— Благодарю, — И Чэнь принял завёрнутую в бумагу кукурузу и спросил: — Сколько я вам должен?
— С вас 50 бронзовых банкнот, господин, — улыбнулась старушка.
«...Забыл разменять деньги у госпожи Ду», — вдруг осознал юноша, и лицо его на мгновение вытянулось.
— Что-то не так, господин? — с лёгким недоумением спросила женщина. Поскольку гость явно был приезжим господином, она не сомневалась в его платёжеспособности.
Взглянув на сидящего в пыли немощного старика, путник без колебаний вытащил низкосортный камень духа: — А, нет, сущие пустяки! Вот, прошу. Ваша кукуруза просто восхитительна.
— Э-это... — глаза старушки полезли на лоб, и рука её невольно дёрнулась к сияющему кристаллу. Но, собрав волю в кулак, торговка сдержалась: — Это слишком щедро, господин! Я ведь запекла для вас всего два початка...
— Два чудесных початка, сударыня, — И Чэнь тепло улыбнулся и жестом указал на нищего у стены. — Если считаете эту плату чрезмерной, потратьте излишек на сытную еду для этого бедолаги. Всего вам доброго!
Не дожидаясь дальнейших возражений, парень махнул рукой на прощание и зашагал вправо вдоль торгового ряда.
Он и не подозревал, что отрешённый взгляд немощного нищего на долю секунды обратился прямо в его сторону.
— Я первый!
— Нет, я!
В этот миг юноша заметил двоих мальчишек младше десяти лет, которые, ловко лавируя в толпе прохожих, пронеслись мимо него наперегонки.
Их звонкие крики привлекли его внимание, заставив обернуться и посмотреть им вслед.
— Дядюшка Ли, мне сладкий батат, пожалуйста!
— Нет, дядюшка Ли, сначала мне! Я прибежал первым!
Старик Ли добродушно усмехнулся: — Добро пожаловать, сорванцы! Цзинь Му успел раньше, так что сегодня он первым получает угощение.
Глядя на серые от золы одежонки и перепачканные ладошки ребятни, И Чэнь озадаченно нахмурился.
«Значит, эксплуатируют даже детей... Похоже, здешние порядки вовсе не так благородны, как утверждают», — негромко буркнул путник и двинулся дальше.
По дороге ему то и дело попадались стайки мальчиков и девочек того же возраста: испачканные в саже, с уставшими глазами, но всё же с искренними детскими улыбками.
От этой картины на душе у парня стало ещё тяжелее.
«...Впрочем, какое мне до этого дело? Чужой монастырь», — оборвал он собственные мысли, продолжая искать тихое место для перекуса.
Одного початка было явно недостаточно, чтобы насытиться, потому-то он и прихватил второй, намереваясь спокойно перекусить на свежем воздухе.
Пройдя несколько переулков, юноша с облегчением заметил открытое пространство: — О? Неужели здешний сквер?
С живым любопытством он ускорил шаг, направляясь к каменной аллее.
В отличие от привычных зелёных парков, эту площадь устилали каменные плиты светлых и тёмных оттенков, а в центре на небольшом постаменте высилась трёхметровая мраморная статуя.
Хотя монумент и привлёк взор, внимание путника прежде всего приковали каменные скамьи, расставленные вдоль мощёных дорожек.
«Парк совсем опустел из-за конца рабочей смены?» — подумал И Чэнь, присаживаясь на гладкий камень и разворачивая свёрток с кукурузой.
Угощение успело остыть, но для мастера боевых искусств это не было помехой: пустив по пальцам тонкую струйку огненной ци, он мигом разогрел початок, наполнив воздух дразнящим ароматом дымка и специй.
Следующие десять минут он не торопясь лакомился горячей кукурузой, смакуя каждое зерно.
Хлоп! Хлоп!
С удовольствием погладив сытый живот, путник сжёг оставшуюся деревянную шпажку дотла и поднялся со скамьи.
Повернувшись к постаменту, он неспешно подошёл к величественной фигуре.
Густая борода, спускавшаяся до самого пояса, безошибочно выдавала в изваянии умудрённого годами старца.
Он остановился в нескольких шагах и запрокинул голову, с интересом разглядывая каменный лик.
— Неужели это сам основатель королевства? — буркнул он вслух и открыл панель статуса.
— Это Цан Тянь, патриарх Дома Фиолетовых Небес.
Прежде чем И Чэнь успел вглядеться в появившиеся строки, прямо у него за спиной раздался негромкий голос.
«Твою ж...»
От неожиданности парень отпрянул назад на несколько метров.
— Т-ты?!
Но стоило разглядеть незнакомца получше, как до жути перепуганный парень понял: это лицо ему отлично знакомо.
— Вы же тот самый старик из трущоб?! — ошеломлённо выпалил И Чэнь, когда догадки сошлись воедино.
«С-скрытый мастер высшего ранга!»
Мысленно ахнув, он тут же направил восприятие на старика, вызывая системную сводку.
=====СТАТУС=======.
Имя: Бай Тяньхэ.
Возраст: 1324 года.
