Глава 91. Дороже золота (1)
Примерно через полчаса.
— Ну... бывает.
Это были первые слова Ноа после неудачной попытки самостоятельно стереть себе память, несколько раз ударившись головой о стену.
— Мало ли на свете всякой невероятной чепухи. Сама виновата, что думала, будто хотя бы ты живёшь нормальной жизнью.
— Эм... Ноа?
Она сидела на диване и говорила таким тоном, будто уже отбросила все мирские тревоги.
— Ну да. Почему бы в доме моего брата одновременно не жить пропавшей Святой крупнейшей церкви континента, принцессе, которая пятнадцать лет не выходила из замка, и знатной дракониде из разорившегося рода?
Исчерпывающее резюме.
Не зря она занимается торговлей: мгновенно собрала все сведения воедино и разложила их по полочкам. Правда, кое-что я всё-таки ей не рассказал.
Мнатшил была не драконидом, а самым настоящим драконом. Более того — самой Хозяйкой вулкана.
«Об этом ей знать необязательно».
Едва пришла в себя — и снова довести до помешательства? Спасибо, обойдусь.
Я заговорил с ней примирительным тоном:
— Ноа. Теперь понимаешь, почему мне пришлось связать тебя клятвой о неразглашении на семь лет?
Надеюсь, ты понимаешь, что другого выбора у меня не было.
Сама информация о присутствии здесь хотя бы одной из этих женщин уже опасна. А узнала её моя сестра-торговец.
Что мне оставалось? Рассказать ещё больше секретов и окончательно запечатать ей рот.
Но Ноа, наоборот, покачала головой.
— Нет. По-моему, клятва вообще не нужна была.
— Это ещё почему? Конечно, нужна, потому что...
— Ты только посмотри вокруг.
Она указала на трёх женщин.
— Ты правда думаешь, что кто-нибудь поверит в эту картину?
— В смысле?
— Представь: у моего брата живут все эти важные особы. У обычного чиновника из простолюдинов — без силы, без связей, который однажды уже попал в немилость королевской семьи и вообще сбежал из дома с голыми руками. Кто в это поверит?
— Ты словно ножом по больному бьёшь, сестрёнка.
Родная кровь, ничего не скажешь. Вообще не тормозит.
— Да эту историю никто не купит, даже если её официально объявит разведка другой страны, дяденька. Попробуй продать её как секрет — тебя засмеют. У нашего вечно пьяного холостого возницы правдоподобнее звучат рассказы о том, как в молодости он якобы покорял женщин пачками.
Жестоко, но справедливо.
Если подумать, ситуация и правда выглядит совершенно безумно.
Ноа тяжело вздохнула в последний раз.
— И всё-таки хорошо, что у каждой из них есть причина здесь жить. А то я уже могла подумать всякое.
— Что именно?
— Молодой мужчина, две молодые красавицы и знатная вдова под одной крышей. Что, по-твоему, люди скажут?
— ...
— Хотя нет. Это тоже полная чушь.
Ноа сама фыркнула и замахала рукой, будто отбрасывая собственную мысль.
— Такой деревянный болван, как ты, который видит только работу перед носом, такими вещами интересоваться не способен.
— С половиной утверждения согласен.
— И ещё страннее было бы, если бы такие женщины сами тобой заинтересовались. Им-то это зачем? Правда ведь?
Она задала вопрос с абсолютной уверенностью.
Ответа не последовало.
— ...
— ...
— ...
Все трое одновременно отвели глаза.
— Эм... простите?
— Ха-ха...
— У-у...
— Боюсь, с этим я согласиться не могу.
Каждая выразилась по-своему.
— ...Братец.
Лицо Ноа постепенно становилось всё мрачнее. Пока она снова не вцепилась в меня зубами, я поспешил вмешаться.
— Господа, если вы сейчас не согласитесь, мне будет очень трудно. Эрзена?
— Что? А, да. Конечно. Именно так. Мы просто... вынуждены были жить вместе. Не то чтобы мне это не нравилось! Госпожа Ноа, Натан действительно хороший мужчина... то есть инспектор!
Ответ менялся прямо на ходу. Эрзена теребила пальцы и не могла посмотреть Ноа в глаза.
— Хм-м.
— Э-Элейн. Скажите что-нибудь и вы.
Я перевёл стрелки на принцессу.
Зелёные глаза осторожно ушли к стене.
— У... у-у-у...
Как можно заикаться даже мычанием?
В воздух поднялись четыре карточки.
[ЕДИНСТВЕННЫЙ] [ПОНИМАЮЩИЙ] [ДОРОГОЙ] [МУЖЧИНА]
— Дорогой мужчина?..
