем. Общаться с ними утомляло совсем по-другому.
— Любопытно, — пробормотал посетитель. — От тебя самого пахнет нашими предками.
— ...
Он переступил линию досмотра и, прежде чем сопровождающий успел его остановить, принялся обнюхивать меня с головы до ног.
— Нюх-нюх.
Меня передёрнуло.
— Простите... За линию заходить нельзя. Вернитесь, пожалуйста, на своё место.
Сегодня я произносил эти слова уже в двадцать четвёртый раз.
— Погоди.
И ответ слышал ровно столько же раз.
Главные особенности драконидов — непреклонная вера в собственную правоту и поразительное упрямство.
Они живут долго, а в их жилах течёт кровь величайшей расы. Потому они не менее косны, чем эльфы, и при этом невероятно сильны. Если бы дракониды были физически слабыми, их можно было бы просто оттеснить. Но они крепче даже оборотней.
Вдобавок они пугающе хорошо чувствуют сородичей и предков.
— Хм-м... Уж больно похоже на запах Владычицы вулкана.
Прямо в точку.
Однако драконид покачал головой и отмахнулся:
— Нет, быть такого не может. Наверное, я спутал его с запахом другого сородича из вулканических земель.
Вот и ещё одна характерная черта.
Из-за своего упрямства они с трудом верят в то, чего не могут себе представить.
Даже представитель короля не верил рассказам о Мнатшил, пока не увидел её своими глазами. Правда, после встречи сразу разобрался в положении и принял меры.
Сейчас это драконидье упрямство было нам на руку.
— И всё же удивительно, — продолжил посетитель. — Великие предки не стали бы жить рядом с людьми. Почему от такого слабого существа, как ты, исходит их запах?
Да ваша прародительница прямо сейчас сидит у меня дома со своим ребёнком!
Каждую ночь приходится запирать дверь спальни, потому что она пытается ко мне пробраться!
Вот зачем самому себя запутывать догадками, а потом их опровергать?
Впрочем, расслабляться было нельзя.
«Королевскому представителю хватило одного взгляда, чтобы узнать в Мнатшил прародительницу».
Пока нас спасала сама невероятность происходящего. Но никто не мог гарантировать, что тайна Мнатшил не раскроется впредь.
«У-у-у! Как тесно! Главный инспектор, выведи меня гулять! Я хочу на прогулку! Это не гнездо, а тюрьма!»
Из-за толп драконидов Мнатшил пришлось надолго засесть дома, хотя по документам она уже числилась знатной дамой. И всё недовольство она, разумеется, вымещала на мне.
— Ха-а-а...
Я тяжело вздохнул. Трудно. Невыносимо трудно. Пока я ещё держался, но на большее сил уже не оставалось.
Закончив проверку двадцать четвёртого драконида, я устало объявил:
— Объявляется получасовой перерыв. Прошу ожидающих выйти из управления и подождать снаружи.
Очередь недовольно заворчала, но посетители всё же вышли.
Едва последний посетитель ушёл, по залу разнеслись стоны:
— Ух-х-х...
— Ноги боля-а-ат...
— В-выпивка где? Где выпивка?!
Сотрудники обмякли, словно куклы, у которых одновременно перерезали ниточки.
Все — от рядовых помощников и Инспекторов Пяти Чувств до меня самого — повалились в кресла и замерли.
— Помираю...
Никто не нашёл сил возразить.
«Эрзена. Как же я по тебе скучаю».
Мысль пришла сама собой. Ну не могла ты заглянуть хоть на минуту, прочитать одну молитву и снова уйти?
Или хотя бы оставить здесь какого-нибудь священника?
На худой конец, можно было последовать совету Ситы и разлить святую силу по бутылкам.
В этот момент Инспектор Обоняния поднял на меня измученные глаза:
— Кстати, главный инспектор. Разве вас после всех последних событий не собирался вызвать сам король?
Не отрывая лба от стола, я ответил:
— Раз известий пока нет, значит, во дворце ещё разбираются с формальностями.
Меня ведь собирались вызвать сразу после отъезда Эрзены. Но время шло, а вызова всё не было.
Что случилось?
Сита горестно вздохнула:
— И слава богу-у... Здесь и без того ни госпожи Эрзены, ни новых сотрудников. Если ещё и вас во дворец заберут, мы тут по-настоящему умрём...
Она охала и похлопывала себя по пояснице, точно старушка. Я решил не замечать этого. Если ты так стонешь уже в семнадцать лет, что тогда говорить нам?
И тут...
Бах!
Дверь управления внезапно распахнулась, и в зал вошёл очередной чешуйчатый драконид.
— Меня привела сюда сила наших предков.