Стихия: Вода.
совершенствование: Девятый уровень [Стадии Вознесения к Небесам]
Сила: 3270.
Примечание: Эксцентричный старик [Возрождение: 10000 ОП]
— Да, именно тот самый нищий, — старец тихо рассмеялся в ответ на его изумление.
От прежней немощи и следа не осталось: перед юношей стоял могущественный заклинатель с аурой непостижимой глубины.
Лицо И Чэня помертвело. Он рассчитывал увидеть максимум эксперта Стадии Формирования Ядра, но никак не патриарха на абсолютной вершине могущества.
«Да что за проклятие с моей удачей?! Только прошлой ночью я чудом унёс ноги от мифического зверя, и не минуло суток, как передо мной выросла новая живая легенда!»
На мгновение он застыл, не зная, смеяться или плакать над пре превратностями собственной судьбы.
Прекрасно понимая, что малейшая оплошность перед таким созданием сулит верную гибель, юноша тотчас взял себя в руки.
Выпрямившись по струнке, он в следующее мгновение почтительно склонился в поясном поклоне.
— Младший приветствует Старшего! — отчеканил И Чэнь, уважительно сведя кулаки.
— О? А ты сообразительный малый, — с лёгкой усмешкой оценил старик его выдержку и небрежно махнул рукавом: — Поднимись.
В то же мгновение юноша ощутил мягкую, но неодолимую силу, бережно выпрямившую его стан.
На краткий миг тело перестало ему подчиняться, отчего внутренний трепет лишь усилился.
— М-могу ли я быть чем-то полезен почтенному Старшему? — с глубоким почтением спросил парень, не опуская ладоней.
Старец негромко хмыкнул, пристально глядя на гостя: — Хм, пожалуй, найдётся дело. Скажи-ка, зачем ты бросил те дерзкие слова давеча?
— Давеча? Прошу прощения, Старший, но я не совсем улавливаю вашу мысль.
— У лотка с кукурузой. Ты обронил, будто Дом Фиолетовых Небес принуждает детей к тяжкому труду. Разве не твои это были слова?
«Погоди... Неужели он сам из Дома Фиолетовых Небес?!» — в ужасе похолодел путник, чувствуя, как сердце уходит в пятки.
То обстоятельство, что старец лично назвал имя создателя монумента, окончательно убедило юношу в страшной догадке.
«Мне... Конец».
Кровь в тот же миг отлила от лица парня.
Патриарх увидел оцепенение собеседника и мелкую дрожь в его плечах, сначала нахмурился, а затем понимающе хмыкнул.
— Ха-ха, отставить панику. Принадлежи я к Дому Фиолетовых Небес, твоя голова уже давным-давно катилась бы по каменным плитам.
Огромная волна облегчения захлестнула юношу, но вслед за ней пришёл леденящий озноб, стоило вдуматься в смысл услышанного.
«Длинный мой язык...»
Если бы его неосторожные слова в самом деле услышал могущественный адепт Дома Фиолетовых Небес, разве он не распрощался бы уже с жизнью?
И всё же, не желая испытывать судьбу, И Чэнь глубоко перевёл дыхание и, потупив взор, сказал: — Если мои речи ненароком задели почтенного Старшего, то...
— Брось эти пустые церемонии и отвечай прямо, сопляк! У меня нет охоты тратить на тебя весь вечер.
Бай Тяньхэ недовольно скривился, выказывая явное раздражение.
— Тогда растолкуй мне, в чём же заключается эта твоя «эксплуатация»? — прищурился патриарх, буравя его строгим взором.
Поколебавшись мгновение, И Чэнь решил не юлить перед лицом грозного старца: — В возрасте, когда их неокрепшие тела ещё только развиваются, их принуждают к каторжному труду... Разве это справедливо назвать иначе?
— Эксплуатация, говоришь? Да без этого ремесла они не заработали бы ни единой жёлтой пилюли и давно протянули бы ноги! Напротив, им радоваться надо, ведь родителям не под силу добыть для них лишнее пропитание, — отрезал Бай Тяньхэ.
Хотя путник внутренне не разделял подобной жестокой логики, он рассудил, что спорить с живым богом смерти подобно, и покорно склонил голову: — Старший бесконечно прав... Молю простить глупого юнца за опрометчивость. Отныне я вовек... КХ-Х!
Договорить он не сумел: вдруг его голову сковал плотный водяной пузырь, наглухо перекрыв доступ к воздуху.
Вода тотчас хлынула в нос и рот, заставив его судорожно закашляться, отчего внутрь хлынуло ещё больше жидкости. Юноша вновь зашёлся кашлем, теряя последние крохи драгоценного воздуха из лёгких.
Перед глазами поплыли тёмные круги, но в самый критический момент водяная сфера лопнула, и парень рухнул на колени, судорожно хватая ртом спасительный воздух.
— Повидал я на своём веку скользких угодников, — презрительно бросил старик. — Говори правду! Попробуешь снова утаить свои подлинные мысли — не пеняй на мою жестокость.

Комментарии

Загрузка...