— У-у-у!
Элейн так испугалась, что забыла про телекинез и руками принялась переставлять карточки.
[МУЖЧИНА] [ЕДИНСТВЕННЫЙ] [ПОНИМАЮЩИЙ] [ДОРОГОЙ]
Но было поздно.
— Эй. Натан. Это что такое?
— М-Мнатшил! Объясните ей хоть вы!
Я ухватился за последнюю соломинку.
Вы-то хотя бы должны понимать ситуацию.
Хозяйка вулкана тихо рассмеялась.
— Не тревожься. Я лишь высоко ценю непоколебимую стойкость и убеждения главного инспектора.
А. Слава богу.
Хотя бы она умеет сказать уклончиво и без лишних подробностей. Всё-таки дракон — слова подбирать умеет.
Так я думал ровно до следующей фразы.
— Однако отрицать, что он весьма достойный мужчина, я не стану. Ноа, кажется, так тебя зовут? Гордись своим братом. Он подарил мне поистине незабываемую ночь.
Красная ящерица нанесла добивающий удар.
— ...Натан Келл.
Ноа произнесла моё имя голосом из могилы.
Хвать.
Не дав мне даже среагировать, она схватила меня за ворот.
— Ах ты безумный бабник! Если уж лезешь к женщинам, выбирай хотя бы тех, к кому можно лезть!
— Кх! Я ничего не делал!
— И я должна в это поверить?! После таких слов?!
— Кхр-р! Правда!
— Тогда скажи мне прямо: с этими тремя у тебя вообще ничего никогда не было?
Что за вопрос.
— Конечно...
Стоп.
Прокрутим память назад.
С Эрзеной я невольно увидел её обнажённой во время истории с поросёнком. Были и другие мелкие происшествия за время совместной жизни, а иногда мы оба настолько выматывались, что засыпали рядом на диване.
Элейн однажды плакала у меня на груди. Теперь стоило мне хоть немного пораниться — и она телекинезом поднимала меня в воздух, чрезмерно оберегая. А за столом почти всегда садилась вплотную ко мне.
Мнатшил... вообще предлагала спать вместе в обмен на защиту яйца. Буквально вчера напомнила: «Моё предложение всё ещё в силе».
Всё это было правдой.
— Ну? Можешь сказать или нет? Отвечай, брат.
— ...
Но если я расскажу это вслух, то умру.
Посмотрите на эти глаза. Она меня сожрёт.
Поэтому я как можно непринуждённее отвёл взгляд и демонстративно пожал плечами.
— Н-ничего не было.
Разумеется, сестра, добравшаяся до вершины торгового дела, раскусила меня мгновенно.
— Ах ты псих ненормальный! Нельзя трогать кого попало!
Шлёп!
Вторая линия психологической обороны рухнула вместе с ударом по щеке.
***
На следующее утро.
Благодаря святой силе Эрзены отёк на щеке наконец спал. Я потрогал лицо и снова повысил голос:
— Повторяю! Въезжающие становятся слева, выезжающие — справа!
С приездом Ноа работа управления почти не изменилась. Последствия золотой лихорадки ещё не закончились.
Вернее, всё только начиналось.
— Все, кто едет на запад, выходите на площадку! Направляющихся к другим границам проверяем внутри!
Сегодня нам снова предстояло принять человеческую волну, накатывавшую без остановки.
Из нового было только одно.
— Господа въезжающие! Вода, перекус! Для тех, кто не знает правил въезда, есть памятки! Всего на десять процентов дороже рыночной цены!
На площадке перед управлением Ноа развернула настоящий торговый лагерь.
— Есть лёд от жары, простые словесные головоломки для очереди и сказки для детей!
Примерно полчаса назад она впервые увидела этот хаос. Несколько секунд молча смотрела, а потом её глаза буквально загорелись.
«Столько людей просто стоят в очереди и ничего не делают?»
После этого Ноа за наличные купила три проезжавшие мимо пустые повозки, помчалась на рынок и практически выгребла всё, что могла быстро продать.
Результат оказался впечатляющим.
— Воды и печенья сюда!
— Нужны дрова. Давайте древесный уголь высшего качества.
— Мы не уверены, нет ли у нас запрещённых к ввозу вещей. Возьмём памятку.
Я собственными глазами увидел чудо: запас с трёх грузовых повозок исчез меньше чем за полчаса.
Быстрее, чем когда я сам торговал водой в пустыне во времена академии.
— Благодаря вашему невероятному спросу — всё продано, продано и ещё раз продано!
Ноа сияла от счастья.
— Вот она, золотая лихорадка!