Да я же только что объявил перерыв!
С трудом подавив закипающую злость, я постарался ответить как можно любезнее:
— Простите, сейчас у нас перерыв. Подойдите, пожалуйста, через тридцать...
— Значит, проверку мне проходить у тебя?
Дракониды. Свои правила и непоколебимое упрямство.
Щёлк.
Последняя нить моего терпения лопнула.
— А-А-А-А-А!
Я завопил от бессилия.
С меня хватит!
— Немедленно выйдите вон!
— Э-э... Что?
— НЕТ ЗДЕСЬ ВАШИХ ПРЕДКОВ! ПРИХОДИТЕ ИСКАТЬ ИХ ЧЕРЕЗ ПОЛЧАСА!
От моего рёва драконид растерялся и поспешно выскочил обратно.
Я повернулся к подчинённым и приказал:
— Инспектор Обоняния! С завтрашнего дня проверяйте драконидов отдельно. Всем, кто говорит, будто пришёл по следу предков, отвечайте: никаких предков здесь нет. Если и после этого они захотят въехать — просто пропускайте!
Нет, это не я стал слабее. Это мир окончательно сошёл с ума!
— Инспектор Осязания! Повесьте у входа табличку: «Антипапская фракция и Святая Эрзена Сераф вернулись на территорию Священной церкви»! ПУСТЬ НАКОНЕЦ ПЕРЕСТАНУТ К НАМ ПЕРЕТЬ! СКОЛЬКО МОЖНО?!
Даже поток посетителей должен идти волнами: после наплыва бывает хоть небольшая передышка.
А на нас целый месяц одна за другой накатывают четыре волны: паломники, беженцы после извержения вулкана, дракониды, привлечённые драконьей речью, а потом ещё беженцы из-за войны внутри Церкви и зеваки, желающие увидеть Святую.
Хватит. Больше я этого не вынесу!
Но Инспекторы Пяти Чувств не разделяли моего пыла.
— И что это изменит...
— Даже если они перестанут приезжать, останутся беженцы из-за церковной войны. Им ведь тоже нельзя просто отказывать...
— Ещё минимум неделю так протянем... А потом опять случится что-нибудь немыслимое...
Глядя на совершенно обессиленных сотрудников, я медленно перевёл дух.
Я знал.
Ни отпуска, ни новые правила, ни подарки не решат главной проблемы.
После истории с Джерардом вся южная граница держалась только на мне и Инспекторах Пяти Чувств.
Но что оставалось делать? Стоит подпустить сюда ненадёжного человека — и граница снова превратится в рассадник взяток и преступлений.
«Не допущу этого снова. Не позволю повториться трагедии Инспектора Зрения».
Из-за этого я до последнего цеплялся за прежний порядок.
Но теперь предел был достигнут. Я обвёл взглядом подчинённых.
«Тебе действительно пора расширять штат, главный инспектор. Хотя бы ради своих подчинённых и собственного здоровья».
В голове прозвучали слова министра.
«Ответственность — страшная вещь. Мне так хочется бросить всё и просто принимать вашу любовь, но тогда я никогда не смогу жить с чистой совестью...»
А это сказала Эрзена перед отъездом.
«Ответственность, значит...»
Что бы сказала Рене, увидев меня сейчас?
«Старший, ну ты и идиот! Сам же твердил, что для торговца главное — эффективность!»
Да. Наверняка именно это.
И почему я только сейчас вспомнил?
Я медленно поднял голову.
— ...Господа, мне нужно вам кое-что сказать.
— Опять придётся сверхурочно работать?
— Это и так входит в обязанности.
Если подумать, ненормально было то, как мы работали всё это время. Инспектор Драконьей Чешуи была права.
Всё держалось на моём упрямстве и страхах.
И потому именно сейчас я объявил:
— Я собираюсь увеличить штат инспекторов южной границы.
Решение было принято.
Наступила тишина.
Инспекторы Пяти Чувств вскинули головы и ошеломлённо уставились на меня. Даже помощники замерли с открытыми ртами.
Первой смысл моих слов поняла Сита.
— Г-г-г-главный инспектор... То есть вы хотите сказать...
— Да. Именно.
Я горько улыбнулся. По их реакции было ясно, насколько же я упрямился всё это время.
Немного тоски по прошлому. Немного надежды. Эрзена сумела измениться. Элейн выросла над собой. Пора измениться и мне.
— Нужно наконец заполнить место, которое так долго оставалось пустым.
Нельзя же всю жизнь прожить с закрытыми глазами.
***
Перевод выполнен командой «Дом Некроманта»
Телеграм (новости, анонсы, эксклюзивы):
Читать раньше всех на бусти:

Комментарии

Загрузка...