У тебя сейчас из глаз монеты посыплются, сестрёнка.
Безумная мини-лихорадка продолжалась почти до самого перерыва.
— Йе-е-ей, братец.
— Ноа, заходи уже... Ох.
Она вошла внутрь, уже успев сделать себе ожерелье из золотых монет. Походка была настолько развязной, что хотелось отвернуться.
— Ты что творишь?
— Эй. Прошу обращаться ко мне «великая торговка Ноа», господин чиновник.
Она сложила пальцы буквой V и широко улыбнулась.
— Может, мне вообще здесь остаться и торговать? Наценка всего десять процентов, а прибыль сумасшедшая.
Я только фыркнул.
— Езжай уже на запад.
— У меня ещё шесть дней.
Ещё вчера эта девица просила стереть ей память, а сегодня попробовала деньги и превратилась в другого человека.
Вот поэтому торговцы страшны.
Эрзена тоже смотрела на Ноа с растерянностью.
— Натан... ваша сестра удивительный человек.
— В детстве она такой не была. Похоже, среда действительно многое решает.
Верните мне милую, чистую Ноа из детства.
Наконец сестра немного успокоилась, оглядела управление и нахмурилась.
— Хм. Я всё думала, что здесь не так. Почему у вас так мало людей?
— Сейчас часть помощников работает снаружи. Поэтому кажется пусто.
— Я не про них. Сколько у тебя инспекторов? На северной границе одних инспекторов почти сорок.
— Вместе со мной пятеро. С помощниками около девяноста семи человек.
— Но раньше на юге тоже было где-то тридцать инспекторов, разве нет? Куда все делись?
А. Она про штат.
— Раньше было так. Теперь нет.
— Почему? Что случилось?
— ...
Я молча посмотрел на Ноа.
Рассказывать ей об этом не было никакой необходимости. Даже клятва о неразглашении не превращает прошлое, о котором я не хочу говорить, в обязательную тему для семейного разговора.
Инспектор Обоняния быстро понял намёк.
— Эм... госпожа сестра. Были обстоятельства. К сожалению, это не то, о чём удобно рассказывать.
— Понятно.
Ноа мгновенно прочитала выражение моего лица и больше не спрашивала.
Вместо этого она перевела тему.
— То есть всю эту толпу каждый день обслуживают четыре твоих подчинённых и ты один?
— Выбора нет. Остались только те, кому можно доверять.
— Бедняжки... Как же вам тяжело...
Голос был настолько фальшиво-сочувственным, что я сразу насторожился.
Ноа подошла к Инспектору Обоняния.
— Работа у вас, должно быть, ужасно тяжёлая.
— Ха-ха. Ничего страшного. Ответственность помогает выдержать.
— Мой брат вас сильно мучает?
— ...Нет?
Почему ты так долго думал, волчара?
Ноа будто именно этого и ждала. Она достала из-за спины несколько свёртков.
— Я так и знала. Поэтому принесла вам подарки.
И начала раздавать Инспекторам Пяти Чувств большие и маленькие коробки.
— О! Чернила для моего любимого перьевого пера закончились как раз вчера!
— Купон на бесплатный ужин для семьи до двенадцати человек? Нас дома ровно двенадцать!
— Крем для удержания влаги в щупальцах?.. Мне сейчас именно такой нужен!
— Погоди, это же самый дорогой козий сыр восточных кочевников! Идеальная закуска!
Каждый подарок попадал точно в цель.
Великая торговка сладко улыбнулась.
— Я подумала, что лучше дарить вам не что попало, а то, что действительно пригодится.
Тайное искусство торговцев: точное попадание в желание клиента.
Инспекторы Пяти Чувств прослезились и почти разом схватили Ноа за руки.
— Спасибо, госпожа сестра. Огромное спасибо. Обязательно воспользуюсь.
— Вы любите выпить? Я угощу.
— Главный инспектор только ругает нас, а госпожа Ноа выросла таким хорошим человеком.
— Можно я буду звать вас сестрой Ноа?
Эти сволочи обсуждают меня прямо у меня на глазах.
Сколько я для вас сделал?
Ноа же раскрыла объятия, как добрая спасительница.
— Всё хорошо. Не волнуйтесь. Столько лет терпели этого безнравственного начальника-самодура. Если за ближайшие шесть дней вам что-то понадобится для работы — говорите. Торговый дом Келлов оплатит всё.
Следующий приём торговцев: если уж даёшь — положи сверху ещё.
И только тогда я понял, чего она добивается.
Наши глаза встретились. Ноа чуть прищурилась и ухмыльнулась.
Загрузка главы...

Комментарии

Загрузка...